– Нет, я её видела лишь несколько раз на официальных приёмах, которые посещала по долгу службы, и на портретах в вестнике. К своему стыду, детские страхи оказались сильнее.
– Детские страхи? – недоумение на его лице ещё сильнее ввергло её в стыд.
Нормальные здравомыслящие люди не верят в бабушкины присказки о пророчестве, не то, что она.
– Герцогиня Жаклин Арнавал – последняя из рода Алариин. Последняя наследница Бриллиантовой короны. И, согласно пророчеству, если Корону так никто и не наденет, Мрак может снова ворваться в наш мир, – она посчитала нужным объяснить своё поведение, даже несмотря на то, что это больше выглядело как оправдание маленькой девочки, которая вдруг испугалась Свира6 под кроватью.
– Пророчество самого Алариина, – понимающе улыбнулся Максимар. – Вы правы, если верить старинным преданиям, то со смертью леди Жаклин наступит конец времён и Мрак вырвется наружу. Но прошло уже больше суток, и пока мир не изменился, а границы с Мёртвыми землями – такие же сильные и непоколебимые, как и до этого. Думаю, нам нечего бояться. Но как только весть о смерти последней из древнейшего рода разнесётся по свету, в массах может начаться смута. Я уверен, мы ещё долгое время будем пожинать плоды старинных верований. Я уверяю вас, Аркан сделает всё возможное, чтобы не допустить смуты.
Лара с благодарностью кивнула на его попытку успокоить её. Но, несмотря на все уверения Максимара и доводы разума, из головы никак не выходил сон и призыв Короны.
– В конечном итоге это всего лишь артефакт. Давно уже бесполезный артефакт. Без бриллиантов его ни один наследник никогда не смог бы использовать. Сейчас же необходимость в этом пропала вовсе, – выдала она аргумент, которым сама себя успокаивала.
– Всего лишь артефакт, – задумчиво повторил Максимар. – Интересная теория, никогда не думал о Бриллиантовой короне в таком ключе. Вы, определённо, правы, – он дружелюбно улыбнулся.
Когда он так улыбнулся, на его правой щеке появилась совершенно очаровательная ямочка. В этот момент на миг с него слетела вся его суровость, и он становился похожим на тот романтичный портрет великого арканиста, к которому она привыкла.
– И всё же давайте вернёмся к делу, – улыбка вмиг слетела с его губ. – Вы совершенно точно ничего не можете добавить?
– Определённо, нет. Я думала об этом всю ночь, и сейчас рассказала все мельчайшие детали, которые смогла воскресить в памяти. Даже медитации по концентрации не смогли выдернуть из моей памяти большего, – она тяжело вздохнула от невозможности помочь.
– Ларилия, как вы относитесь к Возврату к истокам? – слишком быстро спросил Максимар, ошарашив её.
– Возврат к истокам? – пролепетала она, поражённая таким предложением. – Я, я… я не уверена, что из этого что-то выйдет. Вам лучше допросить служанку, – пролепетала она, не ожидая такого поворота событий.
– Урания мертва. Покончила с собой этой ночью. Не смогла выдержать смерти своей госпожи.
– Мертва? – эта новость поразила Лару, она не знала об этом.
Но Возврат к истокам? Это было опасно. Очень опасно.
Возврат к истокам был одним из сложнейших заклинаний ментальной магии. Лишь магистры могли так искусно управлять потоками сознания, возвращая человека в прошлое, заставляя его проживать отдельные моменты прошлого или даже целые годы жизни. Для его правильного исполнения требовалось несколько ключевых факторов: высший уровень магии и колоссальные запасы энергии – для этого заклинания многие использовали накопители, так как затраченные силы могли выжить мага и мастерское владение потоками. Для Возврата к истокам использовалось пятьдесят шесть восходящих потоков и двадцать семь нисходящих: удержать столько нитей и сплести в правильный узор требовало огромного умения, в противном случае – одна ошибка, и можно было повредить сознание человека навсегда, заставляя его переживать раз за разом один и тот же момент из прошлого. Также это требовало полного согласия и полную открытость человека, которого возвращают. Невозможно ввести человека в транс, если он сопротивляется, а любые попытки насилия могут даже убить.
