– Если не угадаешь с первой попытки, я разочаруюсь.
Невозможно не угадать. Во-первых, на безымянном пальце левой руки чувствую массивный перстень из белого золота. Постоянный атрибут члена царской семьи: нельзя ни снимать, ни терять. На нем печать царевича – символ его власти во дворце. А еще он использует ее для запечатывания писем. Во-вторых, запах и голос я не спутаю ни с чем. Ну и в-третьих, Арислав Акамир повторяет этот жест и эту фразу с первых дней нашего знакомства. Это давным-давно превратилось в традиционное приветствие.
– Первый царевич Алексий? – предполагаю я, как всегда, ошибочно. Каждый раз называю разных людей.
Арислав театрально вздыхает, убирает руки и встает рядом со мной.
– Разочарование, – сокрушается он, подражая моему отцу.
– Срам, а не ребенок, – подыгрываю ему, и мы смеемся.
– Ты сегодня выглядишь как-то по-особенному, – замечает Арислав, когда я поворачиваюсь к нему лицом.
– Девочки решили, что я иду на свидание, поэтому нарядили меня соответствующе, – честно признаюсь я, отчего-то смущаясь. – А ты… тебе очень идет форма Академии.
Арислав ухмыляется, по-гусарски щелкает каблуками и резко кивает. Он тоже принарядился. Я же знаю разницу, между «не хочу сильно выделяться» и «сегодня мне важно произвести хорошее впечатление». Обычно волосы взъерошены, а сегодня лежат волосок к волоску, как мягкие перышки, при этом сохраняя легкую небрежность. Хотя уши у него проколоты, он редко носит серьги, а сегодня надел серебряные короткие цепочки. Форма сидит на нем как влитая: синий мундир заканчивается на узкой талии, в тусклом свече свечей сверкают серебряные эполеты и шнуры. Хотя наши формы очень похожи, Арислав в ней смотрится куда грациознее и величественнее, чем я.
– Ты очень красивая, – Арислав опускает взгляд и хаотично водит носком сапога по полу. – Надо было давно это сказать. Прости.
Улыбаюсь и беру его за руку. Как странно… Только сегодня днем на лекции, когда мы сидели рядом друг с другом, я чувствовала столько смущения и желания, что самой от себя становилось тошно. А сейчас вдруг ничего особенного. Как будто встретилась со старым другом, с которым мы собрались вместе прогуляться по саду и с приятной ностальгией повспоминать события давно минувших дней. Мне не нравится такой расклад. Опять что-то ненормальное с эмоциями происходит. Арислав мне нравится! Я уверена, что это должно ощущаться как-то по-другому. По крайней мере, во всех книгах о любви это описывается не так.
Арислав уверенно ведет меня по коридорам, словно знает путь. Из любопытства я спрашиваю об этом, на что он только вздыхает:
– Когда у тебя есть два старших брата, закончивших Академию, боюсь, не остается ни одного неизведанного факта об этом месте. Мы не очень хорошо ладим, и рассказы об Академии – это самая безопасная тема для разговоров.
Опустевшие коридоры кажутся пугающими и одновременно интригующими. Внутри просыпается то особое любопытство, что заставляло меня в детстве тайком выбираться с Андрисом из дома и ночами бродить по полям и лесам, окружавшим Муранну, в поисках таинственных кладов и сокровищ. Мы даже на заброшенное драконье кладбище пробирались! Жуткое местечко. Отец всегда говорил, что рано или поздно мы с братом наживем себе проблем, но игра в искателей приключений все равно оставалась нашим любимым занятием, пока наши дружеские отношения не дали трещину.
– Почему ты не спрашиваешь меня? – говорю я, когда мы спускаемся по узкой лестнице куда-то в подвал.
– О распределении? – уточняет Арислав, освещая мне путь снятым со стены факелом. – Не хочу лишний раз поднимать эту больную тему. Я и так прекрасно знаю, что произошла какая-то ошибка, которую нужно во что бы то ни было исправить.
– Ректор сказал, что сделает запрос в Канцелярию магиков-натуралистов.
– И этот запрос будет отклонен.
Я спотыкаюсь, услышав эти слова. Арислав удерживает меня под локоть, помогая устоять на ногах. Заметив мое удивление, он едва заметно вздыхает.
