Перейти к содержанию

Тот, кто тебя убьет. Книга 1 — книга №3 серии «Сияна»

Автор:

5,0 540+ оценок читателей Рунета
Категория
героическое фэнтези
Серия
Сияна · книга №3
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Если приговора не удается избежать, то можно хотя бы отсрочить. Твой дар вне закона, зато способен изменить этот мир. Или судьбу его владелицы. Борись за себя. Не отчаивайся. Иди к цели, используй все шансы, узнай больше. Пусть враг заведомо сильнее, но вдруг и у него есть слабые стороны? Далекое путешествие преподнесет сюрпризы, новые знакомства изменят расклад, а прошлое обязательно догонит в пути. Выбирая, не прогадай. Ведь награда — твоя жизнь.

Читать «Тот, кто тебя убьет. Книга 1» — Пальмира Керлис онлайн

Страница 2 из 6

Игнорируя бурные приветствия шумной компании пьянчуг, она взяла у стойки кружку с разбавленным вином. Прошагала к нашему столу и отчиталась перед стражами:

– Не дозвалась, ушел… с концами. Упокой Высшие Силы его душу.

Того и следовало ожидать. А упокоили Демира без участия Высших Сил.

– Спасибо за работу, – угрюмо изрек Захари. – Не задерживаем тогда тебя больше.

– Кроме вас еще его родичи есть, которым обряд прощания нужен, хоть он здесь и бесполезен. – Заклинательница бухнулась рядом со мной на лавку, сильно меня подвинув. Тут-то, собственно, и заметила. – О, а ты кто будешь?

– Невьяна, она тело нашла, – подсобил с ответом Ян, – проездом у нас.

– Да, тело… – Заклинательница грустно отпила из кружки и пихнула меня локтем в бок. – Шикарный мужик был, скажи? Эх. Нынче я таких голыми вижу исключительно на столе для призывов, а вот в твои годы…

– Стана! – возмущенно воскликнул Захари. – Имей приличия.

– Однажды только их иметь и останется, – ухмыльнулась она, – лучше позже, чем раньше.

Мы с ней переглянулись, мои губы дрогнули в улыбке. Забавная тетка. Вышивка бисером по краю ее декольте изображала бутоны черных роз, вызывая в памяти мою любимую игральную карту. Особенную в тактических раскладах, меняющую комбинации со светлой на темную или наоборот. С ее помощью я не раз выигрывала. Это знак?.. Страх немного отступил.

– Извините… – я отодвинула миску с недоеденной едой и воззрилась на Яна, – дурно себя чувствую.

– Еще бы, – участливо среагировал он, – может, в комнату вернешься?

– Насиделась в ней, – намекнула я на то, что полезнее будет выйти подышать воздухом, – да и боязно после сегодняшнего.

– Там все в порядке, – раздался со спины голос, от которого съеденное попросилось наружу.

Я не обернулась, сзади нависла тень. Сидящие за столом уставились на ее обладателя. Зрачки у Станы при этом странно сузились, а радужки на миг будто выцвели. Кажется, у стражей промелькнуло то же самое. Что за… магия? Неспроста он без маскировки разъезжает, когда его портретами куча книг пестрит. Но в этой глуши их вряд ли видели.

– Снова здравствуй, – обронила заклинательница. Выходит, успели познакомиться. – Да, бояться нечего, тут и народа-то мало осталось. А у родичей Демира уже небось толпа.

Традиция. Проводить дух усопшего в ночь после смерти. Повязать памятные черно-белые ленты, принести соболезнования. К дому обычно все неравнодушные за этим подтягиваются.

– К ним и направляюсь, – сказал Велизар как ни в чем не бывало.

Зачем ему туда?!

– Нам лучше не соваться, – Захари предупредительно зыркнул на Яна, – одолеют вопросами. А мы теперь и тело для захоронения неизвестно когда отдадим…

– Я чуть позже на прощальный обряд подойду. – Стана повозила по столу полной кружкой. – Без меня все равно не начнут.

«Без меня» – отдало эхом. Казалось, ожерелье принялось сжиматься заранее, гортань онемела. Я с трудом сглотнула. Оглянувшись, наткнулась на выжидающий взгляд Велизара.

– Тоже схожу, – выдавила я, – с тобой.

Других вариантов-то не было.

Глава 2

Темнота таяла, обнажая пустынность улицы и полосу леса вдали за широким полем. В низко нависшем небе ярко горели звезды, словно соревнуясь с расставленными вокруг таверны факелами. Треск пламени смешивался с долетающими из покинутого зала звуками, пахло смолой и горелым деревом. Холодно не было, но хотелось зябко ежиться, обнимая себя на плечи. Или отвернуться – от ветра, поля и того, за кем следом я шла. Держалась на расстоянии, которое неумолимо сокращалось по мере приближения к распахнутым покосившимся дверям. Из-за них доносились ржание и пофыркивание, намекающие, что добираться к семье Демира предполагается не пешком.

