– Жаль, – расстроился друг Лимфа, – интересно было бы на нее посмотреть.
– Слышишь, – Лимф толкнул своего друга с очками на носу в бок, – хватит болтать, пойдем. – Извините, дядюшка Хелпер.
Его друг в это время уже не болтал, а затеял спор с соседом справа, ставшим после выпитого сока очень похожим на дядюшку Хелпера. Они поспорили, сможет ли его сосед хлопнуть в ладоши задними и передними руками. Тот задумался, но так и не смог хлопнуть. А как было понять, где у него передняя, а где задняя рука, если каждая могла быть и той и другой?
– Да я и не болтаю, – ответил друг Лимфа, – мы тут поспорили с этим толстым Лимфом. И зачем ему столько рук, если он не может даже хлопнуть ими в ладоши?
– Пойдем, пойдем, – Лимф потянул своего друга за руку. – Мы как раз идем в школу, там, я думаю, всё и узнаешь.
Маленькие Лимфы выстроились в длинные цепочки и медленно двинулись за идущими впереди взрослыми Лимфами разных мастей. Впереди открылись большие ворота и прямо перед ними цепочки идущих друг за другом по одному детей соединялись в двойки, тройки и так далее, пока перед воротами не получалась уже внушительная колонна, как на демонстрации. Наконец и Лимф с другом вышли из инкубатора и сразу угодили в алую лужу ногами. Лимф осмотрелся по сторонам. Справа вдали он увидел красивый алый дворец царицы со множеством башенок и балкончиков, слева протекала река. Как раз из нее вытекал маленький ручеек, который и впадал в лужу, куда угодили ногами Лимф и его друг. А в реке…
О, чего, вернее кого, там только не было: такие же, как Лимф и его друг, только взрослые Лимфы, правда, одетые. Какие-то красные, округлые существа, с вмятинами под мышками и торчащими из этих вмятин большими, почти прозрачными, шарами. И много других странных на вид существ. Некоторые из них затевали шумные игры, брызгались, забирались, а потом скатывались вниз с белых, словно вата, айсбергов и айзбергунчиков, медленно плывущих и возвышающих свои верхушки над поверхностью реки.
– Вот это да! Наверно, здорово так купаться в алой воде, плавать, кто на спине, кто на животе?! И ведь не тонут же. Это тебе не по лужам шлепать, – подумал Лимф и с размаху наткнулся на впередиидущего.
Колонна остановилась и медленно стала переходить реку через мост, перестраиваясь перед ним по четыре Лимфа в ряд. Там, за мостом, стояло огромное здание с вывеской над входом: «ШКОЛА ЛИМФОЦИТОВ». (Не удивляйтесь, что Лимф смог прочитать вывеску, еще ни разу даже не посетив школу. Дело в том, что у Лимфов, как и у всех других жителей страны Костного Мозга, эта способность была от рождения).
Но самым интересным было даже не то, что Лимф увидел школу. Самым интересным был мост. Наверное, он был волшебным, потому что, переходя через него, Лимф краем глаза заметил, что река до моста была алой, а, выходя из-под него, стала темно-вишневой или бордовой, как хотите. Айсбергов после моста стало меньше, так как многие из них застревали, задев верхушками за край моста, и рассыпались. Да и вообще река стала какой-то грустной и хмурой, как и существа, плывшие по ней, а красные существа с вмятинами по бокам стали худыми-худыми и без шаров. Бока их ввалились еще больше, а кожа стала дряхлой и морщинистой. Словно они враз взяли и постарели.
Лимф со своим другом в очках попали в одну шеренгу. С ними попал и тот толстый многорукий Лимф, что так и не смог хлопнуть в ладоши. А с другого края от толстого Лимфа, шел худой и высокий Лимф с длиннющими руками, которые он волочил по дороге. Вскоре откуда-то сбоку к ним присоединилась колонна, где были Лимфы, похожие на худеньких девчонок с длинными, острыми носами. Одна из них встала сбоку от длиннорукого. Почему Лимфу показалось, что это девочка, он не знал. Он вообще их никогда не видел. Но в том, что это была девчонка, он был уверен.
«Интересненькая компания», – подумал Лимф и спросил своего друга в очках:
– Не знаешь ли ты эту девчонку? Что-то я не видел ее в нашем инкубаторе.
– Хм, знаю, – ответил тот. – Я тоже сразу понял, что это девчонка, только вот не знаю, почему. Я познакомился с ней, когда мы перешли через мост. Ты еще оглядывался в это время на ручей, а я даром времени не терял. Она тоже Лимф, только из соседней комнаты нашего инкубатора. Там все были такие, как она.
