Хорош, бля, заливать, ум-м-моляю.
Эти девицы понимали, что делают. Неужели все было действительно так ужасно? Да он бы сам хоть отломанной ручкой от метелки в зад – ради “Оскара”-то, кис-суля.
Харви сделался “токсичным”[34 - Оксфордский словарь включил понятие “токсичный” в список ключевых в 2018 году; в 2010-е годы это слово стало часто употребляться в переносном смысле.], “Королевский чулан” так и не сняли. Без исполинского влияния Харви очередной британский фильмец об очередном мятущемся, блядь, монархе был никому не интересен.
А потому он вернулся к “Пипсу”. Доброму старому Пипсу. К своему чудесному запасному варианту. Самолично написанному (преимущественно), самолично поставленному, самолично спродюсированному. Никаких отчислений за цитаты из дневников, потому что им четыреста лет. Блеск.
Миленький заработок – да и, блин, отличная потеха.
Пипс оставался при нем.
Парик нацеплен, вислые брыла обрамлены каскадами буклей.
– Мне вам надеть шляпу, Родни? – спросила его гримерша. – Или вы сами?
– Лучше вы, Беки, будьте любезны. – Он крутнулся на кресле, чтобы сидеть к ней лицом.
Пусть надевает спереди. Так ему достанется всё – прямо в лицо. Мило. Он уже чуял ее футболку.
Спасибо и за мелкие радости.
Опять стук в дверь.
– Я и в первый раз вас слышал, кисуль! – крикнул Родни со “звездным” раздражением.
– Вообще-то, Родни, котик, можно я войду? – Нет, это не помощник режиссера – смазливая штучка, но до чего же мрачная. Это Джайлз, управляющий театра. – Неувязка у нас, котик. Вы мне нужны на пару слов.
Джайлз вошел, а костюмерша Беки воспользовалась возможностью убраться вон.
– Вы тогда сами шляпу наденьте, Родни, – сказала она чуть ли не на бегу.
Обманутый в своих ожиданиях крупного плана ее грудей, Родни смотрел вслед удалявшейся попе. Славная попа. Он по-прежнему получал удовольствие, наблюдая, – когда мог, пусть и получалась своего рода пытка. Мелкие радости.
– Неувязка, котик? – переспросил он у Джайлза, болтавшегося в дверях.
– И крупная. Не могу открыть зал, котик. В фойе битком протестующих.
– Протестующих?
– Да, котик. Похоже, это продолжение нового хештега, начатого какой-то феминисткой-историчкой по имени Крессида Бейнз. #ПомнимИх.
– Кого помним?
– Переживших насилие в прошлом.
– В смысле, жертв Сэвила? Или Ролфа Хэрриса?[35 - Сэр Джеймс Уилсон Винсент “Джимми” Сэвил (1926–2011) – английский диджей, телеведущий, благотворитель; через год после его смерти полиции стали известны многочисленные сексуальные преступления сэра Сэвила, жертвы – преимущественно несовершеннолетние. Ролф Хэррис (р. 1930) – австралийский комик, актер, музыкант, художник; в 2013 году был обвинен в растлении малолетних, происходившем в 1960–1980-е.]
– Нет. Я имею в виду умерших переживших… В смысле, переживших, которые с тех пор уже умерли. Естественной смертью. Она призывает всех историков и вообще всех любителей истории сделать движение “ЯТоже” полностью ретроспективным. #ПомнимИх. Понимаете? Она говорит, что Пипс был сексуальным хищником, а вы его чествуете. Что ваш спектакль – апология насилия.
Родни помстилось, что это все наверняка розыгрыш.
– Сэмюэл Пипс – одна из знаменитейших фигур века! Королевский морской музей совсем недавно устраивал полную обзорную экспозицию по нему. Я присутствовал на открытии. Произносил речь. Глазам своим не поверил: вместо полноценной шампани подавали просекко.
– Похоже, как раз об этом мисс Бейнз и говорит. Не о просекко. Об этой самой выставке – и о вашем спектакле. Продолжающееся воспевание секс-чудовища. Вот против чего она выступает.
– Секс-чудовище? Сэмюэл Пипс?
– Она утверждает, что его дневник, по сути, полное уголовное признание в ежедневных нападениях на служанок, домогательствах по отношению к женщинам на улице, в театрах и церквях, а также обмене профессиональной протекции на секс.
– Ну да, все так, это правда, – согласился Родни. – Дневники эти несколько похабны. Но публике эта сторона дневников Пипса всегда казалась в своем роде… обаятельной.
