Сергей Ольха "Харвуд Макк Грайер. Том I. Харвуд Макк Грайер. Том II. Возвращение в Харвудский замок"

«Ничего, мы добьёмся своего. Есть, есть этот замок. Просто не хотят в него верить. А я верю. И я найду его. Даже такое предчувствие, что он где-то рядом. Единственное, наверное, стоит сделать остановку на день. Да, так и поступим. Надо и себя привести в порядок всем, и лошадям отдохнуть».

Открыла Катрин аптечку и полезла за лекарствами. Её рука нащупала в аптечке что-то мягкое и волосатое. Женщина вскрикнула и отскочила. «Мышь», – подумала она. Аптечка зашевелилась. Сначала из неё показалась большая, волосатая, уродливая лапа. Медленно она вылезла по самое плечо. От ужаса Катрин не могла пошевельнуться. Аптечка потихоньку трескалась по швам.

Вот из неё показалась оскалившаяся безобразная рогатая морда; вторая лапа. Так же Катрин заметила, что в зеркале нет отражения этого монстра. Лапы вытянули наружу всклоченное туловище, заднюю лапу, вторую. И вот из небольшой аптечки вылезло огромное чудовище, кое-как умещавшееся на призеркальной тумбе. Сошёл монстр на пол и направился к Катрин. Та с криком бросилась к двери, но все попытки открыть её оказались безуспешными. Женщина повернулась к монстру лицом. Бешено сердце колотилось у неё в груди. Передвигаясь на четырёх лапах, чудовище было чуть меньше человеческого роста. Дыхание Катрин участилось. Она взялась за крестик на шее и наскоро стала произносить молитвенное трёхстрочие.

Везде бы услышал её Господь, но только не здесь.

Когда между монстром и Катрин осталось футов семь, она ясно увидела звериный взгляд единственного глаза. Раздался последний её крик…

* * *

Звук открываемой двери заставил Олецию проснуться. На фоне смутно освещённого дверного проёма она узнала тёмный силуэт. Это был Стивен. Как она обрадовалась ему. Самый общительный, самый эрудированный, с юмором, обаятельный; много путешествовал. Пусть он старше её на шестнадцать лет. Ну и что. А какой ещё нужен спутник жизни? Может эта поездка больше сблизит их? И он, порой, уделял ей внимание. В принципе, Стивен со всеми поддерживает дружеские отношения. Но, всё-таки, сейчас он пришёл навестить именно её.

Закрыл Стивен дверь и сел к девушке на кровать. В комнате стояла темнота, но его очертания не скрывались. Она взяла его руку. Ладонь оказалась холодной. Значит, ему так же, как и ей было холодно. Девушка улыбнулась. Он прилёг к ней, обнял за плечо, но сжал его слишком сильно. Она хотела поправить его руку, но тот не отпускал. Олеция уже стала отпираться от него. Стивен не отпускал плечо. Тогда Олеция оттолкнула его и встала с кровати.

– Хам!

Выпалила она, и вышла из комнаты в коридор. В темноте она не увидала пронизывающий взгляд своего попутчика.

* * *

Сквозь сон Стивен услышал истерический смех. Он проснулся. Это был смех Олеции, какой-то неприятный, сумасшедший смех. Мужчина взглянул на свои часы. Странно, они ходили, но показывали полчетвертого. Перед сном наблюдалось столько же. Может, он только уснул, и сразу же проснулся? Хотя, нет. Свеча сгорела на три четверти. Значит должно пройти достаточно времени. На полчетвёртого дня тоже не похоже – в окна глядела ночь. Непонятно. Затушил Стивен свечу и вышел в коридор.

На решётчатой веранде, отвернувшись, у отодвинутой шторы стояла Олеция. Но она нисколько не смеялась. А её ли это слышался смех??? Почти все остальные окна веранды закрывали шторы. Стивен скрестил руки на груди, посмотрел на головы животных на стене и подошёл к девушке:

– Что-то случилось?

