– Не надо, – прошептала я, не в силах пошевелиться. Ноги словно приросли к земле. Я даже закричать не могла, горло свело, позволяя только шептать. – Прошу, уходи.
– Кто же так животным приказывает? – раздался голос, а затем из-за деревьев вышла женщина. Вышла совершенно бесшумно, словно не наступала на снег. Женщина посмотрела на волка и взмахнула палкой, которую сжимала в руках. – А ну, пошел вон, негодник! Ещё скажи, что дичи нет в лесу. Ишь ты, людей пугает!
Волк прижал уши и тихо заскулил, отступая назад.
– Это ваша собака? – растерянно спросила я, немного расслабляясь. – Я думала, это волк.
– Правильно думала, – фыркнула женщина. – И если бы я не следила за тобой, то он бы кинулся. Ты для взрослого хищника – лёгкая добыча. Ещё и страхом несёт за версту.
– Вы за мной следили? – потрясенно переспросила, сделав шаг назад и прикрывая Тёмку.
– А ты зачем в лес попёрлась? Да ещё и с ребенком малым? – ехидно ответила вопросом на вопрос женщина. – Надо было к мужикам обратиться, чтобы дров тебе нарубили.
– Не могу я к ним обратиться, – шепнула, опуская голову, – да и не к кому, никто не поможет.
– А-а-а, так ты та, что с графёнком спуталась? – рассмеялась женщина. – Ну да, как я не поняла сразу. Непросто тебе будет, но ты сама выбрала этот путь.
– Я же не знала, что всё вот так выйдет, – принялась оправдываться, отводя взгляд. Но затем тряхнула головой и посмотрела на женщину. – Я любила его, а он меня. Всё, что произошло – несчастный случай, и…
– И его родители, которые были против вашей связи, выставили тебя вон, – продолжила женщина насмешливо. – История стара как мир. Идём, тебе следует покормить ребёнка и согреться.
– Мне необходимо набрать дров, иначе мы ночью просто замёрзнем, – я замешкалась. Очень хотелось в тепло, но здравый смысл подсказывал, что без дров возвращаться просто нельзя.
– Дам я тебе дров, – усмехнулась незнакомка. – И расскажу, к кому обратиться, чтобы помогли. Расплатиться-то есть чем?
– Совсем немного, – шепнула, отведя взгляд. – Почему вы мне помогаете? Почему не боитесь тоже стать изгоем, как я?
– Я и так изгой, милая моя, – рассмеялась женщина, а затем замерла, нахмурилась и грозно проговорила в сторону кустов. – Ну что ты притаился? Выходи, раз пришел. Иди-иди, не бойся, не трону.
Я удивлённо посмотрела на куст и испуганно дёрнулась, когда из-за него вышел волк, пристыженно поджимая уши.
– Неужели голодный? Зайца поймать не можешь? – удивилась незнакомка и полезла в сумку. Достав кусок хлеба, женщина протянула его мне. – Кинь ему. Пусть понимает, что тебя жрать нельзя.
Я кинула хлеб волку и отшатнулась, когда он внимательно посмотрел на меня.
– Меня нельзя есть, хорошо? Если ты позволишь мне приходить в лес, то я буду приносить тебе немного еды. Много не смогу, у самой нет. Но кое-что… Сейчас, – я полезла в карман, куда утром положила кусок мяса и хлеб, чтобы перекусить в лесу. Бутерброд вышел совсем маленький, но на перекус мне бы хватило. – Вот, держи. Больше у меня нет.
– Не кидай, отдай из руки, – посоветовала незнакомка, за что была вознаграждена изумлённым взглядом.
Кормить волка с рук? Но то, как она обращалась со зверем, придало мне каплю уверенности. Я протянула бутерброд, максимально вытянув руку. И отодвинув чуть в сторону, чтобы, если зверь кинется, не навредил малышу.
Но волк и не думал кидаться. Он медленно подошел и обнюхал подношение. А затем очень аккуратно сомкнул зубы на хлебе и тут же шарахнулся в сторону, жадно жуя.
– Совсем голодный, – пробормотала я жалостливо. – А у меня и нет ничего больше.
– Готова животное накормить, а себя голодной оставить? – рассмеялась незнакомка. – С такой жертвенностью ты далеко не уйдёшь. Кинь ему мясо и иди за мной. Нечего тут мёрзнуть.
Я послушно бросила мясо и, подхватив верёвку саней, пошла следом, испытывая неимоверную благодарность к этой женщине, которая не отвернулась.
Только когда мы вышли на поляну, я поняла, кто эта незнакомка. Та, про которую ходило бесчисленное количество слухов. Ведьма, якобы скрывающаяся от властей, потому как совершила множество ужасных преступлений. Я в это не верю… Не так уж сложно её найти, так что вряд ли она прячется. Скорее слухи эти культивированы, чтобы объяснить, почему женщина живёт одна, держится в стороне и не горит желанием общаться с деревенскими, но активно лечит.
– Ну, спрашивай, – фыркнула незнакомка, отпирая дверь. – Вижу, что вопросов у тебя много.
– У меня два вопроса, – не стала юлить. – Как вас зовут и почему помогли мне?
– Странно, – женщина обернулась на пороге и окинула меня задумчивым взглядом. – Я ожидала других вопросов. Но отвечу на эти. Зовут меня Авелина. Да, имя странное для этих мест, но в Деспер я переехала тридцать лет назад, а до этого жила в Арвесе – далёкое королевство на юге. Песок, пустыня, неимоверная жара. А почему помогаю тебе… Так и я человек, Амели. Понимаю, что без помощи ты не выживешь и малыша погубишь. Как вот ты помогла волку. Ты же не задумывалась, почему сделала это? Просто так правильно, вот и всё. Но я понимаю, почему ты сомневаешься. Судишь по людям из деревни. Так вот скажи мне, ты читать и писать умеешь?
– Умею, – ответила, не понимая, к чему она ведёт.
– А половина из них – нет, – усмехнулась женщина. – А сто плюс триста пятьдесят сколько будет?
– Четыреста пятьдесят, – ответила, улыбнувшись. – Я поняла. Узость мышления.
– Именно. Ты умнее, образованней – и так тема для зависти. А теперь ты ошиблась, допустила ошибку. Вот тебя и клеймят.
– Но я не смогу выжить в одиночку, – растерялась я. – Да, дров я и сама натаскаю из леса, а еда? Где её покупать зимой? И лошади нет, чтобы в ближайший город съездить, купить кое-что. Мне необходим социум.
– Со-о-оциум, – протянула Авелина. – Не говори таких слов при деревенских, а то сожгут, посчитав ведьмой. Садись, я за яйцами схожу, перекусить нам приготовлю. И ещё. Я помогу вам. Тебе и ребёнку. Но тогда ты поможешь мне, как встанешь на ноги.
– А я встану? – жалко улыбнувшись, спросила я.
– Ты? Обязательно, просто надо потерпеть, – усмехнулась женщина. – Ну что, согласна на сделку?
Глава 3
Пока Авелина ходила в сарай, я думала над её предложением, а заодно осматривалась. Авелина жила достаточно скромно, но аккуратно. Вообще в деревне дома были типовые. Никто не заморачивался с планировкой, быстрее бы построить. Потому её домик был идентичен моему. Такая же небольшая кухня с печкой и комната. Есть ещё дома с большим количеством комнат, но таких всего штуки три на всю деревню.
Разница была лишь в мелочах. Например, салфетки на столах или цветы в вазе. Авелина украсила свой дом пучками трав, вышитой скатертью на столе, мягкими подушками на скамейках. Мелочи, придающие уют.
И это подкупало, ведь человек с мрачными мыслями редко стремится к красоте. Или я просто всё идеализирую? Что может понадобиться от нищей девчонки с ребенком на руках? Как я могу согласиться на помощь, не зная, чем должна расплатиться?
Долго гадать не пришлось. Авелина вернулась достаточно быстро, неся с собой корзину с яйцами, копченый окорок и хлеб. Она шустро поставила в печь сковороду и кинула немного жира, затем сноровисто разбила шесть яиц и сверху положила ломтики окорока.
По кухне поплыл умопомрачительный запах, у меня даже рот наполнился слюной, а в животе жалобно заурчало. Спустя несколько минут женщина сняла сковороду и достала тарелки. Я улыбнулась, вспоминая свою прошлую жизнь. Мало кто додумается поставить сковороду и есть прямо из неё, царапая покрытие вилками. В графском доме, естественно, тоже подавали на тарелках, красиво сервируя стол. Слуги ели на кухне, но не из общей чаши. В деревне же ели прямо из сковороды, не заморачиваясь с тарелками. Естественно, если это не суп или похлёбка.
И сейчас видеть, как Авелина выкладывает на деревянные плоские тарелки глазунью и украшает это свежей зеленью, было необычно. Даже проскользнула мысль, а не с Земли ли она? Но я вспомнила, что она говорила о далёком королевстве, так что, возможно, эта традиция оттуда.
– Авелина, я не знаю, соглашаться мне или нет, – жалобно простонала я. – Я же не знаю, что ты попросишь взамен. А вдруг убить кого-то?
– Ешь давай, – рассмеялась женщина, подставляя тарелку ближе ко мне и наливая чай. – Детёнка вон на печь положи, да подушкой подоткни. Полежит немного, ничего с ним не случится. А ты ешь.
Положив Тёмку на мягкую перину на печи, я стянула с него шкуру, оставив в одной пелёнке. Поцеловав сморщенный лобик, подоткнула сына подушкой и вернулась за стол, чтобы тут же накинуться на еду.
Авелина ела не спеша и молча. Казалось, что она наслаждается тем, что делает. Мне даже стыдно стало, что я так тороплюсь набить живот, только вот сил терпеть не было. Да и страх, что скоро мы останемся без еды, требовал быстрее поесть, чтобы не чувствовать приближающийся голод.
Подавив желание облизать тарелку, я отставила её и вопросительно посмотрела на Авелину.
– Твои страхи беспочвенны, Амели, но я понимаю. Просьба моя будет необычна и безопасна для тебя. Всего лишь… передать письмо.
– Письмо? Куда? Кому? – я растерялась. – И почему ты не можешь сделать это сама?
– Не могу, – вздохнула женщина, отведя глаза. – Если ты примешь наш уговор и поклянешься не рассказывать никому мою тайну, то я всё тебе расскажу. Пока могу сказать, что это письмо не опасно для тебя.
– Если оно не опасно, то почему ты не можешь передать его через кого-то другого? Заплатить гонцу или…
– Не могу. Простого гонца не пустят к нему, а через секретариат я этого сделать не могу.
– Секретариат… Не пустят… – как завороженная повторяла я. – Кому предназначается это письмо? Кому-то из высшей знати?
– Я не могу пока об этом говорить. Пока ты не согласишься на сделку и не дашь клятву, которую мы скрепим магией.
– Чем? – переспросила тихо, думая, что ослышалась.
– Магией, – женщина улыбнулась и протянула ко мне руку. На её ладони вдруг появился огонёк, затем он разделился на два и принял форму двух силуэтов. Огненные мужчина и женщина танцевали на ладони Авелины.
– Она действительно существует, – прошептала я, глядя на огонь. – Я не верила.
– Существует, Амели, – грустно усмехнулась женщина. – Она очень важна для нашего мира. Но не все применяют её ради добра, зло творится тоже. Сильное, жестокое зло.
– Я согласна. Согласна на сделку, – выдохнула я, очарованная магией и тем, что сказала Авелина о добре и зле.
– Даже не узнаешь, что я дам тебе взамен? – улыбнулась женщина.
– Помощь, – растерялась я. – Нам с Тёмой просто не выжить без помощи.
– Не совершай больше такие опрометчивые сделки, милая, – рассмеявшись. попросила Авелина. – Не бойся, я не причиню вам зла и не обману. А получишь ты многое. Я помогу тебе пережить зиму и научу зарабатывать даже в этой глуши. Я сделаю тебя знаменитой на всё королевство, чтобы ты смогла потом выполнить мою просьбу. И, конечно же, я обучу тебя магии.
– Магии? Я смогу магичить? Как ты? – у меня даже руки задрожали, так захотелось попробовать.
– И даже больше, но не всё сразу. А пока необходимо принести клятву, – Авелина взяла медную чашу и острый нож. – Я тебе буду говорить слова, а ты повторять, хорошо?
– Да, – шепнула я, словно завороженная. И тут же охнула, почувствовав боль в ладони. В медную чашу закапала моя кровь.
Слова такие непонятные, странные. Словно это помесь латинского и одного из восточных языков. Но каким-то чудом я понимала смысл. Я клялась, что не расскажу никому тайну Авелины, не причиню ей вреда и выполню просьбу.
– Вот и всё, – улыбнулась Авелина и, взяв чистую тряпочку, приложила к порезу. – Теперь моя очередь.
И вновь речитатив непонятных слов, но понятного смысла. Авелина клялась не причинять вреда и оставить в тайне всё, что я ей расскажу. А также поклялась помогать мне и поддерживать.
Когда Авелина договорила, в чаше вспыхнул огонь, а затем так же резко потух. Я заглянула внутрь, но чаша уже была пуста. Словно и не было ничего.
– А теперь я расскажу тебе свою историю. Слушай, милая. Внимательно слушай, чтобы не обжечься, как обожглась я.
– Я приехала в Деспер ещё совсем сопливой девчонкой, едва отметившей совершеннолетие. Юная магичка, закончившая школу ведовства, с жаждой помогать людям и верой в светлое и доброе. Работала сначала в аптеке, травы собирала и мази наговаривала, потом немного поработала частно. Сараи от крыс защищала, женщинам с урожаем помогала. А потом встретила его. Вряд ли тебе знакомо имя Дерис Ластер, досюда не дошли слухи. Так вот, Дерис был помощником придворного мага и искал себе личную помощницу, которая будет записывать его опыты и помогать в мелочах. Он был действительно одарённым мужчиной, что не понравилось придворному магу, Арибэлу Вестеру. Он видел в Дерисе опасность для своего поста, хотя Дерису не нужен был пост верховного, его интересовали опыты. Дериса убили, убил Арибэл, обвинив в этом меня. Якобы я хотела занять место, но… Арибэл не знал, что мы с Дерисом любили друг друга и хотели пожениться. У меня есть все доказательства, что Арибэл лично совершил убийство, я даже хотела донести королю, хотела справедливости. Но короля тогда не было во дворце, а передавать письмо через секретаря я не стала, слишком опасно. Мне пришлось бежать, петляя по королевству, потому что Арибэл казнил бы меня немедля. Для того, чтобы казнить магичку, не требуется приказ короля, приказа верховного вполне хватит. А потом… Потом до меня дошли слухи, что Арибэл подделал документы и какие-то записи, представил Дериса предателем. Давно это было, двадцать лет прошло, но я всё ещё хочу, чтобы имя любимого не было покрыто ложью. В конверте, который ты передашь королю, в том числе лежат доказательства невиновности Дериса.
– Авелина, умоляю, забери клятву обратно, – прошептала я неверяще. – Если ты, служа во дворце, не смогла передать письмо, то как это сделаю я, безродная нищенка из Рачков? Кто меня к нему пустит вообще?
– Твой ребенок – незаконнорожденный, но всё же граф. А ты – мать, которая представляет права ребенка. Мы сделаем всё, чтобы дело семьи Марис стало резонансным, понимаешь?
– У меня нет ни одного доказательства, что Тёма – сын Адриана, – развела я руками, понимая, что вляпалась.
– Тебе они не нужны, – улыбнулась Авелина. – Нужен только маг, который может определить, действительно ли ребенок от графа. Но маг этот живёт в столице и стоит запредельно дорого. Более того, даже если мы найдём золото, то тебя просто не примут. Ты должна быть не просто девочкой из деревни, а уважаемой жительницей королевства. Затем, когда ты докажешь, что мальчишка действительно сын графа, то подашь прошение на аудиенцию. Это уже прецедент, Его Величество примет тебя и выслушает, а после вынесет решение. Но именно в этот момент можно ему передать письмо. Или же после получения титула ты приедешь к нему на аудиенцию. Арибэл редко присутствует на встречах короля и подданных, так что у тебя есть все шансы.
– Есть небольшая загвоздка, – криво усмехнулась я. – Я не уважаемая жительница королевства, а безродная девка с ублюдком.
– Это ненадолго, – фыркнула Авелина. – Такие, как ты, никогда не бывают простыми, милая. Вам не суждено просто прожить тихую и спокойную жизнь. Вы приходите сюда, когда требуется помощь. И в этот раз, я знаю, ты пришла, чтобы помочь мне.
– О чём ты говоришь? – прошептала я, сердце забилось так гулко, что казалось, оно сейчас выскочит. От страха на глаза навернулись слёзы. Набухли и замерли тяжелыми каплями на ресницах.
– Я говорю о пришлых. О таких, как ты. Вы приходите внезапно, в тела умерших людей, и совершаете то, что так необходимо миру. Так пришла моя мама, так пришёл Дерис.
– Значит, я не одна такая, – я действительно обрадовалась такой новости, ведь это же всё меняет. Я могу не скрывать! Или…
– Не одна, но вас не любят, – осадила меня Авелина. – Я не лгу тебе, Амели. Вы – перемены для королевства. Иногда это открытие, которое даст толчок для развития магии или техники. Иногда чтобы избавить мир от чудовища. Иногда чтобы сменить власть. Не важна цель, с которой ваши души к нам приходят. Вы влияете на мир, на жизни людей. И не каждому это по нраву.
– Я буду молчать, – прошептала я, сглатывая.
– Ты сама об этом узнаешь, когда выберешься отсюда. Услышишь, что говорят люди. Почитаешь историю королевства, да и мира в целом. Тебе это необходимо, но позже. Пока нужно понять, в какую сторону нам двигаться, чтобы сделать тебя уважаемой жительницей Деспера. Скажи мне, чем ты занималась у себя дома? Может, у тебя был какой-то талант?
– Нет, я была совершенно обычной, – пробормотала я, силясь вспомнить что-то эдакое. – Работала простым кондитером, иногда пекла дома тортики на заказ.
– Как ты думаешь, если здесь ты будешь готовить сладости, сможешь делать это настолько замечательно, что станешь самым узнаваемым кондитером?
– Нет, – рассмеялась я. – Я люблю изготавливать сладости, но не так чтобы самые лучшие.
– Знаешь… есть у меня одна мысль, – тихо пробормотала Авелина. – Ты можешь прямо сейчас приготовить что-то быстрое из сладкого?
– Прямо сейчас? – я растерялась, от абсурдности ситуации меня разобрал смех. – Сахар растопить в железной ложке?
– А давай! – внезапно кивнула Авелина. – Ложку я тебе сейчас дам, сахар вот, в сахарнице. Вперёд!
– Да пожалуйста, – фыркнула, беря ложку и набирая немного сахара. Туда же налила совсем чуточку воды и аккуратно размешала деревянной палочкой. Обмотав ручку ложки тряпкой, я сунула её к огню и едва не рассмеялась, вспоминая, как на газу делала себе такие карамельки, когда не было сладостей. Сразу ощутила себя маленькой и любопытной, на губах появился привкус счастья. Сладкий, как карамелька из сахара.
– Я так и знала, – пробормотала Авелина, ошарашенно глядя на ложку. – Я знала.
– О чём ты? – растерялась я, убирая ложку с застывшей желтой карамелькой.
– Ах да, ты же не видишь, – отмахнулась Авелина. – Ну-ка, дай попробую, чтобы точно убедиться.
Авелина забрала ложку и пару раз лизнула незамысловатое лакомство. С ней происходило что-то странное… Настолько счастливая улыбка озарила её лицо, что мне стало страшно от такой резкой перемены. Авелина счастливо рассмеялась, её глаза словно искрились от радости, а руки дрожали, словно от нетерпения.
– Вот она, твоя сила! – воскликнула женщина. – Именно она сделает тебя знаменитой на всё королевство!
– Да в чём дело-то? – психанула я. – Какая сила, о чём ты? Это простая карамель! Сахар и вода, всё!
– Карамель была бы простая, готовь её я. А твоя способность в умении вложить эмоции в то, что готовишь, – принялась терпеливо объяснять женщина. – У каждой души, попадающей в этот мир в обиход правил, есть дар, магия. Она не белая и не черная, она нейтральная. Как распорядиться силой, решает только сам одарённый. Твоя сила, твоя магия заключается в том, что ты можешь осчастливить даже самого грустного человека одной конфетой, можешь подарить надежду куском торта, даже вылечить какими-нибудь булочками. Ты передаёшь свою магию через то, что готовишь.
– Я не знаю, что сказать, – растерялась я. – Это же хорошо, верно? Я могу продавать свою выпечку чуть дороже и…
