Страница 3 из 9
– Милашка, не грусти! Я же всего на пару дней – и вернусь.
Девушка почувствовала жар от его ладоней и вздрогнула от прикосновений. Она несколько секунд пристально смотрела на Костю, а затем протянула руки, обняла его и вдруг прижалась губами к его губам. Он охотно ответил долгим жарким поцелуем.
Домой Милана снова вернулась поздно. Грусть от расставания была окуплена щедрыми объятьями Кости. О чём они разговаривали, она даже не помнила. Тело горело от его прикосновений, а ладони сохранили яркий запах туалетной воды.
Зайдя домой, девушка окунулась в темноту и тишину, которую периодически прерывал храп. Все трое храпели по очереди – муж, свекровь и свёкр.
Милана почувствовала отвращение и прижала ладони к лицу, собираясь заплакать. В нос ударил аромат Кости, и она улыбнулась.
Наутро девушка не знала, куда спрятать глаза от стыда. Больше всего она боялась встретиться с пронизывающим взглядом свекрови. Но та ушла на работу рано, и Милана выдохнула. Лёша по-прежнему не задавал никаких вопросов, а лишь заботливо налил кофе и нежно обнял.
Оказавшись в одиночку в своей машине, Милана позвонила подруге. С Лерой они знали друг друга с детства, жили в разных городах, но тепло отношений сохранилось. До замужества Миланы подруги виделись раза четыре в год – дважды выезжали вместе за границу, а ещё навещали друг друга на День Рождения или в Новый год. Созванивались тоже нечасто, но каждый звонок мог длиться часами.
– Лерушка, привет! Удобно говорить? У меня тут… – Милана замялась, – кое-что интересное происходит. Сложно было признаться даже Лере, что имя Костя значит для неё гораздо больше, чем Лёша.
– Привет! Как ты там? Переживаешь? – мягкий голос Леры всегда располагал к откровенности.
Есть такие люди на свете, которые умеют слушать и видят гораздо глубже, чем остальные. Расстояние в несколько сотен километров не мешало Лере почувствовать главное. Она по первой нотке голоса всегда угадывала состояние Миланы. Конечно, та рассказала ей всё.
– Ну твой Алексей никогда не отличался инициативностью. Квартиру бы вам найти. Да съехать уже от мамочки! А там, глядишь, и наладится всё.
– И что ты мне предлагаешь? Самой искать квартиру? А он будет на диване лежать и ничего не делать? – вспылила Милана.
– Конечно, нет! Хочется, чтобы Лёша проявил заботу. Ты столько пережила за те три недели в больнице… – Лера всегда была мягкой. – Мне очень жаль тебя. Ой, Милаш, мне пора! По работе звонят, – вдруг добавила Лера.
Милана положила трубку и осталась наедине со своими мыслями. Она хотела оправдаться за поцелуй с Костей, но было не перед кем: муж улыбался вместо расспросов и обвинений, свекрови не было дома, а подруга и не думала её осуждать.
– Что же мне делать? – вздохнула девушка.
Машина подъехала к офису. На работу идти не хотелось, хотелось сбежать хоть куда-нибудь. Посидев перед компьютером полчаса, Милана позвонила московской начальнице Евгении, которая ей ставила задачи, и попросилась в командировку.
Казань
– Отлично, что сама заговорила об этом. Ты давно не навещала продавцов в Казани! – Евгения не стала долго думать над выбором города для командировки.
– Ну Казань, так Казань! – Милана равнодушно приняла направление и стала выбирать даты, покупать билеты и заказывать гостиницу.
Коллектив в столице Татарстана – собранный, организованный. Значит, можно не думать о составе участников тренинга и тех, кого направят на индивидуальную работу.
Милану знали, приезда её одновременно ждали и боялись. Она с какой-то маниакальной страстью вцеплялась в продавца и не уходила с торговой точки до тех пор, пока не отработает с ним все слабые моменты. Зато и результаты всегда радовали: личные продажи поднимались процентов на 50, а иногда и 100.
Тренер обо всём договорилась, собрала учебные материалы и вновь заскучала. Уставилась в одну точку и замерла. Чей-то громкий голос вывел её из этого состояния, и она написала Косте.
«Привет! Я еду в Казань. Меня не будет всю следующую неделю».
«Отлично! Сходи к Женечке на зук».
– Да я не это имела ввиду… Я буду скучать вообще-то! – опешила Милана, но контакты школы увидела и связалась с тренером в Татарстане.
Выходные прошли уныло. Работы не было – Милана любила прежде готовиться к тренингам дома или проверять тесты. А на вечеринку идти особо не хотелось, потому что Кости там всё равно не было.
В итоге сходила, но просидела почти весь вечер в уголке и домой вернулась в слезах.