– Эриза, ты правда думаешь, что Академия на это пойдет? Свет Амарии – это артефакт, ни разу не совершивший ошибки за четыреста лет своего существования. Никогда в жизни Академия Адильяр не признает, что магическое чудо, столь оберегаемое всеми магиками, ворожейками и драконами, может давать сбой. Я удивлюсь, если прошение в Канцелярию вообще будет отправлено. Лучше на ректора Рогалля не рассчитывать.
Пусть мне не нравится это признавать, но Арислав прав. Его предположения не лишены смысла, учитывая, с какой иронией со мной разговаривал господин Элиаш. Но все же я злюсь от того, насколько беззаботно царевич это заявил. Да если меня заклеймят Всадницей, я никогда в жизни не смогу стать для него кем-то большим, чем подруга. Гейра правильно сказала, царевичу ровня царевна. Но в этом правиле хотя бы бывают редкие исключения. К сожалению, есть еще одно правило, и оно никогда не было нарушено в нашей стране: дракон не заключает брачный союз с ворожейкой, если не хочет стать отбросом драконьего общества. Кто бы что ни говорил, но неравенство между расами, так неистово осуждаемое на словах, на деле процветает на плодородной почве драконьей гордыни и упрямства.
Мне во что бы то ни стало надо доказать свою драконью природу, но кроме метки истинности, которую я решила скрывать до самой смерти, мне нечего предъявить. Если только…
– Я должна пробудить вторую ипостась, – говорю я себе под нос, но в тишине подземного коридора Арислав хорошо меня слышит.
– Отличная идея, – улыбается он. – Лучше прилагать усилия, чем ждать милости от судьбы, верно? И у тебя даже есть преимущество.
– Какое?
– Раз ты до сих пор не обернулась в дракона, значит, что-то мешает освободить вторую ипостась, – объясняет Арислав с видом человека, имеющего богатый опыт. Мне хочется узнать, откуда в его словах столько уверенности, но неловко перебивать. – К счастью, ты целыми днями будешь окружена девушками, обладающими даром драконьего резонанса. Просто попроси их практиковать свои магические таланты на тебе, вот и все.
Легче сказать, чем сделать. Если обратиться к моим новым подружкам, то толку никакого. Они и сами только недавно узнали, что обладают особенными способностями, а старшекурсницы… с чего бы им соглашаться мне помочь? В любом случае, идея Арислава не безнадежна. Возможно, Маргарель не откажет мне по доброте душевной. Она показалась мне очень понимающей девушкой.
– А Андрис? – невольно вырывается у меня. – У него тоже пока не получилось обратиться. Может, мне договориться с кем-то с факультета Тайных Искусств?
– Ты можешь попытаться и предложить ему это сама, может тебя он послушает. Но когда я заикнулся об этом, мне четко дали понять, чтобы я не лез со своими бестолковыми советами куда не просят. Это цитата.
Странно, почему он так решительно отказался? Я знаю, что Андрис очень переживает из-за своего затянувшегося превращения. С тех пор, как Арислав появился на пороге нашего дома в виде черного дракона с позолоченной чешуей, мысли Андриса завертелись только вокруг своей драконьей ипостаси. Почему сейчас, когда есть действительно хорошая возможность получить помощь, он не желает ей воспользоваться?
Подземелье, где мы оказались, насквозь пропитано запахом сырости и плесени. Я озираюсь по сторонам, стараясь не задеть головой свисающую с потолка паутину, и невольно держусь ближе к Ариславу. Не самое очевидное место для свиданий он выбрал. Может, озеро и стоило того, чтобы его увидеть, но о дороге, полной пауков и мокриц, меня никто не предупреждал. Одинокий факел в руках Арислава ничуть не спасает от страха, что какой-нибудь огромный паук спустится мне на макушку и воспользуется моим телом, как быстрым средством передвижения.
– Долго еще? – нервничаю я, вертя головой по кругу в поисках неприятных насекомых и членистоногих.
– Похоже, пришли. Смотри.
Арислав указывает рукой вперед. Я прищуриваюсь, но не вижу ничего особенного.
