– Миссис Аддерли! – послышался далекий крик, заставивший меня остановиться. – Вас ждут к ужину!
Я решила побыстрее найти место, куда все это можно высыпать.
– Ой! – послышался перепуганный голос. Я обернулась. Видя девушку – служанку с магической свечой.
– Ааааа! – закричала она, глядя на меня огромными голубыми глазами.
Я только открыла рот, чтобы тоже закричать, как вдруг девушка бросилась в сторону дома, выронив свечу.
Быстро вытряхнув плед и схватив выпавшую из рук служанки свечу, я бросилась обратно в свой сад. Глядя на свое отражение в осколке зеркала, я увидела чумазое лицо со спутанными волосами. Нужно будет умыться в фонтане и привести себя в порядок!
Я снова зажгла свечу, вытерла руки и стала надевать платье и туфли. Наскоро приведя прическу в убогий порядок, я потушила свечу, закрыла сад на ключ и устремилась к фонтану, оттирая грязь с рук и лица. Посмотрев на свое отражение, я успокоилась. Я снова выглядела, как леди. Крупная прядь волос выпала из прически на лицо.
– Почти, как леди, – сдула я волосы, снова пытаясь сколоть их шпильками.
– Мисс Аддерли! – бежала с того конца парка другая девушка. – О, вам пора ужинать! Я вас повсюду ищу! Пройдемте в дом!
Я чинно прошла в дом, даже приподняв платье. Сейчас, когда у меня был свой сад, я чувствовала себя уверенней.
– Гуляла, моя дорогая? –заботливо спросила нянюшка.
– Да, – вздохнула я, глядя на свое отражение. Она расплетала волосы, поражаясь, где я умудряюсь терять драгоценные заколки, которых на меня не напасешься!
– О, тебе полезно! Я как раз высказывала этому негодяю, что вам нужен свежий воздух, – произнесла нянюшка. А потом осторожно добавила. – – Хозяин изъявил желание, чтобы вы поужинали вместе.
– Нянь, а правда, что ты знала этого Венциана раньше? – спросила я, глядя на то, как няня несет новое платье.
– Да, – послышался голос нянюшки, сооружающей мне прическу для ужина. – Я была его няней. И до сих пор недоумеваю, как из замечательного доброго мальчика получилось вот это вот!
– Расскажи, – потребовала я, чувствуя, как на мне затягивают корсет и сбрызгивают духами.
– Мисс Жанетт! Хорошие слуги не рассказывают новым хозяевам о предыдущих! – произнесла няня, гордо поджав губы. – Это считается моветоном! И за такое можно лишиться места! Кто примет на работу слугу, который не умеет держать язык за зубами? А вдруг он и твои секреты растреплет следующим хозяевам? Ну все, красавица!
Я вздохнула, пряча ключ в складках платья. Служанка уже маячила в дверях. Пожав плечами, я направилась за ней в роскошную столовую. На столе стояли корзины с розами, все вокруг было изысканно и красиво.
– Садитесь, – холодным голосом произнес Венциан, осторожно вынимая розу из корзины. Мне на колени постелили салфетку, а я внимательно следила за розой. – Нам не стоит друг друга обманывать. Мы – счастливая аристократическая семья. Вы не любите меня. Я не люблю вас. Ничего нового! Это вы можете увидеть в любой семье нашего круга.
Он поднял глаза на мисс Миракл, которая строго смотрела на него и едва заметно кивнула, мол, продолжайте.
– Но при этом любая семья нашего круга умеет играть на публику и изображать такую любовь, что со стороны кажется, что у них только-только прошел медовый месяц. Это, скажем так, неотъемлемая часть этикета, – произнес Венциан. – Дорогой, я за тебя волнуюсь! Дорогая, ты сегодня выглядишь бледной и нездоровой! А сами ненавидят друг друга и мечтают отравить побыстрее.
– Кхеу-кхеу! – послышался кашель нянюшки.