Лара долго думала над предложением Максимара. С одной стороны, это было опасно, но она знала, что при Секретной службе короля было два магистра-менталиста. Риах и Гарух – искусные маги и пользовались полным доверием власти.
– Я согласна, – после непродолжительной паузы ответила Лара. Она искренне хотела помочь следствию, это был её священный долг как сыщика. – Кто из магов- менталистов сделает это?
– Я.
– Вы? – её удивлению не было предела.
Слухи о Максимаре Лоране ходили разные, но она никогда не слышала о том, чтобы он обладал такими способностями в ментальной магии. Универсалы имели способности ко всем шести видам магии, чаше всего, в равной степени в каждой сфере, или, как у неё, одна сила превалировала, а зачатки остальных оставались на самом низшем уровне. Если бы не её способность к стихийной магии и упорство в целительстве, она могла бы так и не получить значок универсала, так как способности к некромантии и ментальной магии были настолько ничтожны, что даже стыдно было признаваться в их обладании.
– А вы справитесь? Не хотелось бы навсегда остаться в том коридоре с телом герцогини, – не самый приятный момент жизни, – вмиг с неё слетела вся робость.
Какая разница, будет она вежлива или нет, раз она уже согласилась, а идти на попятную – не в её правилах. Сейчас речь шла о её жизни и здоровье и миндальничать было не в её правилах. Всё же она квалифицированный специалист, а не барышня на выданье.
– Справлюсь, можете мне довериться, – он снова обезоруживающе улыбнулся, но на этот раз на неё это не произвело никакого впечатления. Страх за свою жизнь был сильнее, чем очарование ямочки на его щеке.
Довериться ему? Это было сложным решением. По закону она имела полное право отказаться, но совесть и следователь в ней взывали к долгу перед короной. Она понимала, что на подсознательном уровне могла заметить улику, о которой сейчас не может вспомнить. И мысли о том, что её показания помогут быстрее раскрыть дело, помогли решиться.
– Хорошо. Я сделаю это.
Максимар лишь кивнул. Он так и остался сидеть, успокаивающе смотря на неё. Казалось, он никуда не торопится, и у них есть всё время мира. Под взглядом его темных глаз Лара тоже начала успокаиваться. Она даже улыбнулась ему в ответ.
В какой-то миг Максимар достал из кармана кожаного жилета небольшой кристалл в форме неровного шестиугольника, и Лара ощутила в нём накопитель, очень мощный накопитель. В следующий миг Максимар сделал несколько пасов руками, закручивая пальцы невообразимым образом, выпуская потоки силы. Внутренним взором Лара могла видеть десятки потоков, свободно плавающих вокруг него. Миг – и потоки выстроились в паутину узора невероятной красоты. Она была просто поражена быстротой его плетения. Ей никогда ещё не доводилось видеть узор заклинания Возврата к истокам вживую. Картинки в учебниках не могли передать истинную красоту восьмидесяти трёх синих потоков, сплетённых вместе. Лара смотрела заворожённо, как паутина медленно опускается на неё, зависнув вокруг, пока не касаясь.
– Откройся, доверься мне, – голос Максимара доносился откуда-то издалека и звучал прямо в её голове.
Она снова посмотрела на него, лишь складка над рассечённой бровью выдавала его усилия по удержанию такого потока силы. И она закрыла глаза, полностью открывая сознание.
Заклинание вошло в неё мягко, это больше напоминало прикосновение ледяного пера. На миг она содрогнулась от внутреннего холода, но он тут же отступил, заволакивая сознание, перенося её во вчера.
Перед ней был белый коридор с овальными витражами. Яркий свет проникал сквозь хрустальные окна, отражаясь всеми цветами радуги. Внутри клубилось раздражение, обида и злость на саму себя.
– Ааааа.... моя госпожа! – пронзительный крик вырвал её из раздумий.