– Там же ничего нет, – честно отвечаю я. – Ты специально это говоришь, чтобы я не устраивала истерику?
– Ты… не видишь? – удивляется Арислав, встает позади меня, чтобы проверить обзор с моей точки зрения, и аккуратно поворачивает мою голову в нужном направлении. – Белые отблески воды на стене. Не видишь?
Вглядываюсь еще пристальнее, но впереди как был непроглядный мрак, так и остался.
– Может, мое зрение обострилось сильнее из-за раскрытия второй ипостаси? – бормочет Арислав задумчиво, а я невольно покрываюсь неприятными мурашками. – Хотя я и до этого отлично видел в темноте. А ты?
А я нервно сглатываю слюну, вспоминая, как тяжело мне было в детстве поспевать за Андрисом, гуляя по ночам. Он с легкостью обходил все кочки и ямки, а я едва ли не о каждую спотыкалась. В конце концов, брат раздражался и всегда вел меня за руку, как собака-поводырь, предупреждая о новых угрозах на пути. Раньше я всегда думала, что дело в моей невнимательности. А что мне думать сейчас?
– Я тоже вижу, – лгу я, не моргнув и глазом. – Просто не поняла, на что ты указываешь. Пойдем скорее к озеру, пока пауки не приняли нас за своих.
Убегаю вперед, пытаясь унять неистово стучащее от тревоги сердце. Стук моих каблуков эхом отскакивает от стен. Становится холоднее – пространство расширяется, потолок поднимается выше, и я отчетливо чувствую запах чистой воды. Озеро где-то совсем близко…
– Осторожно! – восклицает Арислав и перехватывает меня за талию прежде, чем я делаю следующий шаг.
Я испуганно взмахиваю руками, пытаясь удержать равновесие, и задеваю факел, который все это время освещал нам путь. Арислав невольно выпускает рукоять, и факел с громким плеском падает в озеро, мгновенно затухая и уходя на самое дно. Оказывается, озеро находится прямо у меня под носом, а я из-за темноты его не заметила. И если бы не ловкость Арислава, то я уже давно бы искупалась в ледяной воде.
– Прости, поскользнулась, – улыбаюсь я наигранно, но, к счастью, фальшь на моем лице Ариславу не видно и распознать ложь не так-то просто.
– Ты меня напугала! – вздыхает царевич и разворачивает меня лицом к себе. Значит, он настолько прекрасно видит, что теперь мне придется тщательно следить за выражением своего лица. – Если не можешь о себе позаботиться, хотя бы не убегай от меня.
Арислав вдруг прижимает меня к себе, заключая в кольцо сильных рук, а я, положив голову ему на плечо, смотрю вдаль, в темноту, в которой мне ничегошеньки не видно. Я могу о себе позаботиться. Я всегда могла о себе позаботиться! Почему именно в Академии все выходит из-под контроля? Рядом с высоким широкоплечим Ариславом я кажусь маленькой и хрупкой, и мне не нравится это чувство. Как будто я беззащитный ребенок, нуждающийся в няньках. Но это вовсе не так! Я сильная. Сильнее, чем они все думают! И почему меня вообще это беспокоит именно сейчас, когда я должна сиять от счастья, что наконец-то оказалась так близко к Ариславу?
– Как мы будем изучать озеро без факела? – спрашиваю я беззаботным тоном просто для того, чтобы отвлечь себя от мрачных мыслей.
– Я тебе покажу кое-что, – улыбается Арислав. Его улыбки я не вижу, но слышу ее в голосе.
Он выпускает меня из объятий, выставляет перед собой раскрытую ладонь и через мгновение на ней появляется яркое красное пламя. Удивленно смотрю на это колдовство, хотя Арислав ни разу не демонстрировал нам с братом свою драконью силу. Дар второй ипостаси раскрывается после превращения. Многое из того, что делают магики с помощью заклинаний и заговоров, драконы умеют от природы. И призыв огня в человеческом обличье – один из таких талантов.
Я подношу к пламени ладонь, надеясь почувствовать тепло, но жара нет. Как будто огонь призван только для того, чтобы давать свет. Но Арислав вдруг перехватывает мои пальцы и чуть отодвигает их в сторону.
