Страница 2 из 9
Мать кокетливо, забытым жестом, взбила волосы и повернулась к дочери.
Тонька стояла, протягивая ей открытую коробочку, где, сверкая, лежали серьги…
Ожидание надежды
– Она не оправдала моих надежд… – Такую фразу я услышала от Лидии. Мать говорила о своей дочери Александре.
Прозвучало это как приговор. Я замерла… Какие надежды? На что?
– Я растила её одна. Муж ушёл, когда Саша родилась… Ей не было ещё и года… Предатель. А знаете почему? – На меня смотрела молодая ещё женщина. Обычная внешность: крашеная шатенка среднего роста, нормальный вес, правильные черты лица – её можно было назвать симпатичной. Но ожесточённость, застывшая в голубых глазах отталкивала.
– Он ждал сына. Просто был уверен, что родится мальчик. – Она смотрела на меня увлажняющими глазами, переживая прошлое. – Хотел ходить с ним на рыбалку, играть в футбол…
Лидия теребила мокрый носовой платочек, то разворачивая его, то скручивая, нервные пальцы выдавали внутреннее напряжение.
– Как только на УЗИ сказали, что будет девочка, он взбесился. Ко мне изменился… Но до последнего верил, что аппарат ошибся.
Лидия судорожно вздохнула, открыла сумочку.
– Я принесла фотографию. Видите, с каким лицом встречает нас из роддома?
Я взяла карточку. Улыбающиеся бабушки и дедушки. Женщина с кулёчком, перевязанным розовой лентой. Лицо виноватое. Мужчина с брезгливой кривоватой усмешкой… Застывшая история несчастливой семьи.
Мы беседуем уже час. Лидия пришла с проблемой: не может найти язык с дочкой-подростком, которая изводит её.
– Всему! Всему сопротивляется! – твердить Лидия.
Я спокойно прошу расшифровать это неохватное слово «всему». Чему может сопротивляться девочка?
– Всему! Всему! – твердит, как заклинание мать. – Я хотела быть гимнасткой! Не повезло. Тренер сказал, что нет перспективы. Повела Сашеньку, думаю, пусть хоть у неё получится… А она не хочет! Повела в музыкальную школу – та же история! Не хочет… А я так мечтала, чтобы она стала пианисткой!
– А кем она думает стать? – пытаюсь повернуть разговор в другую сторону.
– Да никем! Говорит, что сама решит. – Лидия высморкалась в платочек. – Извините… Любит только гулять…
– А мне так хотелось, чтобы этот… так называемый отец… узнал, что Александра занимает призовые места в соревнованиях. Или о победах в конкурсах, как пианистки… Чтобы он пожалел, что ушёл! А эта неблагодарная девчонка… Я ради неё…
Долго Лидия рассказывала, чем она пожертвовала, чего лишилась…
Вот и всё прояснилось. Мать посвятила жизнь не дочери, а мести мужу. Жалко… Постоянные упрёки довели девочку до тихого сопротивления. Пока до мирного протеста. Она сама хочет делать себя, свою жизнь. И она права.
Мне грустно: дети – всегда заложники взрослых. Надо работать и с матерью, и с девочкой. Всё поправимо.
Гложет только вопрос: а если бы отец остался? Как бы себя вёл? У него вообще мечта не совпала с реальностью. Любил бы он дочку? Или мстил бы за несбывшееся ожидание?
Освободиться от нелюбви
Ольга тщательно работала кисточкой для макияжа, наводя порядок на лице, подкрасила глаза, подвела губы и, подмигнув себе, быстро прошла на кухню. Достав из фирменного пакета готовые блюда, разложила их по кастрюлям и спрятала в холодильник. Сегодня не стала рисковать – заказала ужин в ресторане. Вечер будет особым.
Она ждала Олега. Намекнул вчера, что готовит ей сюрприз. Неужели решился? Уже год она ждала предложения. Руку и сердце. Только зачем они ей нужны? Ольга усмехнулась: рук и сердец полно. А состоятельных мужиков мало.
Олег был настоящим боссом. Именно так она их раньше и представляла: холеный, в отличном костюме, с приятным парфюмом, с дорогими аксессуарами. Одни часы чего стоят! Ольга узнавала, тайком сфотографировав и пробив через поисковую систему, сумма была впечатляющей! Про машину можно и не говорить: представительского класса, чёрная, кожаный салон… О квартире ничего не известно. Может, у него особняк? Спрашивать она боялась, чтобы не заподозрил в меркантильности. Ну не однокомнатной же он живёт?
Встречались они ровно год. Он появлялся несколько раз в неделю. В основном у неё дома, в съёмной квартире. Олег предложил оплачивать аренду и коммуналку, но Ольга «гордо» отказалась. Это был главный пунктик плана: типа, она его любит, ей ничего не надо. Так, по мелочи, подарочки принимала: духи, цветы, конфеты… ресторан. Драгоценности? Ни-ни! Ни в коем случае! А как хотелось перед девчонками похвастаться…
Звонок… Ольга мельком взглянула в зеркало и поправила локон. Подошла к двери, глубоко вздохнула, натянув улыбку.
– Добрый вечер! – Олег? Джинсы, рубашка, кроссовки. Букет ромашек. Взлохмаченные волосы… Чемодан.
Ольга не могла вымолвить ни слова: пришёл делать предложение с ромашками?!
– Я зайду? – Олег уверенно перешагнул порог, скинул обувь.
– Заходи… – улыбка не сходила с растерянного лица, казалась приклеенной. Ольга попятилась, мысли метались, она часто моргала. – Что-нибудь случилось?
– Случилось. – Олег взял её за плечи, отодвинул и зашёл в комнату. – Ого! Какая сервировка! Будем ужинать?
Ольга стала доставать кастрюльки, подогревать блюда, которыми решила сразить будущего мужа… Выставила тарелки с нарезкой и салатом. Делала всё механически, обдумывая происходящее.
Сели за стол. Олег наполнил тонконогие бокалы.
– За нас! – он залпом выпил. – Любимая! Я обанкротился. Всего лишился. Остался только чемодан. Поженимся. Буду жить у тебя.
– Что?! – Ольга успела сделать глоток и, чуть не подавившись, резко поставила бокал, вино выплеснулось на белую скатерть. – Ты о чём?
– Я делаю тебе предложение. – Олег честными глазами смотрел на неё.
– Пошёл ты! – напряжение дня вылилось в крик, истерику. – Женишок! Банкрот! Пошёл вон!
Ольга топала ногами, сорвала скатерть, на пол рухнул ужин, стоивший бешеные деньги. Мельком подумала: «Зря, еда пропала…» По щекам потекли чёрные реки злости. Она рукой задела губы, нарисовав помадой кривую усмешку…
Олег молча обулся. Вышел. Без чемодана.
На улице сел в машину, чёрную, представительского класса… Парень, сидящий на водительском месте, посмотрел на часы и повернулся к Олегу:
– Быстро ты. Я даже не успел заскучать. Любовь закончилась?
– Да. Что ж они такие алчные? – Олег откинулся на спинку сиденья. – Кольцо даже не успел подарить.
– А нечего в баре знакомиться. Конечно, зря это говорю. Ты и сам знаешь… – друг завёл машину. – Поехали, отметим освобождение.
Ольга сидела на полу, ела из разбитой тарелки креветки, глотая их вместе со слезами. Глаза блеснули злой яростью – она заметила чемодан.. Нервничая, открыла его – большой букет пурпурных роз, распрямившись, кинулся к ней. Как заворожённая,
Ольга взяла его, поднесла к лицу… На дне чемодана лежала маленькая красная коробочка в форме сердца.
Играй свою роль
Совещание закончилось. Кажется, что все бестолковые устроились к нему на работу. Кадровичка подводит. Надо ею заняться. Не видит, кого берёт? Самому устраивать собеседования?
Он откинул голову на спинку кресла, закрыл глаза. Домой идти не хотелось. Людмила начнёт ныть: денег не хватает, кран протекает, сын не слушается… Именно в такой последовательности. На первом месте деньги, сын – на последнем.
Позвонил Андрей, друг с института. Предложил встретиться, пивка попить. Игорь обрадовался, что оттягивается время прихода домой, согласился. Отправил жене сообщение: вызвали наверх. Уточнять куда не стал. Не её дело. Напишешь, что остался на работе, кинется проверять, звонить охраннику. Уж он-то её знает.
Раздражение нарастало, казалось, что во всём виновата жена. Утром зудит, в обед звонит, вечером доканывает. Любовницу завести, что ли?
Заводить не хотелось. Имелся печальный опыт. Вначале была хорошей, а по мере углубления отношений начала вести себя как жена: то не позвонил, то не предупредил, то опоздал, то не купил… И требует и требует! Жене столько не покупал, как ей. Жена-то хоть своя, всё в семье остаётся, а эта…
В результате девица стала на два фронта работать: завела второго, помоложе и побогаче… Пережил унижение. Заработал комплекс неполноценности.
Доехал до бара. Проходя мимо гардероба, Игорь взглянул на своё отражение: усталый сорокалетний мужик хмуро сдвинул брови и сжал губы – ничего не скажешь – просто «красавец»! Андрей уже ждал. Выглядел спокойным, уверенным, свежим.
– Здорово! – пожали руки, сделали заказ.
– Что такой замученный? – Андрей расслабленно попивал живительный напиток и разглядывал друга. – Проблемы?
– Ты знаешь, везде неприятности. – Игорь был как сжатая пружина, готовая распрямиться. – Всё комом. Такое ощущение, что все сговорились меня доставать. Я на пределе… А ты изменился. В лучшую сторону.
– Комплименты мужчинам делаешь? – засмеялся Андрей.
– Другу – можно! – улыбнулся Игорь. – Раскроешь секрет?
– За этим и позвал. Помнишь, позавчера я тебе звонил?
– Ну? – Игорь не помнил, но вида не подал.