Лицо её выглядело серьёзным. Даже очень.

– Можно было повежливее, – фыркнула она не поворачиваясь.

Стивен не понял:

– Вы о чём?

– Какой же вы хам!

Он повернул её и схватил за плечи:

– Да что происходит? – беспочвенного оскорбления в свою сторону Стивен не выносил.

Олеция дала ему пощёчину. Это задело его гордость. Оттолкнул девушку Стивен. Она отпрянула назад, еле удержавшись на ногах. В её глазах вскипела ненависть.

В этот момент кованые решётки веранды распахнул ветер. Недовольно Стивен глянул на решётки, не задумавшись, что они не составляют для ветра преграду, и направился к выходу. Что-то невидимое раздвинуло шторы. Сизый полупрозрачный туман вылился на пол помещения. Мужчина не успел выйти из веранды, как туман окутал его. Окутал и потянул назад. Стивен испугался и ухватился одной рукой за угол прохода, ведущего в коридор. Его всё сильней затягивало в открытое окно. Подошвы беспрепятственно скользили по каменному полу.

– Олеция! Помоги мне! – звал он её, протягивая вторую руку.

Девчушка тоже испугалась, и могла бы помочь ему, но страх не давал ей пошевелиться. Со стороны она видела, как туман принимает очертания огромной худощавой руки. Невольно Олеции пришлось смотреть, как обезумевший от страха Стивен хрипло кричал, беспомощно пытаясь ухватиться за что-нибудь. Руки его тянулись в разные стороны, в надежде ухватить растопыренными пальцами какой-нибудь выступ. Одной рукой ему всё же удалось ухватиться за морду лосиной головы на стене, и тем самым остановить скольжение по полу.

– Олеция! – вновь он позвал девушку.

Внезапно лосиная голова взревела, одёрнула руку Стивена и ухватила его за пальцы. Он заорал, с ужасом уставившись в глаза ожившего чучела. В живые глаза, которые наливались злостью и иногда моргали. Рогатая голова, оскалившись, терзала конечность перепуганного мужчины, не переставая жутко рычать. Стивен дико орал, пытаясь высвободить окровавленную руку. С хрустом костей мощные челюсти откусили кисть. Уши и ноздри лосиной головы шевелились при быстром вдохе и выдохе, когда животное жевало человеческие пальцы. Откусанные фаланги пальцев падали на пол в горячие капли крови. В момент, когда Стивен находился уже у самого окна, безумными глазами смотрел на свою откусанную руку и орал нечеловеческим голосом, с улицы, сквозь соседнюю решётку, ударила молния. Она прошла его насквозь, и он сгорел заживо. Туман растворился. На решётке осталась оплавленная дыра от электрической дуги. По веранде развеялся запах горелого мяса. Остолбеневшая Олеция всё ещё находилась в оцепенении, наблюдая, как зашевелились остальные головы животных на стене. Всё. Стивена больше не существовало. И только заметив, что ветер сдул пепел его праха к её ногам, Олеция пронзительно закричала и побежала прочь по коридору.

* * *

…У Брайана чуть не остановилось сердце, но он, чисто механически, ткнул факел в лицо одноглазого лжетома. Раздался звериный рёв, заставивший огни факелов прилично колыхнуться. Привидение обернулось тенью, которая потом осела на пол и, разделившись на частички, разбежалась, подобно муравьям. Отшагнул Брайан назад, чтобы остатки тени не заползли на его ноги. После он в спешке сделал шаг вперёд и, споткнувшись о порог, оказался на четвереньках, чуть не выронив факелы. Только он хотел приподняться, кто-то сбил его с ног. Это был Крис. Когда они рассмотрели друг друга, то немного успокоились. Крис поднялся:

– Лора выпала из окна!

– Этого ещё не хватало, – с переживанием промолвил Брайан и кинулся за парнем. Они выбежали в гостиную, освещённую настенными факелами, направились к входной двери, но резко остановились. В окна гостиной смотрело множество диких глаз. При вспышках мелькавших молний наблюдались лохматые спины, теснившие друг друга. Они шевелились и смахивали на волны, уходящего в бесконечность моря. Доносился жуткий вой.