– Он опаснее, чем кажется. Лучше не трогай.
Послушно убираю руки за спину и смотрю, как Арислав уверенно подходит к расположенным на стенах факелам и поочередно поджигает их своим драконьим пламенем. Он ни на секунду не сомневался, что они там. А я снова ничего не разглядела. Насколько же хорошо его драконье зрение?
Алый свет отражается от неподвижной глади воды, и мне, наконец, предстает полная картина. Это действительно великолепное зрелище! Озеро находится в пещере под Академией. Вода, которая казалась черной и грязной, почувствовав драконье присутствие, вдруг наполняется голубыми искорками и начинает сиять изнутри. Кажется, будто на самом дне расположилось звездное небо, а мириады крошечных голубых светлячков размеренно плавают, освещая не только воду самого озера, но и окружающие его стены и потолок пещеры. Кое-где виднеется алый блеск пламени, завораживающий взор. Я вдруг понимаю, что от этой картины у меня захватило дух.
– Такой долгий путь стоил того, чтобы увидеть это своими глазами, – улыбаюсь я, как заколдованная рассматривая игру голубых искр под водой.
– Поэтому я и хотел увидеть его до Посвящения, – объясняет Арислав, вставая рядом со мной. Отблеск воды и голубого сияния отражаются в его ярко-зеленых глазах, делая их бирюзовыми. – Посвящения факультетов проводятся в разных местах, чтобы никто никому не мешал. У каждого свои обряды, которые хранятся в строжайшей тайне. Но я знаю, что наше Посвящение каждый год проходит именно здесь. В присутствии стольких драконов я бы не смог по-настоящему насладиться величием этого места.
– Если ваши наставники поделятся легендами об этом озере, ты ведь мне расскажешь? – улыбаясь, кошусь взглядом на Арислава.
На его губах тоже расцветает улыбка.
– Я уже выкупил эти тайные знания у своих братьев. Но если твое неутоленное любопытство не позволит тебе сегодня заснуть, могу их тебе перепродать.
– Надеюсь, за все годы верной дружбы я заслужила приятную скидку? Не то, боюсь, моих скромных накоплений не хватит, чтобы утолить твою царскую жажду наживы.
– Деньги меня не интересуют, – серьезно отвечает Арислав, но я вижу веселые искорки в его глазах. – Одного желания будет достаточно.
– Так дешево? – притворно удивляюсь я и киваю. – Такую возможность нельзя упускать. Рассказывай.
Я сажусь на самом краю озера, скрестив ноги, и Арислав опускается на каменный пол рядом со мной.
– Говорят, прежде чем построить здесь свое родовое гнездо, Адильяр случайно нашел это озеро, – рассказывает Арислав, специально добавляя в голос таинственности. Так обычно рассказывают сказки детям. – Он пробудил спящую в нем древнюю магию, испил зачарованную воду, и именно поэтому все потомки великого дракона рождались такими же сильными, как и он сам. Это первая легенда об этом озере.
– Есть еще одна? – любопытствую я и задумчиво вожу пальцами по ровной глади озера, создавая хаотичные круги на воде.
– Есть. Это озеро называют Озером Истинных.
Меня резко прошибает холодный пот. Расслабленная ладонь, погруженная в воду, замирает, превращаясь в камень. Не хочу слышать продолжение. Вдоль правой руки, от плеча к запястью, тянется вереница неприятных мурашек, напоминая о совершенном мной преступлении. Не говори, не говори про это…
– По легенде Адильяр встретил здесь женщину невероятной красоты, – продолжает Арислав, словно не замечая моего побледневшего от тревоги лица. – Оказалось, она была владычицей этого озера. Она защищала свой дом от посторонних, как львица защищает львят, и ее сила ворожейки подавила в Адильяре вторую ипостась, вернув ему человеческий облик. Они полюбили друг друга с первого взгляда, и, испив воды из этого озера, обрели метку истинности, связав себя узами Истинной Пары. Дракон и ворожейка нарушили закон природы, и так случился первый союз дракона и Всадницы.
– Красивая история, – говорю я, пряча свое волнение за улыбкой.