– Наорал на меня… Послал… – друг прищурился.
– Наверное, под горячую руку попал… – Игорь вспомнил, стало неудобно, повёл себя как баба истеричная. – Извини.
– Так вот: я тут статью прочитал. Неделю себя приучаю играть роли…
– Чего? – Игорь чуть не подавился.
– Говорю, живу по ролям… На работе – начальник, дома – муж и отец. Проблемы испарились. Не все, конечно… Но стало легче.
– Ну ты даёшь! Статью прочитал! – Игорь осуждающе посмотрел на друга.
– Попробуй, потом поговорим. – Андрей достал из портфеля толстый глянцевый журнал. – На, у жены подрезал. Десятая страница.
Игорь, чтобы не обижать товарища, взял издание, подумав: «Дожили: женский журнал читаем…» Но дома, закрывшись в туалете, статью прочитал. Написана убедительно. Вообще-то, прописные истины излагаются. Андрею-то помогло. Надо попробовать.
Решил не ждать понедельника. Начал с субботы.
Утром поцеловал жену, улыбнулся, похвалил завтрак, ещё один раз поцеловал. Смотрит: расцвела Людмилка! Сказала, что сбегает в магазин одна, а он пусть отдыхает, нечего с ней мотаться. Спросил, для формы, что дома сделать по хозяйству. Чмокнула и убежала. Лёг на диван, захватив планшет. Для себя отметил: роль мужа исполнил.
Подозвал сына, обнял, поинтересовался новостями, посмотрел электронный дневник, похвалил, предложил сходить в зоопарк.
Сын засветился. Это тебе не «иди погуляй, сынок, я устал». Отец как-никак.
Суббота и воскресенье прошли на «Ура!»
Всю неделю Игорь Павлович, выбритый, благоухающий, с улыбкой на лице входил в офис, громко поздоровался со всеми, делал комплименты женщинам, пожимал руки мужчинам… Разговаривал вежливо, только по делу. Сотрудники как-то подтянулись, обращались к нему тоже только по делу. На себя всё не оттягивал, делегировал помощникам. Появилось время подумать о стратегии и тактике, попивая кофе. Приятно быть начальником. И поводов орать нет…
В пятницу позвонил Андрею:
– Хочу сыграть роль друга: спасибо, прочитал, осваиваю.
– Смотри не перепутай, дружище!
К концу рабочего дня позвонила жена:
– Забыла утром спросить: на собрание в школу сходишь?
– Ты же мать, сходи сама!
Людмила молча отключилась.
Игорь досадливо хлопнул рукой по столу: перепутал! Переложил общую обязанность на жену… А вдруг у неё дела? Даже не спросил…
Перезвонил:
– Прости, любимая… В начальника заигрался. Схожу.
Вечером Игоря ждал ужин при свечах. Бабушка сыграла свою роль: забрала внука.
Любят одних, а женятся на других?
Нина Ивановна вышла замуж, когда её все и называли Ниной Ивановной. Засиделась в девках, что и говорить. Если бы не командированный на их завод Семён, так и сидела бы со своим принципом.
Полненькая, коротконогая, с простоватым лицом, где всё было как бы смазано, нечётко прорисовано, Нина Ивановна была доброй, простодушной и честной. Именно эти качества и мешали ей найти жениха.
Она не хотела просто встречаться, а хотела просто выйти замуж. За кого? Да за кого угодно! Это-то и отпугивало потенциальных ухажёров, которые, думая, что девка с такой внешностью прыгнет на любого, наталкивались на принцип:
– Сначала в ЗАГС – потом в постель!
Жениться никто не хотел, а Нина Ивановна не огорчалась, а ждала.
И дождалась. Семён, крепкий сорокапятилетний мужчина, появившись на заводе, всколыхнул женское население: от кадровички узнали, что не женат.
Кто только не строил ему глазки! Кто только не соблазнял его приталенными рабочими халатиками! Кто только не угощал его домашними пирожками и булочками! Все разведёнки, вдовушки и свободные женщины от двадцати до …! Мужиков-то свободных раз-два и обчёлся, да и те алкаши. А тут спокойный, симпатичный, не курит и не пьёт (проверили!).
Нина Ивановна тоже обратила внимание на мужчину, но никаких попыток понравиться не делала. Конкуренток молодых, длинноногих много – зачем терять время и нервы?
А Семён, игнорируя всех красоток, стал подкатывать именно к Нине Ивановне. Утром заходил здороваться. В столовой подсаживался к ней, хотя места были за соседними столиками. Говорили о погоде, о работе… Ничто не взволновало законсервированное сердце Нины Ивановны: командированный. Сегодня здесь – завтра уедет. Тепла и ласки ему захотелось? С этим – ни к ней…
Женский коллектив не волновался по поводу Нины Ивановны: все знали её жизненную установку, давно на ней поставили крест. А зря.
Через две недели Семён сделал Нине Ивановне предложение… Она не отказалась. Восприняла это как должное, произнеся одно слово: «Согласна.»
