Но пассажир не спешил. Почему?
Потому что это был совсем мелкий пассажир. Бёрк сначала решила, что это маленький тролль. Возможно, детеныш возницы. Но нет – уши не те. Гном? Нет бороды. Тогда гномка. Это юная гномка. Она с опаской смотрела на нападавших. Лица не было видно, зато мелькал целый каскад рыжих кудрей. Миниатюрная, размером с Бёрк, необычно хрупкая. Беззащитная. Легкая добыча. Хорошо, что гоблины её не видели. Хотя сбежать незаметно у девушки не получится.
Бёрк смотрела на нее, не отрываясь. Что-то… что-то с девчонкой было не так. Сердце застучало сильней. Интуиция вопила. Бёрк всмотрелась внимательней. Лицо. Было важно увидеть лицо. И когда, наконец, девушка повернулась…
Бледное испуганное лицо незнакомки было густо покрыто глубокими струпьями и не отпавшими еще кое-где сухими корочками от болячек. Еще неделя, и кожа девушки будет в точности как у Бёрк. Она сразу узнал картинку, которую каждый день видела в своем зеркале. Сейчас только зеленого цвета не хватало. Бёрк осенило:
– Сестренка!
Вот и все! Бёрк поняла, что цель её путешествия достигнута. Она нашла то, что искала все эти месяцы. Свои!
Бёрк, привязав козу к ближнему дереву, быстро разделась и перекинулась в волчицу. Тихо проползла под кустарником и, до конца оставаясь незамеченной, подкралась к гоблинам, увлекшимся боем.
Резкий бросок – и первый враг, не издав ни звука, полетел на землю. Второй успел увернуться, махнул мечом. Нога подвела, и гоблин сумел ранить Бёрк в шею. Неглубоко. Царапина, от которой при перевороте не останется и следа. Но больно. Разозлил. Теперь по-настоящему. Припав к земле, волчица дернулась вправо, как бы метя ему в плечо, но вместо этого поднырнула под ноги и опрокинула. И одним резким рывком разорвала гоблину горло. В пасти сразу запекло – кровь у горных отвратительно-горькая. Теперь неделю будет ощущаться привкус падали, а если не перекинуться и ходить волком, слюна от этого вкуса будет течь, как у бешенной собаки. А уж запах у этой крови…
Бёрк не стала смотреть, как бьется в последних конвульсиях враг, а повернулась к троллю. Хотела помочь, но он уже сам справился. Единственного противника быстро одолел. Выбил оружие и одним ударом поразил в сердце. Отбросив в сторону окровавленный меч, тролль встал перед волчицей на одно колено, низко склонил голову и произнес:
– О, благородный маленький волк! – Слова звучали очень торжественно, так к Бёрк еще никто не обращался. – Ты спас меня от неминуемой гибели, великий белый воин!..
Девушка нашла его поступок забавным. Может, нужно было что-то ответить? Незаметно для тролля Бёрк перекинулась обратно человеком. С края повозки свисал добротный темный плащ – наверное, тролля. Не спрашивая разрешения, чтобы не перебивать говорившего ерундой, она прикрыла им свою наготу и продолжила внимательно слушать.
– …Теперь тролль Варди в неоплатном долгу перед тобой, о воин…
«Варди? Это, наверное, его имя», – решила Бёрк. Ее очень развеселило серьезное сосредоточенное выражение лица тролля. Он говорил, не поднимая головы, будто обращался к кому-то под телегой, а его хвостик тихо позвякивал подвесками.
– …В благодарность за спасение жизни я клянусь тебе в вечной преданности и дружбе, – закончил Варди свой монолог, поднял голову и в изумлении разинул рот. – Оборотница! Самка! Вот так раз! – От неожиданности он даже как-то по-утиному крякнул. – Да еще и брюхатая!
– Брюхатая? – переспросила Бёрк, не поняв смысла этого слова.
– Ну, в положении, – принялся терпеливо объяснять Варди. – Тяжелая. Беременная! – Палец тролля показал на сильно выпирающий животик девушки.
– Ах, это… – Бёрк растерялась и погладила округлость. – Я думала, с голодухи пузо пухнет. – Она много раз слышала это выражение, и когда зимой живот начал увеличиваться, решила, что это от недоедания.
– Нет, это не от этого, – авторитетно заявил тролль. – С голоду совсем иначе опухают. А это… – он внимательно разглядывал девушку, – это от любви. Пара твоя где?
– Какая еще пара? – не сообразила Бёрк.
Что за глупость несет тролль? Пара бывает только у сапог или носков.
– Ну, пара… – тролль задумался. – Так вроде у оборотней? Пара? Или ошибаюсь? Совсем старый стал… – Варди задергал носом и зашептал в усы какие-то проклятья. – Твой супруг. Муж?
Бёрк задумалась. Муж у орков – это кто у родителей посватал.
– У меня такого нет, – честно призналась она троллю.
– А парень? Самец, который тебе сделал это? – показал на живот.
– Гелиодор? – спросила ошалело улыбающаяся Бёрк.
– Должно быть, он, – хмыкнул в усы тролль.
– Он ушел… На войну с гоблинами… – Берк говорила медленно, ошарашенно. Она сейчас вдруг осознала свое интересное положение. Ребеночек. У нее в животе. – И не вернулся…
– Давно? – осторожно поинтересовался Варди.
– Осенью, – ответила Бёрк, печально потупив глаза.