– Нет! – закричал Крис, сел на корточки и опустил голову. Он рыдал.

– Мы не сможем уже ей помочь, – сказал Брайан, злобно глядя на плотную осаду. «Вот и ещё одним меньше». Он всмотрелся в небо. Неба не было. Только чёрная тьма. Всё, что путники до этого наблюдали в окна, являлось иллюзией.

Больше всего в жизни Крис боялся потерять сестру. Когда война забрала жизнь их родителей, мир стал пуст. Ведь его отец и мать были самыми добрыми людьми на земле. Никто не мог сказать о них ничего плохого. Единственным родным человеком осталась сестра. И они должны жить ради друг друга. Лора вырастила Криса. Своей сестрой он гордился. Парень помнил, когда был маленьким, отец наставлял ему: «Береги сестру, защищай её. Ты мужчина!» И обещание своё Крис не сдержал. Вот к чему снился вещий сон.

В это время со второго этажа бегом спускался Дэйв:

– Вам раскрыть секрет? – тревожно начал он, остановился возле Криса и Брайана, и наступил босой ногой на обутую. – Или вы сами догадались?

Брайан безнадёжно кивнул.

– Попрошу всех сосредоточиться, – повелительно сказал он.

Свой взор Дэйв обратил на окна гостиной. Ноги подкосились, и он упал. Его сердце не выдержало увидеть это второй раз.

– Дэйв! – крикнул Крис.

Спешно Брайан склонился к Дэйву, пощупал его пульс и поднял револьвер.

– Дьявол! – выругался Брайан. – Тёмные силы просто играют нашими жизнями. Трое уже проиграли. Вот так партия. Ведь пешки в игре – мы. Нет, эту игру нельзя проигрывать. Слишком большая цена. Мы не за этим сюда ехали. Нужно держаться вместе.

Он и не задумывался, что рулетка смерти крутится дальше…

Сзади донёсся крик Олеции. Брайан обернулся, сопровождая взгляд дулом револьвера. Со второго этажа выбежала девушка и стала спускаться по лестнице. В глазах её засел ужас. Убедившись по двум её глазам, что это действительно Олеция, Брайан поторопился к ней.

– Стивен! Его убила молния! – рыдала в истерике она. – Да что же это?! – Олеция захлёбывалась в своих слезах. К сожалению, Брайан ничего не мог ответить ей. Намеренно.

– Так, всем держаться вместе, – пытался контролировать ситуацию Брайан. – По одиночке мы уязвимы. И успокойтесь! Оба! Да, вокруг происходит нечто ужасное. Но мы должны держать себя в руках. Крис, ты меня слышишь?

– Пытаюсь, – вытирал слёзы парень.

– Олеция, успокойся. Мы выстоим, – мужчина бросил факелы и взял за плечи девушку, – мы не должны сдаваться. Я правильно говорю?

– Да. Сейчас, – всхлипывала она.

– Ради нас всех. Постарайся, – Брайан понимал, как дорог ему был каждый оставшийся в живых человек.

– Хорошо. Всё. Я всё, – жалостливо девушка глянула Брайану в глаза.

– И не смотри на окна. Прошу.

Олеция кивнула и вытерла слёзы.

Сменилась обстановка. Настало спокойствие.

Брайан прислушался в ожидании очередного хода сумасшедших явлений. Ему не нравилось это затишье. Только бы не пропустить момент, чтобы ситуация застала их врасплох. Подсознание его подсказывало, что в гостиной произошли какие-то изменения. Чего-то не хватало. Мужчина окинул взглядом всё помещение и резко вернул взор на стену рядом с собой.

– Где?! – всё, что он смог сказать.

У правой стены отсутствовала статуя.

– Но как?! Она весит десяток тысяч фунтов!

– Вчера вечером она там стояла, – девушка уловила его мысль.

За спиной Брайана раздался вопль парня. Брайан и Олеция повернулись. Люк в подвал был открыт, и туда кто-то за ноги затягивал Криса. Тот кричал, упирался в пол. Мужчина и девушка кинулись к парню. Они схватили его за руки, тянули, как могли, но ничего не помогало. Крис орал, пытаясь дёргать ногами. Из подвала слышался гулкий рёв. Брайан выстрелил в темноту подвала. Ничего. Ещё выстрелил. Безрезультатно. Тогда он отбросил револьвер и стал дальше тянуть на себя Криса. Тот хрипел, надрывая горло. Взгляд его широко раскрытых испуганных глаз прощался с ещё уцелевшими людьми. Он уже по пояс ушёл в подвал. Потом по грудь. Затем, остались одни руки. Раздался хруст костей, и Брайан с Олецией упали назад. У каждого из них осталось по руке Криса. Девушка истерично закричала и откинула оторванную руку. Брайан тоже.

– Да что ж такое?! – процедил сквозь зубы Брайан. – Как мы могли проколоться?! Олеция, только держись. Прошу тебя. Будь рядом. Не отходи ни на шаг. Нечисть отыскивает нашу слабину.

Недолго думая, Брайан захлопнул люк, бросился к тяжёлому, массивному столу, и стал двигать его на люк подвала. Когда всё-таки, из последних сил, он задвинул люк, сзади него раздался выстрел… Время как будто замедлилось. Повисла пауза. Звуки и движения растянулись. Всё ещё с надеждой, мужчина медленно, сопротивляясь замедлению, повернул голову, но… мёртвая Олеция лежала на полу. Рука её отпустила револьвер. Девушка психологически не выдержала всего происходящего и покончила жизнь самоубийством. «Ей досталась самая лёгкая смерть», – подумал Брайан. – «А Катрин? Где она?».

Мужчина поднял револьвер и осторожным шагом направился по лестнице на второй этаж. Прислушиваясь к каждому звуку, он приближался к входу в коридор. Ступил Брайан на гладкий пол. Настенные факелы как будто манили человека: не стой… иди дальше… иди же… Брайан снял один факел и двинулся по коридору. Он прошёл мимо комнат Стивена и Олеции. Двери к ним закрыты. И, естественно, в комнатах никого. Поравнялся Брайан с комнатой Дэйва и заглянул в приоткрытую дверь: застеленная кровать, моментами освещавшаяся вспышками молний из окна; каменные возвышения вдоль самой длинной стены; солдатский ботинок за порогом. Через три шага по обратную сторону коридора находилась дверь в комнату Катрин. Брайан положил на неё вооружённую руку и чуть надавил. Дверь поддалась. Слыша стук своего сердца, мужчина толкнул её. Огонь факела осветил комнату.

– Катрин?

Тишина.

– Катрин, вы здесь?

С револьвером на вытянутой руке Брайан шагнул в комнату. Игриво колебались тени от мебели, доказывая ему о полном порядке. Всё на своих местах. Ничего не тронуто. Мужчина собрался уходить, как взгляд его привлёк уж слишком правильной формы блик на стене. Брайан направился к нему. Чем ближе он подходил, тем дальше блик смещался. Только сейчас внимание упало на противоположную сторону. Зеркало! Бликом являлось отражение огня факела. Нехотя Брайан подошёл к нему… Ноги еле удержали его; факел чуть не выпал из рук. В отражении зеркала за Брайаном возле двери лежало окровавленное тело женщины. Резко он повернулся к выходу, направив на то место оружие. Что бы ни хотелось сейчас увидеть, но… Комната пустовала. Абсолютно чистый пол. Сердцебиение удвоилось, когда Брайан медленно стал поворачивать голову к зеркалу. Картина не изменилась – в отражении на полу перед дверью в крови лежало обезглавленное тело Катрин. Несколько секунд взгляд не мог оторваться от необъяснимого увиденного. Мужчина стукнул по зеркалу факелом и отступил. Понятно, что Катрин сейчас находилась вместе с остальными – на том свете. Брайан остался один.

