– За что он тебя так? – не выдерживает Хела, и я сразу же возвращаю внимание к разговору.
– За то, что не согласилась признать Андриса слабаком.
Наяра жадно пьет воду, лишь бы слезы не полились. Сжимаю кулак и тут же жалею об этом: синяки на предплечьях напоминают о себе мгновенно.
– Надо сказать командору, что этот ублюдок недостоин союза с тобой, – предлагаю я шепотом.
Наяра хватает меня за запястье и грозит пальцем у самого носа:
– Даже не вздумай ей нажаловаться. Пусть ты и староста, но не наша нянька. Мне не нужна твоя помощь. Раз добыл мой венок, значит, он моя судьба. И лучше так, чем вообще остаться одной!
Действительно, о чем я думаю? Никому из этих девочек я не являюсь ни мамой, ни сестрой. Мы даже подругами-то, наверное, не считаемся. Мне сложно судить. У меня никогда не было друзей, кроме Андриса и Арислава, да и те… В общем, дружить я не умею и не знаю, как правильно себя вести. Но Наяру мне очень жаль. Я бы хотела, чтобы она попала в надежные руки, а не в те, которые раздают пощечины беззащитным девушкам.
Конечно, я не стану докладывать без ее разрешения. Это даже не обсуждается. Но неужели она сама не видит, что, если не пресечь это сейчас, дальше будет только хуже?
– И вы помалкивайте, – просит подруг Наяра уже спокойнее, отпуская мою руку. – Мне не хочется с вами ссориться, но, пожалуйста, не лезьте не в свое дело.
Быстро переглядываемся с девочками и приходим к немому согласию. Не хочет – как хочет. Не мои проблемы. У меня и своих забот хватает, я не стану вмешиваться.
– Эй, Мерхард, – зовет Наяру Кристер Ликас, заметив ее отсутствие. – Чего это ты расселась там? Забыла, о чем мы договаривались? Ох и короткая у вас, девчонок, память. Иди-ка сюда.
И он хлопает по бедру, словно подзывает свою домашнюю собачку. Моя кровь закипает за одно мгновение. Я ненавижу таких людей! Я насмотрелась на них в Муранне. Там сплошь и рядом были неотесанные мальчишки и девчонки, считавшие себя лучше других и издевающиеся над теми, кто был слабее. Я и сама когда-то была их жертвой: терпела насмешки, часто становилась добычей в их опасных играх, пряталась по углам, если слышала их голоса на улице. Но Андрис научил меня защищаться, показал, что такие, как они, понимают только язык силы. Если ты докажешь, что не боишься их, то они навсегда исчезнут из твоей жизни. Сейчас я жалею о том, что долго скрывала от брата, как надо мной насмехаются деревенские. Думала, как-нибудь да само все выправится. Если бы я поделилась с ним, то получила бы помощь гораздо раньше и не прошла через то, что в итоге прошла.
Я не позволю Наяре столкнуться с тем же.
Пока я принимала решение, Наяра уже послушно пересела за стол Кристера и теперь кормит его завтраком с ложечки. Как маленький ребенок, он открывает рот или капризничает, не желая есть. Сжимаю кулаки до хруста в пальцах и чувствую, как на плечо опускается теплая ладонь:
– Эриза, не надо. Будет только хуже, – предупреждает меня Хела, но я дергаю плечом, скидывая ее руку, и уверенно иду к компании драконов.
– Взрослые мальчики кушают сами. – Я встаю перед их столиком, и все замирают, впиваясь в меня удивленным взглядом. А Наяра – умоляющим. – Или мамочка не научила тебя держать ложку в руках? Давай я научу.
От злости совсем перестаю соображать. Одной рукой беру серебряное блюдо, полное овсяной каши с ягодами, а второй хватаю дракона за шею. Мгновение – и каша оказывается на удивленном лице Кристера Ликаса, заляпав заодно мундир и брюки. Дракон даже не успевает понять, что произошло. Каша стекает по его подбородку на колени, а он только и делает, что хватает ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
– Как ты смеешь? – первым приходит в себя один из его дружков-защитников, но я с невозмутимым видом беру Наяру за локоть и с силой поднимаю со стула. Предплечья изнывают от боли, но злость помогает справляться с ней.