Всё воскресенье Милана ходила серее тучи и придиралась ко всему.
– Ты ничего не хочешь. Целый день никуда не выходишь, только телевизор смотришь или за компом сидишь! – крикнула она на мужа, который пытался спрятаться в длинный халат.
Вечером Милана села в поезд и выдохнула – наконец, она уезжает от Лёши. Тот стоял на перроне и улыбался, не отрывая взгляда от жены. Его лицо с грустными глазами напомнили ей морду спаниеля, который выпрашивал подачку у хозяйки.
Вот уже два года муж провожал жену до вагона перед командировками. Это стало семейной традицией, и Милане всегда это нравилось. Можно было прижаться к мужу, стоя перед поездом. Она часто грустила перед поездками, потому что не хотела оставаться одна.
– Я буду скучать! – помахал муж. Привычное действие, на которое Милана отвечала улыбкой и тоже махала ладошкой.
Но сегодня не помахала.
– Ну раз делать тебе всё равно нечего, то скучай! – вдруг зло бросила она и ушла в купе. Она не увидела, как опустились плечи у Лёши, как он вздохнул и долго ещё стоял, глядя вслед ушедшему поезду.
Утром Милану разбудила проводница – наша героиня потянулась, глядя в тёмное окно, но улыбнулась. День предстоял долгий – работа на двух торговых точках – и эта активность радовала.
Милана поговорила с таксистом, пока ехала в гостиницу, затем договорилась о раннем заезде на ресепшене. Ну, а дальше всё побежало, словно тот скоростной поезд по рельсам, на котором девушка прибыла в Казань. Приехать в один магазин, посмеяться с продавцом, чтобы разрядить обстановку, затем послушать пару консультаций и дать обратную связь. На ходу перекусить и перебраться на другую точку, чтобы заново повторить те же действия.
Непривычный говор умилял тренера каждый раз, когда она общалась с татарами. Она улыбалась, слушая мелодию слов, и порой пропускала смысл того, что говорили продавец и покупатель. Поэтому приходилось сосредотачиваться и прилагать усилия. Интересно!
После рабочего дня её забрала Гузель – руководитель группы, и Милана провела чудесный вечер в кафе. Приглушённый свет, вкусная еда, мелодичный татарский говор и увлекательная беседа подняли настроение. Тренер купалась во внимании: Гузель запрашивала обратную связь и обсуждала с ней пути развития продавцов.
Но оставшись в одиночку в гостинице, Милана ощутила невероятную тоску. Она долго не могла уснуть в огромной ледяной постели и думала о том, что могла бы быть уже на пятом месяце беременности.
Второй день тоже порадовал активностью: жизнь кипела, глаза горели, продавцы получали обратную связь.
К вечеру Милана уже едва стояла на ногах, но всё же поехала в танцевальную студию. Хотелось посмотреть на танцоров Казани, да и обещала уже – как-то неудобно стало отменять договорённости.
Зайдя в зал, она забыла об усталости. Музыка сразу окунула в воспоминания о Косте, их объятьях и поцелуе. Захотелось продолжить то, что не было завершено. Из мыслей Милану вытащила тренер – яркая, харизматичная, гибкая Женя дала очень сложные элементы женского стиля. Пришлось попыхтеть: партнёрша Кости, хрупкая Лена таких движений не показывала.
Милана злилась, потому что не получалось, но продолжала. После завершения занятия пообщались с Женей – к сожалению, её магия после этого развеялась. Никакой глубины мысли и наблюдений за группой Милана не услышала. Длинноволосая красотка наслаждалась своим телом и музыкой, но ничего, кроме движения в танце, обсудить не могла.
Милана позавидовала лёгкости и со снисходительной улыбкой направилась в гостиницу. Сон её в эту ночь был сладок и долог.
В оставшиеся пару дней добавились ещё групповые тренинги, а там нужна была особая концентрация. Новичков соединили с опытными продавцам, и Милане пришлось попотеть, чтобы сделать занятие продуктивным для всех. Под вечер обоих дней она чувствовала себя безмерно уставшей, но счастливой.
Но и про зук не забыла – навестила красавицу Женю ещё раз. За грацию и сложность движений Милана простила танцевальному тренеру лёгкий ум. Она осталась вполне довольна, набрав в лукошко опыта интересных взмахов руками и головой.
Когда Милана уезжала домой, Гузель поехала проводить её. И, выходя из машины, обмолвилась:
– Ты как-то изменилась. Вчера закончила тренинг вовремя, хотя раньше всегда задерживалась. Да и продавцы рассказали, что в этот раз не сильно мучала их.
Милана лишь усмехнулась в ответ, потому что не нашлась, что ответить. Но когда села в вагон, то задумчиво засмотрелась в окно. Да… Впервые за два года командировок в Казани она ушла с работы в 18:00.