Конюшня при таверне походила на ветхий хлев. Втиснули его на задворках между навесом с дровами и телегой без колес, заполненной соломой не первой свежести. Отвыкла я от такого за дни дворцовой жизни… Заходить не стала, остановилась у входа. Снова очутиться с Велизаром в замкнутом пространстве не тянуло. Глядя на его затемненный профиль в отблесках огня, я все-таки поежилась. На меня же, казалось, не обращали внимания. Будто я не более чем тень, вынужденная следовать по пятам. Это недалеко от истины! Из ожерелья получился почти ошейник с поводком, неизвестно лишь, настолько длинным.

Лошадей в стойлах было немного, магической породы – одна. Та, что привезла нас сюда на повозке. Вороная, с черной гривой и ветвистыми громадными рогами, заостренными на концах. Пожалуй, если напороться – проткнут насквозь… Велизар прошел мимо нее, к упитанной рыжей. То ли счел, что его лошадь недостаточно отдохнула, то ли не хочет, чтобы в нем с ходу признали мага на обряде прощания. Какого нечестивого духа он там забыл? Мало того, что Культ убил парня, теперь от скорбящих родственников что-то понадобилось!

– После убийства жертвы требуется заодно и ее семью прикончить? – зло осведомилась я. – Что за ритуал такой провернули?

– Никакой, – хмыкнул Велизар, беря лошадь за поводья.

Никакой?..

– А что означает символ, начертанный кровью на кровати? – спросила я прямо. Ответом не удостоили, однако меня пронзило догадкой: – Ничего.

Демира зарезали не адепты?! Или вообще не маги! А то, что его упокоили, обезопасив от призыва заклинателем… У Рады был браслет с темными чарами, гарантирующий, что ее уход из жизни будет окончательным. Представители преступного мира носят их на всякий случай, чтобы даже духом не сдать своих. Сын старосты из той же братии? Его прирезали ритуальным кинжалом и развели кровавое художество, стремясь свалить убийство на Культ?

Выходит, Велизар решил разобраться. Неужели обидно, что на его детище поклеп возвели? Или дело в том, что у законников, вплоть до Надзора, начнется расследование на месте, где мы были проездом. Ему это не нужно. В отличие от меня!

Я стиснула зубы, он вывел из конюшни расседланную лошадь, не теряя времени на приготовления. Взобрался на нее рядом со мной, и закралось подозрение, что на вторую рассчитывать не стоит. Оно укрепилось, когда Велизар подал мне руку. Вместе поедем?.. Ладно. Бежать за лошадью хуже… наверное.

Но пошевелиться не получалось. От мысли, чтобы ухватиться за его ладонь, накатывала паника. Секунда, другая, третья. На четвертую он устал ждать. Сграбастал чуть ли не за шиворот и затащил на лошадь, усадив – не назад, как было бы удобнее, а перед собой. Ну, я на его месте тоже бы меня лишний раз к себе со спины не подпускала…

Ночная темнота помутнела, блеск звезд потускнел и смазался. Натянутые поводья, несколько шагов через символические ворота к дороге, неспешная рысь. Мучительная близость, невольные соприкосновения. Сковало оцепенением от макушки до пят, сердце стучало гулко и надрывно. Спокойно… Стражи говорили: ехать совсем недалеко!

Глубоко вдохнув, я подвинулась – пусть и всего на дюйм – к покрытой рыжей гривой шее и медленно выдохнула. Стараясь на что-нибудь переключиться, принялась смотреть по сторонам. На проплывающий мимо частокол, примятую траву, чадящие факелы. На окна таверны, попутно высчитывая, каким комнатам они принадлежат. Моя несостоявшаяся была с краю – в тени криво нависающей крыши. Окно выходило в глухой угол, который толком не просматривался ни с внутреннего, ни с внешнего двора. Зато в паре футов в частоколе зияла дыра – удобно. Можно улизнуть и не попасться никому на глаза… Пожалуй, если бы мне надо было кого-то умертвить в этой таверне, заманила бы его именно в ту комнату. Ее не пришлось бы даже снимать, отмечаясь в списке постояльцев и будущих подозреваемых. Влезть в окно – плевое дело, да и замок на двери нехитрый.

