– В чем дело?
– Ни в чем. Просто, как мне кажется, ты неспроста здесь оказалась. И ты так на нее похожа… Это очень странно. На моей памяти таких случаев еще не было. Все, молчу, больше ни слова! – одергивает себя Дэн, хлопнув ладонями по рулю. После этого виновато смотрит на меня, а я только качаю головой. Парень он интересный, и уже начинает мне нравиться. Слезы высыхают, а рот сам собой растягивается в улыбке, но я как можно скорее прогоняю это состояние. Не то, чтобы мне нравится страдать, только не хватало еще влюбиться в первого попавшегося парня в месте, откуда я планирую сбежать, как только появится возможность.
Штаб хантеров очень большой, размером со школу, не иначе, уже с дороги видна площадка для тренировок с брусьями и деревянными чучелами. Припарковав пикап, Дэн выходит из машины, при этом велит оставаться на месте, затем по-джентльменски помогает мне выйти, подав руку, а я еще несколько секунд держусь за него. Только выйдя из машины я поняла, что меня обуял страх, и хоть я и совсем не знаю Дэна, он возможно единственный, на кого я смогу положиться здесь. Только если первое впечатление не было обманчивым. Парень аккуратно освобождается из моей хватки и становится напротив.
– Прости, пожалуйста, мне просто не по себе, – говорю я.
– Я вижу, у тебя все на лице написано, – отвечает он, коротко обернувшись. Кто-то выходит из здания, и я стараюсь спрятаться за него.
– Утро доброе!
Вышедшим оказывается молодой парень. Он подходит к нам, протягивает Дэну ладонь для рукопожатия, и только потом замечает меня. Высокий, вытянутое лицо, черные брови смыкаются на переносице, – все, что успеваю заметить, бросив один скромный взгляд на хантера.
– Привет, Дамиан. Это Даша.
– Новоприбывшая? – спрашивает Дамиан, не сводя с меня глаз. – Давно?
– Сегодня утром. Мы сейчас к Карлу, а потом посмотрим.
– Нового хантера будете делать? – неожиданно улыбается парень. – Представляю, какая там сила будет. Если она…
– Она вернется домой, – перебивает хантера Дэн и, взяв меня за локоть, уводит, – идем.
– Что он имел в виду? – спрашиваю я, когда мы подходим к зданию и Дэн касается ручки массивной железной двери. Замечаю, что они не поставили защиту, ни звонка, ни домофона, очевидно, в этом не было нужды.
– Не бери в голову, – предсказуемый ответ.
Открыв дверь, Дэн запускает меня внутрь и просит следовать за ним. Здание выглядит как школа не только снаружи, но и изнутри. Каменный пол, крашенные стены, только в более темные оттенки. Просторный холл полупустой, из интерьера только два старых, изрядно потрепанных кожаных дивана. Из холла влево и вправо уходят два широких коридора с дверьми без подписей, а посередине широкая лестница на второй этаж. Дэн ведет меня туда.
– Здесь комнаты хантеров, – поясняет он по пути. – Наверху столовая, комната переговоров, аудитория, комната отдыха и кабинет директора. Пока что это Карл. Он не хантер, он психолог, парапсихолог, в общем, активных способностей у него нет, но он видит то, чего не видим мы.
– Значит, он ваш лидер?
– Нет, он нам помогает, многим заправляет здесь. Работы в городе для него нет, и наш мэр решил определить его сюда. К тому же он мой хороший друг.
– А кто ваш лидер? Сомневаюсь, что его нет.
– Конечно, он есть. Это я.
– Мог бы сразу сказать, – говорю я, чувствуя смущение. Не то, чтобы новость меня расстроила, но найти общий язык с лидером всегда сложнее, они, как правило, строги и требовательны. Я всегда старалась держаться от них подальше, а теперь, учитывая сложившиеся обстоятельства, вряд ли мне удастся найти опору в ком-либо еще. Если только этот Карл окажется более подходящим человеком.
Когда мы заходим в кабинет, Карл – мужчина лет сорока с темными волосами, в брюках и вязаном свитере, едва подняв на нас глаза, бросает открытую книгу и встает с дивана.
– Вот, привел, – показав на меня рукой, Дэн вальяжно плюхается на то же место, где сидел Карл.
– Здравствуйте, – мямлю я. Мужчина, хмурясь, разглядывает мое лицо, а потом, опомнившись, извиняется.
– Прошу прощения за бестактность, присаживайся. Дэн, ради бога! – Карл выдергивает книгу из-под ноги парня, и велит ему подвинуться. Дэн улыбается и, игриво приподняв одну бровь, хлопает ладонью по месту рядом с собой. Я покорно присаживаюсь и вздыхаю. Здесь приятно пахнет фруктовым чаем, и от Дэна исходит странный, но довольно притягательный аромат. Сердце немного успокаивается.