Снова дома
Зима вовсю показывала свой характер: февраль был лютый – с метелями и леденящим душу ветром. Люди прятались в капюшоны и бежали к теплу – в торговые центры и дома. Одна Милана будто не замечала непогоду. Вышла из поезда сонная и уставшая, но ветру даже обрадовалась: он взбодрил её и напомнил о субботней вечеринке.
«Сегодня увижу Костю!» – мелькнула у неё мысль.
Вечером Милана ворвалась в танцевальный зал, едва успев переодеться. Глазами искала только одного человека. Вот он! Танцует в центре зала со своей партнёршей Леной. Статный блондин, похожий на Аполлона. У Миланы перехватило дыхание, и она замерла у стены.
Через пару танцев Костя наконец заметил её, улыбнулся и крепко прижал к себе. Милана с облегчением вздохнула и улыбкой поманила тренера на танцпол. Заиграла музыка, которая успела понравиться Милане за предыдущие три недели знакомства с зуком. Она шагнула навстречу Косте и растворилась в танце, его объятьях и аромате.
Вдох – выдох, вдох – выдох… Танец с ним стал для Миланы словно дыхание: он вдыхал – она выдыхала. Не было нужды считать, думать, куда ей сейчас направиться. Она расслаблялась и полностью доверяла его ведению.
Лишь один недостаток был в этом: когда закончилась песня, Костя остановился, ещё раз обнял её и повёл в угол зала. Слишком быстро и резко всё прервалось.
– Ну как ты съездила, Милашка? Как тебе Женечка? Классная, правда? – расспрашивал Костя, а Милана не могла сосредоточиться. Говорить не хотелось, хотелось вновь слиться с ним и музыкой в едином дыхании.
– Нормально всё, – смогла лишь буркнуть она в ответ.
– Хорошо, что ты приехала. Мы скучали по тебе! – он даже не заметил её реакции.
В этот момент к ним подошла миниатюрная брюнетка и пригласила Костю танцевать. Он обнял Милану, сжал её ладони, будто извиняясь, и пошёл в зал с брюнеткой.
«Почему же тогда ты танцуешь с ней, а не со мной? Если и вправду скучал…», – вздохнула Милана, оставшись одна.
Следующей заиграла зажигательная сальса, и её позвал танцевать Никитос. Она нехотя пошла. Первую часть думала о Косте, но задор партнёра и музыка увлекли её, и она переключилась. В сальсе Милана часто сбивалась, поэтому нужно было больше концентрации.
Вся вечеринка стала испытанием для Миланы: Костя танцевал много, но к ней подходил лишь обнять и обмолвиться парой слов. Она чаще стояла: партнёры не знали её и проходили мимо, а самой приглашать не хотелось.
Когда рыженькая длинноногая дамочка танцевала с Костей третий танец подряд, Милана не выдержала и ушла в туалет. Там она расплакалась. Вернувшись, решительно направилась к раздевалке, чтобы собрать вещи, но тут подошёл её обожаемый Аполлон.
– Ты куда, Милашка-солнышко?
– Я – домой! Зачем мне здесь оставаться? Я всё равно не танцую. И ты со мной не танцуешь, – не выдержала она.
– Как же не танцую, Миланочка? Танцую-танцую!
– Мало… Вон с той рыжей ты… – она осеклась. Ругаться совсем не хотелось.
– Так пойдём танцевать! – Костя сжал её крепко-крепко, до боли в груди, а потом нежно повёл на танцпол и не отпускал несколько треков подряд.
Следующая неделя стала настоящим чудом для Миланы. После работы почти ежедневные тренировки, на которых она наслаждалась музыкой и объяснениями Кости. А затем она дожидалась его в студии ещё час или два, и они вместе шли в кафе.
По большому счёту, Милане было безразлично, куда направляться – в кафе, в торговый центр или просто прогуляться. Ей было хорошо находиться рядом с Костей. Она обожала запах его тела, смешанный с парфюмом и по́том после тренировок. Она любила слушать его голос, наблюдать за его реакцией на свои слова. Но больше всего Милана любила тишину между ними, когда Костя брал её руки в свои, обнимал и касался губами её губ.
Поцелуи были долгими и невероятно нежными. Он начинал медленно – с пальцев рук, затем касался шеи и только потом целовал губы.
Милана вся трепетала и дрожала, ожидая этих прикосновений. Сердце билось часто, а от живота к ногам спускалось тепло. Ей хотелось впиться в его губы, она кусала свои губы в нетерпении и предвкушении более напористого поцелуя. А Костя будто дразнил её: он не спешил переходить к лицу, а трогал губами пальцы, один за другим исследуя языком.