Кто знал, что будет такой оборот. Как Брайан был заинтригован, собираясь в дорогу. А дорога оказалась в один конец. Зачем так распорядилась судьба? Почему Он должен пережить своих спутников? Почему Он должен видеть их смерти? Почему?!

«А ведь нас ждали», – стало доходить до Брайана. – «Да, да, ждали. Сначала нас погнали… Затем, предоставили убежище… После, дали освоиться, подготовив как раз восемь стульев… И в заключении спектакля истребили по одному. Сценарий удался. Ну, и что же приготовили для меня?»

Спустился Брайан в гостиную. Взгляд приковала к себе статуя. Она, как и вчера, стояла на своём прежнем месте, безмолвно занимая положенную площадь.

– Всё играемся? – вырвалось у Брайана.

Ещё раз он оглядел каменное творение и с размаха запустил в него факел. Тот, глухо ударившись, отлетел к окну. Число наблюдавших за ним глаз в окнах увеличилось.

– Осталась ваша последняя жертва?! – закричал он и выстрелил в окно. Затем, в другое.

Справа от него что-то задвигалось. Брайан машинально повернулся и выстрелил. Пуля попала в высокую спинку стула. Мужчина не верил своим глазам: стулья двигались на него. Это что-то новое из фокусов колдовства. Ножки стульев, против всех законов физики, пластично сгибались со скрипом, делая шаги, всё также оставаясь деревянными. Восемь стульев медленно двигались на него. Брайан отступал. Высадил он в стулья оставшиеся две пули и кинул в них револьвер. Потом он стал швырять в них всё, что попадалось под руку на столе: подсвечники, посуду, пепельницы, вазы. Стулья продолжали надвигаться на него. Мужчина не сдавался. Стало жарко. Сзади него находился камин. Брайан, не глядя, продолжал кидать, что нащупывала рука. И вот, все предметы, лежавшие на столе, закончились. Последнее, что нащупала рука, попалось мягкое и лёгкое. Брайан даже не докинул бы это до стульев. Тяжело дыша, он остановился. Как ни странно, стулья тоже остановились.

– Ну, что же вы, давайте!.. – крикнул на них Брайан, в страхе не представляя, что могут с ним сделать стулья.

Тупо вся мебель стояла неподвижно.

– …Чего же вы ждёте?! – продолжал мужчина, вытирая пот, заливавший его испуганные глаза.

«Ещё секунда, и мне конец». Как не хотелось Брайану прощаться с жизнью… Вот так!!! Возраст-то в самом расцвете. Всего тридцать девять лет. «К чему стремились, от того и головы сложили». Брайан чувствовал смерть. Она вращалась вокруг. Он мог дотянуться до неё рукой. В первый и последний раз человеку приходится испытывать такое ощущение перед смертью. «Какой смысл терпеть этот натиск? Из-за последней секунды жизни?.. Ну, вот и она прошла. Сейчас. Нет, вот сейчас…

…Странно, почему я до сих пор жив?»

В гостиной ничего не двигалось.

Что представлялось взору Брайана: за окном светящиеся глаза Бог знает кого; в гостиной всё разбросано и перевёрнуто, и везде трупы, мёртвые тела друзей и их останки. Всё окружающее медленно сводило Брайана с ума, и он понимал это.

Только сейчас он заметил, что глаза за окнами стали метаться. Что-то не так. Что-то произошло, что заставило ситуацию измениться. Но что?

Беглым взглядом мужчина осматривал гостиную. Но с тех пор, когда он остался один, кроме трюка со стульями, вроде бы ничего и не изменилось. Он чувствовал, что это где-то близко, но никак не мог найти. Не только у человеческой жизни есть слабое место. Брайан смахнул мокрые кудри с лица, и только сейчас заметил, что в руке держит свёрток. Это последнее, что попалось на столе под руку. Свёртком оказалась та самая картина с изображением Харвудского замка, которую искатели приключений привезли с собой. Но картина вовсе нисколько не потрёпана, как ранее. Яркий контраст красок впивался во взгляд Брайана. Как будто она только что нарисована, и можно испачкаться о свежие мазки кисти. Картина, словно, ожила. Она стала более реальной, более зловещей.

