Владимир Гергиевич Бугунов "Антиной"

Супербогатейшие люди англосаксонского мира задумали кардинально и жестко решить проблему перенаселенности земли но их зловещие планы раскрыли и предотвратили простые американцы, англичане и русские. Мир спасен, но на этот раз общими усилиями, а не усилиями пресловутых голливудских героев-одиночек. В книге напечатаны и другие занимательные рассказы.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :

child_care Возрастное ограничение : 12

update Дата обновления : 31.03.2024

Антиной
Владимир Гергиевич Бугунов

Супербогатейшие люди англосаксонского мира задумали кардинально и жестко решить проблему перенаселенности земли но их зловещие планы раскрыли и предотвратили простые американцы, англичане и русские. Мир спасен, но на этот раз общими усилиями, а не усилиями пресловутых голливудских героев-одиночек. В книге напечатаны и другие занимательные рассказы.

Владимир Бугунов

Антиной




«Лук сильных преломляется,

а немощные препоясываются силой»

1-я кн. Царств, гл.2.

Профессор Генри Пфафф слыл человеком чудоковатым. Уже не один раз студенты уходили с середины его лекций, так и не дождавшись их продолжения. Пфафф, когда в его голову врывался целый водопад мыслей, даже совершенно не связанных с темой очередной лекции, замирал на полуслове и становился похожим на истукана с острова Пасхи, а потом, не обращая больше ни на кого внимания начинал, как одержимый что-то писать, или чертить в своём потрёпанном блокноте. Вывести его из этого состояния не удавалось до тех пор, пока водопад мыслей не иссякал, а изрядная часть блокнота не покрывалась малопонятной вязью его убористого почерка.

Вот и сегодня он читал вторую часть лекции о возможностях практического применения своей же теоретической разработки – резонаторах сдвига. Дело в том, что землян и, конечно же, профессора Пфаффа очень насторожил очередной визит громадного астероида Апофиса. Нет, он не врезался в Землю, как ожидалось, в 2029 году, но пролетел настолько близко от поверхности планеты, что вызвал на ней если не полный хаос, то бардак, это уж точно. Вот именно в тот год в мозг профессора пролился очередной каскад мыслей, и в результате ему удалось, правда, пока чисто теоретически, обосновать создание резонатора сдвига. Это устройство, по его задумке, помогло бы человечеству в будущем успешно бороться с атакующими Землю астероидами и кометами, отводя их с опасной для людей траектории.

Он упоённо рассказывал студентам о своём детище и вдруг снова застыл на полуслове. Студенты, шушукаясь между собой и безбоязненно строя преподавателю неприличные рожицы быстренько слились из аудитории. Но в этот раз в зале остался одиноко сидящий слушатель. Высокий моложаво выглядевший мужчина сидел на самом последнем ряду и вообще- то говоря, мало походил на прыщавых, смешливых студентов. Покосившись на последнюю крашеную брюнетку, чья пухленькая попка только что скрылась за дверью, мужчина стал медленно спускаться к кафедре.

Профессор тем временем заканчивал самозабвенно бороться с ручкой и блокнотом не обращая внимания ни на пустой зал, ни на по лисьи подкрадывающегося человека. Писал Генри быстро, проглатывая окончания слов, а иногда обозначая их только начальными буквами. Движение руки и сама техника написания, как правило, не всегда успевали за искромётными вихрями мыслей. Он ещё хмурился, заканчивая последнее предложение, когда услышал рядом с собой деликатное покашливание.

– Профессор Пфафф?

– Да. С кем имею честь?

– Агент Милвз. Второй департамент СКАО…

Генри, резко захлопнув блокнот с явной заинтересованностью посмотрел на гостя. Служба Контроля Астероидной Опасности два года назад дала профессору от ворот поворот. Нет, Пфаффа вежливо выслушали и также вежливо попеняли, что его теоретические выкладки по созданию резонатора сдвига ещё слишком сырые, чтобы делать далеко идущие вьводы о возможном их применении в целях увода опасно приближающихся к планете астероидов подальше от неё. И вот теперь…

– Агент Милвз, неужели ваш департамент передумал и решил принять мою разработку?

На лице агента появилась милая, открытая улыбка.

– Да, док. Есть правда несколько неясных вопросов по вашей теме и мой шеф, Лайк Шири, хотел бы их задать лично вам.

– Это так срочно, прямо сейчас?

Милвза так и распирало от желания рассмеяться в лицо этому наивному, но талантливому чудаку.

– Док, Земле вновь угрожает опасность. И потом, как вы знаете, наш головной офис находится на шестой авеню. Это же в пяти минутах езды отсюда. После встречи с Шири вас сразу же доставят домой.

Упускать такую возможность сотрудничества со СКАО? Дать покрыться пылью его монографии о резонаторах сдвига?! Ну, уж нет!

– Я согласен, агент Милвз.

