А я… Меня раздражает поведение упрямца, потому требую:
– Отпусти!
– Разве мы переходили на ты? – Усмехается верзила, чем задевает мое самолюбие.
Ненавижу быть объектом незаслуженных насмешек. Сейчас меня переполняет возмущение, которое выливается… Нет, я не пытаюсь спорить, а предупреждаю.
– Прошу по-хорошему.
– А то что и если по-плохому? – Снова усмехается мужчина, чем вызывает всплеск ярости и я начинаю драться.
Пинаю мужчину по икре жестким носком сапога. Нога Таэмина рефлекторно сгибается, и только. Ни звука, ни вздоха, лишь целенаправленное движение вперед. Он что, железный?
Решаюсь на повторный удар, но мне не позволяют его сделать.
Лаверодин с усилием дергает меня за руку. Следуя инерции, мои ноги принимаются догонять тело. Мгновенно оказываюсь впереди мужчины, который на ходу подхватывает меня подмышки и легким броском перекидывает через плечо.
Я задыхаюсь от возмущения и… Не могу произнести и слова. К тому же дыхание перехватывает в положении вверх ногами. Кровь приливает к вискам и пульсирует в ушах.
Справившись с тошнотворным состоянием, оцениваю ситуацию и… Видит священный Калу, она мне не нравится.
Я болтаюсь на плече незнакомца, рука которого держит меня за бедра и бесконтрольно поднимается все выше. Если я не приму мер сейчас, то буду сгорать от стыда потом.
– Уважаемый… – Едва удерживаюсь от того, чтобы не нагрубить. После паузы продолжаю. – Отпустите меня, пожалуйста.
Меня раздражает уничижительная покорность, но без нее свободу я не обрету.
– Вежливо и снова на «вы». – Хмыкает мужчина, снимает меня с плеча и аккуратно ставит у подножия лестницы в пансион. – Следуйте за мной… – Он берет мою руку, изучает клеймо и произносит имя:
– Милина Кейл. Звучит красиво.
А после он отворачивается и решительно движется в сторону входа, предоставив мне свободу действий.
Сбежать или последовать за фигурой в плаще?..
Раздумывать долго не приходится. Бежать некуда. Остается следовать за сопровождающим в пансион, что и делаю.
Оказавшись возле кабинета наставницы Кенны Дакмолт, мужчина замирает и смотрит на меня сквозь маску. Я же изучаю защитную оболочку, в поверхности которой отражается искаженное лицо.
– Милина, побудьте здесь, – просит лаверодин и, не дожидаясь ответа, скрывается за массивной дверью. А я придвигаюсь ближе и ловлю звук тяжелых шагов и обрывки разговора.
Таэмин раздраженно высказывается, его сестра обеспокоенно причитает. Они беспрерывно спорят, что я едва успеваю выхватывать из контекста понятные слова. Когда буря между родственниками стихает, они начинают говорить медленнее и понятнее.
– Я думал, что ты полна достоинства и не способна на дешевый подлог. – Разочарованно выдает мужчина.
– Значит, я подлая? Хочу продлить жизнь любимому брату и… Это преступление? – Парирует Кенна.
– В свое время мне не предоставился шанс, а теперь уже поздно. Прошу, забери гиверну, – неумолимо строго кидает тот.
– Все машины отбыли. Ты предлагаешь мне сесть за управление транспортником? – интересуется женщина с явным недоумением.
– Найди выход, разверни один из них. Ты верховная наставница Темпорис Филия. Не поверю, что у тебя нет связей и влияния, – настаивает мужчина.
– Тай… – всхлипывает та и все стихает.
Тишина в соседнем помещении кажется давящей.
А я… Меня все сильнее терзает любопытство. Поддаюсь порыву и аккуратно открываю дверь, оставив небольшую щель. Заглядываю внутрь, вижу, как Кенна прижимается к груди брата и… Столбенею!