– Соседней комнаты? – удивился Лимф.
– Эх ты, – изумился друг Лимфа, – ты всё мечтаешь. – Он снял очки, дыхнул на стекла и протер их об трусы, после чего снова водрузил очки на нос. – А я все вижу, все замечаю. Видимо все дело в очках.
Колонна вновь остановилась, и, посмотрев вперед, Лимф увидел, что дверей в школу на самом деле много, но открыты были только две. У одной из них стоял дядюшка Хелпер. Как он успел сюда забежать вперед колонны?
В эту дверь входили Лимфы-мальчики. У другой двери стояла очень красивая, не худая, не толстая, но со строгими глазами кудрявая особа и, внимательно осматривая каждую девочку с ног до головы, пропускала их внутрь. При этом то, что было у нее на голове, постоянно шевелилось. Было такое впечатление, что ее волосы вот-вот уползут с ее головы.
– Интересно, – просто так спросил Лимф, – что там нас ждет, за этими дверями?
– Известно что, – ответил его друг, – учиться, учиться и еще раз учиться. Школа же.
– Как-то это не воодушевляет, – пробубнил многорукий, толстый Лимф.
– Да, – согласилась девчонка писклявым голоском.
Длиннорукий, высокий Лимф с хмурым лицом промолчал.
– А знаете что, – предложил Лимф, – давайте все дружить.
– Дружить – это хорошо, только, чур, больше не заставлять меня хлопать в ладоши, – согласился толстый многорукий Лимф и посмотрел на Лимфа в очках, что недавно поспорил с ним на просто так.
– Я согласна, – пропищала девчонка и толкнула в бок длиннорукого Лимфа.
– А я что? – басом сказал он. – Я ничего, я только «за».
– Ну, вот и договорились, – подытожил Лимф.
– Нет, – вдруг не согласился Лимф в очках. – Посмотрите вокруг. Все мы похожи. А как мы будем искать друг друга, если потеряемся?
Друзья переглянулись и посмотрели на других, таких же, как они, Лимфов.
– Не будем же мы кричать: «Эй, Лимф, где ты?», – ведь все мы Лимфы, так?
Дети пожали плечами.
– Я предлагаю дать всем имена.
– Как это? – спросил толстый, многорукий Лимф.
– А очень просто. Вот ты, например, будешь, э-э-э, – Пузырь.
– А чего это пузырь? – обиделся толстый Лимф.
– Полнота не порок, а признак хорошего питания.
– Ну, если так, я согласен, – почесав живот тремя руками, сказал толстый Лимф.
– Та-а-а-к, ты (все посмотрели на длиннорукого, высокого Лимфа) будешь– Хмурый.
Тот еще сильнее нахмурил брови, но ничего не ответил.
– Ты, – он указал на девочку, – будешь Пискля.
– А я что, виновата, что у меня голос такой? – возмутилась девочка.
– Да ладно тебе, я же на Пузыря не обиделся, – встрял толстый Лимф.
– А как будем звать тебя? – спросила девочка, указывая на предложившего все это Лимфа в очках.
– Умник, – предложил Пузырь, – потому что он в очках. – А его друга…
– А меня зовите просто – Ли, – попросил Лимф с рожками.
– Почему Ли? – поинтересовался Умник.
– Чтоб никто не догадался, – ответил Ли.
– Опять чего-то себе нафантазировал, – буркнул Умник. – Ладно, Ли, так Ли. Хотя тебе бы лучше подошло – Рогалик, например.
Как раз в это время подошла очередь пятерки друзей. Они остановились перед двумя дверьми. Пути мальчиков и девочки с этого места расходились.
– До свидания, Пискля, – Пузырь прощался долго. Пожать все его шесть рук нужно много времени. Ли махнул ей рукой и смущенно отвернулся. Хмурый просто кивнул головой.
– Пока, Пискля, – Умник долго тряс девочке руку. – Слушай, – спросил он шепотом, – мы тут все думаем, что ты девчонка. Это так?
– Наверно, – ответила она. – Откуда мне знать. А вы кто, мальчишки?
– Ага, – подтвердил догадку Пискли Умник. – По крайней мере, мы все так думаем. Ну ладно, до встречи, – он, наконец, отпустил ее руку.
Девочка, опустив голову, пошла в сторону двери, где ее ждала строгая особа. Мальчишки – в сторону двери, где их ждал дядюшка Хелпер.