Выхватив кинжал, она побежала на крик. Чудом остановившись и не врезавшись в стену, она замерла у проёма.
Арочный овальный проём, белые стены и пол забрызганы кровью. Красное пятно на белом платье. Лицо… лицо герцогини Жаклин, о, Боже… в голове всплывает образ Бриллиантовой короны. Чёрное невесомое пространство, усыпанное мириадами холодных звёзд, – и Корона на постаменте. Невероятно красивая, вырезанная из цельного куска огранённого алмаза. Она излучала мягкий свет, будто светилась изнутри сама по себе. А сила в ней притягивала…
– Вернись. Посмотри… – шёпот на грани сознания. Он звал, тянул обратно, она попыталась сопротивляться, красота короны притягивала, но голос звал снова и снова: – Вернись… – и в конечном итоге она подчинилась.
Открыв глаза, Лара вновь оказалась в арочном проёме. Перед ней на полу лежала герцогиня Жаклин.
«Посмотри», – шептал голос в её голове. И она снова подчинилась ему, внимательно разглядывая сцену перед ней.
Герцогиня лежала в неестественной позе: голова откинута в сторону, открывая уродливый порез на шее. Порез был странным: края раны неровные, рваные, будто горло разодрал хищник, или орудовали зубчатым кинжалом, какими нередко пользовались северные кочевники. Руки герцогини безвольно лежали на груди, пальцы покрыты свежей кровью. Скорее всего, она пыталась прикрыть рану руками. Юбки задрались, открывая ноги в белоснежных чулках. Лару удивил помятый вид нижних юбок.
Служанка причитала в истерике, сидя на коленях и раскачиваясь взад и вперёд, её взгляд был полностью остекленевшим и смотрел в никуда.
Лара огляделась. Под герцогиней растеклась лужа тёмно-красной крови, окрашивая когда-то белокурые волосы в бурый цвет. Кровавый след вел от дальней стены, и именно на ней было больше всего алых брызг. Она стояла лицом к окну, когда её убили. Нож разорвал артерию, выпуская фонтан крови. Изгиб алого показывал, что герцогиня обернулась: если убийца был сзади, то брызги крови должны были остаться и на нём. Лара проследила за каплями и увидела ровное белое пространство, не запачканное кровью. Присмотревшись к тому месту, где, предполагаемо, стоял убийца, Лара увидела стёртый след от подошвы, в котором с трудом, но можно было разглядеть рисунок. Определенно, мужской военный сапог, большего Лара сказать не могла. Она изучала пол в попытке найти ещё следы, но больше ничего не было.
«Окно», – прошелестел голос в голове. И Лара вновь подчинилась, присмотревшись к окну.
На белоснежной раме был смазанный след крови. Значит, убийца ушёл через окно. Лара хотела было подойти к окну, но не смогла сделать ни шагу: какая-то сила держала её.
«Открой глаза…» – и снова шёпот, и снова она подчинилась.
Белые стены исчезли, сменившись давящей серостью подземных этажей. Тело герцогини осталось лишь воспоминанием вчерашнего дня, сейчас же перед ней сидел Максимар, держа её за руки. Его пронзительные янтарные глаза смотрели изучающе и с долей беспокойства, и тут она всё осознала. Заклинание, плетение, голос в голове – все кусочки мозаики сошлись.
– Я вернулась, – выдохнула она, как только в голове прояснилось.
– Вернулась, – улыбнулся Максимар.
И почему его все боятся и считают безжалостным? Лара так и не смогла этого понять.
3. Неудачи множатся
С убийства герцогини Жаклин прошло уже пять дней. Тело герцогини было возвращено её семье в Камису, и через два дня её похоронят в семейном склепе рода Арнавал. Там она найдёт своё упокоение и путь в обитель Всемогущего Отца, а далее – в лоно Великой Матери для будущего перерождения.