Южанин! Таэмин Дакмолт южанин! Как можно было так ошибаться? Бездонье меня забери! И никакой он не Дакмолт! Это фамилия досталась Кенне при замужестве. Наставница тоже была гиверной. Почему я этого не учла? И что теперь? Я не ждала такого поворота!
Когда оцепенение проходит, я жадно впиваюсь взглядом в незнакомца, изучаю его досконально и тщательно, точно разбираю модель генома на атомы.
Первое, что бросается в глаза – это черные волосы. Они такого насыщенного и непривычно темного цвета, что я, как зачарованная, изучаю пряди, спускающиеся к широким плечам. Следующее, что привлекает внимание – цвет кожи теплого светло-коричневого оттенка. Смуглое лицо имеет четкие и даже немного жесткие черты. В сравнении с узколицыми северянами, скулы Таэмина шире, мощный подбородок имеет квадратную форму. Прямой нос, низко посаженные черные брови и глаза… Его миндалевидные глаза такие темные, что с непривычки хочется следить за их движением.
Упс! Когда наши взгляды пересекаются, я как ужаленная отскакиваю в сторону, покидая наблюдательный пункт.
ГЛАВА 6. Начало пути или выпить гиверну
Последующие двадцать минут я провожу в одиночестве, то и дело посматривая на хрономер. Приближаться к кабинету теперь не осмеливаюсь. Приоткрытая мной дверь дает возможность слышать разговор родственников, но отхожу от нее подальше, избавляя себя от соблазна. К тому же… Мне, видит священный Калу, безумно стыдно. Быть пойманной на подглядывании. И за кем…
Таэмин! Он оказался иным. Не таким я представляла одного из жителей обратной стороны. Южане всегда казались мне отталкивающими и неприятными, а этот вполне ничего…
Вот это выводы!
Ругаю себя, но тут же даю поблажку ходу собственных мыслей.
А что? Я решила помочь брату наставницы. Тай оказался симпатичным южанином, и это хорошо. Почему мой будущий муж должен быть уродом? Он другой и чуждый взгляду, но я привыкну. И кроме последнего «но», есть еще одно. Сам Тай не хочет меня в жены.
Погруженная в раздумья, прогуливаюсь по залу и не замечаю, как рядом оказывается лаверодин в маске, который спрашивает с ровным, можно сказать, равнодушным тоном:
– Милина Кейл, вы готовы к поездке?
– Да, – отвечаю односложно.
– Хорошо, – кивает мужчина и взмахом руки приглашает идти следом. Стоит нам покинуть здание пансиона, тот задает очередной вопрос:
– Боитесь?
– Ммм… – рассеянно мычу, не до конца понимая суть вопроса. «Кого?» «Чего?»
– Боитесь меня? – повторяет с уточнением тот.
– Вот еще! И перестаньте мне выкать! Раздражает, – прибавляю шаг и оказываюсь возле автолака.
– Вы первая, – усмехается несносный тип и подсаживает меня на высокую ступень. В прошлый раз я справилась с подъемом самостоятельно, а в этот решаю принять помощь.
Оказавшись внутри, с интересом осматриваюсь. Мне еще ни разу не доводилось путешествовать в грузовых автолаках. Отмечаю, что внутреннее устройство отличается от транспортников, где водительская кабина и пассажирские места находятся в одном пространстве. Здесь кабина отделена от основного состава и поэтому кажется тесной. Панель управления по всей протяженности лобового экранного стекла, два кресла и, пожалуй, все.
– Твое место справа, садись, – проследив за моим взглядом, произносит Таэмин, а затем снимает маску и плащ с капюшоном.
Вместо того чтобы последовать предложению, замираю как вкопанная и рассматриваю мужчину. Южанин так близко.