– Как я смею? – передразниваю я его сладким голоском, каким никогда не говорю в обычное время. – Твой товарищ ведет себя как полное ничтожество на глазах у всех студентов и унижает мою подругу. Это недостаточная причина? Будь у меня что потяжелее, я бы сломала ему нос, а пока пусть доест кашку и прикусит свой поганый язык. Пойдем, Наяра.
Тащу ее за собой. Сначала сопротивляется, а потом сдается. Мы быстро доходим до нашего столика, но Хела вдруг с визгом вскакивает:
– Сзади!
Инстинктивно меняюсь с Наярой местами, толкая ее вперед, а сама оборачиваюсь и вижу, как прямо перед моим носом сжимаются пальцы Кристера Ликаса. Он собирался схватить Наяру за волосы, но не успел. Быстро оцениваю свои шансы. Я не очень сильная, но пережила достаточно драк с Андрисом. Уверена, мне хватит сил, чтобы хорошенько врезать этому парню промеж ног и надолго сбить с него спесь. Замахиваюсь, чтобы отвлечь, отставляю ногу назад и…
Кто-то хватает меня за мундир!
Одним резким движением этот «кто-то» за воротник отбрасывает меня назад, как щенка за загривок, и нацеленный в мой живот удар Ликаса пролетает мимо. Оказавшись у стола, хватаю вилку, опять замахиваюсь, но упираюсь лицом в мужскую спину.
Андрис небрежно перебрасывает белый хвост с плеча за спину, задевая мой нос волосами. Сердце учащенно стучит в груди, дыхание совсем сбилось. Руки разрываются от боли, но я продолжаю, как сумасшедшая, крепко сжимать вилку на манер кинжала. Наяра за моей спиной тихонько плачет, а Хела и Гейра обнимают ее, укрыв собой с обеих сторон.
– Развлекаешься, Ликас? – Андрис по-птичьи склоняет голову на бок. Мне не видно его лица, но я знаю, что он улыбается. И хорошо. Если Андрис улыбается, значит, это не к добру.
– Ровак, – цедит Кристер сквозь сжатые зубы, и наша фамилия вдруг звучит как оскорбление. Или проклятье. – Заткни свою сестрицу и пусть умоляет меня о прощении. На коленях!
– И как же она будет умолять о прощении с заткнутым ртом? – изображает недоумение Андрис. – Святые Драконы, Ликас, прежде чем что-то сказать, хоть немного включай голову. Неужели мамочка не научила тебя таким простым вещам?
Кристер переводит с брата на меня удивленный взгляд. Ничего странного. Ссорам, ругательствам и сарказму я долгие годы училась у Андриса на живом примере, так сказать.
– Уйди с дороги по-хорошему, и, может быть, я приму ее извинения, – Ликас грозит брату пальцем, и вид у него становится по-настоящему озлобленным. – Я бы размазал тебя одним ударом, да не хочу руки марать о такого простолюда, как ты. Проваливай.
– Уйти по-хорошему – а это как? – словно всерьез задумывается мой брат, постучав по подбородку указательным пальцем. – Вот так?
Андрис вдруг отступает в сторону, полностью открывая меня Кристеру. Дракон делает рывок вперед с занесенным для удара кулаком, а я от неожиданности замираю, так и не выставив перед собой вилку. Едва Ликас приближается ко мне, как вдруг тут же ничком падает на пол и губами метко попадает на мои сапоги. Вокруг начинают хихикать остальные студенты: со стороны выглядит так, будто он специально поклонился поцеловать мои ноги.
Брат небрежно отряхивает руки. Я и сама не заметила, как он ловко ударил его ладонью по шее, повалив с ног. Не знаю, можно ли это сделать обычным ударом или брат применил какой-то трюк: Андрис много тренировался в детстве и, вероятно, помнил кое-какие приемы кулачного боя.
Дружки Кристера подбегают и подхватывают его под локти, помогая подняться. Ликас, красный от стыда, как помидор, кряхтит и встает на ноги. Сдаваться он не намерен, снова сжимает кулаки, но улыбка моего брата давно померкла, и теперь Андрис прожигает его испепеляющим взглядом. В целом, брат много на кого так смотрит по поводу и без, но, если не знать эту его особенность, мороз пробирает по коже. Кажется, следующий удар может стать для Кристера последним.
– Что вы тут устроили? – раздается обеспокоенный голос неподалеку, и Арислав замирает с книгой в руке в двух шагах от поля битвы. – Все целы?