– Вы видели, как на нас смотрела эта дылда с шевелящимися червями на голове у девчачьих дверей? Так и пялилась, чуть дыру мне на лбу не прожгла своим взглядом, – смеясь, сказал Умник. – Можно подумать, что в нашей стране не принято прощаться.
– Угу, – промычал Хмурый и попытался улыбнуться.
Увидев его лицо, мальчишки расхохотались. Дядюшка Хелпер недовольно посмотрел на них и погрозил указательными пальцами всех рук.
Прошло немало времени, пока всех детей развели по классам и усадили за парты. Ли, Умник, Пузырь и Хмурый попали в один класс. Пузырь уселся за одну парту с Хмурым, а два давних еще по белому сектору инкубатора друга, Ли и Умник, уселись за парту позади них. В классе стоял такой шум, что друг друга было плохо слышно. И лозунг, висящий над доской, на котором красивыми буквами было выведено: «ВО ВСЕМ ДОЛЖЕН БЫТЬ ПОРЯДОК», на маленьких Лимфов никак не действовал. Но вот, наконец, открылась дверь, и в класс вошел учитель. Это был толстяк, похожий на дядюшку Хелпера. В его руках было много всякой всячины: указки, плакаты, мелки разных цветов, тряпка для доски, классный журнал, карандаш, ручка и много всего другого. Дети замолкли. Он подошел к столу и, поворачиваясь вокруг себя, все это добро вывалил на него. Затем громко поздоровался:
«Здравствуйте, дети!» Дети встали и ответили: «Здравствуйте!»
– Садитесь, – предложил учитель. – Меня зовут Лимфоцит-Хелпер 25 поколения, 6 инкубатора, 867 номер. Это официальное имя. Или Хелпер 256867. Официальные имена нужны Лимфоцитам, чтобы получать доступ к информационному пространству нашего мира. Это как пароль. Ввел его, куда нужно, – и получи информацию. Официальные имена с номерами вам присвоят, когда вы закончите школу.
Дети переглянулись в недоумении.
– Понимаю ваши вопросительные взгляды, но так уж заведено.
– А покороче имя нельзя, учитель? – не удержался Умник.
– Сначала надо поднять руку, а затем спрашивать, – одернул его учитель.
– Простите, – Умник заметно смутился.
– Короче можно, – ответил Учитель, – меня зовут просто Хелпер. Объясняю. Все мы – Лимфоциты. Но как вы уже поняли, Лимфоциты бывают разными. Я Хелпер, то есть помощник. И, как вы понимаете, основная моя задача – помогать. Также, как и твоя, – учитель указал на Пузыря. – И таких же Лимфоцитов, как ты. Среди вас есть Супрессоры: это те, что с длинными липкими руками. Они – удерживатели. Вот, например, этот Лимфоцит, – учитель указал на Хмурого, – когда вырастет, будет следить за тем, чтобы остальные Лимфоциты слишком рьяно не спешили в работе. Ведь как говорится: "поспешишь, Лимфоцитов рассмешишь". (Весь класс уставился на Хмурого. Пузырь толкнул Хмурого в бок и подмигнул.) Есть Лимфоциты Киллеры, то есть воины. Это те, кто будет сражаться с врагами. Посмотрите на этого Лимфоцита с рожками, – учитель указал на Ли. (По классу пошел шумок.) – Тихо, тихо, дети, – успокоил учитель, – и есть Лимфоциты Флеши: это те, что в очках. Они – Лимфоциты, обладающие удивительной памятью на то, с кем встречались в жизни. Они помнят всех до одного и внешне, и по именам. Они видят то, на что не обращают внимания другие. У каждого Лимфоцита, будь то Хелпер, Супрессор, Киллер или Флеш, есть свои уникальные способности. И эти способности нужны для совместной, слаженной работы. Когда каждый знает свое дело, то оно спорится. Если делать его вместе со всеми, то оно спорится еще больше. А главная наша работа – ЗАЩИЩАТЬ НАШ МИР. – Учитель сделал паузу и почесал живот. – Ну что, понятно?
– Да-а-а! – отозвались дети.
– Кто такой Супрессор? – переспросил шепотом Хмурый у Пузыря.
– Это ты, Хмурый, – ответил Пузырь.
– А-а-а… – протянул Хмурый, – понятно. – А кто такой удерживатель? – вдруг снова спросил Хмурый.