Домой Милана возвращалась поздно. Дрожащими пальцами она открывала дверь и буквально задерживала дыхание, чтобы не издать ни единого звука. Лёша чаще всего уже спал, когда она ныряла в кровать. В эти моменты девушка выдыхала, потому что не нужно испытывать чувство вины и что-то говорить. От природы открытая, она не могла молчать, а враньё мучало её. Рекомендованный месяц воздержания после операций подходил к концу, и Милана с содроганием думала о предстоящей близости с мужем.
Если же Лёша встречал её, то Милана сжималась в ожидании упрёков и вопросов. Но муж неизменно молчал о главном, спрашивая лишь о чём-то поверхностном.
– Как потанцевала? Хорошо провела время? – ласково улыбался он и обнимал жену своими большими руками.
«Ну неужели ты не видишь, что со мной происходит? Почему ты молчишь?» – бились в голове у Миланы мысли.
– Да, чудесно потанцевала! – говорила она вслух.
– Кушать будешь? Мама отварила твой любимый борщ, – снова какой-то пустой и ничего не значащий вопрос.
– Нет, мы потом покушали в кафе, после занятия. Роллы были очень вкусные – я объелась.
Это спасало её – частичная правда. Точнее, недоговорённость. Детали занятия и меню Милана сохраняла, и вздыхала с облегчением: хоть тут можно развернуться и рассказать то, что было в действительности.
А в те дни, когда девушка не виделась с Костей после занятия, она возвращалась домой и включала зук. Тренировать изученные движения она могла не меньше часа. Спать ложилась вымотанная физически, но с лёгкой головой.
Прошёл месяц…
И вот наступил день икс – прошли рекомендованные четыре недели воздержания, и можно было вернуться к близости в постели с мужем. Но Милана не хотела этого. Она ежедневно засыпала с мыслями о Косте. Она больше не чувствовала ничего, когда к ней прикасался муж.
Последний секс с Лёшей был во время беременности. Тогда началось кровотечение, и Милану увезли на скорой в больницу. В ожидании перед кабинетом она вспоминала свои руки в крови и расплывающееся пятно на простыни. Простынь потом выбросили, конечно, но из головы так просто не выкинуть воспоминания. За эту мысль девушка и ухватилась.
– Ну что? – подмигнул Лёша, когда Милана легла рядом. Его рука провела по её ноге и стала подниматься выше. Когда он дошёл до груди, Милана вздохнула и остановила мужа.
– Лёша… Мне нужно ещё время. Ты же помнишь, как всё произошло? У меня до сих пор стоят в глазах эти пятна крови. Как будто опять это повторится… Мне нужно время, – повторила Милана со слезами на глазах. – Я не знаю, сколько. Но сейчас я не могу! – девушка закрыла ладонью лицо и шмыгнула носом.
– Конечно, любимая! Я всё понимаю, – нежно ответил Лёша и обнял её.
А на следующий день Милана сидела в машине Кости и чувствовала, что изнемогает от желания. Было достаточно лёгких поцелуев, чтобы стереть пятна крови из памяти.
Она ощущала жар, несмотря на февральские морозы. Хотелось раздеться и прильнуть к телу Кости. Трогать его, ласкать, снимая одежду. Эти желания шокировали Милану, но тело говорило красноречивее разума. Она представляла, как он крепко возьмёт её за талию, наклонит и войдёт в неё. Никаких предварительных ласк не требовалось – Милана чувствовала влагу внизу живота постоянно, когда находилась рядом с Костей.
Но он не спешил с активными действиями. Объятий было много и среди людей – в принципе, это общепринятое правило в танцевальной среде. А вот наедине ничего, кроме поцелуев, между ними не было.
Разгорячённая после занятия и болтовни с девчонками в студии, Милана сама готова была снять одежду с Кости. Но ей хотелось активности с его стороны.
Костя рассказывал, что живёт с мамой и семьёй сестры. Квартира большая, но вряд ли это разумно – приводить туда девушку для горячего секса.
«Почему он не снимет номер в гостинице? Ну или другой какой-то вариант можно придумать. А он ничего не предпринимает!» – Милана недоумевала.
С каждым днём ей всё сложнее и сложнее становилось себя сдерживать. Что не так? Этот вопрос постоянно волновал её.
Милана позвонила Лере и рассказала о своих волнениях.
– Лера, я не понимаю его. Вроде бы взаимное влечение, но он ничего не предпринимает.
– Мила, да вы встречаетесь без году неделю. Ты что хочешь-то?
– Но мы же знаем друг друга давно! – Милана находила лазейки. – До замужества мы постоянно общались, выбирались на тусовки, ходили вместе в кино.
– Вы вдвоём ходили в это кино? – Лера в отличие от Лёши не стеснялась задавать неудобные вопросы.