Вот почему они с Андрисом пришли не вместе. За завтраком Арислав обычно читает что-нибудь по истории нашего царства, и, вероятно, сегодня забыл взять книгу из комнаты. Андрис пошел вперед, а царевич вернулся, чтобы забрать ее, поэтому пропустил все самое интересное.
– Арислав! – сияет Кристер, неожиданно обрадовавшись появлению такой важной персоны. – Ты вовремя! Это же твоя девка? Она ни с того ни с сего напала на меня. Могу я попросить тебя приструнить свою Всадницу? Кажется, она совсем не понимает, где ее место. И дружка своего тоже научи хорошим манерам. Я, конечно, добрый, но и мое терпение не безгранично. А пока великодушно их прощаю только ради нашей с тобой дружбы.
Кристер протягивает Ариславу руку, предлагая перемирие, и мои губы невольно расплываются в злорадной улыбке. Вот сейчас этот идиот поймет, что никакой он царевичу не друг. Арислав не потерпит, чтобы со мной или с Андрисом так обращались. Он всегда на нашей стороне, что бы мы ни натворили. Тем более сейчас мы оба ничуть не виноваты. Андрис никогда не ввязывается в драку без причины, потому что ему всегда на всех наплевать. Я тоже не из тех, кто распускает руки, особенно в сторону более сильных противников. А вот плачущая Наяра и испуганные Всадницы. Очевидно же, что виноват сам Кристер Ликас.
– Я с ними поговорю, – вежливо улыбается Арислав и пожимает протянутую руку. – Хорошего дня, Кристер. И вам, ребята.
Компания Ликаса, помахав Ариславу на прощание, уходят из столовой. Очевидно, помочь своему другу поменять грязные штанишки.
Надеясь хоть на какое-то объяснение, смотрю на Андриса. Тот бегло смотрит на меня в ответ, закатывает глаза и идет к свободному месту за столиком, чтобы позавтракать. Все, кто сидели за этим столом, вдруг резко поднимаются и уходят, бормоча что-то про срочные дела.
Обдумать увиденное не успеваю. Арислав подходит ко мне, протягивая книгу.
– Помнишь, ты просила книгу с биографией Ильяны Верез? Такой книги, к сожалению, нет, но я нашел что-то вроде заметок о выпускниках. Можешь посмотреть, может тут что-то интересное…
Вырываю книгу из его рук и с громким хлопком бросаю ее на пол. Швыряю погнутую из-за моей силы вилку на стол, толкаю Арислава плечом, чтобы убрался с моей дороги, и выхожу из столовой до того, как злые слова сорвутся с языка прямо на глазах у всех студентов.
Спустя пару минут за моей спиной раздаются торопливые шаги.
_____________
Больше о графике обновлений, анонсах новых историй и работе над рукописью в Telegram-канале автора: https://t.me/ladorskaya
Глава 11. Ворожейка из прошлого
– Подожди! Подожди, постой… да остановись, Эриза! Куда ты несешься?
Арислав хватает меня за локоть, я резко разворачиваюсь на каблуках и вырываю руку. Кровь кипит внутри, бьет по вискам. Интересно, это правильная эмоция или я снова не так реагирую? Спросить не у кого, поэтому просто оставлю все, как есть. В таком состоянии он меня еще не видел, но может и к лучшему, если с моей темной стороной он познакомится сейчас. До этого я показывала только плюшевую версию себя.
– Что случилось? – В глазах Арислава горит искреннее непонимание, и это только сильнее раздражает.
– Ничего. Люблю позлиться просто так, – усмехаюсь я, отводя взгляд в сторону. – Это же не мой возлюбленный две минуты назад любезничал с драконом, который унижал мою подругу. Подумаешь, неприятность? Хоть целый день могу смотреть на этот парад лицемерия.
– Ты серьезно разозлилась из-за этого? – улыбается Арислав. От этой улыбки у меня начинает дергаться глаз. – Это же пустяк.
– Что пустяк? То, как он обидел мою подругу – пустяк? Или то, что ты не встал на нашу с Андрисом сторону? Или то, что ты водишь дружбу с таким ублюдком?