И чего я так переживаю? Всего лишь сказочка, которая, возможно, является полнейшим вымыслом. И уж точно она не имеет ко мне ни малейшего отношения. Но почему-то кажется, что я ее уже слышала, хотя этого определенно точно быть не могло…
– Ты обещала исполнить мое желание, когда узнаешь легенды об этом месте, – напоминает мне Арислав и со всей серьезностью заглядывает в глаза. – Ты готова?
Нет, определенно нет. Что-то подсказывает, что сейчас я не хочу. Мне нужно сказать это ему, нужно немедленно отказаться…
Но вместо этого только киваю головой.
– Почему ты дрожишь? – смеется Арислав, сжимая мои плечи. Я и не заметила, что меня начало потряхивать. – Ты же не думаешь, что я могу навредить тебе? Эриза, ты мне очень дорога. Я давно должен был в этом признаться, но все как-то не было подходящего момента. Мы много лет знакомы, и ты наверняка видишь во мне только друга детства, но мне надоело притворяться, что я ничего к тебе не чувствую.
Я столько лет мечтала услышать эти слова, а сейчас вдруг захотелось уйти. Почему? Почему я хочу сбежать, не дав ему договорить?
– Мое желание может показаться тебе смешным, – грустно улыбается он и опускает глаза вниз. – Но лучше ты рассмеешься мне в лицо, чем я снова уйду и буду жалеть о несказанных словах.
Сердце бьется так быстро, что я слышу только его стук, и больше ничего. Голос Арислава доносится будто издалека. Он набирает в ладонь немного воды из озера и робко протягивает ее мне, как дракон из легенды об Озере Истинных.
– Эриза Ровак, пожалуйста, стань моей Истинной? – просит он, и в его больших зеленых глазах я вижу отражение собственного удивленного лица.
Истинность контролировать нельзя. Тот, кто предназначен тебе судьбой, получит метку и так, без всяких предложений, хочет он того или нет. То, что сказал Арислав, было драконьим аналогом простолюдской фразы «Будешь ли ты моей девушкой?». Он предложил мне встречаться! Это же именно то, о чем я мечтала с тех самых пор, как мы впервые встретились!
Не успеваю я обрадоваться, как все чувства вдруг отключаются. Исчезают, словно потушенный огонек свечи. Разум быстро оценивает обстановку с холодным расчетом, и я невольно пугаюсь собственных мыслей. Предложение Арислава – это то, что мне нужно. Пока я буду пробуждать свою драконью природу, он будет оказывать мне поддержку. Его драконья кровь очень сильна, а вода этого озера, если верить легендам, обладает сильной магией, способной связать узами Истинности простую ворожейку и чистокровного дракона. Что, если это поможет мне изменить свою судьбу, раз и навсегда избавившись от уже полученной позорной брачной метки? Что, если сегодня я смогу, наконец, освободиться?
От этого все будут в выигрыше.
Я зачерпываю в ладонь холодную озерную воду и протягиваю ему в ответ. Внимательно смотрю в глаза Арислава, проверяя, не шутит ли он надо мной, но сейчас его лицо серьезно, как никогда. Придерживая его ладонь, я аккуратно прикасаюсь губами к наполненной голубыми искрами воде и чувствую, как то же самое проделывает Арислав. Одновременно мы выпиваем воду наполненного магией озера, и я ловлю себя на мысли, что вкус этой воды мне знаком. Хотя он не похож ни на что, что я пила в своей жизни. Я даже не могу его описать. Но он точно кажется знакомым…
Едва я отстраняюсь, чтобы вытереть стекающие по подбородку капли рукавом, как Арислав кладет теплую ладонь мне на шею и с силой притягивает к себе. Запоздало понимаю, что сейчас, на берегу таинственного и прекрасного озера, я дарю свой первый поцелуй тому, кого уже очень давно люблю. Разве это не должно сделать меня самой счастливой женщиной на свете? Я отвечаю на поцелуй, позволяя горячему языку Арислава скользнуть внутрь. Его сильные руки сжимают мою талию с такой жадностью, словно он боится моего внезапного исчезновения. Но я никуда не собираюсь. Я подаюсь вперед, пересаживаясь на его колени для удобства, обвиваю руками его шею и отбрасываю косу за спину, обнажая свою шею. Арислав быстро понимает намек и горячими губами прикусывает нежную кожу чуть ниже уха.