Дорога вилась вдоль однотипных домишек, ныряя во мрак от факела до факела. Ехать без седла было сложно, а уж старательно заваливаясь вперед… Лошадь ускорилась до галопа, меня подбросило, впечатав в Велизара. Я вздрогнула, сползти не дали тиски держащих поводья рук. Звон напряжения в ушах, твердая грудь за спиной, касающееся затылка дыхание. Не думать об этом! Отвлечься от чувств и ощущений любой ценой. Шарить взглядом вокруг, подмечать все подряд. Кружение ворон над засеянным полем, полоску леса, заросли шипастого кустарника. Лай собак, вереницы разномастных заборов, сокрытые и не очень дворы. Не то чтобы маленькая деревня. Убогие дома вперемешку с добротными, встречались и зажиточные. Самый большой и красиво огороженный выделялся издалека. Сразу стало ясно, что нам сюда. В избытке полыхали факелы, освещая повязанные на изгороди черно-белые ленты. Людей было много – как у открытых ворот, так за ними. Казалось, все жители пришли.

Мы остановились у коновязи близ дома. Это была короткая, но вместе с тем невыносимо долгая поездка. Едва Велизар отпустил поводья, я спрыгнула на землю. Ребра мстительно стрельнули болью, заставив поморщиться. Ничего, нормально… Гораздо лучше, чем было. Пока он привязывал лошадь рядом с другими, я отдышалась, расправила смявшуюся в поездке юбку. А ведь еще как-то обратно добираться!

Во дворе за оградой искрил и трещал костер, на высоком крыльце изваянием застыла укутанная в вязаную шаль немолодая женщина. Мать Демира? Она держала за руку бледную, опускающую глаза девушку. Народ стекался к ним: скорбные выражения лиц, сложенные в молитвенных жестах ладони, отголоски сочувствующих слов. И тут же отстраненные взгляды да перешептывания. Не все явились с искренней поддержкой: кого-то привели приличия, кого-то – любопытство и страх. Краем уха расслышала от одной перепуганной женщины причитания про клятых культистов и убежденные заверения от другой, что наверняка те после убийства убрались из деревни. Ну… Ровным счетом наоборот!

Надежно закрепив поводья лошади, Велизар повернулся к воротам.

– Зачем тебе туда? – спросила я на удивление спокойным голосом.

– Как зачем? – буднично отозвался он. – Выразить соболезнования.

Конечно! Небось расследует фальшивое жертвоприношение. А здесь можно вдоволь информацией о покойном разжиться.

– Что делать мне? – процедила я сквозь зубы, слабо представляя наше совместное времяпрепровождение.

– Сама решай.

– Я бы вообще внутрь не заходила.

Велизар равнодушно пожал плечами. То есть я могу остаться?.. За воротами, без присмотра, в месте, где собралась целая деревня? В горле пересохло, ладони вспотели. Он направился к дому старосты, бросив на прощание:

– Создашь проблемы – получишь последствия.

Не прозвучало ни угрозой, ни предупреждением. Констатацией факта, который непременно свершится. Я вросла в землю, глядя в прямую удаляющуюся спину. Как только потеряла ее из вида, развернулась и зашагала прочь. Вдоль забора, потом за угол – в травяной коридор между огороженными дворами, считая шаги и прикидывая расстояние, на которое отхожу.

Сосредоточившись на окружающей энергии, удавалось худо-бедно определить, что Велизар у костра со всеми. Единственная магическая аура! Использовать дар было тяжело, в висках стучала тупая боль. Но надо проверить дальность действия ожерелья… Я насчитала около сотни футов, когда шею сдавило серебряными пластинами. С каждым шагом хватка сжималась, а через десяток стала удушающей.

«Сама решай» – пронеслись в голове слова, в которых теперь слышалось издевательство. Далеко все равно не уйти… Толпа есть, а толку нет. Помочь мне способны лишь стражи, и то связавшись с Северином. А они в таверне, за добрую милю отсюда. С радостью бы побежала к ним, но не дотяну. Уже дышать нечем. Не хватало еще свалиться здесь в обморок!

Я поспешила обратно сквозь заполняющую пространство мутную пелену. Ожерелье прекратило врезаться в кожу, вдохнулось полной грудью. От такого счастья голова закружилась, я привалилась к забору, выравнивая дыхание. Сбоку мелькнула тень, оформляясь хрупким девичьим силуэтом.

– Эй… – Перед глазами вырисовалось курносое лицо с влажными глазами. – Ты что тут делаешь?

– Стою, – пояснила я для непонятливых.

– На проводы пришла? – проявила она потрясающую догадливость. – Чего не идешь?

Я молча втянула в легкие воздух, борясь с желанием отключиться.