Они вышли из здания университета. Водитель галантно открыл заднюю дверь шикарного автомобиля с затемнёнными стёклами. Радостное возбуждение охватило Генри, когда он утонул в мягком сидении. И тут же к шее Пфаффа метнулась рука в ладони которой, блеснула игла маленького шприца. Профессор едва успел почувствовать укол и сразу же потерял сознание.

Пробуждение было тяжёлым. От неудобной позы затекли шея и неудачно подвёрнутая нога. В голове ещё клубились остатки дурмана. Но его уже одолевали мысли одна безумней другой. Кто его похитил? Террористы? Русская, китайская, или израильская разведки? Зачем? Его последняя разработка, резонатор сдвига, не была засекречена. Более того, практически все теоретические выкладки о нём были ещё два года назад опубликованы в открытой печати. Где этот… Милвз, чёрт подери! Генри тут же горестно усмехнулся. Какой же я лопух! Скорее всего, этот Милвз такой же агент СКАО, как я – марсианин!

Дверь в комнату с задёрнутыми наглухо шторами на окнах открылась и на пороге нарисовался высокий человек с гладко выбритым черепом. Его моложавая спортивная фигура и мимолётная ухмылка на лице показались Генри неуловимо знакомыми.

– Очнулись? С вами всё в порядке, док?

Пфафф теперь точно знал, кто перед ним.

– Что это значит, агент Милвз, или как там вас?

– А-а, узнали?

«Агент» улыбнулся, показав ровные белые зубы.

– Пройдёмте со мною, и скоро всё станет ясно. Вам действительно хотят задать несколько уточняющих вопросов.

Генри соскочил с дивана и тут же скривился от боли. «Отлежалая» нога только-только стала приходить в норму.

– Немедленно отвезите меня домой! Иначе…

Пфафф даже притопнул ножкой, – иначе я затаскаю вас по судам!

По лицу «агента» пробежала лёгкая тень.

– Видит Бог,я хотел с вами по-хорошему, но раз вы не понимаете…

С этими словами, лысый амбал схватил профессора за шиворот и буквально поволок его из комнаты. Пфафф задыхался от унижения и возмущения. Никто и никогда не обращался с ним так нагло и беспардонно. Но прежде чем он успел выразить Милвзу всё, что он о нём думает, амбал втолкнул его в роскошно обставленный кабинет. У задней стены за низким прямоугольным столом покрытым материалом чем-то похожим на золотую амальгаму сидел человек с вытянутым как у лошади лицом. Квадратный тяжёлый подбородок, синие водянистые глаза и светлые редкие волосы с безукоризненным пробором выдавали в нём если не сына, то внука-правнука туманного Альбиона. Впрочем, сам Пфафф не так уж далеко ушёл от этого человека с наглым пронзительным взглядом. Предки профессора тоже когда-то прибыли покорять просторы Северной Америки из Ирландии, так что он более менее безошибочно различал кто перед ним: американец английского, шотландского или ирландского происхождения. Когда амбал втолкнул в кабинет сопротивляющегося Генри, этот человек откинулся на спинку мягкого кресла и почти утонул в нём. В его холодных глазах мелькнул и тут же угас огонёк любопытства. Он небрежно махнул амбалу рукой и тот тотчас исчез за дверью.

– Присаживайтесь, профессор Пфафф.

Хозяин кабинета вяло повёл рукой в сторону одиноко стоящего стула справа от стола. Генри присел на краешек сиденья и уже разинул было рот, чтобы излиться потоками интеллигентной брани, но человек его опередил.

– Меня зовут Гарри Моут. Я доверенное лицо «Корпорации Ной-2» Профессор нервно дёрнул плечами.

– Мне её название ни о чём не говорит. Потрудитесь лучше объяснить…

– Экий вы нетерпеливый, Генри. Я прошу извинения, если Стив Милвз, – Моут кивнул в сторону двери, – причинил вам некоторые неудобства. Он, знаете ли, шотландец в третьем поколении, а они все отпетые грубияны.

Гарри при этом впервые улыбнулся и Генри успел разглядеть в клыках его верхней челюсти блеск двух крупных алмазов врезанных в зубы.

– То, что надо мной свершилось насилие, и меня похитили, вы называете некоторыми неудобствами? Я требую вернуть мой мобильный телефон и вообще избавить меня от вашей компании.

Гарри снова откинулся на спинку кресла. Он скрестил руки на груди и, не скрывая своего раздражения, произнёс:

– Послушайте, Пфафф, вы же образованный человек, более того, восходящая звезда нашей науки. Ну, неужели вам неинтересно узнать, зачем вас привезли сюда пусть и таким, э-э, экстравагантным способом?

– Мне это совершенно неинтересно. Ваши действия незаконны и уже это отвращает меня от продолжения разговора с вами.

Моут вдруг резко подался вперёд и навалился грудью на стол. На его бледных щеках появились заметные пунцовые пятна.

– И, тем не менее, вам придётся не только выслушать меня, но и поклясться, что отныне будете сотрудничать с нашей корпорацией.

