– Слушаю вас.
– О чём? – удивилась Белла.
– Кто вы? Кем приходитесь умершей? В каких связях находитесь с её сыном? Что вы делали во дворе?
Девушка растерялась.
– Я там живу. Жила. Антон мой одноклассник и маму его я хорошо знаю.
– Так вы там жили или живёте?
– Я шла к маме. Мои родители живут в этом дворе. Я жила там. Давно.
– Где сейчас живёте?
Белла назвала адрес.
– Зачем вы так поздно шли к родителям?
– Да какая разница! Вы думаете, что это я её сбила? А машину спрятала? – начала закипать Белла.
– Здесь вопросы задаю я, – уставшим голосом произнёс следователь.
Белла посмотрела на капитана. Коврову было сорок три года, среднего роста, намечающийся животик, волосы с проседью коротко подстрижены, джинсы, футболка. Двадцатитрехлетней Белле следователь показался старым, уставшим уже с утра, безразличным к их горю. Она не знала, что полночи капитан смотрел камеры с близлежащих улиц, стараясь найти автомобиль, выскочивший из её двора.
«Невзрачный какой-то, хмурый, – подумала девушка. – Никакой».
Будешь тут невзрачным и хмурым, если удалось поспать два часа, проведя всю ночь у компьютера. Домой зайти не удалось, позавтракать тоже. Ковров в свою очередь рассматривал Беллу и злился на себя.
«Симпатичная, испуганная девчонка. Со смертью знакомого человека столкнулась впервые. Сейчас, наверное, побежит Антона успокаивать и помогать. Такие своих не бросают. Даже если их не просят помогать, будут лететь впереди всех. Что я на неё взъелся? Она же не виновата, что шеф умершей дамочки знаком с нашим генералом. А тот приказал рассмотреть версию покушения. Видите ли, это был технолог от бога! И звонила она директору вечером, встретиться хотела, а тот не смог. У них там какие-то производственные проблемы. Идиот какой-то сбил и может даже не заметил. Несчастный случай. Висяк».
– Задавайте! – решительно и грозно произнесла Белла.
– Белла Сергеевна, – вздохнул капитан. – Не могли бы вы рассказать про весь вчерашний день.
– А зачем? Я встречалась с подругой, мы были на выставке Васи Ложкина. Вы видели? Сходите, не пожалеете.
– Не отвлекайтесь. У меня и у вас много дел. Вам ещё помогать Антону, хоронить его мать, – прервал Максим Николаевич.
– А откуда вы знаете?
– Я предполагаю. Откуда у вас ссадина на руке?
– Я упала с табуретки.
– Как так?
– Полезла за горшком, он высоко стоял, и упала.
– Можно посмотреть? – капитан протянул руку.
Белла встала и показала содранный локоть.
«М-да, ссадина не от асфальта», – разочарованно подумал следователь. – Продолжайте.
Белла рассказала про выскочивший автомобиль, как увидела лежащего человека, подбежала, а это оказалась Анна Юрьевна. Девушка уронила несколько слезинок. Ковров налил ей воды.
«Ничего и никого она не видела. И даже если бы видела, то не запомнила. Главным для неё была Анна, ею она и занималась. Мимо неё могла пройти армия убийц, девушка их даже не заметила бы», – думал капитан.
«Ничего этому следователю не надо! Самим придётся искать убийцу. Ну я ему докажу! Я найду!» – думала Белла, глядя на равнодушного, усталого следователя.
Он вздохнул. Подписал пропуск и проводил Беллу до выхода из здания.
– Если вдруг что-то вспомните, позвоните, – он протянул ей номер своего телефона. – Это мой личный телефон. Ну, и если, не дай бог, понадобиться помощь полиции, позвоните сначала мне.
Белла удивилась, но визитку взяла. Так. На всякий случай. Девушка не успела ещё сесть в машину, как позвонила Алиса:
– Привет, Белка. Ты как?
– Вышла от следователя. Странный дядька. Свой телефон вручил.
– Зачем?
– На всякий случай, сказал. Вдруг пригодится.
– Да, странный. У меня новости…
– Господи, какие ещё новости?
– Море отменяется.
– Почему? – разочаровалась Белла.
– Анна Юрьевна работала в «Софии». Миша сказал: «Нам срочно требуется технолог». Приезжай в фирму на работу будем устраиваться.
– Сейчас? У меня документов нет.
– Съезди, возьми и приезжай. Буду ждать тебя у входа.
– Хорошо, – согласилась девушка. – А ты нашла аптеку?
– Нашла! Она совсем рядом. Я и время рассчитала. До аптеки шагом пять минут. А до Антона двадцать минут. А если на машине, то минут пять-семь. Жена Леонида Петровича была в аптеке и устроила там скандал.
– Из-за чего?
– В том-то и дело, что на пустом месте. Она была там в десять-пятьдесят. Чек остался. Я его взяла, – похвасталась Алиса. – А скандалила она потому что медленно обслуживают. А народа не было вообще! От слова «совсем»! Она одна была. И скандалила.
– Странно…
Белла позвонила Антону.
– Антон, позвони этому Лёне, спроси, во сколько его жена пришла из аптеки.
– Ты дядю Лёню подозреваешь?
– Я всех подозреваю. Спроси! Во сколько ушла, когда вернулась. Что купила. Когда спать легли. Всё-всё узнай. Вечером позвоню. Заставь его вспомнить!
– Ты серьёзно решила разобраться? – осторожно спросил Антон.
– Ты дурак! Конечно. Кто ещё тебе поможет? А я смерть Анны Юрьевны обязана раскрыть!
– Ну да, конечно. Как же без тебя-то… Хорошо, я сделаю, что могу.
– Нет! Ты сделаешь то, что я прошу!
– Ок, – растерянно ответил Антон.
Поговорив с приятелем, Белла поехала домой за документами.
Давид – владелец империи косметики «София» после бессмысленного катания по городу и ещё более бессмысленных размышлений, и почти бессонной ночи на работу пришёл совершенно разбитый. Утром мы совсем другие. Утром мы более одиноки. В холодном и влажном воздухе, в неразбуженном ещё организме, в отрицании вырывания себя из тёплой постели, принуждении к действиям, мы ощущаем себя вырванным из материнского нутра в неизвестный враждебный мир. Вечером мы собираемся вместе, пьём коньяк, слушаем музыку и говорим, что она прекрасна. Ночью мы занимаемся любовью или спим. Но утром, до завтрака, до прихода на работу мы совершенно одиноки. Давид был разбит бессонной ночью, пропущенными от Светланы звонками и мыслями, даже скорее чувствами и ощущениями, которые были ему не свойственны.
– Доброе утро, Татьяна Ярославовна. Можно мне кофе? Крепкий. Очень крепкий, – попросил он секретаря.
Та кивнула. Давид зашёл в кабинет. В большом помещении вдоль окна стоит стол для совещаний, напротив стеллаж с кубками и грамотами, коробочками с кремами их производства. В углу его стол, рядом другой, поменьше, овальный. Над столом висит подсвеченная карта Земли. В углу дверь, ведущая в комнату отдыха. Помещение напоминало маленькую комнату в гостинице. Здесь стоял шкаф для одежды, мини-бар, шикарный диван и дверь, ведущая в душ.
– Давид Александрович, к вам Михаил Валентинович.
– Пусть заходит, – и не удержался от упрёка: – Я же говорил, для Михаила я всегда на месте.
Дверь открылась, зашёл Миша, присел напротив и сказал:
– Шеф, проблемы. Анну Юрьевну сбила машина. Насмерть.
– Откуда знаешь? – опешил Давид.
– Сестра звонила.
– Когда?
– Когда сестра звонила или когда сбили?
– Сбили.
– В одиннадцать вечера, во дворе её дома. Её подруга Алисы нашла.
Давид закашлялся. Пока он гонял бесцельно по городу с похотливыми мыслями о ней, эта девочка наткнулась на труп их главного технолога?
– А при чём тут подруга Алисы?
– Она шла домой и наткнулась на Анну. Она одноклассница Антона, сына Анны. Но это ещё не всё.
– А что ещё хуже может быть?
– Анна с тобой встречалась?
Давид потёр лицо рукой. Он никак не мог включиться в работу. Он вспомнил, Анна звонила ему, когда он был на выставке, и просила о встрече. Давид тогда отмахнулся:
– Анна Юрьевна, зайдите ко мне в понедельник, мы всё обсудим.
Анна согласилась, но согласилась неохотно.
– Мне нужно с вами встретиться сегодня.
– Понимаете, меня нет в городе, – соврал Давид. – Это может подождать до понедельника? Приходите с утра ко мне в кабинет. Там и обсудим. Ничего же не произойдёт до утра?
– Да… Конечно… Извините меня. Я в понедельник к вам приду.
– Прямо с утра.
– Хорошо. До свидания.
А потом Давид увидел эту девочку, которая перевернула внутренности, обидел Светлану, метался по городу и не мог совладать с собой. Про Анну он забыл. Совсем.
– А должна была встретиться? – спросил Давид.
– Да. Анна приходила ко мне. Говорила, что у неё есть информация, но она не проверенная, что только она знает, что у нас проблемы, в которых могут быть замешаны наши люди.
– О чём ты? – ничего не понял Давид.
– Вот и я ничего не понял. Я сказал ей, чтобы она позвонила тебе и поговорила.
– И?
– Это было вчера… И вчера её сбила машина.
– А я её отфутболил: «Приходите в понедельник», – пробормотал Давид.
Давид достал коньяк, бокалы, разлил.
– Ты заметил какие-то проблемы у нас?
– Нет, – пробормотал Михаил.
– Может быть, Анна о чём-то другом говорила?
– Теперь мы об этом не узнаем. Антон сказал, что мать встречалась с кем-то.
Давид удивлённо посмотрел на друга.
