Полина Душина
Я открыла дверь
Глава 1
«Пицца скоро должна приехать».
Завела себе в этой дурацкой истории традицию – собирать чемоданы (точнее, сумку), поедая пиццу и выпивая вино. Таким своеобразным прощанием с местом я отмечаю еще одну пережитую неделю.
Стук в дверь.
Босая, иду открывать.
«Надо было посмотреть в глазок». Полезная мысль пришла в голову, когда дверь была уже наполовину открыта, и я увидела мужской ботинок за порогом. А спустя долю секунды и его обладателя целиком.
«Надо было посмотреть в глазок и не открывать дверь», – осознание вкупе с сожалением о несделанном подпортили моё и без того упавшее настроение.
Инстинктивно делаю шаг назад. Пытаться закрыть дверь бесполезно, он не позволит, но и стоять рядом с ним нет ни сил, ни желания.
– Я могу войти?
«Ты чёрт знает что можешь, но только не войти сюда!» – хотелось прокричать ему в лицо и всё-таки попытаться закрыть эту несчастную дверь. Но я уже отошла на шаг, и меня инстинктивно тянуло отступить ещё и затем ещё и ещё, и ещё сделать достаточное количество шагов, чтобы перестать видеть этого человека перед собой.
А он стоял весь из себя – в начищенных ботинках, разве что отражения своего не увидишь, костюм с застегнутым по всем правилам пиджаком, торчащие рукава белоснежной рубашки с запонками. И на этом гребаном невозмутимом лице абсолютная уверенность в своём праве находиться здесь.
Осмелившись поднять глаза к его лицу, я встретилась с ним взглядом. И сразу же отступила ещё на шаг. Инстинкт самосохранения судорожно пытался вычислить, в какое из окон можно броситься, чтобы повысить шанс выжить хотя бы до тридцати процентов, потому что здесь, очевидно, он равен нулю.
Он улыбнулся обезоруживающей улыбкой, подняв ладони в примирительном жесте.
– Я не обижу тебя, ты же знаешь. – И с этими словами зашёл в квартиру.
Легкое движение руки, и дверь захлопнулась.
Я заперта в клетке со зверем, которого сама же и впустила.
– Тебе лучше быстрее отсюда убраться, потому что скоро ко мне придут друзья и им не понравится, что здесь есть кто-то, кто мне угрожает, они выкинут тебя отсюда, даже не взглянув на все твои черные пояса, – идиотская бравада оформлялась в отборную чушь, пока я продолжала отступать вглубь квартиры мелкими шагами.
Мужчина улыбнулся.
– Я бы даже взглянул на это. Но есть проблема, ты лжёшь. Никто не придет. У тебя нет друзей, ведь уже который месяц ты переезжаешь с места на место, нигде не задерживаешься и чураешься любых знакомств. – Он медленными шагами шёл за мной, даже позволив немного увеличить расстояние между нами. – Обидно. Ты меня обманула. А я думал, что у нас с тобой другого рода отношения.
Я уперлась спиной в стенку рядом со спальней. Резвый шаг в сторону – захлопнуть дверь, подпереть ручку рядом стоящим стулом, я так и не решила, куда его поставить, поэтому он спасительно остался у входа.
«Да чтоб тебя!» – ругалась я мысленно, нисколько не надеясь, что это подобие деревяшки хоть на малейшее время сможет его задержать, но даже отсутствие прямого зрительного контакта мне придавало сил.
Его шаги по другую сторону стихли.
– Открой дверь, я не хочу её выламывать.
Я же в это время на цыпочках носилась по комнате, обуваясь и вытаскивая сумку.
– Я больше на тебя не работаю, больше с тобой не сплю, и я не должна заботиться о твоих желаниях! – довольно громко прокричала я, открывая окно, за которым была пожарная лестница.
Одна нога здесь, другая – там. Грохотом из комнаты он обозначил-таки свое присутствие. Но несмотря на его силу и выносливость, ему за мной не угнаться, я объективно быстрее.
Неделю спустя.
Я вроде смогла как-то продышаться после того инцидента.
Пора прощаться и с этим городом. Ранний подъем и большая часть дня уже позади, но я только добралась до замечательного видового ресторанчика на последнем этаже отеля, успела позавтракать и выпить самый вкусный кофе, если верить рекомендациям интернета. От этого настроение улучшилось, и, спускаясь в лифте, я очень тихо мурлыкала под нос приятную мелодию, улыбаясь своему отражению.
Лифт пропищал на первом этаже, двери открылись.