В королевстве Камиса объявлен двадцатидневный траур. Скорбели все, знать Аркадии надела чёрные и синие одежды траура, даже простой люд приносил по четыре цветка Нори к посольству Камисы. Лара читала в вестнике, что тысячи цветов Нори украшают посольства Камисы во всех государствах континента. А чёрные и синие одежды носили не только в Аркадии. Принц Армонд прибыл из Далирии на второй же день, как узнал о смерти невесты. Лара мельком видела его во дворце, когда её наконец-то отпустили домой. Он выглядел бледным, глаза покрасневшие, будто он плакал, вид осунувшийся – идеальный портрет скорби.
– Переигрывает, – прошептал Максимар, который на этот раз сопровождал её к выходу из дворца.
Скорее всего, чтобы она вновь не заблудилась. Тогда Лара никак не отреагировала на это замечание, лишь кивнула, соглашаясь. Кронпринца Армонда не любил никто, но он был наследником трона Далирии – одного из самых сильных военных государств континента, и с ним приходилось считаться.
Через порталы депеши и рассказы путешественников разносились со скоростью сплетен: из уст в уста, из города в город, из страны в страну. Новость о смерти последней из рода Алариин ввергло людей в страх и смуту. По всем улицам расплодились безумцы, пророчащие конец света, прибавляя работы жандармам. Простой народ настороженно затаился, ожидая того самого конца света. Цены на непортящиеся товары возросли до небес, что снова прибавило работы не только жандармам, но и кабинету министров. Страх буквально витал в воздухе, делая людей раздражительными и агрессивными, мелкие стычки и драки вспыхивали буквально на пустом месте, а приёмные жандармерии ломились от доносов, которые следовало тщательно проверить и вынести вердикт. Навалившаяся работа не обошла стороной и Лару: её не понизили обратно до простой канцелярской крысы, но и наказания не удалось избежать. И все эти дни вместо того, чтобы расследовать настоящие преступления, она бегала по городу вместе с жандармами, проверяя и «расследуя» жалобы и доносы.
После очередного «разбирательства», которое в очередной раз оказалось всего лишь кляузой завистливого соседа, Лара оставила сопровождающих её жандармов составлять протокол, сама же отправилась в жандармерию пешком, намеренно выбирая окружной путь через низший круг города.
Антор – столица Аркадии – считался одним из самых красивых и больших городов континента. Поговаривали, что ни одна столица мира не может сравниться по красоте и величию с Антором. Даже старинная Нугда с её хрустальным дворцом и россыпью каналов во многом проигрывала Антору. Лишь когда-то великий Сторхед конкурировал с Антором, но после войны с Данваром, когда Далирия, в альянсе с Камисой и Аркадией при поддержке Аркана разгромили и покорили восточное государство, столица Сторхед была разрушена до основания, и от когда-то великого города остались лишь руины, по которым бродили призраки древних королей.
Сейчас же Антор был не просто столицей самого большого государства на континенте, но и самым развитым городом среди пятнадцати королевств. Антор, что на древнем языке означало «город Света», во всём оправдывал своё название. Белоснежные стены, белоснежные здания, украшенные горным хрусталём, каждый дом, лавка или мастерская по праву считались произведением искусства. Антор был основан на Ларийском холме и раскинулся далеко за его пределами. Стена из белого карарского камня опоясывала холм по спирали, разделяла город на три круга. Начиналась стена у западных ворот, или великих ворот Сатры7, у подножия холма, украшенного статуей богини мудрости, и завершалась Белым дворцом на вершине холма. Белоснежные стены зданий подсвечивались магическими кристаллами, и город никогда не погружался в темноту, даже самые бедные районы города были хорошо освещены в ночное время.