– Обаятельной? Серийные половые домогательства?
– Да. Откровенность Пипса. Он писал об этом так остроумно. И он всегда так кается после. Что ни ночь – он отправляется в постель сокрушенный вдребезги, клянется, что к щелке своей служанки и пальцем больше не притронется. Это, в общем, очаровательно.
– Очаровательно?
– Ну, так это всегда играли. И в театре, и в кино. Стив Куган сравнительно недавно дал Пипса отлично. “Личная жизнь Сэмюэла Пипса”[36 - Стив Куган (р. 1965) – английский актер, комик, продюсер; The Private Life of Samuel Pepys (2003) – британская телекомедия на канале Би-би-си-2.]. Там под завязку всякого трах-тибидоха и ой-ёй-ёй, уверяю вас. Я играю его точно так же. Блистательный старый обалдуй-козлодой, который не умеет держать руки при себе, вечно по девушкам. И жену свою он любит. Это же такая трогательная часть спектакля.
– Времена, боюсь, меняются, Родни.
– Но не для Сэмюэла же, блядь, Пипса, котик! Для него время перестало меняться в 1703 году, когда он помер. Пипс – национальное достояние. И кстати о временах, Джайлз, – мы уже на пять минут опаздываем. Сколько, по вашей оценке, вам понадобится, чтобы убрать их?
– Убрать их?
– Да. Протестующих. Расчистить фойе и впустить людей. У меня в “Плюще”[37 - The Ivy (осн. 1917) – лондонский ресторан, популярный среди богемных знаменитостей и театралов, расположен на Уэст-стрит в центре города.] забронирован столик на десять пятнадцать, и если опаздываешь, они за него усаживают на отпущенные четверть часа кого-нибудь из тех, кого недавно выперли с “Острова любви”.
– Убрать их? – переспросил Джайлз. – Вы хотите, чтобы я силой выгнал законных протестующих, для того чтобы гетеросексуальный белый мужчина изображал на сцене полового преступника в виде жизнерадостного охотника до мокрощелок? Вы спятили? Не собираюсь я их прогонять. Я собираюсь отменить ваш спектакль и размежеваться с вами. Мы уже обнародовали заявление, в котором сообщаем, что ваше представление Сэмюэла Пипса никак не отражает ценностей этого театра. Мы – не таковы.
Родни Уотсон ошарашенно вытаращился на Джайлза.
– Вы отменяете мой спектакль?
– Конечно, отменяем. Пипс – долбаный насильник. Жаль ужасно, однако что тут поделать? Попробуйте взглянуть на это с моей стороны.
Вот тебе и на.
Его бросают на съедение волкам по “ятожкиному” капризу. Как и любой управленец с тех пор, как “Нетфликс” выпер Кевина Спейси[38 - Кевин Спейси (р. 1959) – американский актер, кинорежиссер, сценарист, продюсер, певец; осенью 2017 года был обвинен в сексуальных домогательствах, совершенных в 1980-е годы, но летом 2019-го обвинения сняли, однако американская развлекательная компания “Нетфликс” (осн. 1997) успела расторгнуть все отношения со Спейси, устранив его из последнего сезона сериала “Карточный домик”, где Спейси играл одну из главных ролей, и заморозив биографический фильм “Гор”, тоже со Спейси в главной роли.], Джайлз ставил на лидера. Применяя при этом молниеносный и бескомпромиссный подход к минимизации ущерба, какой в индустрии развлечений стал теперь обычным делом.
Эта бабища Бейнз разделала его, как селедку. Родни понимал, что он себя отстоять не сможет. Пипс считался достоянием нации триста лет подряд, но с точки зрения двадцать первого века он, очевидно, – гнусный мерзавец. Вайнштейн семнадцатого века, привычно пользовавшийся собственным положением и властью для утоления своих зверских половых аппетитов. И вот стоило кому-то ткнуть в это пальцем, стало ясно, что вся торговая марка “Пипс”, на которую Родни так тяжко трудился и которая в годы, когда не было съемок, обеспечивала шампанское и шикарные обеды, в одночасье и полностью сделалась токсичной.
Как тут выкрутиться?
Воевать с этим без толку. Невозможно защитить кого бы то ни было от преступлений, за которые в наши дни загремишь в тюрьму.
Но молчание ничем не лучше. С этого мига любой поисковый запрос на его имя в Гугле приведет к #ПомнимИх. Что, в свою очередь, разумеется, приведет к #ЯТоже, #НеОК, #ВремяВышло и #ПиздецКарьере.