Его кожа… Она необычного цвета, похожая на облака, подсвеченные Олом в полдень. Светло-коричневый оттенок с золотистыми нотками. А структура кажется такой теплой, что хочется коснуться щеки и погреть замерзшие кончики пальцев. А глаза…
– Я первый южанин, которого ты видишь? – заметив мой интерес, хмыкает мужчина и начинает работу с виртуальной клавиатурой. Задает параметры, поглядывая на лобовое стекло, принявшее вид огромного монитора.
Столбики данных, цифровые показатели, кривые схематичных графиков. Похоже, это система для прорисовки ландшафта, сканирующая поверхность и глубинные толчки.
Из курса географии я знаю, что добраться до Стороны Обратного дождя не так и просто. Конечно, воздушный поток постепенно теряет силу, но криотресения остаются, и это проблема.
Водитель любого подобного транспорта должен владеть отточенными навыками, разбираться в ландшафтных чертежах, обладать стратегическим мышлением, быть способным принимать решения в критической ситуации, иметь интуицию, в конце концов. И если всем этим располагает южанин, то…
– Милина Кейл, вы меня игнорируете? – прерывает ход мыслей Таэмин. Неожиданно берет меня за плечи, направляет к креслу и легким нажимом вынуждает сесть.
– Нет… Что? И мы договорились! – возмущаюсь, но тут же умолкаю, поймав взгляд черных глаз.
– А ты не ответила на вопрос, это невежливо, – высказывает Таэмин и нажимает на пусковую кнопку.
Двери в кабину закрываются, но это не спасает от шума, набирающего силу и обороты. Вибрация касается ног, постепенно распространяется по телу и вынуждает вцепиться в подлокотники кресла. А когда нас резко подкидывает и начинает трясти, из головы вмиг вылетают все вопросы, ответы, оставляя одну мысль: скоро ли это закончится.
– Калу всемогущий! – тяну дрожащим голосом, ощущая, как сжимается все внутри, вызывая тошноту. Стискиваю зубы и закрываю глаза, терпя давление внешнего раздражителя. Конечно, я передвигалась на транспортниках, но ни один из них не вызывал подобного кошмара.
– Мил, терпение. Сейчас образуется латентно воздушная подушка и тряска прекратится, – успокаивает мужчина. Его низкий и дрожащий от вибрации голос вызывает во мне трепет и мурашки. Странное ощущение, но… Приятное? Он южанин, чуждый мне, но отчего-то безумно привлекательный.
Вправду спустя мгновение тряска и шум исчезают. С облегчением вздыхаю, расслабляюсь и разжимаю сомкнутые на подлокотнике пальцы, которые успели затечь от напряжения.
– Именно поэтому грузовые автолаки не перевозят пассажиров. Система передвижения менее комфортная. Ты как? – интересуется мужчина и попутно работает с панелью, выставляя маячки на виртуальной карте. Потом сворачивает экран, освобождая лобовое стекло от проекций.
– В норме, – отвечаю, но на деле испытываю дискомфорт в желудке и… Меня бросает в жар, поэтому спешно избавляюсь от плаща, перекинув тот через спинку кресла.
Чтобы отвлечься, наблюдаю, как автолак медленно покидает парковку через массивные ворота, которые предупредительно смыкаются за нами, не оставляя шансов и возможностей вернуться. А впереди – просторы Темпорис Филия с лабораториями, великолепными садами, рабочими ангарами, жилыми районами, где обитают сотрудники пансиона.
Вглядываюсь в проносящиеся мимо пейзажи. Пытаюсь впитать и сохранить в памяти каждую мелочь: знакомые дороги, здания, растения и привычные лица светловолосых северян.
Смотрю на черные волосы Таэмина и осознаю, что это мои последние мгновения на Северном полушарии сектора Рэйт фракции земли.
Возникшая мысль задевает чувства, и глаза увлажняются выступившими слезами.
Автолак совершает маневр, покидая город. За окном мелькает знакомое куполообразное стеклянное строение оранжереи. И вот тогда сил сдерживаться не остается. Тихо плачу, отвернувшись к боковому стеклу.