– Понимаю, – неожиданно заявила незнакомка. – Тоже никак не пойду…

И, закрыв лицо тонкими руками, горько заплакала. Вот какого… Моя ладонь потянулась к ее вздрагивающей макушке. Не погладила, зависла в дюйме от растрепанных рыжеватых волос. На кончиках пальцев ощущалось тепло, норовя вспыхнуть магией. Причем неизвестно – светлой, темной или смешанной!

– Н-не могу… – доносилось сквозь судорожные всхлипы, – а пора бы. Хочу…

– Тс-с-с, – успокаивающе сказала я, отдернув ладонь. – Раз хочешь – надо смочь. В чем дело?

– Я Демира любила! – Она вытерла рукавом обе щеки, зыркнула на меня исподлобья, словно ожидая осуждения. – Верила, что и он меня. А потом… посватался к другой.

Та девушка на крыльце – невеста? А эта – с безответными чувствами. Молоденькая, лет шестнадцать, не больше. Одета очень по-простому, хоть и опрятно. Не чета единственному сыну старосты, что очевидно.

– За свои чувства никто не в ответе, – отрезала я. – Иди и не бойся.

– Боюсь, – она шмыгнула носом, – прощаться с ним. Это будет совсем конец.

– Проводы для того и нужны – отпустить. Если честно, не обязательны ни ленты, ни обряды, ни толпа.

– Да… – Зареванное личико немного посветлело. – Отпустить – это освободиться. Кстати, я Илинка. А ты кто и зачем здесь? Я тебя раньше не встречала.

– У меня все сложно. – Я поправила сбившийся воротник, надежнее прикрыв им ожерелье. – Но очень не хочу возвращаться к воротам.

– Я знаю, как попасть на проводы иначе!

Проход оказался в нескольких футах за густыми зарослями кустарника. Плохо закрепленная доска забора легко сдвигалась, образуя узкую щель. Порой хорошо быть худосочной девицей! Едва вылезли в полумраке сада, к нам подскочил оскаленный лохматый пес. Завидев мою сообщницу, он высунул язык и приветливо завилял хвостом. Удачно… Заклинание отвода глаз не осилю, да и не стоит демонстрировать магию, будучи чужачкой в деревне, где якобы орудуют «клятые культисты».

Велизар как раз ловит коварного имитатора. Если предъявить преступника стражам, то они не отпишут в столицу. Мне надо, чтобы отписали! Найти его первой и предупредить? Во-первых, обойдется. Красивых мужчин и так мало, нечего выкашивать их направо-налево. Во-вторых, сомневаюсь, что убийца не успел скрыться. В-третьих, пытаться помешать Велизару просто смешно. Лучше потрачу время с толком, пока он занят.

Демира провожали с другой стороны двора, в массовом скоплении человеческой энергии по-прежнему выделялась одна сильная аура. Моя отсвечивает так же, но точное местонахождение мага вплоть до фута не определить. Надеюсь, Велизар не заподозрит, куда я проникла… При мысли об этом к горлу подкатывал колючий ком. Душил без участия ожерелья, заставляя жадно хватать ртом воздух. Спокойно! Без паники, к цели. Я должна найти способ снять реликвию и сбежать.

Оставив Илинку в компании пса, я юркнула к дому. Вдоль стены тянулась живая изгородь, в траве лежали брошенные садовые ножницы – большие, мощные и острые. Такими можно не только ветку обрезать. Открыть застежку я пробовала и тоже чуть не задохнулась, значит, буду действовать быстрее, радикальнее и не голыми руками. Серебряные пластины на шее соединяла толстая цепочка, но где украшения, а где надежность?

Расстегнув верхние пуговицы, я подняла находку и осторожно обхватила лезвиями соединенные звенья. Примериться, набрать воздуха, резко сжать рукояти, вдавливая до упора. Щелчок, скрежет, боль. Ожерелье впилось в кожу вместе с режущим полотном, благо тупой стороной. Казалось, следующим я услышу хруст собственных шейных позвонков. Зараза!.. Я выдернула ножницы, уронив их на землю, нажим пластин тут же ослаб. Хоть цепочка и уцелела, на металле остались зазубрины. Повредить ее реально, но в процессе я лишусь чувств или головы. В обоих случаях успех спорный.

Спрятав под воротником покоцанную реликвию и наливающийся синяк, я заметила приоткрытое окно первого этажа. Перемахнуть через подоконник не вышло, забралась на него безо всякой грации и вывалилась на ковер в безлюдной спальне. Ну а где бы еще? Хоть что-то в моей жизни предсказуемо… Судя по огромной двуспальной кровати и женскому столику с зеркалом, это комната старосты с супругой. У людей горе: сын погиб, а я тут рыскаю. Но если не найду что-нибудь полезное, то вскоре сама рискую отправиться на тот свет.