Вина по ассоциации. Его имя того и гляди добавится к списку, какой в прессе обычно следовал за именем Вайнштейна. Неважно, что ты натворил или в каких проступках тебя обвиняли, – если долбаным медийщикам выпадает возможность впихнуть тебя в список, начинающийся с Вайнштейна, они тебя туда впихнут.
Нужно себя отстоять. И поживее.
Никогда не подставляй зад. Вставай, борись.
– Будьте любезны, отмените спектакль по моему настоянию, Джайлз, – проговорил Родни, – и пригласите мисс Бейнз за кулисы. Я желаю обсудить с ней насущную необходимость преследовать Сэмюэла Пипса по суду.
12. Наплюй на херню
Может, доктор Кейт Галлоуэй и заметила потрясение на лицах Мэтлока, Клегг и Тейлора, но ничего на этот счет не сказала. Свернула простынку, сложила ее сбоку и переспросила, желают ли полицейские повернуть тело, чтобы осмотреть рану.[39 - Отсылка к названию альбома британской панк-группы Sex Pistols (1975–2008) Never Mind the Bollocks, Here’s the Sex Pistols (1977).]
Мэтлок обрел голос.
– В своем отчете вы сообщили, что вскрытие никаких очевидных новых примечательных особенностей не показало, – проговорил он.
– Спереди – нет, – сказала Кейт. – Как я уже говорила, удар был нанесен сзади. Чтобы помочь мне перевернуть ее, вам придется надеть пластиковые перчатки.
– Простите, Кейт, но вам не кажется, что хер и два яйца – примечательные особенности?
Пауза. Секунда-другая, показавшиеся куда более протяженными.
– Нет.
– Нет?
Температура настроения у Кейт внезапно сделалась ниже, чем в холодной комнате.
– Отчего член и яички могли бы показаться мне примечательными особенностями? У половины людей на планете такие есть.
– Но ни у единой женщины.
– Ни у единой цис-женщины, Мик. – Лицо у Кейт совершенно заледенело. – Зато есть у многих самоопределяющихся женщин.
Мэтлок ожесточенно пососал карамельку. Божечки. Почему в наши дни все непременно должно быть таким каверзным? Минное, блядь, поле. Господи, как же сейчас пригодилась бы сигарета.
– И вы не считаете, что это сама по себе примечательная особенность? – спросил он.
Кейт сердито уставилась на него.
– Уж не хотите ли вы сказать, что мне следовало сообщить об этом в моем первом отчете?
– Ага, вообще-то хочу.
– Вам не кажется, что сосредоточенность на гениталиях Сэмми намекала бы на предубежденность?
– Предубежденность?
– Трансфобную предубежденность. Которая, как вам известно, не только противоречит нашему полицейскому кодексу поведения, но и, прямо скажем, закону.
– Что за х… Что за фигня еще такая трансфобная? Мы убийство расследуем. Тут не урок социологии.
Кейт вздохнула, явно совершая некоторое внутреннее усилие, чтобы сдвинуть свои раздражение и обиду к чему-то похожему на терпимость к этому жалкому невежественному мужчине из ХХ века.
– Сэмми была женщиной, – подчеркнуто терпеливо проговорила Кейт. – Она определяла себя как женщину и находилась в переходном процессе. Как видите, она уже обзавелась грудями, а в ее теле обнаружены признаки приема гормонов.
– Но, с вашей точки зрения, это для нашего расследования не значимо?
– Удар нанесли в затылочную часть головы. Тело доставили без повреждений одежды. Нет никаких признаков того, что с гениталиями Сэмми что-то делали. Позвольте мне задать вам вопрос, Мик. Если бы жертвой оказалась все-таки цис-женщина, как вы столь предсказуемо сочли по умолчанию – эка невидаль, – и если бы ее привезли в точности таком же состоянии и в тех же обстоятельствах, что и Сэмми, вы бы ожидали от меня отчета, в котором говорится, что жертва – женщина с влагалищем?
– Нет, не ожидал бы, но…
– Тогда почему вы требуете от меня упоминаний, что Сэмми была женщиной с пенисом? – Вопрос повисел в воздухе миг-другой, после чего Кейт холодно добавила: – Вы же принимаете тот факт, что Сэмми была женщиной, верно, Мик?
Мэтлок знал правильный ответ на этот вопрос и потому отозвался быстро и уверенно:
– Да, доктор.