Карл берет стул и садится напротив.
– Как тебя зовут?
– Даша.
– Дэн уже рассказывал тебе про Диану?
– Да, он говорил, что я на нее похожа, и что она давно умерла. Больше ничего не говорил. И я, если честно, больше ничего не хочу знать. Верните меня домой. Если это возможно. Пожалуйста.
Теперь вздыхает Карл.
– Это зависит от тебя самой. Сюда многие попадали, но далеко не каждому удавалось вернуться. Ты не хочешь знать про Диану, но позволь сказать тебе пару слов.
– Хорошо.
– У нее была магия… Сила во много раз превосходила ту, что есть у хантеров. Если эта же сила есть в тебе, ты вернешься домой без труда, но тебе нужно будет научиться ее контролировать,
– А если у меня нет никакой силы?
– Я чувствую, что есть. Но пока трудно понять, какого она характера. Давайте так. Дэн, ты сегодня вези девочку к себе, накорми, купи ей одежду, деньги есть?
– Есть.
– Ну и славно, переночуешь у Дэна, отдохнешь, придешь в себя, а завтра я жду вас здесь, будем решать, что дальше делать. Ты, – обращается он ко мне, – только не переживай. Мы со всем разберемся и не оставим тебя. Если будет нужна помощь, ты всегда сможешь обратиться ко мне.
– И ко мне, – добавляет Дэн. – Идем. Ты голодная, наверное, хочешь, сходим в столовую, или пообедаешь у меня?
– На сегодня, пожалуй, с меня хватит знакомств, – говорю я, и парень понимающе кивает.
Глава 4. Чужак
Сажусь в пикап и облегченно вздыхаю. Больше нам никто не встретился – уже хорошо. Знакомство неизбежно, но оно состоится не раньше, чем завтра, а пока мне хочется только как следует поесть и отдохнуть. Задвигаю мысли о доме подальше, чтобы не впадать в уныние, и пытаюсь настроиться на позитивный лад. В конце концов, все не так плохо. Я жива, я не в заложниках у маньяка, здесь чужие мне люди, но они проявляют дружелюбие. А я не социофоб и не интроверт, чтобы страдать в малознакомой компании.
Дэн заводит мотор, а я достаю из сумки телефон. Вещь без связи и интернета бесполезная, и батарея скоро сядет, но можно хотя бы сделать фото – будет, что вспомнить, когда вернусь домой. Замечаю, что Дэн косится в мою сторону, а именно на телефон, и смущенно убираю гаджет обратно в сумку.
– Это вроде телефон, да? – спрашивает он.
– Ага. У вас их нет? Как вы общаетесь на расстоянии?
– У нас нет смысла их заводить. Все попытки установить сотовую связь закончились провалом. Они пытаются, но пока никак. Только радиосвязь есть. По рации и общаемся.
– А вообще, если не секрет, где вы все берете, автомобили, вещи, материалы? И как с деньгами, какая валюта здесь?
Дэн смеется:
– Хороший вопрос. Ну ладно, попробую ответить на него. Вещи шьют здесь, продукты тоже производят, есть фермы, с этим все в порядке. С древесиной проблем нет. На северо-востоке, километров пятьсот отсюда, есть рудник, там добывают золото, так что у нас есть свой монетный двор. Делают золотые рубли, а бумажные печатают, есть рубли, доллары, и недавно появилось евро, курс один к одному.
– Здорово…
– Машины и вообще, всю технику, некоторые материалы, и прочее, что здесь не производят, в том числе медицинское оборудование и лекарства мы берем у вас. Вроде все рассказал.
– А как? – тут же в голове выстраиватся логическая цепочка. – Если вы можете перемещать технику, значит и людей тоже?
– Нет, – вздыхает Дэн, – дело не в перемещении, а в душе. Предметы не имеют души, а у хантера хватает энергии на перемещение только самого себя. Две души он не потянет. Только некоторые темные могут это делать. Наши хантеры едва с таким импортом справляются. Поэтому я и езжу на старом пикапе. В целом у нас, как ты видишь, все более отсталое от вашего мира. Но мы не жалуемся. Здесь нет нищеты, зарплаты хорошие, в том числе и у хантеров, хоть мы и живем на пособия от государства, но они щедрые, я так скажу, не бедствуем.
– А медики, где они берут образование? Юристы, полицейские? Или вы за полицию?
– Полиция есть, но им не нужно образование, а медиков как таковых нет, оборудованием пользоваться научились, несколько человек с даром телепортации взяли курсы, а основное лечение за счёт медикаментов или хантеров. Наш штатный медик Ирина, это её дар. Другие работают в больнице, мы их не привлекаем к общему делу, так сказать. Господи, это все, что я знаю, – смахнув несуществующий пот со лба, говорит Дэн. – Я надеялся, что тебе это Карл расскажет, а он, как видишь, отбрехался.
– Это еще даже не половина всех вопросов, которые я хотела бы задать, – улыбаюсь я в ответ. – Но, может быть, потом. Куда мы едем?
– За продуктами, конечно, дома шаром покати.
У меня появилась возможность разглядеть рынок. В нашем городе их несколько, и все стоят плотными рядами, да и вещи там уже редко покупают, когда стали появляться торговые центры, молодежь переместилась туда, и рынки опустели. Хотя в наших кругах покупать одежду на рынках почему-то было стыдно и считалось мещанством, несмотря на то, что большинство магазинов, исключая популярные бренды, торговало теми же вещами.
Здесь рынок выглядит огромным и более открытым, он обрамляет круглую площадь, чистую и как будто нетронутую, с фонтаном посередине. Нет никаких бабушек, торгующих соленьями в неподходящем месте, палатки большие и покрытые голубым брезентом, стоят одна к одной. Когда мы проезжаем мимо, ветром приносит запах кофе и сладкой ваты. Вспоминаю, что Карл сказал Дэну купить мне одежду, и хоть мне и неловко, слова вылетают сами собой:
– Когда мы будем мне одежду покупать, можно на рынок заглянуть? Тут очень красиво.
– Не вопрос. Сначала пообедаем, а потом поедем.
– Конечно, я умираю с голоду. Ты еще не придумал, как я буду тебе отдавать долги?
Снова смеется.
– Я возьму твое сердце. Положу на весы, а там посмотрим, может еще доплатить придётся. Да ладно тебе, Даш, я за последний месяц вообще ничего полезного не сделал, хоть тебе помогу. Не задавай больше таких вопросов, не обрубай на корню мою добродетель, хорошо?
Я киваю. Мне повезло с компанией. В нашем мире зачастую тяжело найти человека, который будет оказывать бескорыстную помощь. Конечно, когда он сказал про сердце, я немного напряглась, видимо мне придется привыкнуть к этому своеобразному юмору.
Остановив пикап около большого супермаркета, парень спрашивает меня, что бы я хотела на обед. Вместо ответа я выхожу из машины.
– Пойдём, посмотрим. По правде говоря, я съем все, что мне дадут.
Магазин оказывается большим и наполовину выполняет функцию рынка, есть прилавки с мясом, рыбой и молочными продуктами, а есть полки, выбор на которых весьма скуден. У этого есть плюс, я не сомневаюсь, что продукты здесь более натуральные, чем в нашем мире. Про цены я ничего не знаю, поэтому сама с полок ничего не беру, только качаю головой, когда Дэн что-то предлагает. Уходим мы с уже замаринованным куском мяса, овощами на салат, замороженной пиццей и пивом. Загружаем продукты в машину и едем обратно, в сторону штаба хантеров. Оказывается, Дэн живёт неподалеку. У него красивый двухэтажный дом из кирпича. Неужели приобрел на зарплату хантера? Будто прочитав мысли и видя мою реакцию на свое жилище, он говорит, что дом достался ему от родителей, которых, как и его старшего брата, не стало около двадцати лет назад. Я редко нахожу слова в таких ситуациях, но Дэн меня снова опережает.
– Обратная сторона жизни в этом мире. Собственно, поэтому в последнее время хантеров все больше. Ладно, идём.
Первым делом я прошу проводить меня в ванную, и пока Дэн занимается готовкой, пытаюсь привести себя в порядок. Если бы я знала, как выгляжу, то не стала бы выходить из машины. Волосы у меня волнистые, и растрепанные они похожи на старую мочалку. Тушь осыпалась, под глазами темные круги, и даже цвет лица стал неровным. Умываюсь и, благодаря дежурной косметичке из сумки и расческе, снова становлюсь собой. Не мешало бы постоять под душем, но запасной одежды пока что нет, а надевать грязное на чистое тело – плохая идея.
Дэн, кажется, не замечает изменений. А может быть, только делает вид. Когда я присоединяюсь к нему, он протягивает мне кусок разогретой пиццы и бутылку пива.
Еда приводит в чувство, а пиво расслабляет. Прошу еще кусок, но парень качает головой.
– Аппетит перебьёшь. Помоги лучше салат порезать.
Буквально в эту же секунду рация, которую он бросил на диван, когда мы зашли в дом, начинает шипеть и скрипеть. А потом доносится приятный женский голосок:
– Дэн, привет. Дэн?
Парень нехотя берет рацию и нажимает на кнопку. Я же стараюсь изобразить незаинтересованность.
– Привет, Кира. Как поживаешь?
– Да все хорошо. Ты не занят сегодня вечером?