Чем ближе мое тело к Ариславу, чем жарче его жадные поцелуи, тем тщательнее я скрываю разрывающую мое предплечье боль. То место, где когда-то была брачная метка, а теперь навечно остался уродливый ожог, горит с такой силой, будто я снова и снова прикладываю к нему раскаленное лезвие ножа. Я пытаюсь забыться, пытаюсь отвлечься на те приятные ощущения, что дарят мне прикосновения Арислава, но не могу. Они просто тонут в этой лавине боли, разливающейся от предплечья к каждой клеточке тела.
Но я не заплачу. Я всегда мечтала об этом моменте. Я всегда хотела изменить свою судьбу и прямо сейчас делаю это.
Даже если придется заплатить.
Даже если придется чем-то пожертвовать.
Я готова.
Провожу ладонью по щеке Арислава, заставляя его на время остановиться и посмотреть мне в глаза.
– Я люблю тебя, – признаюсь я, и слова срываются слишком легко, как будто это ложь. Но я не лгу. По крайней мере, не ему.
– Я тебя тоже, – очаровательно улыбается он, показывая милые ямочки на щеках, и снова целует меня в губы.
Я сжимаю в кулаке прочную ткань его мундира, вымещая на одежде всю ту боль, что испытываю в этот момент, и на мгновение становится легче. Может, когда-нибудь мне действительно станет по-настоящему легко…
– Трогательная сцена, однако, – резкий голос, наполненный иронией, заставляет нас с Ариславом отпрянуть друг от друга подобно совершившим злодеяние преступникам.
Я смотрю на человека, заставшего нас врасплох, и с удивлением узнаю господина Элиаша, опирающегося на изящную трость. В прошлый раз я не заметила, что он нуждается в поддержке при передвижении, но, может, она всего лишь служит украшением.
Арислав первым приходит в себя, берет меня за руку и помогает подняться с пола. Мы встаем перед преподавателем и под его насмешливым взглядом мне хочется опустить голову, как нашкодивший ребенок перед родителем. Но я слишком часто получала взбучки от отца, поэтому вместо смущенного взгляда бросаю на него невозмутимый.
– Не буду извиняться за то, что помешал вашему чудесному времяпрепровождению, – улыбается господин Элиаш. В его глазах цвета морской волны отражаются алые всплески пламени на стенах. Эффект получается зловещий, и по моей спине тут же ползут мурашки. – Но осмелюсь напомнить, что с девяти часов все студенты обязаны находиться в своих Павильонах. Сейчас уже полночь. Вы нарушили правила и будете за это наказаны. А сейчас позвольте проводить вас до ваших Павильонов на случай, если в пылу своих страстных чувств вы позабыли дорогу.
Эти слова все же заставляют меня покраснеть.
Под строгим взглядом господина Элиаша, чьей фамилии я по-прежнему не знаю, мы быстро выбираемся из подземных коридоров и выходим к статуе дракона Адильяра. Невольно вспоминаю рассказанные Ариславом легенды. Неужели хоть одна из них действительно правдива? Господин Элиаш легонько подталкивает меня тростью в спину, заставляя не задерживаться, и я, кипя от злости, иду вперед быстрее. Арислава преподаватель отпускает, кивком указывая на нужную лестницу. Я с облегчением улыбаюсь, обрадованная, что тоже вернусь к Всадницам одна, без няньки, но едва разворачиваюсь, чтобы уйти, как меня тут же хватают за локоть.
– Не подумайте, что я вам не доверяю, студентка Ровак, – заверяет меня господин Элиаш, мягко продевая мою руку под свой локоть, – но все же позвольте проводить вас лично. Ради вашей же безопасности.
Оглядываюсь и сталкиваюсь с обеспокоенным взглядом Арислава. Преподаватель быстро уводит меня вперед, и царевич скрывается из вида. Моя рука безвольно висит на локте господина Элиаша, и, хотя меня не удерживают силой, создается впечатление, что я маленький ребенок, захваченный мамой в капкан ради ее собственного спокойствия.
– Господин Элиаш? – обращаюсь к нему, чтобы прервать неловкое молчание.