Ответ был быстр и уверен, чтобы не навлечь на себя профессиональное осуждение, однако недостаточно проворен для убедительности человеческой. Перед тем как это сказать, Мэтлок явно помедлил самую малость. Кейт это уловила и испепелила Мэтлока взглядом.
Тейлор и Клегг смущенно пялились в пол. Расследование грозило влипнуть в историю не той ногой.
Мэтлоку тоже было ужасно неловко. Он действительно принимал тот факт, что труп перед ним – женский. Правда. Они с Нэнси бесконечно говорили об этом, поскольку в “Гардиан” на эту тему статьи выходили, похоже, ежедневно. Мэтлок определенно понимал и принимал разницу между полом и гендером. На то, чтобы привыкнуть к тому, что можно иметь член и быть при этом женщиной, потребовалось некоторое время – усваивать и впрямь приходилось опрометью, – но Мэтлок все же справился. Он достаточно всякого прочел и ему хватило всяких просветительских курсов, чтобы понимать: гендерная дисфория существует. Некоторые люди ощущают эмоциональную и психологическую нестыковку со своим биологическим полом, а общество решило признавать законность выбора, который эти люди совершили. Мэтлок все понимал и рад был приветствовать. Но он знал, что глубоко внутри этого не ощущал. Ему по-прежнему было невозможно трудно рассматривать биологически мужской труп и безоговорочно считать его женским. Политически и публично он соглашался на сто процентов. Наедине с собой ему это по-прежнему давалось с трудом.
– Да, – повторил он уверенно, глядя Кейт в глаза. – Я целиком и полностью принимаю тот факт, что Сэмми была женщиной, потому что таков ее выбор.
– Следовательно, вам придется согласиться и с тем, что с моей стороны вышло бы назойливо и генитально-центрировано, введи я транс-статус Сэмми в свой отчет?
– Генитально-центрировано?
– Едва ли не самое оскорбительное, с чем приходится иметь дело транс-людям, – цис-одержимость состоянием их гениталий.
– Она – труп. Она уже ни с чем больше дела не имеет. – Мэтлок понимал, что вынужден отстаивать то, что считал здравым смыслом. Он расследовал убийство, а не произносил речь перед каким-нибудь долбаным студсоюзом. – Мне об этом деле необходимо знать все, Кейт, – сказал он. – Мне нужно знать, кто Сэмми была такая.
– Правда? – резко спросила Кейт. – Вас зачаровывает генитальный статус во всех случаях убийств, которые вам приходится расследовать? Если наркомана мужского пола пырнули ножом при попытке добыть метамфетамин, вы бы стали обсуждать его хер с консультантом-патологоанатомом?
Боже, ее не перегнешь. Мэтлок попытался сосредоточиться на своих доводах.
– Мы ищем мотив убийства! В большинстве убийств на почве наркотиков или в среде организованной преступности мотив очевиден. В данном случае это не так, и я предполагаю, что трансгендерный статус Сэмми мог бы, вероятно, такой мотив нам дать. Сэмми могла быть жертвой преступления на почве нетерпимости.
Мэтлок подумал, что заработал себе победное очко. Против такого не попрешь, это точно. Он заблуждался.
– А вам не кажется, что жертвами преступлений на почве нетерпимости могут быть и цис-женщины? – поинтересовалась Кейт.
– Что, простите?
– Вы утверждаете, что я упустила отметить в отчете член и яички этой женщины, потому что это могло бы подсказать вам мотив преступления. Что это убийство могло быть преступлением на почве нетерпимости. Окажись Сэмми цис-гендерным человеком, исключило бы это вероятность того, что она могла оказаться жертвой преступления на почве нетерпимости, по-вашему? Влагалище у них или член – или ни того ни другого, – все женщины рискуют оказаться жертвами преступлений на почве нетерпимости. Вы слышали о движении невольно воздерживающихся?[40 - Невольно воздерживающиеся (incel, от англ. involuntary celibate) – сложившееся в 1990–2000-е годы интернет-сообщество людей, подолгу не вступающих ни с кем в половые отношения не по причинам физической невозможности. Изначально миролюбивое сообщество одиноких в 2000–2010-х приобрело агрессивные черты и переродилось в почти исключительно мужское гетеросексуальное пространство с сильными мизантропическими, мизогинистскими и экстремистскими настроениями. С 2014 года в уголовных преступлениях, совершенных на почве ненависти людьми, причастными к группам невольно воздерживающихся, погибло несколько десятков человек.] Хоть раз бывали в женских убежищах? А? Мик?