Ну вот так по-идиотски попасться надо было умудриться.
«На что ты потратила свою удачу в этой жизни, мне интересно».
Я замерла напротив него как кролик перед удавом. Но мир не без добрых людей.
– Девушка, выходите! – Меня довольно грубо пихнули в спину, и я по инерции полетела вперед.
Но, вероятно, именно это меня и спасло.
Вовремя выскочив из лифта, я не стала замедлять скорость, которую мне столь любезно придали, и втопила прямо к выходу из отеля. Влетела в группу иностранцев, быстро проскользнула между ними к раскрытым настежь заветным дверям, за которыми шумела улица, светило солнце и был целый мир без этого человека, который пытался прорваться следом за мной, но я снова оказалась проворнее.
«Стоило бежать на другой конец света, шесть месяцев вздрагивать от каждого шороха, чтобы вот так столкнуться нос к носу».
Я сразу же свернула в проулок и оттуда окольными путями уже через несколько минут нырнула в метро.
Лучший способ удрать.
«Быстрее домой».
Надежда на то, что это случайное столкновение и у меня есть шанс собрать самое необходимое, грела меня в пути. Так или иначе, я двигалась сейчас по самому короткому маршруту, а вот он вряд ли в метро сунется, поэтому, даже если мы сейчас и движемся в одном направлении, к его приезду меня там уже не будет. Мысленно ругала себя за оставленную сумку с вещами в квартире. И почему я решила, что именно сегодня ничего не случится?
На подходе к дому ничего подозрительного я не заметила, поэтому влетела в лифт и вот уже через минуту подходила к двери своей временной квартиры.
Которая была открыта.
– Твою ж мать, – севшим голосом воскликнула я и выругалась еще раз, когда передо мной появился тот, из-за кого я вообще оказалась во всей это дрянной ситуации.
«Лифт еще здесь!» Я рванула обратно по коридору, свернув к призывно открытым дверям, только бы успеть!
Они передо мной захлопнулись, я дернулась налево в сторону лестницы, но он схватил меня за руку и рывком, успев при этом придержать мой затылок, оттолкнул к стене. Перехватил мою вторую руку и завёл их обе наверх, угрожающе нависнув надо мной.
– Переговоры? – сдавленно пискнула я, глядя в его потемневшие глаза и судорожно пытаясь вспомнить о пожарных лестницах в этом крыле здания.
Он тихо усмехнулся.
Я зависла. Кажется, я забыла, как мне нравилась его улыбка, нежная, мягкая. Совершенно не соответствует тому человеку, которого я видела сейчас перед собой.
– Хорошо, я рад, что ты это предложила, – сказал он, но руки мои отпускать не спешил. – Однако, учитывая, что ты уже не единожды сбегала, думаю, ты не будешь против меры безопасности. – Он немного отстранился от меня.
– Меры безо… Чего?
Я не успела отреагировать, как он наклонился передо мной и, отпустив одну мою руку, перекинул меня через плечо.
Он принес меня в квартиру и аккуратно поставил на пол. Я тут же отскочила к стене.
– Ты злишься? – мягко улыбаясь, спросил он.
– Конечно я злюсь, да я в бешенстве просто! – Я решила продолжить, раз уж почувствовала в себе такую смелость: – Из-за твоего преследования я сбежала от своих друзей, родных и близких, я бросила свои хобби и увлечения, да даже лаванду в горшочке оставила, что с таким трудом смогла прорастить! Я бросила всю свою жизнь из-за тебя! – выпалила я на одном дыхании и тут же испуганно замолчала, широко раскрыв глаза.
– Я тебе хоть слово сказал, угрожал как-то или что? – раздраженным тоном ответил мужчина, исподлобья сверля меня взглядом.
Я поперхнулась воздухом.
– Нет, но…
– Но? – он продолжал сверлить меня взглядом, от которого мне не по себе.
Действительно, он не угрожал мне. Ни разу за все эти полгода от него не было ни единой угрозы, даже в те моменты, когда ему удавалось почти поймать меня.
– Слушай, объективно ты же не гонялся за мной, просто чтобы поговорить. – Я нервно засмеялась.
– А зачем тогда? Если бы я хотел твоей смерти, ты была бы уже давно мертва, мои люди находили тебя почти после каждого твоего перемещения, и шансов убить тебя у них было достаточно.
Я сглотнула. В комнате будто становится меньше воздуха.
– Зачем тогда?