– Эриза, – вздыхает Арислав, отворачивается от меня, словно набираясь терпения, и вновь переводит взгляд на мое лицо. – Вы с Андрисом всегда были такими. Не знаю, может все потому, что вы выросли в маленькой деревне, но ваш мир почему-то поделен на черное и белое. Либо плохой, либо хороший, но так не бывает. В мире очень много серости. И среди этой серости есть те, кто могут быть полезны. Кристер Ликас – это младший сын Верховного генерала. Я часто видел его при дворе, мы немного общались. Разумеется, я не хочу портить отношения с сыном генерала Ликаса. Зачем мне это? Я царевич, и мне всегда будут нужны верные союзники. Поэтому я прошу тебя не ссориться с ним больше. Ради меня.
Что меня приводит в ярость больше? То, что, по его мнению, мы с Андрисом из деревни и поэтому такие недалекие? А может то, что нас с братом недостаточно, и теперь ему нужны другие верные союзники? В верности и пользе Кристера Ликаса я очень сомневаюсь, но если такой мудрый царевич Арислав считает его нужным, то куда мне, деревенской, лезть со своими советами?
– А знаешь, ты прав, – киваю я, убираю руки за спину и до боли зажимаю кожу между большим и указательным пальцем, чтобы хоть немного остудить голову. – Я-то сослепу не разглядела важность Кристера Ликаса, у меня же драконьего зрения нет. Ты совершенно прав! Такому, как ты, очень нужны такие друзья, как Ликас. Мне стоило бы тоже подружиться с ним, но, если честно, не хочу уводить у тебя такого друга. Все-таки ты царевич, тебе должно доставаться лучшее. А я, пожалуй, пойду к своим друзьям попроще. Мне среди них самое место.
– Нет, ты не так все поняла! – кричит мне в спину Арислав, но я больше не хочу его слушать.
Сейчас все, что он говорит, я восприму в штыки. Даже разумное. Лучше побыть одной, выдохнуть и подумать о произошедшем. Пусть сейчас я злюсь на Арислава, я уверена, это ненадолго.
К сожалению, сразу вернуться в Павильон Всадниц и позаботиться о спящей драконице я не могу. По расписанию у меня общие занятия с Драконьим факультетом и факультетом Магических Искусств. В большом зале, похожем на амфитеатр, занимаю место между Наярой и Хелой в последнем ряду, отрезая Ариславу и Андрису возможность разместиться рядом со мной. Царевич с порога бросает на меня недовольный взгляд и демонстративно садится на первый ряд прямо перед преподавателем, хотя раньше всегда избегал подобной близости. Андрис приходит чуть позже него, скользит взглядом по лицам студентов и, найдя того, кого искал, идет к последнему ряду. Невольно начинаю нервничать. Зачем он идет ко мне? Неужели тоже разозлился на Арислава и теперь не хочет оставаться с ним? Раньше он все ему с рук спускал.
– Это ведь ты обронила?
Андрис останавливается напротив Наяры и протягивает ей длинную шпильку с золотой розой. Всадница поднимает на него огромные голубые глаза в белых пушистых ресницах, вскакивает, случайно задев меня локтем, и чересчур оживленно кивает, рассыпаясь в благодарностях:
– Спасибо огромное! Они мамины, их осталось всего три штуки, и я не хотела бы их потерять. Это очень мило с твоей стороны! Спасибо! Могу я тебя чем-нибудь отблагодарить?
– Как раз хотел попросить об одолжении.
Я напрягаюсь. Он правда это сказал? Мой брат, Андрис Ровак, сейчас должен был безразлично бросить шпильку на колени Наяры, сказать «ерунда» и удалиться, не попрощавшись. Но мало того, что он вдруг начал с ней диалог, так еще и попросил ее об одолжении? Андрис, который обожает, чтобы люди ходили у него в должниках? Уму непостижимо.
– Мне нужна натурщица, – объясняет Андрис невозмутимо, как будто речь идет о прогулке или игре в мяч. – И ты идеально соответствуешь моим требованиям, если, конечно, у тебя есть желание.
– Я согласна! – тут же сияет Наяра, складывает ладони в замок и слегка припрыгивает на месте. Клянусь, еще мгновение, и рядом с ней появится радуга.
– Тогда встретимся у Адильяра в восемь.
– С каких пор ты рисуешь с натуры? – вырывается у меня раньше, чем я успеваю прикусить свой болтливый язык. – «Отсутствие фантазии – удел дешевых портретистов», разве не так ты всегда говорил?