Игнорируя возмущённое выражение, появившееся на лице гостя, Моут, чеканя каждый слог, произнёс:

– Только что вот на этом стуле сидел Джимми Янг. Надеюсь, вам знакома его фамилия? Он создатель уже действующих моделей самых современных атомных миниреакторов. Его реакторами оборудованы десятки космических аппаратов вращающихся вокруг Земли или блуждающих по Солнечной системе.

Пфафф хмуро уставился на хозяина кабинета. Причём тут физик-ядерщик и он, разработчик резонатора сдвига? Это всё равно, что загнать в один загон мустанга и пони.

– У вас странный подбор жертв, мистер Моут.

Гарри привычным жестом поправил чёлку, выбившуюся из пробора.

– Отнюдь. Для нашей корпорации это как раз наилучший вариант подбора. Тонкий длинный палец доверенного метнулся в сторону Пфаффа.

– Скажите, вы верите в Бога?

Профессор возмущённо запыхтел.

– Причём здесь моя вера? Я учёный и этим всё сказано. Мистер Моут, давайте заканчивать этот бесполезный разговор. Меня ждёт семья, дети…

Гарри неуловимым движением включил монитор, стоящий на краю стола и развернул его экраном к гостю.

– У вас прекрасные малыши. Особенно вот эта белокурая девчушка. Сколько ей сейчас лет, не подскажете?

На экране монитора, на лужайке за домом профессора резвились две дочки и карапуз двух или трёх лет. Молли, старшая девятилетняя дочь Пфаффа, взяв за руки младшего брата, Томми, пыталась догнать среднюю дочь Тину, пятилетнюю крепышку, с хохотом улепётывающую от «преследователей». На заднем плане картинки легонько раскачивалась на качелях жена Генри, Мариэтта. Она счастливо улыбалась, посматривая на играющих детей.

– Прекрасные дети, – повторил Моут, выключая монитор.

Пфафф почувствовал, как холодный колючий ком начал обжигать его внутренности.

– Что это значит? Причём тут мои дети?

– Вот это почти деловой разговор, мистер Пфафф. О, не пугайтесь ради Бога! С ними ничего не случится, если вы сейчас же, сию минуту дадите слово сотрудничать с нашей корпорацией. И наоборот, если вы по-прежнему будете упорствовать в своём нежелании сотрудничать с нами, ваши прекрасные дети, а следом и милая жёнушка тоже начнут испытывать некоторые… неудобства.

Генри Пфафф был человеком обычной интеллигентно-тепличной комплектности. Его руки и пальцы были сильны настолько, чтобы часами не отрываясь и не уставая ваять свои мысли на бумаге с помощью легковесной ручки или клавиатуры компьютера. Самая тяжёлая ноша в его жизни в последнее время был двухсекционный кейс с его бумагами и заботливо завёрнутым в холщовую бумагу сэндвичем упакованным в бумажный пакет. Мариэтта была прекрасной хозяйкой. Генри не ходил в модные фитнес-клубы и не тягал железки в спортзале. Не бегал по утрам и вечерам по парковой зоне. Всё его время поедала ненасытная серая масса – мозг, который в его неполные сорок пять лет фонтанировал идеями, заменяющими ему всё на свете, кроме семьи, разумеется.

Он молнией метнулся к столу. Его пальцы с неожиданной силой вцепились в горло негодяя. Моут попытался оторвать руки профессора от себя, но пальцы Генри неотвратимо сжались на горле и начали перекрывать ему дыхание. Уже хрипя и задыхаясь, Моут нащупал кнопку вызова, спрятанную под краем столешницы стола. Ворвавшийся в кабинет лысый амбал коротко рубанул ладонью в основание черепа профессора и тот сразу обмяк, повалившись на пол.

– Чёрт! Он мне едва шею не сломал.

Моут судорожно сглотнул и, помассировав шею, поправил растрепавшийся пробор на голове.

– Да? А с виду хлюпик-хлюпиком, – осклабился Милвз. Сэр, может мне с ним поработать? Янг тоже был не особо сговорчив после беседы с вами. А после того, как я с ним «побеседовал», стал как шёлковый.

– Ага, если не считать сломанный палец, Стив. Нет, после этой вспышки, профессор станет мягче пластилина, я уверен.

– Ну, хорошо, я по-прежнему за дверью, сэр.

Стив, грубо схватив Генри подмышки, усадил его на стул, достал из кармана пузырёк с зеленоватой жидкостью и поднёс его к носу бедолаги. Пфафф резко мотнул головой в сторону. Сознание вновь вернулось к нему, и он с ужасом осознал, что по-прежнему находится в руках этих мерзавцев.

– Мистер Пфафф, вы готовы к продолжению разговора?

Заметив, что на щеках Генри вновь задвигались желваки, Моут деланно-миролюбиво протянул.

– Признаю, что было большой ошибкой с моей стороны говорить о вашей семье. Но вы сами, своей упёртостью вынудили меня применить этот … не совсем дозволенный приём.

– Чёрт бы вас побрал! Чего вы хотите от меня?

– Того, чего хотите и вы – реализовать вашу прекрасную идею. Создать действующий образец резонатора сдвига.

Генри очумело захлопал глазами.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом