– Уволилась.
– Уво… что?
Алиса сидела на кровати, прислонившись к стене. На коленях небрежно лежал плед, а в руке покачивалась полупустая бутыль вина. Алекс гнусаво подвывал и бродил из стороны в сторону, временами переходя на галоп и перескакивая все препятствия, какие только мог найти в крохотной комнатушке.
– Как? Что? – Майя быстро отошла от недавнего сна и теперь зазвучала удивлённо, даже взбудораженно.
Девушка вкратце рассказала подруге о случившемся. Она успела изрядно захмелеть, язык ворочался с трудом, в висках начало постукивать.
– И что теперь будешь делать?
– Пить. – Алиса рассмеялась и сделала здоровенный глоток. Вино обожгло нёбо и ударило в нос. Она гулко закашляла.
– Классно, – безрадостно отозвалась Майя, – помнишь наш разговор?
– Кх… кх… я не помню, что вчера было. О чём ты?
– Около месяца назад. Я рассказывала про инициацию. Пирамида Хеопса, посвящение, просветление, помнишь? М-м?
Алиса подползла к краю и неловко поставила бутылку на пол. Упала на подушку, завернувшись в одеяло, и снова поднесла телефон к уху. Кот кинул на неё полный осуждения взгляд, девушка потянулась к нему рукой, чтобы погладить, но из-за спиртового запаха Алекс шарахнулся от неё как от огня, а потом и вовсе смылся на кухню, принявшись громко чавкать над чашкой с кормом.
Майя повторила вопрос, и Алисе пришлось ответить, как бы сильно она ни хотела всё отрицать. В памяти всплыл ночной разговор.
– Помню, к моему огромному сожалению.
По недовольному хмыканью Алиса сразу поняла, что Майя нахмурилась и сжала губы трубочкой. Возникшая картинка насмешила её.
– Ты упилась. Хочешь, я приду?
– Не надо. Поздно уже. Помню я про эту твою иниц… циацию. И что?
– Раз ты уволилась, может быть, поедешь? Ну что тебе терять? В любом случае отдохнёшь, искупаешься в море. Там тепло, хорошо. Хочешь… – в трубке повисло молчание, – хочешь, я попробую отпроситься? Поеду с тобой, если одна боишься.
– А как же «в одиночестве человек тот, кто он есть на самом деле»?
– Ах! Запомнила же!
Алиса улыбнулась. Голову кружило, перед глазами всё плыло и вращалось, словно она неслась по кругу на бешеной карусели.
– Ты мне веришь?
Веришь
Никому верить нельзя
Обманщик Предатель
Не верь Никому
Алиса схватила ртом воздух и до боли вцепилась в край одеяла. Сердце забилось в ужасе. Снова проклятые голоса. Пьяной они казались ей более реальными, чем голос подруги.
– Майя?
– Да, я здесь. Спрашиваю, ты веришь мне? В мою интуицию? Ты ведь тоже чуешь энергию, как и я. Помнишь, в той церкви, в белой? Ты тоже почувствовала. А у водопада, по пути в Териберку? Ты сама привела меня туда, к камням. Алиса, ты же знаешь, что энергия существует. Так вот, в пирамиде она бьёт ключом, плещет, как бурная речка. Непростое место, не зря про него многие мистики и философы писали. Слышишь?
– Д-да. Да. Слышу.
Алиса потёрла взмокший лоб. Голоса всё ещё шептали что-то, но она упорно старалась сосредоточиться на словах подруги.
– Поедем? Если не отпустят, плевать, я сама уволюсь! Поехали, я хочу помочь тебе! – горячо выпалила Майя.
– К чёрту. – Алиса стиснула зубы, кидая злые взгляды по сторонам. Она никого не видела, но ненавистные голоса продолжали твердить:
Не верь обманщики предатели
Не верь
«К чёрту!»
– Я прямо сейчас билет куплю! – Девушка сползла с кровати и поплелась к столу, на котором в ворохе крошек, грязных тарелок и фантиков скромно примостился ноутбук.
– А… подожди, сейчас?
– Ну да.
Майя что-то пролепетала, но голоса загудели ещё громче. Алиса, силясь игнорировать их жужжание, размытым взором всмотрелась в экран, где высветился сайт авиакомпании.
– Та-ак. Надо карту ввести. Господь всемогущий, почему такие маленькие цифры?
– И мне возьми, – уверенно сказала Майя. В трубке зашуршало. – Сейчас я паспорт продиктую.
– Нет, – отрезала Алиса. Соображала она с трудом, но одно знала точно – никто не должен страдать из-за неё.
– Но…
– Нет. Ты мечтала об этой работе. Я справлюсь, сама. Одна. Буду тебе названивать.
Алиса невесело хихикнула, а Майя издала растерянное мычание.
– Точно?
– Точно. Оп. Всё, билет есть.
– На какое число?
Алиса прищурилась.
– Чёрт его знает. Завтра гляну. Ладно, не могу уже, спать хочется.
– Я наберу утром.
– Угу.
Алиса швырнула телефон в кучу вещей и, не выключив свет, забылась беспокойным сном.
Наутро девушка проснулась от пронзительного звонка и смрадного кошачьего дыхания. Алекс, решив разбудить хозяйку, не придумал ничего лучшего, как ткнуть мокрым носом ей в глаз и протяжно вздохнуть, обдав вонью.
Голова трещала и раскалывалась на части, во рту поселился мерзкий, отвратительный вкус, а в животе неприятно мутило, словно она отравилась.
Звонила Майя. Они перекинулись парой фраз, и Алиса, смутно припоминая вчерашний вечер, в панике кинулась к ноутбуку, где собственными глазами увидела купленный билет до Каира.
– Невозвратный. Сто́ит как самолёт!
Майя хихикнула в трубку. Алиса машинально сняла кота со стола и пробежалась глазами по тексту.
– Не смешно. Когда? Когда… когда… о нет.
– Когда?
Девушка сглотнула вязкую, неприятную слюну и хрипло ответила:
– Двадцатого. Завтра, – она тяжело вздохнула и рухнула на кровать, – боже, и не вернуть ведь. Чёрт!
– Я сейчас приду, – весело отозвалась Майя, – помогу собраться, завтра провожу.
Алиса не смогла разделить искреннюю радость подруги и до её прихода так и лежала в одном и том же положении, стеклянными глазами уставившись в потолок.
На следующий день морозы ударили с невиданной силой, однако небо было чистым и ясным, ветер стих, а это означало, что рейс не отменят и даже не задержат.
Они стояли в аэропорту. Алиса взяла только ручную кладь, которая тоскливым грузом болталась на её плече.
– Спасибо, что забрала Алекса к себе.
– Брось, он же наш общий кот.
Девушка кинула взгляд на монитор. Регистрация была открыта уже давно, и в скором времени должны были объявить посадку.
– Мне кажется, мы не увидимся больше, – со слезами прошептала Майя, крепко обнимая подругу.
– У меня есть обратный билет. Так что твоя интуиция ошибается.
– Может быть.
Они помолчали, и, прежде чем уйти, Алиса растерянно пробормотала:
– Если только я не умру там.
– Точно нет! – хрипло крикнула ей вслед Майя. – Помни – одна и в темноте! Это важно!
Глава 3
Инициация
Век двадцать первый от Рождества Христова.
Ныне известная как пирамида Хеопса.
Двадцать первого числа осеннего месяца ноября, в свой двадцать пятый день рождения, Алиса щурилась от полуденного солнца, стоя перед входом в пирамиду Хеопса. В руке она сжимала билет, ту самую бумажку за деньги, которая должна была подарить ей шанс на «просветление». Пирамида взмывала высоко вверх, и Алиса чувствовала себя невероятно маленькой по сравнению с ней.
Мимо прошла группа туристов. Гид вещал уверенным голосом: «Великая пирамида была построена в качестве усыпальницы для фараона Хеопса…»
В голове девушки тут же мелькнуло:
«Глупость. Ведь очевидно, что она нужна для…»
Мысль оборвалась, и Алиса так и не смогла понять, к чему она вела. Несмотря на приближение зимы, солнце палило нещадно, поэтому она не стала медлить и двинулась вверх, взбираясь по огромным блокам ко входу.
«Вроде бы его выдолбили не так давно. Интересно, где настоящий вход?»
Алиса всучила билетик арабу, примостившемуся у известняковой стены, и вошла внутрь. Впереди и сзади были люди, и она не представляла, как умудриться остаться в камере одной. Вереница двигалась не спеша, размеренно, но непрерывно. Внутри стояла прохлада, однако из-за высокой влажности уже в самом начале ощущалась духота.
Просторный коридор тянулся совсем недолго, оканчиваясь крохотным проёмом. Когда подошла очередь Алисы, она с удивлением и досадой обнаружила, что ей придётся не просто согнуться в три погибели, так ещё и ползти вверх.
«Какой умник это придумал?»
Сперва ей было легко, однако у самого конца усталость понемногу охватила тело. Алиса вынырнула в просторную залу и приоткрыла рот в изумлении.
– Галерея, – раздался восторженный голос одного из туристов.
Алиса на ходу окинула залу взглядом. Ступенчатый свод уходил далеко ввысь, в стенах и у их подножья то тут, то там виднелись странные круглые выемки и выпуклости. Сама галерея была вытянутой и имела крутой подъем, куда Алиса и последовала, ведомая общим потоком людей.
Она забралась по железным ступеням, очевидно, современным. Дальше поднялась по одной из узких лесенок, которые тянулись вдоль стен, постояла несколько секунд в пролёте и с тяжёлым вздохом ступила на последнюю широкую дорожку. Та уходила вверх под ещё большим углом.
Уже в самом начале Алиса поняла, что никак не может надышаться. Создалось впечатление, что из воздуха забрали весь кислород. Она хватала ртом влажный, густой пар, а её сердце билось всё чаще и чаще.
«Не могу же я здесь задохнуться!»
Девушка оглянулась. Люди позади дышали так же тяжело и надрывно, однако тоже не останавливались.
«Раз они идут, значит, знают, что не умрут здесь».
В один момент, подавляя панику, Алиса усилием воли заставила себя расслабиться и с неимоверным трудом усмирила дыхание. Ноги налились свинцом, когда девушка миновала последний отрезок пути и, пригнувшись, юркнула в камеру царя. Там она выпрямилась и тут же припала к прохладной стене. Сердце пробивало грудь, каждый вдох давался очень тяжело, голова стала ватной. Люди, шедшие следом, уже заполняли камеру, которая оказалась намного меньше, чем Алиса ожидала. Потолок уходил ввысь, однако сама комната была не больше цветочного павильона, в котором она работала. Ближе к дальней стене прямо из пола вырастал каменный саркофаг. Алиса выдохнула и, оторвавшись от прохладной стены, подошла к нему ближе, протиснувшись между обступивших его туристов.
«Как будто специально под рост человека делали».
Девушка заглянула внутрь, но там царила темнота, а потому она так и не сумела ничего разглядеть.
«Вдруг там какие-то насекомые или… о боже, пауки!»