В городе было пять академий и более трёх десятков школ – Антор по праву считался великим городом. Сюда приезжали тысячи странников: кто-то в поисках новой жизни, кто-то в поисках знаний, или просто торговцы и купцы со всех уголков мира. В Анторе была самая большая транспортная сеть переходных порталов, и ежедневно десятки тысяч торговцев и путешественников пересекали Антор, дабы добраться в следующий пункт назначения. Это был единственный город, на территории которого находились два портала, из которых можно было попасть в двенадцать точек назначения, что позволяло торговцам переправлять товары во все уголки мира. А в западной части Антора расположился один из самых известных и больших рынков континента, ведь именно торговля приносила городу основную прибыль. Это был великий город, с разнообразными садами, парками и искусственными фонтанами, у которых можно было освежиться и отдохнуть в знойные летние дни. Построенный на развалинах великого города Ариин, Антор превзошёл по красоте своего предшественника.
Солнце поднялось высоко над горизонтом, извещая о прибытии ранней весны. Совсем скоро в Антор потянутся караваны с юга с разнообразными экзотическими фруктами, которые как раз в этот период и поспевают на объединённых островах Гуларии. Лара знала, что должна вернуться в казармы жандармерии, ожидая нового вызова, но из-за произошедшего во дворце на душе выли волки, и, выбирая самый длинный путь через нижний город, она бесцельно бродила по городу.
Несмотря на тревогу, что витала в воздухе, люди продолжали жить своей жизнью. Улицы полнились народом, спешащим по своим делам. Повозки, гружённые разнообразными товарами, проталкивались сквозь толпу, спеша к порталам, уличные мальчишки кружились вокруг лавок в надежде получить бесплатное угощение или стащить что-то, что плохо лежит. Курьеры, одетые в яркую красную униформу, разносили письма и посылки, юрко лавируя в толпе. В нижнем городе каменные дома местами обветшали и требовали обновления. Лара знала, что через два месяца жители всех домов в Анторе или их служанки начнут ремонтировать и обновлять дома, готовясь к первому празднику года, Шаси, во имя великой Баах. Улицы заполнятся весенними цветами и гирляндами из огненных кристаллов. На площадях разведут костры и будут раздавать сладости. Лара любила этот праздник: ещё будучи маленькой, она вместе с другими сиротами выходила на улицы города, ела сладости, зажигала огни, загадывая желания Великому Пауку Судьбы и танцевала вместе с другими горожанами. Именно в Шаси Лара не чувствовала себя одинокой, никому не нужной сиротой. Она считала, что с того дня, как в ней открылась сила и её забрали в школу магии, она распрощалась с этим чувством, но сегодня одиночество и чувство собственной никчёмности снова навалилось на неё.
Позволят ли ей снова заняться настоявшим сыском или так и будут держать на мелкой работе? Лара знала многих хороших и талантливых сыщиков, которым так и не позволили подняться по карьерной лестнице. Означал ли разговор с герцогом Арвалисом конец её карьеры как сыщика? Или Рирара всё же не обошла её стороной и ещё улыбнётся ей?
– Нарисы8, нарисы, свежие нарисы. Попробуйте первые нарисы, госпожа сыщик, – полная торговка с лотком сочных жёлтых фруктов протягивала ей плод.
Лара инстинктивно остановилась, откликнувшись на «госпожу сыщик»: её синяя с красными полосами униформа выделялась среди коричневых одежд торговцев и лавочников и сразу сообщала горожанам, что она служащий закона. Первые плоды нариса были ещё полуспелыми и не такими ароматными и сладкими, но, польщённая официальным обращением, она всё же решила купить несколько фруктов. Пока она расплачивалась за пакет с фруктами, кто-то в неё врезался, сбивая с ног и переворачивая лоток. Жёлтые плоды рассыпались по брусчатке.
– О, Великая Мать, мой товар! – запричитала женщина.
– Жандармы! – крикнул кто-то. – Вызовите кто-нибудь жандармов! Этот воришка украл у меня кошелёк. – Грузный мужчина тяжело дышал, пытаясь догнать мальчишку, который врезался в них.
Воришка же отряхнулся, схватил несколько фруктов с земли, спрятав их за пазуху, гадко улыбнулся и снова бросился бежать.
– Стой! – оставив женщину с лотком и мужчину звать жандармов, Лара бросилась вслед за сорванцом.
Мальчишка был юрким и быстрым, но и её не зря гоняли в академии и готовили к погоне за преступниками. Ловко лавируя среди толпы, он то и дело норовил укрыться среди повозок или за выступами лавок. Но Лара не стала пробовать удачу на вкус и выпустила Ласо: простое заклинание позволяло соткать невидимую верёвку и заарканить необходимый объект, обездвижив его. Но мальчишка увернулся, недобро сверкнув глазами, и снова пустился в бега. Такое поведение выдавало в нём мага, а, судя по роду деятельности, так ещё и не подконтрольного. К сожалению, несмотря на отсев и старания собрать и обучить всех магов королевства, всё же магистры школ иногда допускали ошибки, и маги-беспризорники продолжали куролесить по улицам столицы. Теперь поимка этого наглеца стало делом чести. Лара прекрасно знала, что необученные маги в первую очередь опасны для самих себя. Побежав снова за юрким проходимцем и на ходу плетя новое заклинание, она так сосредоточилась на поимке пацана, что не заметила пакости. Маг-универсал пятого уровня, следователь и выпускница столичной академии, она проглядела простенькую Подножку, брошенную ей прямо под ноги. Лишь покатившись по грязной мостовой и угодив головой во всё ещё не растаявший снег, Лара поняла, что произошло. Но было уже поздно: пацан скрылся, и догнать его не представлялось возможности.
Какой же из неё сыщик, если она даже простого воришку не может поймать? Сегодня богиня Рирара точно отвернулась от неё, а её брат Арам9 обрушивает на неё сотни несчастий.
Расстроенная до глубины души, она с трудом поднялась, отряхиваясь от грязи, и тут услышала позади себя.
– Если вы думаете, что я просто так вам отдамся, то ошибаетесь, – женский голос, вывел её из уныния.
– Если не будешь сопротивляться, то умрёшь быстро и безболезненно, – гнусавый мужской голос доносился из-за угла здания.
Лара среагировала инстинктивно. В ней, разозлённой и обиженной, сразу же поднялась сила. Может, богиня удачи и отвернулась от неё, но она не будет бездействовать, когда кому-то грозит опасность. Игнорируя мокрую одежду и скользкое месиво снега, она побежала на звуки голосов, сворачивая в узкий проулок между двумя зданиями. Это был тупик. Три высоких вооружённых мужчины надвигались на девушку, которая прижалась к стене. Несмотря на то, что в её руке был небольшой нож, даже отсюда Лара видела испуг на её лице. Недолго думая, она стала действовать без предупреждения, что противоречило протоколу, но медлить было нельзя. Направив потоки силы и разделив их, она вырвала оружие у нападавших, потом она повалила их на землю, вмиг сплетая обездвиживающую сеть, пригвоздив мужчин к земле. Так ловко и быстро она не действовала даже на экзаменах. Не прошло и минуты, как трое мужчин в полном недоумении лежали на земле, не в силах пошевелиться и с удивлением осознавая своё положение. Лара сама была удивлена, смотря на восходящие потоки узора, опутавшего убийц: в них было в три раза больше энергии, чем требовалось.
– Ловко, – хмыкнула девушка, с улыбкой смотря на мужчин.
– С вами всё в порядке? – завязав потоки, чтобы не тратить силы на их поддержание, Лара тут же забыла про нападающих.
– Да, спасибо, что спасли меня, – девушка робко улыбнулась, хотя глаза сверкали недовольством и разочарованием.
– Я вызову жандармов и лекарей, вы ранены.
– Нет, не нужно, это просто царапина. И не такое случалось, – девушка вытерла кровь со щеки рукою в перчатке.