– Мы отстаем от группы, но сможем сократить разрыв. Первый участок довольно пустынный и безопасный, – произносит мужчина, отвлекая меня от грустных мыслей.
– Я никуда не спешу, – серьезно заявляю, незаметно вытирая влажные дорожки на щеках.
– Что так? Ты ведь не откажешься от важных мероприятий: торжественное собрание, выбор партнера, таинство очищения, метаморфоза преображения и…
– Ошибаешься, – обрываю перечисления и добавляю с решимостью:
– И… Я сделала выбор.
– В чем он заключается, если не секрет? Надеешься сбежать? Не выйдет. Будь уверена, я доставлю тебя в целости-сохранности и передам организаторам отбора, – серьезно заявляет Тай, что не приходится сомневаться в его намерениях.
– А я считаю, что ни к чему мне проходить все эти мероприятия. Я выбрала тебя, – упрямлюсь и смотрю в черные глаза, такие непроницаемые, что зло берет.
– Глупая гиверна, – Таэмин устало садится в кресло, растирает лоб и виски пальцами.
– Упрямый такер, – отвечаю «любезностью на любезность».
– Завтра мне исполнится тридцать два и… – он осекается, останавливая рассуждения, думая, что я наивная и не понимаю всей опасности.
– И я тебе нужна как воздух. Ты погибнешь, если не примешь мое предложение, – заявляю и улыбаюсь, когда до меня доходит смысл сказанного. Я что, и правда сделала предложение мужчине?
– Кенна была права. Ты чокнутая, – недоумевает лаверодин.
– Нет, неверно. Я… – делаю акцент и указываю на себя рукой. – Я другая. Поверь мне, так будет лучше. Тебя, Таэмин… – осекаюсь, потому как не знаю его полного имени и прошу:
– Подскажи имя твоего рода. Ты явно не Дакмолт.
– Таэмин Фад. Милина… – мужчина пытается перебить меня, но я не даю ему такой возможности.
– Тебя, Таэмин Фад, я вижу, слышу и знаю твоих родственников, что немаловажно. Сестра тебя любит, что делает тебя в моих глазах порядочным тэольцем. А теперь вопрос… Чем незнакомые претенденты могут быть лучше тебя?
– Шансы у всех равны, но предложенный тобой исход – противоестественный.
– Но кто сказал, что подобное невозможно?
– Гиверна, ты заставляешь меня нервничать. А когда я нервничаю, тогда хочу есть. Что думаешь о позднем завтраке?
– С радостью, – отвечаю, ощущая, как при упоминании о еде сжимается желудок. Я ничего не ела со вчерашнего обеда. На ужин опоздала, а завтрак пропустила, мучаясь последствиями отравления.
– Лови, – Таэмин открывает боковую панель, достает плоский флоп-пакет с прессованными крахолевыми лепешками и тонкой прослойкой вяленого мяса, кидает мне.
Поймав упакованный завтрак, строю недовольную гримасу. Ненавижу вскрывать флоп-пакеты.
Все дело в силе удара. В детстве мне не хватало резкости и сноровки, поэтому приходилось шлепать блестящую упаковку об стену или стол, оставляя масленые следы и крошки. Сейчас умею делать это, но не люблю.
– Не ешь лепешки? – удивляется Тай.
– Обожаю их только… Открой сам, пожалуйста, – передаю пакет обратно в руки мужчины.
– Странная. Ты первая на моем пути, кто не любит бахать флопиков, – улыбается Тай и производит резкий хлопок ладонями по плоскому пакету, который набухает и раскрывается. По кабине распространяется приятный аромат пищи.
– Я с ними на «вы», – хмыкаю, вспомнив картины счастливого прошлого.
– Держи, – Тай передает мне открытый пакет и достает другой для себя.
– Спасибо, – киваю, запускаю руку в серебристую емкость и достаю ароматное угощение.