Брайан недовольно посмотрел на картину и замахнулся уже кинуть её в огонь камина, как стулья попятились назад. Мужчина задержал руку и посмотрел на стулья. Те остановились. Брайан глянул на картину, потом опять на стулья. Он приблизил картину к огню. Стулья снова попятились назад.

– Так вот вы чего боитесь, – вполголоса проговорил Брайан и засмеялся. Он смеялся всё громче и громче. В большом зале его смех повторяло эхо. Оно стало менять тон голоса. Всё более отчётливо менялся тон. Перестал Брайан смеяться. Последний смех эхо уже повторялся искажённым басом. Брайан прислушался. Это был не его голос. Эхо растворилось в стенах помещения.

Внезапно каменная статуя зашевелилась. Мужчина вздрогнул. С шуршащими звуками она оседала и изменялась. Словно таившая снежная глыба гигантское ваяние уменьшалось в размерах, принимая совсем другую форму. Из каменных трещин вырастали рога, огромные зубы, лезла шерсть. Через полминуты в конце всей мутации напротив Брайана стояло лохматое, кроваво оскалившееся чудовище. За долю секунды в голове пролетают миллионы мыслей. Но Брайан намеренно старался ни о чём не думать. Иначе эти мысли лишат его рассудка. Сейчас он мог чётко разглядеть это исчадие ада. Размером с лошадь горбатое, необъяснимой фигуры животное. На верхней части головы, представляющей собой продолжение бесформенного туловища, располагались две пары рогов, схожих, как у буйвола – нижние большие, верхние поменьше. Нижняя часть головы состояла из одной огромной пасти, беспорядочно усеянной несчётным количеством больших зубов. С боков головы из-под рогов на Брайана смотрели дикие глаза. Точнее – один глаз. Правый. Вместо левого сверкал драгоценный камень. Задние лапы чудовища, в принципе, походили не то на лошадиные… не то на львиные… Только помощнее. А вот передние… Передние не похожи вообще ни на какие конечности. Если у человека на руке один изгиб – локоть (не считая изгибов запястья и плеча), то у монстра наблюдалось два изгиба. Как бы два локтя. От этого передние лапы были больше обычных. По своей анатомической конструкции они постоянно складывались так, будто зверь приготовился к прыжку. Заканчивались же лапы уродливыми когтистыми пальцами – три пальца смотрели вперёд на каждой лапе, один назад. Как у вороны. Всё это покрывал взъерошенный грубый волос. Сзади медленно из стороны в сторону по полу елозил длинный голый хвост, напоминающий крысиный. Мало того, под шкурой по всему телу происходило какое-то движение, сопровождавшееся хлюпающими звуками.

Сознание Брайана уже не опутывал страх. Он презирал всё это.

– Ха! Я не боюсь тебя, одноглазый! Кем бы ты ни был, всё равно не боюсь!.. Зачем ты убил всех? Что они тебе сделали?.. – выпытывал у него Брайан. Но монстр стоял на месте и тяжело дышал. С жутких зубов безжалостной пасти капала человеческая кровь. Узкий вертикальный зрачок звериного глаза навязчиво буравил лицо единственного оставшегося в живых человека. Временами, он на мгновение закрывался снизу полупрозрачным веком.

– …Я знаю, ты смеёшься надо мной. Люди перед тобой слишком беззащитны… А как тебе клеймо на морде?!

Чудовище с рёвом бросилось на Брайана, но тот кинул картину в камин и, зажмурившись, припал к полу…

VIII

Утром из лагеря, где рубили лес, выехали две повозки. Они направились в посёлок. Нужно запастись хлебом, продуктами и питьевой водой для рабочих лагеря. Проехав мили полторы: