Возвращение

– Дверь открой, пожалуйста – крикнул командир.

Виктор отстегнулся и открыл дверь в кабину пилотов. В проеме появилась Вера.

– Всех усадили и пристегнули – доложила она коротко.

– Усаживайтесь сами. Будем садиться, пока не упали, – сказал командир.

– А где мы находимся? – спросила Вера.

– Не могу определить. Компас не работает. Аварийный маяк тоже. Слава богу гироскоп еще показывает. Судя по карте, где-то на половине пути.

Приборная доска погасла и включилась снова.

– Что-то ему совсем плохо – крикнул командир Виктору.– Ну давай, держи штурвал крепче и повторяй мои движения.

Он сбавил газ и повернул штурвал немного в лево. Виктор снова сел за штурвал второго пилота.

Самолет накренился и немного провалился.

– Слушается – крикнул командир. Значит все хорошо будет. Давай еще довернем немного.

– Все. Выправляем прямо и держи крепче.

Самолет нырнул в облака и Виктор, от непривычки вжался в кресло.

Командир начал включать и выключать какие-то тумблеры.

Через несколько секунд кабина наполнилась звуками сигналов тревоги и миганием красных лампочек. Даже не специалисту, было понятно «что ему совсем плохо».

Перегрузка нарастала, самолет снижался довольно быстро.

Наконец он вынырнул из-за облаков и в свете луны показался силуэт горы.

– Штурвал влево, – крикнул командир.

Виктор попытался повернуть штурвал, но он даже не пошевелился. Пришлось приложить все силы, что бы сдвинуть его с места.

Самолет снова накренился и нырнул вниз.

– Выправляй штурвал и на себя до отказа – крикнул командир.

Виктор переложил усилия на право и потянул штурвал на себя. Любое движение требовало огромных усилий, но результат все таки был – нос самолета приподнялся.

Земля начинала приближаться все быстрей.

Командир передвинул движок оборотов в «ноль» и двигатели заглохли.

Казалось время остановилось.

Виктор с напряжением ждал момент удара о землю.

Вместо этого в лобовое стекло ударил вал снега. На секунду луна пропала и появилась снова.

Самолет подпрыгнул и нырнул в снег.

В это мгновение, Виктор вспомнил детство, как они катались на санках с горы, прыгая на бугорках, обдаваемые снежным потоком. Захватывало дух на разгоне, а на финише надо было попасть в створ небольшого моста. Снежная пыль от торможения валенками, закрывала видимость. Результаты заезда были разные…

Он рефлекторно закрыл глаза, притягивая со всей силы штурвал на себя.

В этот раз, они видимо не попали в створ, почувствовав сильный удар и как самолет начало разворачивать.

Самолет боком налетел на камень и развернувшись на 90 градусов., так – же боком продолжил движение, что значительно снизило скорость.

Виктора тряхнуло в кресле и только ремни безопасности удержали его на месте.

Как ни странно, крылья все еще не обломило.

На следующем валуне, оборвало хвост. Виктор сильно ударился головой о стенку и потерял сознание.

Самолет выровняло и он «заглубившись по полной» в снег, теряя скорость, приближался к лесу.

На удачу, лес оказался невысоким подлеском, типичным для сибирских болотистых низин.

Остановка самолета произошла на удивление мягко и наступила тишина.

Виктор очнулся от того, что кто-то, как ему показалось «стучал гаечным ключом по голове». Он встряхнул головой, пытаясь освободиться от чего-то тяжелого.

Оказалось, что стучали в дверь.

Отстегнув ремни, он попытался встать с кресла, но не удержался и упал на колени.

С трудом, дотянулся до ручки и разблокировал дверь.

Вместе с Галиной в кабину ворвался гвалт криков и плача.

– Живы? – крикнула Галина.

– Не знаю, – пробормотал Виктор, пытаясь прийти в себя.

Холодный воздух обдал его лицо. Он поднял глаза и увидел разбитое лобовое стекло напротив первого пилота.

– Станислав- крикнула Галина и протиснулась в кабину. Он сидел опустив голову на штурвал.

По штурвалу и из под рукава рубашки стекала кровь.

– Станислав – закричала Галина и опустилась на колени возле кресла первого пилота.

Ну как же так?…

Сознание возвращалось медленно и вместе с ним усиливался шум в голове.

В салоне копошились, кричали и звали на помощь пассажиры.

Успокаивать пассажиров было пока бесполезно.

Надо было, как можно быстрее выбираться из самолета.

– Вера, – крикнул Виктор выползая из кабины.

– Она не может, – пробормотал Николай.

– Что с аварийным выходом?

– Не знаю – ответил Николай.

Он все еще сидел в кресле пристегнутый, обхватив голову руками.

Виктор поднялся и немного шатаясь подошел к люку двери.

Дверь заклинило.

– Иди помогай – крикнул он Николаю.

– Я не могу, у меня рука… – промямлил он.

Виктор осмотрел салон самолета.

– Все живы? – крикнул он.

Шум на мгновение стих.

– Есть кто ходячие со здоровыми руками, – крикнул он первое что взбрело в голову.

С прохода поднялся здоровый мужик.

– Давай, помогай, надо дверь открыть – махнул рукой Виктор.

Повозившись минут десять, они наконец-то открыли дверь.

Снег был почти до порога двери.

Помощник Виктора шагнул в проем и через секунду оказался по пояс в снегу.

Сзади самолета, там где был хвост, зияла дыра наполовину заваленная снегом.

– Трап надувной где – крикнул Виктор Николаю.

– Какой еще трап, насмотрелись кино, что ли? – ответил Николай

– Там должен быть брезент – махнул он в сторону рабочего места бортпроводниц.

Запах авиационного керосина становился все сильнее.

«При ударе о камень, могло пробить бак» – подумал Виктор.

– Вера, что с командиром? Жив? – крикнул он.

Она молча покачала головой.

Виктор зашел в кабину пилотов и поднял Галину за плечи.

– Надо уходить, как можно быстрее. Мы можем взорваться. Пойдем.

Он помог Галине подняться и вывел из кабины.

Виктор захлопнул за собой дверь.

Галина вздрогнула и посмотрела на Виктора.

– Как аварийный трап сделать? – спросил Виктор, стараясь как можно спокойнее.

– Сейчас покажу – сказала Галина совсем спокойно и обернулась к двери, как бы прощаясь со Станиславом.

– Коля – вдруг крикнула она. Вставай, хватит сопли тянуть. Аварийная эвакуация.

Вера – готовь пассажиров к эвакуации.

Опять на несколько секунд все стихло.

Виктор начал уже успокаиваться, но рано.

Первый шок прошел и все «ходячие» кинулись к двери.

Первая выпрыгнула здоровая баба, плюхнулась в снег, оставляя воронку вокруг себя.

Парнишка, лет пятнадцати, видимо сын, прыгнул за ней в темноту. Раздался крик.

Видимо он приземлился прямо на «здоровую бабу».

Виктор перегородил дверь.

– Ноги сломаете, друг на друга будете прыгать – заорал он.

Он уже понял, что на данный момент, действует только сильный крик.

– Раненых подносите к двери, собирайте теплые вещи.

Николай притащил брезент, зацепил за крюки возле двери и сбросил в низ, в образовавшуюся в снегу, воронку.