60 историй. Стихи

И поговорить «по-мужски»

С ним хотели. Она обижалась

Так, что не подавала руки.

Говорила: «Не хуже он ваших.

Вон на Пасху тоже напились».

И обыденным стало страшное —

Постепенно все отступились.

Привыкли видеть ярко-лиловые,

На чернику цветом похожие,

Кровоподтёки новые

На дряблой старческой коже

И жёлтые – застарелые.

А когда такой день случился,

Что она больше встать не сумела,

Никто не удивился.

Старший сын устроил прощанье

И собрал обед поминальный…

Мать своих детей защищает

До последнего вздоха. Буквально.

28.11.2021г.

Гадалка

В умных книжках ответы искал, заполненных мыслями

Великих, таких как Сенека, Ницше, Декарт…

А судьба – простая, в сущности, вещь и пахнет замызганной

Старой потёртой колодой гадальных карт

В руках женщины в красном платке и серьгой круглой в ухе.

Она их тасует, раскладывает на столе,

И языком, понятным только лишь этой старухе,

Говорят семёрки, тузы, король и валет.

Она едва умеет читать и вообще не слыхала про Гегеля.

Ей помнятся кони – вороные, гнедые и пегие;

Как пыль летела из-под колёс и камешки мелкой шрапнелью,

Лошадям раздавался овёс, костры горели.

Ей что деревянное колесо, что с литыми дисками;

Века стояло её ремесло и ещё столько выстоит.

Она – не голос дьявола и не перст указующий Бога,

Незавершённая фабула, распутица и дорога.

Где она, там всегда темно, пахнет травами и табаком;

Что с дипломом, что без всё равно себя чувствуешь дураком,

Изумляясь тому, как мешаются любопытство, страх, даже злость…

И без хрустального шара она видит тебя насквозь.

Её пышная юбка сборит, опадает нелепыми рюшами,

И, когда она говорит, её внимательно слушают:

Про деньги и должности, любовь и домочадцев —

Всё, что интерпретировать можно так иль иначе как счастье.

Принимать на веру сказанное необязательно.

Она – не больше, чем зеркало в обрамлении старой патины.

07.12.2021г.

***

У таких, как он,

Есть ум, красота и харизма,

Они знают всё обо всём,

Но не приспособлены к жизни.

Пока был молод, ещё ничего —

у молодых всегда фора.

А потом жизнь трепала его,

как злая голодная свора.

В надежде быть понятым

изъяснялся словами и жестами,

Спотыкался, одной ногой

проваливаясь в сумасшествие.

Рассуждал логически,

отшучивался, открещивался,

проклинал свою восприимчивость,

делаясь злее и резче.

Благополучен был внешне,

Но песни слагал обречённые.

Держался, конечно,

А после взял и послал всё к чёрту.

Пробки выдёргивал

И выкручивал крышечки.

Пил неразведённую

И, рыдая, взывал к Всевышнему.

Сын вообще не звонил,

А мать звонила – он не ответил.

Месяцами лежал без сил

И всех несчастней на свете.

Так до самой весны тосковал —

Самого себя было жалко,

А в мае рюкзак собрал

И отправился на рыбалку.

09.12.2021г.

Старушка

Она с виду типичный «божеский одуван»;

Дома чисто и пусто: перестройки ровесник – диван,

Тюль советских времён – накрахмаленные занавески

И в пристенном шкафу за стеклом весь Достоевский.

Двоих схоронила мужей, сединами убелена;

Ноги ни к чёрту уже, но всегда прямая спина.

Телек не кутает в кружева – у неё телека нету;

Как и чем она выживает – из области тайн и секретов.

Разъехались дети, у них семьи свои – вот и славно,

Меньше всего ей хотелось бы показаться слабой,

Быть для кого-то обузой, лишним каким-то бременем.

И с ней только музыка днями, охрипшая частью от времени:

Шопен и Глинка, «Очи чёрные» – сердцу милая

Простая, великая музыка виниловая.

Она подолгу смотрит в окно – ей спешить никуда не надо,

Пока совсем не станет темно, и снег не возьмётся падать.

25.12.21г.