– Хочу попробовать что-то новое, – говорит он, и обращенная на меня сталь в его глазах вызывает волну мурашек на шее. – От старого одни проблемы.
Уходит, не попрощавшись. К чему он вообще это сказал? Как будто нельзя просто ответить на вопрос без странных неуместных комментариев. Слежу за ним взглядом, игнорируя визги радости Наяры и воодушевление Хелы с Гейрой. Брат садится рядом с Ариславом и делает вид, будто за завтраком ничего не произошло. Замечаю, как расстояние между Андрисом и сидящим по другую руку от него драконом постепенно увеличивается. В столовой ребята тоже сразу вышли из-за стола, когда он подошел. Между однокурсниками и Андрисом что-то произошло или это все из-за утренней драки?
Громкий хлопок дверью прерывает мои размышления, и я вздрагиваю. Ярина Даркрейн появляется на пороге, упирает руки в бока и ловко находит меня взглядом в толпе. Из-за ее спины выплывает довольный собой Кристер Ликас, и я не удерживаюсь от смешка. Маленький мальчик нажаловался взрослой тетеньке, что его обидела девчонка. Сейчас расплачусь.
– Магистр, вы не возражаете, если я заберу студентку Ровак на несколько минут? – любезно спрашивает Ярина, но сразу понятно: если сейчас меня не отпустят, она просто выволочет меня силой.
Элиаш де Арман, рисующий на доске какие-то магические символы, оборачивается к командору.
– Занятие еще не началось. У вас три минуты. Дальше я запру дверь и все, кто останутся за ней, могут быть не допущены к экзамену. Вы знаете мои правила, командор.
Даркрейн прожигает магистра взглядом, полным то ли раздражения, то ли нетерпения. Поджимает губы в знак согласия, кивком указывает мне на дверь, и я спешу навстречу своей очередной выволочке. Сколько я уже в Академии, а спокойные дни можно по пальцам пересчитать. Перед самым уходом Наяра испуганно сжимает мою руку и шепчет:
– Не выдавай Кристера.
А что мне еще делать? Притвориться, что я набросилась на него просто так? Святые Драконы, Наяра, ну почему ты не даешь мне тебя защитить?
Ярина Даркрейн заводит меня за угол и резко разворачивается на каблуках так, что мы чуть не сталкиваемся лбами.
– Надеюсь, у тебя была весомая причина наброситься на студента Драконьего факультета с кулаками.
Опускаю взгляд в пол, убираю руки за спину и хаотично вывожу носком сапога круги на полу. Вообще-то причина была, вот только как сказать о ней, чтобы не нарушить данное Наяре слово?
– Он позволял себе оскорбительные высказывания в адрес моего брата, – выдаю я наконец. Почти не соврала. Наяре ведь досталось от Кристера именно за то, что она защищала Андриса. – Если вы думаете, что я раскаиваюсь – нет. Если бы мы вернулись в прошлое, я бы просто сразу захватила вилку, а не пошла на него с голыми руками.
Ярина ухмыляется, но тут же себя одергивает, вспоминая, что она мой преподаватель и вообще-то должна проводить воспитательную беседу.
– Не знаю, много ли ты знаешь про Верховного генерала Ликаса, но у него давние счеты с твоим отцом, – делится Ярина хмуро. – Их вражда тянется еще со службы в Царской армии, но я не знаю деталей. Не удивительно, что его младший сын не очень-то к вам расположен. Несмотря на это я не могу тебе позволить ввязываться в драку каждый раз, как Ликас скажет что-то оскорбительное в ваш адрес. Это в первую очередь небезопасно для тебя. И для него.
– Приятно, что вы такого высокого мнения о силе моих кулаков, но…
– Я не об этом, – издает смешок Ярина и снова заставляет себя стать серьезной. – Твой резонанс нестабилен. Ты и сама знаешь. Если ты разозлишься и случайно воспользуешься силой, неизвестно, как это отразится на Кристере. Это не шутки. За смерть любого дракона или магика тебя могут приговорить к пожизненному заключению, а уж если по твоей вине умрет кто-то из членов Семи Драконьих родов, то казнь неминуема. Тебе оно надо?
Отрицательно мотаю головой.