– А ещё тебя давно могли скрутить и доставить ко мне посылкой, чтобы и мне не пришлось раз за разом пытаться поймать тебя за руку. Но я пошел по длинному пути, даже если это и усложняло процесс, потому что тебе достаточно лишь увидеть меня, чтобы развить какую-то невероятную скорость и исчезнуть. – Он улыбался. Тепло и открыто, будто хвалил меня.
Я нахмурилась. Логическая цепочка выглядела, эм-м-м, логичной, что немного ломало всю мою сложившуюся на данный момент картину, и я просто уже не понимала, как реагировать.
– Зачем тогда? – повторила я вопрос упавшим голосом.
Близость к хищнику держало всё тело в напряжении, отчего я уже начала чувствовать довольно сильную усталость. От попыток незаметно размять, потянуть или растереть хоть какие-то мышцы рук и шеи я отказалась почти сразу, так как это не осталось бы незамеченным. Не стоило, пожалуй, сигнализировать о том, что я тут в какое-то подобие готовности пытаюсь прийти.
Его взгляд тут же метнулся вниз на мои сжатые кулаки и подрагивающие колени и вернулся обратно к моему лицу уже смягченным.
«Что, доволен произведенным впечатлением?!» Мне хотелось в него чем-нибудь швырнуть и самой куда-нибудь провалиться.
– Давай оба сейчас успокоимся, сядем, выпьем чай. У тебя тут наверняка должен быть хороший чай. – Он оглянулся, будто только сейчас решил осмотреть пространство, в котором оказался.
Я молчала. Я в тупике. Какой тут, к черту, чай?!
– Я не трону тебя. Я действительно хочу поговорить. Я не причиню тебе вреда и никогда не хотел тебе навредить, – сказал он усталым тоном.
– Это пока. Я видела, на что ты способен, – тихим голосом ответила я и отвела глаза.
В памяти всплыл тот вечер. Дождь с грозой, и посреди этого буйства природы раскатом грома – выстрел.
В желудке снова всё свернулось, как тогда. Невообразимый животный страх перед хищником напротив меня. Тогда удалось сбежать. Теперь остается замереть. Может, когда-нибудь смогу и биться. Но, очевидно, не сегодня.
– Ты не знаешь, что именно ты видела. – Мужчина начал раздражаться.
«Очень правильная модель поведения, умница, продолжай в том же духе и умрешь быстрее».
– А вот это уже газлайтинг. – Я усмехнулась.
– Чего?
– Ты хочешь сказать, что то, что я видела, не соответствует действительности?
– Да, именно это я и хочу сказать.
– Ты застрелил человека на моих глазах. Этот человек умер, я видела потом в новостях! – я выплюнула эти слова, будто они отравой сидели во мне все это время.
Опустошение.
После сказанного я почувствовала опустошение. Будто вот эта фраза – все, что меня наполняло долгие месяцы. И сказав это вслух, я освободилась.
– Это сейчас прозвучит глупо, но я прошу тебя мне поверить, я действительно его не убивал. И если ты дашь мне возможность заварить чай и всё объяснить, нам обоим станет лучше, я тебе обещаю.
Я разжала ладони, запоздало отметив, как затекли пальцы от напряжения и что у меня остались следы ногтей на коже. Колени дрожали, и, пока он был повернут ко мне спиной, я села в кресло и запрокинула голову. Внезапный приступ усталости – организм будто действительно перестал видеть опасность и расслабился.
«Или смирился с приближающимся концом». – Я отстраненно взглянула на спину мужчины передо мной, который сейчас заливал воду в чайник.
Закрыть глаза на мгновение, попытаться найти тот момент, когда все пошло не так.
«Надо было свернуть направо, а не налево, по лестнице бы его обогнала». В голове с характерным звуком загорелась красная лампочка – ERROR.
«Стоило поехать в другой город, больше людей – больше шансов затеряться». Снова звуковой сигнал, и картинка озарилась красным. Ошибка.
«Надо было бежать сразу в полицию, не надумывать себе теории заговоров». Красный. Как цвет крови того человека, вероятно, она оказалась по всему гаражу сразу после выстрела.
«Надо было сразу направить документы в органы правопорядка, а не пытаться выяснить все самой, там же налицо были схемы отмывания». Ошибка.
«Нечего вообще лезть самой разбираться, если тебе кажется, что что-то не так!» Я поморщилась, потирая переносицу. Пятиминутка самобичевания всегда приводила меня к головной боли.
– …или ягодный?
– Что? – переспросила я, вынырнув из своих мыслей и открыв глаза.
Он смотрел на меня с легкой улыбкой, держа перед собой два крафтовых пакета.
– Чай будешь травяной или ягодный?