Лара удивилась, увидев тонкие кожаные перчатки, изготовленные из речного урла. Дорогой аксессуар для девушки из бедных кварталов. Лара пригляделась к девушке, но так и не смогла определить её социальный статус. Белокурые волосы коротко острижены, лицо девушки не было покрыто ни граммом косметики, которую так любили лорды и леди из высших домов Антора, высокие точёные скулы, пухлые губы, большие пронзительно-голубые глаза и ухоженные ровные брови выдавали в ней уроженку южных районов Аркадии. Одежда на девушке была ладной, но простой. Коричневая куртка, утеплённая протёртым овечьим мехом, добротные шерстяные штаны и высокие протёртые сапоги из обычной бычьей кожи. Если бы не её ухоженное лицо, которое никак не портил тонкий порез на щеке и перчатки из кожи урла, Лара бы приняла её за обычную жительницу бедного района, может, даже за беспризорницу.
– Спасибо ещё раз за помощь, но мне нужно идти, – девушка уверенно перешагнула через обездвиженные тела обидчиков и направилась к выходу из переулка.
– Подождите! Вам нужно остаться и дать показания против нападающих. Необходимо разобраться во всём, – Лара преградила ей дорогу.
– Некогда мне разбираться, – девушка грубо оттолкнула Лару и бросилась бежать прочь.
Снова застигнутая врасплох, Лара в который раз за сегодня упала в мокрый снег, но тут же поднялась и побежала за девушкой. Как только она вынырнула из переулка, резко остановилась: девушки и след простыл. Был импульс раскинуть ищущую сеть, но это заклинание требовало слишком много силы, а она уже изрядно потратилась сегодня. Кристалла-накопителя при ней не было. Махнув рукой на странную особу, Лара вернулась к нападающим. Убедилась, что потоки хорошо связаны и энергии в них хватит надолго, она направилась искать жандармов, дабы привести неудачливых убийц в тюрьму и завершить арест.
***
Девушка-следователь не стала бежать за ней, и это несказанно сильно порадовало Витару. Отойдя на почтительное расстояние от места происшествия, она деактивировала артефакт сокрытия, который позволял ей укрываться от Ищущих сетей. Девушка была магом-универсалом и, видя, с какой лёгкостью она расправилась с убийцами Гарна, Витара не хотела рисковать зря. У неё и так сегодня самый неудачный день в жизни: богиня Рирара полностью отвернулась от неё, и её брат Арам преследовал Витару с самого утра. Привод в казармы жандармерии или, упаси Всемогущий Отец, в отделение сыска ей уж точно было не нужно. Слишком опасно для жизни.
Витара отряхнулась от налипшей грязи, горстью чистого снега умыла лицо от крови и двинулась прочь, подальше от сыщика и убийц. Порез жёг, и ей не помешал бы лекарь, нож этого ублюдка Нура был смазан ядом цепны10, это не убьёт её, но рана будет очень долго закрываться, и может остаться заметный шрам на щеке. Витаре было всё равно на красоту, но шрам мог стать опознавательным знаком, а в её профессии это равносильно раскрытию. Нужно было срочно найти хорошего лекаря и запечатать рану, пока ещё не поздно. Но куда податься, она не знала. Все знакомые лекари, которые могли бы ей помочь, не задавая лишних вопросов, так или иначе были связаны или работали на Гарна. Но с учётом, что глава гильдии воров прислал за ней своих убийц, это было плохой идеей.
Сегодняшний день не задался с самого утра. Вчера завершив одно из самых крупных дел за всю свою карьеру вора, Витара праздновала победу. Но, видимо, подношения богине Рираре не удовлетворили её, и удача отвернулась от Витары, как кошка от миски с прокисшим молоком. Две недели планирования и приготовлений, опасная, на грани смерти, прогулка в дом герцога Пренье и древнее колье стоимостью в три тысячи полновесных золотых было в её руках. Витара и не мечтала когда-либо держать такую сумму в руках. Когда они, наконец, вернулись с Фарелом в их убежище, сразу же спрятали колье в тайнике под полом. Именно Фарел уговорил её повременить с раскрытием окончания дела. Он так сладко уговаривал её провести хоть одну ночь с такой драгоценностью рядом: описания этого колье на её голом теле и сладостные обещания любви в его светло-серых глазах грели женскую душу, и она согласилась.
При воспоминании о Фареле Истуре внутри пробуждалась такая ненависть, на которую она и не думала, что способна. Три года они были не просто напарниками, не просто любовниками: она на самом деле любила его, любила по-настоящему. Они мечтали о маленьком доме где-то на юге, об общих детях и осёдлом образе жизни. Витара мечтала о детях, своём доме на побережье, большой и крепкой семье, которой никогда не имела. С семи лет, с того дня, как, сбежав от пьяницы-отца, она выросла на улицах Антора. Четыре года беспризорничества и воровства лишь ради куска съестного стали её новой реальностью, пока в один день Гарн не заметил её и не взял под своё крыло. Он обучал её своему ремеслу, тщательно, так, как умел. Он заменил ей мать и отца. И вот спустя десять лет она с гордостью могла именовать себя профессионалом.
Три недели назад в таверне «У Молодца», где собирались самые сливки воровского мира, она услышала про новое дело, и тут же загорелась им: колье на предъявителя, гонорар в семь сотен полновесных золотых. Это были огромные деньги. И это был их с Фарелом билет в свободную жизнь. Фарел отговаривал её: дельце было опасным и попахивало гнильцой, но Витара так сильно хотела вырваться, что решила рискнуть, и Фарел в конечном итоге согласился. Особняк герцога Перье был защищён всеми возможными и невозможными охранными заклинаниями, дюжиной свирепых волкодавов и небольшим личным войском. Но тщательное планирование, трата большей части своих сбережений на деактивирующие амулеты и артефакты и колье наконец были в их руках.
Вчера они пили и праздновали победу, вчера Фарел ласкал и любил её, вчера она слишком быстро опьянела и уснула. Уснула лишь для того, чтобы утром проснуться в холодной постели и пустой комнате. Колье, все её сбережения и сам Фарел пропали. Этот ублюдок даже испортил больше половины её вещей, оставив лишь те, до которых не смог добраться.
Витара была в бешенстве: эмоции захватили её настолько, что она даже не подумала о том, что Фарел может опередить её. Опьянённая и ослеплённая своей неприкосновенностью, она тут же ринулась к своему покровителю Гарну в «У Молодца», чтобы обвинить Фарела в обмане и предательстве. Но каково же было её удивление, когда Гарн её даже на порог не пустил. Он так и не смог простить ей ухода от него. Щирам, помощник, и правая рука Гарна перекрыл ей путь на второй этаж.
– Как ты смеешь тут появляться? Ты предательница и изменница! – обвинил её Ширам. – Из-за тебя сегодня у Мара был обыск, и его арестовали. Его отправят в Терокар, лучше смерть.
У воров существовал свой кодекс чести, и предательство сородича жёстко каралось, вплоть до смерти. Они были сами себе судьями и палачами. Она пыталась всё объяснить, пыталась оправдаться, но её никто не слушал. Лишь чудом ей удалось сбежать от немедленной расправы, но эти уроды настигли её, загнав в тупик. Если бы не девушка-следователь, Витара бы уже валялась мёртвой в полурастаявшем снегу.
С одной стороны, Витара была благодарна девушке за спасение, но её спасла представитель закона: ублюдки Гарна не поленятся всё доложить главе гильдии, и на ней навсегда останется клеймо предателя. Никто теперь не поверит, что она не сливала информацию.
– Нужно бежать из города, из страны. Бежать как можно быстрее, – заключила Витара и, скрыв лицо под грубым капюшоном, направилась на восток, в сторону порталов.
Пятнадцати золотых, лежавших в кармане, должно хватить на проход через портал, еду и скудное жильё на первое время где-то подальше от Антора и банды Гарна.
4. Быть войне
– Что значит нашли убийцу? Это официально? Информация достоверная? Когда это случилось? – Лара в полном недоумении стояла на ступенях Центрального отделения сыска Антора, практически не ощущая промозглого вечернего ветра, и не могла поверить в новости, которые ей только что сообщил её лучший друг Вегард.
– Тише ты, – зашипел он на неё, – это пока секрет и не разглашается. Я случайно увидел, как его привезли к нам и тут же отвели в подземелье.