– Немного занят. Что ты хотела?
– Хотела предложить тебе сходить в бар. В Терновнике сегодня выступают. Но, раз ты занят, наверное, тогда пойду одна.
– Тебе что, не с кем сходить? – грубовато, но, Кире, похоже, все равно.
– Да нет, пойдёт Виолетта и Коннор.
– У меня гости, а так я бы присоединился.
– Гости? Интересно. Коннор сказал, что у нас новенькая. Она у тебя?
– Да.
– Приходите вдвоём, – оживляется девушка. – Заодно познакомишь.
– Она очень устала, а одну я ее не оставлю, извини. Сходим в другой раз.
– Ладно. До встречи.
Убедившись, что Дэн отключил рацию, я говорю ему:
– Тебе не кажется, что ты ее сейчас отшил?
– Это нормально, – улыбается Дэн, – мы встречались раньше. А теперь иногда вот так общаемся. Приходится, она тоже хантер. Не бери в голову. Если хочешь, пойдём. Там выступает рок-группа. Поют неплохо.
Задумываюсь. С одной стороны – лучше остаться дома, выспаться как следует. С другой – есть возможность познакомиться со всеми в неофициальной обстановке. К тому же, не хочется быть обузой для Дэна, заставлять его сидеть дома, когда его друзья развлекаются. Личность, которая вечно стремится всем угодить, побеждает, и я отвечаю:
– Давай сходим. Только мне идти не в чем.
– В каком мире бы ты ни находился, женщинам всегда нечего надеть, – усмехается Дэн. – Не переживай, купим что-нибудь.
Я снова скромничаю и выбираю только самое необходимое: сменный комплект одежды, двое домашних шорт и футболок, пару комплектов нижнего белья и практичное платье, в котором можно сходить не только в бар, но и на прогулку. Все покупаем в одном месте – в закрытом магазине, находящемся за торговыми рядами рынка. А потом я вспоминаю, что мне нужна еще и обувь, когда ноги от хождения в осенних ботинках начинают гореть, болеть и подкашиваться. Приходится разорить парня на кроссовки и туфли к платью на низком каблуке. С деньгами он расстается спокойно, будто у него лежит миллион под подушкой, а когда мы покупаем все, что нужно, спрашивает, точно ли мне хватит того, что мы приобрели. Я знаю, что не хватит, но уверенно киваю. Домой возвращаемся уже под вечер. Принимаю долгожданный душ, и Дэн провожает меня в комнату на втором этаже, по обстановке которой я сразу догадываюсь, что это его спальня.
– А другой комнаты у тебя нет?
– Есть, но кровать там старая, без матраца, и вообще, полно всякого хлама. Не волнуйся, я буду спать на диване в гостиной. Я и так там сплю периодически, – успокаивает меня Дэн, опережая мои причитания о том, что я его притесняю. Я смотрю на него, и не могу поверить в то, как можно быть настолько комфортным человеком. От него веет теплом и спокойствием. Те парни, с кем я встречалась, если и были такими, то не по своей воле, а в связи с невзрачностью и кучей комплексов. И то, поначалу, а спустя время они всегда открывали своё истинное лицо – дружелюбие превращалось в агрессию, а учтивость перетекала в навязанное чувство долга. Красивые парни почти сразу же раскрывали все свои намерения, которые зачастую не вязались с моими предпочтениями и принципами. Собственно, поэтому я почти всегда была одна. Что же заставило Киру и Дэна расстаться?
– Спасибо тебе, – говорю я. – Это не надолго, если в ближайшее время у меня не получится вернуться домой, я перееду в ваш штаб, буду жить там. Или могу уже завтра, Карл же сказал тебе оставить меня на ночь… – Начинаю краснеть. Какая же я дура, думала, парень позволит мне жить у него.
– Можешь оставаться, сколько хочешь, – не раздумывая, отвечает Дэн.
В девять вечера здесь уже темно. Бар встречает нас неоновым вывеской в виде гитары, в стиле восьмидесятых. Сам бар просторный, здесь довольно уютно, по всему периметру стоят диваны, кроме зоны барной стойки и сцены. Группа уже на месте, но, судя по тишине, концерт еще не начался. Дэн ведет меня к угловому дивану напротив сцены, где собралась компания молодых людей. Я узнаю высокого Дамиана, рядом с ним темноволосый парень, похожий на него всем, кроме манеры хмурить брови, с другой стороны дивана сидят две девушки: кудрявая блондинка и красотка с длинными темными, почти черными волосами. Бьюсь об заклад, бывшая девушка Дэна – именно она. Я с трудом понимаю свое состояние. Если раньше заводить друзей для меня было чем-то обыденным, то теперь я чувствую себя овечкой, которую ведут знакомиться со стаей волков. И даже присутствие Дэна не помогает.