Вещи беззастенчиво указывали на достаток семьи: покрывало и подушки с мастерской вышивкой, позолоченный подсвечник на резной тумбе, цветы в керамической вазе, широченный шкаф. Точно не знала, что мне может понадобиться, поэтому сперва исследовала полки с одеждой, потом женский столик. На нем стояла шкатулка с драгоценностями. Бусы, кольца и броши… Внимание привлекла изящная металлическая булавка, от нее отчетливо веяло холодом. Она из заговоренной стали! Такие делают для защиты от сглаза. Забавное суеверие, но многие жрецы не прочь на нем подзаработать.

В коридоре хлопнула дверь, донеслись вибрации чужого присутствия. Кого-то принесло в дом… Нельзя попадаться хозяевам. Проникновение, пусть и без взлома. Я торопливо прицепила булавку к внутренней стороне кармана. Не ритуальный кинжал, но для некоторых оккультных дел подойдет. Теперь в окно, наружу!

Приземление в кусты было мягким, на этом удача закончилась. Из-за угла дома, где собирался народ, вывернула женщина в шали, ранее стоявшая на крыльце. Отступать в сад поздно и подозрительно. Я спокойно пошла ей навстречу, она ринулась ко мне. Ее глаза зло сузились, пальцы сомкнулись на моем локте.

– Как у тебя наглости хватило? – прошипела хозяйка.

Исключено, что она видела мое выпрыгивание из окна. Я вопросительно изогнула бровь, ибо чем меньше говоришь в таких ситуациях, тем лучше.

– Это же ты… – выплюнула женщина. – Та девка из соседней деревни, к которой мой сын шастал.

– Вы обознались, – ответила я с подчеркнутым спокойствием.

Демир путался с какой-то незнакомой матери девицей? Шастал он, а виновата я! Ну или другая, что тоже несправедливо. Но покойному-то уже ничего не предъявишь. Не тайная ли зазноба его в таверну заманила и порешила? Это объяснило бы, почему я обнаружила его без одежды. И следов сопротивления как таковых не было.

– Что ты тогда забыла на его проводах? Я тебя впервые вижу! – упорствовала супруга старосты, ни капли моим словам не поверив. – А ну, рассказывай, кто ты.

– Не местная. Остановилась в таверне, там узнала о случившемся. – Признаваться, что я маг, не тянуло. Подтверждать это колдовством тоже. – Пришла посочувствовать вашей потере.

– Не смей! – взвилась она. – Засунь свое сочувствие себе в…

Из-за того же угла выбежала бледная девушка, не иначе как на шум. Невеста покойного.

– Заклинательница духов приехала, – сообщила она, – готова начинать обряд.

Во взгляде ни толики злости на предполагаемую любовницу жениха. Смотрела скорее утомленно. Либо смирилась с его неверностью, либо ей наплевать. Да и смысл видеть соперницу в той, кому помолвки не обломилось? Наверное, подобно Илинке, по нему сохла вся округа. Красавец, и не с шалашом в придачу. Был рад пользоваться положением, я гляжу.

Хватка на локте тем временем сжалась сильнее, причиняя боль.

– Отпустите, – велела я, потеряв терпение, – и я просто уйду.

– Не надейся, – прошипела женщина, – так легко отделаться, дрянь. Вызнаю твое имя и на всю округу ославлю!

– Она со мной, – разрезал пространство голос, заставивший пожалеть, что нашу невежливую беседу прервали. – Мы у вас проездом.

Удерживающие мою руку пальцы разжались. Велизар стоял возле угла дома с той улыбкой, от которой кровь стынет в жилах.

– Извините, – выдавила хозяйка, глядя виновато. Не на меня, на него. – Я немного не в себе сейчас.

Высвободив локоть, я обошла ее и на негнущихся ногах направилась мимо равнодушно взирающей невесты – к тому, на кого старалась не смотреть. Всем нутром чувствовала его присутствие и то, что он идет следом. Полагаю, моя самостоятельная прогулка окончена…

Во дворе в гнетущей тишине ждали люди. Стана сидела у костра и чертила на земле символы для обряда. Ненастоящего, дух-то принудительно упокоен, провожать некого. Но если родным хочется, то почему нет? Я шла и смотрела на пламя, до ряби в глазах.

– Только прибыла, и уже в гущу событий, – прокомментировал Велизар негромко, но в мозг каждое слово вбилось будто наковальней. – Это талант. Узнала что-нибудь?

– Что все еще неважно себя чувствую.