– Вот и я так думаю, – соглашается Ярина, кладет руку на мое плечо и ободряюще сжимает. – К тому же, уверена, твой брат сумеет сам за себя постоять. Хорошо, что он оказался рядом сегодня. В следующий раз просто скажи мне, что Кристер Ликас снова позволяет себе лишнего. Я с ним разберусь через магистра Иварова. Такое поведение своих воспитанников он не приемлет.
– Командор, Ликас – самый настоящий придурок и грубиян, – резко выпаливаю я, снова не успев прикусить язык. – Неужели вы позволите Наяре быть его Всадницей?
Ярина изучает меня долгим проницательным взглядом, от которого становится не по себе, но я упрямо смотрю в ответ. Мне жаль Наяру, и пусть я не могу рассказать правду, это не значит, что у меня нет права на жалкую попытку достучаться до командора.
– Ликас забрал ее венок. Это древнее правило. Ночь Посвящения – это не просто какая-то случайная дата. Магики определяют пик активности магии природы, понимаешь? Воздух, земля, вода и даже огонь нашего костра на поляне – все это было пропитано магией настолько сильной, что мы и представить себе не можем своим недалеким умом. В ту ночь ни одно событие не могло быть случайным: встреча, слово, жест, знак – все это сыграет свою роль. Поэтому мы и просим Всадниц пускать венки в воду именно в эту ночь, хотя никто из вас еще даже толком не знаком с драконами Академии. Просто сама природа все расставит по своим местам. Я не стану разрушать эту связь до тех пор, пока не увижу, что этот союз – ошибка. И тебе не советую лезть. Очень опасно играть с разного рода узами – можно запутаться и задохнуться в них. Поэтому давай понаблюдаем за развитием событий со стороны.
Прокручиваю слова Ярины снова и снова, пока возвращаюсь в зал, где де Арман проводит занятие. Дергаю ручку, но дверь не поддается. Три минуты прошло! Нерешительно стучусь в надежде, что Элиаш де Арман сжалится, но никакого ответа не получаю. Ну что ж, вот и появилось время проверить рыжую драконицу.
На обратном пути в Павильон захватываю из столовой пару булочек, но они валятся из моих рук, едва подхожу к своей комнате. Дверь открыта нараспашку, одеяло комком лежит на пороге. Подушки тоже на полу, разлитая вода из стакана стекает по тумбочке.
Драконицы нет.
Быстро щупаю одеяло. Еще теплое. Значит, ушла совсем недавно. Вылетаю из Павильона и смело иду налево. Справа пришла до этого я, но раз мы не встретились по дороге, значит она пошла куда-то в сторону башен факультета Магических искусств. Бегу так быстро, как могу, но утренняя тренировка напоминает о себе: ноги ватные, дрожат и еле переставляются. Перед лестницей, ведущей на этаж выше, останавливаюсь и сползаю вниз по стенке. Все, больше не могу. Дыхание сбилось, зубы свело, а в боку колит так, что того и гляди слезы потекут.
– Где же она? – слышу слабый девичий голос. Судя по звуку, кто-то спускается по лестнице. – Но я же точно ее видела…
Девушка спотыкается о ногу, которую я не успеваю подтянуть к себе, и с размаху падает на пол. Я резко подаюсь вперед в надежде хоть немного ей помочь, но успеваю только подставить руку под лицо, чтобы она нос о мрамор не разбила. Копна рыжих волос рассыпается по белому камню, как жидкий огонь, и мое сердце подскакивает от радости. Сама нашлась! Как чудесно!
– Ты не сильно ушиблась? – спрашиваю ее, помогая подняться.
Драконица садится, резко отбрасывая копну волос за спину, и впивается в меня своими огромными черными глазами.
– Я тебя искала! – девушка вдруг бросается ко мне, крепко обнимает и утыкается носом в плечо. Сквозь всхлипы различаю сдавленную речь. – Я думала, ты потерялась. Ты такая маленькая, но не утонула в реке. Как я рада! Они бы наказали меня, если бы с тобой что-то случилось. Только ты можешь мне помочь, когда подрастешь. Где твоя мама? Она ведет занятие у студентов? А папа? Ой, он всегда так занят, зачем я спрашиваю… Хочу есть… Пойдем в столовую? Хотя тебе ведь родители не разрешают с нами кушать… но может украдкой? Я никому не скажу. Это будет наш секрет!