– Мисс Миракл почему-то вам это не объяснила, – послышался голос Венциана. – И не учила вас, как правильно вести себя с нелюбимым мужем. Хотя, вы, кажется, были помолвлены, не так ли?
– Он мне нравился, – ответила я, вспоминая, как увидела красавца – виконта в первый раз. – Я полагала, что мы с ним сможем полюбить друг друга.
– Ах, бедное, наивное дитя, – улыбнулся Венциан. – Кто вас научил таким словам: «Полюбить», «любовь»? Если бы вы были крестьянкой, то тогда бы могли рассказывать мне про любовь. Но вы – аристократка. Для любви существуют специальные люди. Их называют любовники и любовницы.
– Мистер Аддерли! – не выдержала няня.
– Так вот, после того, как вы уже остыли и высказали мне все, что думаете… А, заметьте, я дал вам достаточно времени, – послышался голос Венциана. – Вам придется играть роль любящей жены. Не только в доме, но и на публике. На публике особенно.
– А вы не собираетесь играть роль любящего мужа? – спросила я, понимая, о чем идет речь.
– Я уже это делаю, если вы не заметили. Я дарю подарки, терпеливо отношусь к вашим возмущениям, – перечисляли мне, пока мои глаза гневно сужались.
Синие глаза посмотрели на розу. Я увидела, что у розы был бутон. Стоило Венциану заметить его, как он бросил взгляд на меня.
– Нужно, что в это в первую очередь поверил я. Поверю я, поверят все остальные, – бросили на меня еще один мимолетный взгляд. – В целом вы можете быть свободны. Я вам ничего не запрещаю. Делайте, что хотите, но в пределах разумного! За пределы разумного и поместья я запрещаю вам выходить.
Неужели разговор с няней так подействовал? Что она ему наговорила?
– И с этого дня вы, юная мадемуазель, будете учиться делать вид, что очень сильно любите меня! Мисс Миракл вызвалась помочь вам в этом деле! Но полагаться на нее я не стану. Чем быстрее вы научитесь играть роль влюбленной жены, тем быстрее я оставлю вас в покое, – улыбнулись мне.
– Вы бы могли найти ту жену, которая полюбит вас, – произнесла я, косясь на нянюшку.
– Брак с вами был мне выгоден,– поднял брови Венциан. – Поэтому мне придется, учить вас лично.
– Мистер Аддерли! Мы договаривались вовсе не об этом! Вместо того, чтобы успокоить бедняжку, просто поговорить с ней, вы… – возмутилась няня. – Все! Сил моих больше нет!
– Где служанка? – спросил Венциан, когда няня покинула столовую. Где-то в коридоре раздался страшный грохот.
– Почему никто не несет нам чай? – невозмутимо продолжил Венциан, пока в коридоре были такие звуки, словно поместье разваливается на части.
– О, простите, – смутилась та самая девочка с влюбленными глазами, убирая со стола пустые тарелки. – Просто она сегодня видела в саду привидение какой-то нищей девочки в старых лохмотьях… И до сих пор трясется в комнате от страха.
– Что?! – послышался тихий голос. Роза выпала из рук на колени. – Повтори еще раз, что ты только что сказала!
– В саду, сэр, – осторожно произнесла девушка, а я закусила губу. – Видели призрака, сэр. Девушку в лохмотьях. Она тащила какие-то ветки, сэр… Я больше ничего не знаю, сэр… Анна знает. Она видела!
– Призрак? – поднял бровь Венциан. Роза упала на пол.
Я чуть было не хихикнула, представляя себе, что он боится привидений. Но тут же спрятала улыбку, боясь, что меня разоблачат.
– Сейчас я позову Анну, и она сама вас все расскажет! – заметила служанка, унося тарелки.
Дверь открылась, а в нее заглянула насмерть перепуганная девушка, которую я так неудачно встретила в саду.
– … я иду, а там … там… – заикалась Анна, размахивая руками. – Там в саду привидение! Девушка в лохмотьях! Волосы у нее всклокочены. А в волосах листья! И взгляд такой свирепый! Словно она вот-вот набросится на меня! Она тащила покрывало с ветками. Лицо грязное, страшное! Она на меня смотрит, а я на нее!
– Чушь! – фыркнул Венциан, пока служанка мялась на пороге.
– Мистер Аддерли, я знаю весь штат прислуги, но такой девушки у нас не было! Вряд ли бы служанка мистера Аддерли выглядела бы так… убого, – произнесла та самая девушка, которая сказала мне, где мыло. – Я уже говорила, что старые дома меня пугают. В них могут быть привидения!
– Я сказал, что это чушь. Призраков не существует, – отрезал хозяин, вернувшись ко мне. Я мельком заметила, как изменился его взгляд.
– Простите, – послышался голос Анны, а она исчезла за дверью. Я едва не рассмеялась, но вовремя опустила глаза. Тоже мне, призрак!
– Итак, приступим! – послышался голос, заставивший меня вздохнуть.
– К чему? – осмотрелась я, понимая, что кроме нас и служанки, которая убирала со стола, в столовой никого не было.
– Назовем это «Занятия любовью», – послышался смех, а мне потянули руку.
Служанка случайно опрокинула корзину с розами, не сводя с нас ревнивых глаз.
Я внимательно смотрела в синие глаза. Он хотел, чтобы я влюбилась в него и мучилась от того, что он меня не любят. А что, если все будет наоборот? Если я сумею влюбить его в себя?
О, такой негодяй заслуживает наказания!
На мгновенье мне представилось, что он влюблен в меня до безумия, мучается, переживает, умоляет любить его, а я смотрю на него снисходительным взглядом. Единственное, чем может наказать женщина мужчину, так это любовью. Я хочу, чтобы этот негодяй влюбился в меня, как мальчишка! И пусть эти любовные муки станут для него заслуженным наказанием за смерть папы и за все то, что он сделал. К сожалению, я больше ничего не могу поделать!
Эта мысль заставила меня улыбнуться.
– Представьте на мгновенье, что к нам приехали гости, – послышался голос, а меня держали за руку. – Вот они! И все смотрят только на нас!
Рука указала на пустые стулья. Я представила важных лордов и леди, рассевшихся, словно на приеме.
«Помни, мы должны влюбить его в себя!», – повторила я себе, стараясь подавить жгучую ненависть.
– Для начала вам нужно научиться не делать такое лицо, когда я целую вашу руку, – послышался смех. – У вас на лице читается, словно я пытаюсь откусить вам палец.
Он медленно прижал мою руку к своим губам, не сводя с меня пристального взгляда. Ай! Я почувствовала ожег его поцелуя и невольно вздрогнула.
– Вы видели себя в этот момент? – послышался смех на всю столовую. – У вас на лице написано: «Мама не рассказывала мне, откуда берутся дети. От поцелуев руки точно не беременеют?».
– Давайте уже быстрее покончим с этим, – прошептала я, решив узнать у нянюшки, как правильно влюблять в себя мужчину. К сожалению, я не знаю, как это правильно делается! Мама умерла слишком рано, я ее почти не помню. Но если бы она была жива, то я бы обязательно спросила у нее!
Я почувствовала, как прохладные губы снова прикоснулись к моей руке.
Сама не знаю, что со мной. Почему, его прикосновение вызывает у меня чувство, словно меня обжигает?
– Вот, наконец-то, – послышался голос. – Я второй раз увидел вашу улыбку. Замрите! Вот так и улыбайтесь.
Он склонился губами к моей руке и оставил на ней еще один поцелуй – ожег. В этот момент у меня в груди что-то сжалось, а я снова невольно скривилась и стиснула зубы.
– Нет же! – легонько похлопали меня по руке. – Сейчас у вас такое лицо, словно я подкрался к вам в темном коридоре и невзначай поинтересовался, есть ли здесь привидения кроме меня!
Я попыталась спрятать улыбку, но уголки губ все равно предательски вздрогнули.
– Вам вообще когда-нибудь целовали руку? – спросил Венциан, перебирая мои пальцы и рассматривая их.
– Ну, разумеется, – вздохнула я, глядя на его перстень с драконом. В тот момент, когда он склонялся к моей руке, сердце замирало. Мне хотелось отдернуть руку и броситься бежать, куда глаза глядят.
– Учтите, вы не пойдете спать, пока не научитесь принимать поцелуи руки лично от меня, – послышался насмешливый голос. Меня снова поцеловали, а я невольно вздрогнула, не зная, что с собой поделать.
От этого поцелуя разливалось странное волнение, которое иголочками кололо все тело. Это какая-то магия?
– Ну вот опять! Да у вас такое выражение лица, словно я высморкался в ваш манжет, – снисходительно улыбались мне, а я не знала, что со мной такое. Стоило ему приблизиться губами к моей руке, как внутри все тут же начинало переворачиваться!
Венциан перевернул мои руки и замер.
– Так, погодите, а что это с нашими руками? – послышался удивленный голос, а я бросила невольный взгляд на свои руки, которые внимательно рассматривали. На руках остались следы от колючих лоз, которые я сегодня сдирала.
– Это? – испуганно заметила я, глядя на маленькие ранки, оставленные шипами. – Это я осколком, когда платье освобождала. Может, именно поэтому так больно…
– Да что ж мне с тобой делать? – усмехнулся Венциан, глядя на мои несчастные руки. Впредь нужно будет позаботиться о перчатках. – Принесите зелье!
– Что? Зелье? Зачем? – ужаснулась я, осматриваясь по сторонам.
Глава шестая
Служанка, которая с тяжелым вздохом расправляла букет на столе, тут же подобрала юбки и бросилась вон. Мне почему-то казалось, что она рада была выбежать из столовой. Когда она вернулась, то несла в руках флакончик.
– Это что такое? – спросила я, глядя с подозрением.
– Это – яд, – улыбнулся Венциан. – Буду отравлять вам жизнь…
Он снял с подноса пузырек и взял чистый платок.
– Я прошу вашу руку, – усмехнулся он, пока я искренне недоумевала, опасливо прижимая ее к груди. – Я бы рад встать на колени, и сделать это торжественно с пафосом, но, увы…
Он посмотрел на свои ноги, стоящие ровно на полочке кресла.
– Как вы можете смеяться над таким? – спросила я, растерявшись.
– А что мне остается делать? Ах, простите! Мисс Миракл настоятельно просила меня быть с вами вежливым, – послышался голос, когда я смотрела на то, как душистое зелье в его руках пропитывает белоснежный платок. Голубой пар расцвел цветком, а в воздухе запахло чем-то похожим на анис.
– Вашу руку, мадам, – послышался голос, пока я вдыхала незнакомый запах. – Позвольте пригласить вас на экзекуцию… Будьте так любезны, не откажите мне в криках: «А! Ой! Больно! Прекратите!».
– И вы думаете, что после такого я соглашусь? – опасливо спросила я, глядя на платок.
– А куда вы денетесь? – с улыбкой произнес Венциан, беря меня за руку. Я отвернулась, зажмурилась и вздрогнула, когда платок прикоснулся к моим царапинам.
– Я боюсь, что будет больно, – выдохнула я, вспоминая, как мне вытаскивали занозу, которую я умудрилась посадить в гостях на пикнике.
– Ну что ты, – слышался голос за спиной, пока я выдыхала. Зелье щипало так, что я стиснула зубы.
Я осмелилась повернуться, видя, как нежно держат мою руку в своей руке и как бережно промакивают каждую ссадину.
– Тише, тише, – слышался голос, а по коже пробежал легкий ветерок чужого дыхания. – Я даже подую… Ну вот и все…
Мне вернули мою руку с бантиком платка. Эта странная забота заставила меня замереть на месте, рассматривая белые кокетливые ушки узелка.
– Спасибо, – прошептала я, прижимая руку к груди. Я совершенно растерялась, не зная, что и думать. – Вы… очень… любезны и…
Я совершенно запуталась в чувствах, приглаживая белые ушки платка.