– Это тоже ты, балбес. Ты что спишь? – Пузырь покачал головой и улыбнулся.
– А кого я буду удерживать? – не унимался Хмурый.
– Ну, ты и тормоз, – хихикнул Пузырь. – Не удерживатель, а тормоз. Ладно, ты будешь… – Пузырь быстро пересказал всё Хмурому, заключив в конце: «у тебя длинные руки, но никудышная память, Хмурый».
– Точно, – пробубнил Хмурый. – А что такое тормоз?
Пузырь закатил глаза и хихикнул.
– … таким образом, – учитель поднял вверх указательный палец одной из рук. – Запомните! Все вы: Хелперы, Супрессоры, Киллеры и Флэши – особенные частички нашего большого мира. Все вы, когда станете взрослыми, начнете работать. А главная работа Лимфоцитов…Давайте хором…
– ЗАЩИЩАТЬ НАШ МИР, – крикнул весь класс, кроме Хмурого, который о чем-то напряженно думал.
– Но чтобы стать настоящим помощником, удерживателем, воином или помнящим всех, надо много учиться и не пропускать занятия. Да, дети, я разрешаю вам звать меня просто – Учитель. На сегодня урок закончен. Завтра на уроке всем назвать свои краткие имена. Все свободны. Хелперы-вожатые раздадут учебники и разведут вас по общежитиям. Уходя из класса, внимательно прочтите лозунг над доской. Это главный девиз Лимфов.
– Вы слышали? – Пузырь повернулся к Ли и Умнику, – защитниками будете не только вы, но и я, и даже этот, – он кивнул на так и сидящего в задумчивости Хмурого.
– Что? – вдруг повернулся Хмурый. – О чем это вы тут?
– Пузырь сказал, что ты тоже будешь защитником нашего мира, как и мы все, – повторил Ли.
– Да? – удивился Хмурый, – А кто такие защитники?
Ли, Умник и Пузырь дружно засмеялись, схватившись за животы.
Глава третья.
Детей развели по комнатам общежития, предварительно объяснив, где столовая, игральные комнаты, классы подготовки домашних заданий и уборные. Ознакомили с распорядком жизни в общежитии. Вскоре почти все они засыпали на ходу, да и всё вокруг стало какое-то замедленное и неторопливое. Они просто не знали, что за пределами их еще непознанного мира наступила ночь, когда всё в этом мире словно засыпает, и даже
постоянный стук в ушах становится реже. Кстати, Умник где-то узнал (может, у старшеклассников, что жили этажом выше), что этот стук идет от какой-то страны – Сердца. Вот ему делать нечего, кроме как стучать.
– Хорошо, что нас разместили в одной комнате, – сказал Ли. – Можно поболтать перед сном. – Он уже улегся в свою кровать.
– А когда же делать домашнее задание? – спросил Хмурый.
– Какое задание? – переспросил Умник, тоже успевший залезть под одеяло.
– Ну, завтра же нужно назвать учителю свое имя.
– Ну ты даешь, Хмурый, – хихикнул Ли, – и так понятно, какое оно у тебя.
Хмурый пожал плечами.
– Ах, ну да, – пробурчал он, – как же я забыл. Я же Супрессор, или по другому – удерживатель. Только вот что или кого я должен буду удерживать? – Хмурый зевнул, закрыл глаза и мгновенно заснул, раскинув свои длинные руки в стороны.
– Слушай, Пузырь, ты чего там вертишься? – спросил Умник. – Хмурый вон уже отключился.
– Чего, чего? Тебе бы столько рук. Приходится переворачиваться, чтобы их не отлежать, – обиженно ответил Пузырь. – Спи давай.
– Ладно, – сонно сказал Ли, – давай спать, Умник.
– Давай, – ответил тот и повернулся носом к стене.
Утром Хелперы-вожатые разбудили детей, раздали им школьную одежду по росту (шорты и рубашки), отвели в столовую, где каждому выдали по порции уже знакомого цитокинового сока. Теперь никто не удивлялся тому, что после его употребления с телом происходили какие-то изменения. В общем-то, ни у кого больше ничего не вырастало и не появлялось ничего сверхъестественного. Никто не стал выше или толще. Просто дети еще подросли, возмужали. И все стали более уверены в себе, а самое главное, откуда-то узнали много нового, того, чего еще не знали с утра. Проще говоря, маленькие Лимфы поумнели и повзрослели.
– Интересно, – воскликнул Умник, когда детей вели в класс, – откуда это я знаю, что два плюс два будет четыре?