Долго стоять было тяжело. Она оперлась спиной на телегу и по недавней привычке сложила на выпирающем животике руки. Вот так гораздо удобней.
– А ты? Ты что же здесь, без стаи?
– Без стаи, – просто сказала Бёрк. Стая была у Гелиодора, у нее была семья. – Все умерли.
– Не повезло, – посочувствовал Варди. – Судьба-а-а…
– Судьба-а-а… – согласилась Бёрк.
– В лесу. Да еще на Людожите! – причитал тролль. – Без стаи. Одна!
– Ну почему одна? – встрепенулась оборотница. – Нас двое. Я и коза.
– Какая еще коза? – дернул носом тролль.
– Серая!
За пологом телеги что-то скрипнуло и зашуршало. Бёрк вспомнила о загадочной незнакомке.
– А там кто? – задала так интересующий ее вопрос.
– В телеге-то? Проклятая, – просто махнул рукой Варди. – Я мимо их обители еду, вот за небольшую плату и согласился подвезти. Хочешь познакомлю?
Бёрк радостно закивала. Хочет! Она больше всего сейчас хочет познакомиться с возможным родичем. Обошли телегу, и Варди откинул задний полог, открывая солнечному свету всё её нутро.
Девушка забилась в дальний угол. Перепуганная, растрепанная. Тряслась от страха, но не сломлена. Ишь как грозно замахнулась на них… веником? Точно, сухим березовым веником, которым парятся в бане. Берк хихикнула, представив, как незнакомка охаживает им гоблинов. От смешка девушка дернулась, как от удара, и поглядела на Бёрк со страхом. Потом прищурилась, словно размышляя, стоит ли бояться оборотницу меньше, чем гоблинов? Или все же больше? Платок на её голове сполз, и в разные стороны хаотично торчали огненно-рыжие кудряшки.
«Как лисичка!» – восхищенно подумала Бёрк. Незнакомка вызывала все больше симпатии.
– Вот, знакомься, это Лучана, – указал пальцем тролль. – Попутчица моя. – Тут он неожиданно хлопнул себя ладонью по лбу, да так громко, что в ушах зазвенело. – Прости меня, дева, – схватил он Бёрк за руку. – Прости, что я, старый дурак, даже имя твое не спросил. Спасительница! – и снова начал опускаться перед ней на колени.
– Бёрк, – она не дала троллю плюхнутся на землю и дружелюбно похлопала по руке. Ей совсем не хотелось всех этих почестей, хотелось поскорее подружиться с Лучаной. – Меня зовут Бёрк, – громче повторила она, обращаясь к девушке.
– Бёрк! – хлопнул себя по бокам тролль. – Ты подумай! Знакомое имечко.
– Знакомое? – это первый, кому ее имечко показалось не странным, а знакомым.
– Да. Хорошую историю я знаю про Бёрк. Расскажу, расскажу… Но после – вечерочком. Сейчас нужно поработать. А вы знакомьтесь, – и скрылся за телегой.
Широко улыбаясь и покряхтывая, как старушка, Бёрк залезла в повозку. Не обращая внимания на веник и настороженный вид девушки, подошла к ней вплотную и уселась рядом.
– Я Бёрк, – и протянула руку для пожатия.
– Поздравляю, – как-то деревянно ответила девушка.
Бёрк не замечала, что от страха Лучану потрясывало. У прокаженной даже пальчики на ногах поджимались. Неудивительно, ведь, если верить людским легендам, Бёрк была людоедом.
– А ты Лучана. – Бёрк продолжила попытку познакомиться поближе.
«Странно ведет себя сестрица – руку не протягивает, не улыбается. Наверное, до сих пор напугана и не поняла, что гоблины убиты». Улыбнулась шире.
– Я Лучана, – кивнула девушка, глядя на белые зубы собеседницы. В любой момент та могла перекинуться волком и загрызть ее до смерти.
– А я беременная! – радостно сообщила оборотница.
– Вот это новость, – нервно хмыкнула рыжая.
«Она что, за дуру меня держит? Или за слепую? Разве можно не заметить такой пузырь»?
– А ты, – воодушевленная ее улыбкой, продолжила Бёрк, – если покрасить в зеленый, будешь очень похожа на орка!
Рыжая застыла. Повернулась. И вперилась в Бёрк невидящим взглядом.
– Что?
– Если твою шкуру, – охотно пояснила Бёрк, – покрасить зеленой краской, то знатный получится орк.
Она сама того не подозревая, надавила на больную мозоль девушки. Она очень переживала из-за потерянной красоты и еще не свыклась с тем, что стала прокаженной. К тому же всю дорогу ей вслед кричали обидные слова и кидали камнями. А сейчас, после нападения… У Лучаны задергался правый глаз.
– Что это у тебя? – Бёрк показала пальцем.
Странно, но всем своим видом незнакомка выражала желание убивать. С Бёрк такое случалось, когда она думала о гоблинах.
– Шкуру… Мою шкуру… в зеленый цвет? – зашипела Лучана и без предупреждения прыгнула на Бёрк.
Завалила оборотницу на спину, оседлала и вцепилась ей в волосы. Защищаясь, Бёрк тоже схватилась за рыжие мягкие кудри. От боли они завизжали хором. Причем в одной тональности. Завязалась борьба. Берк повернулась, опрокидывая обидчицу на дно повозки. Завозились. Пищали и нещадно трепали друг дружку. В их схватке пока сохранялась ничья – обе девушки были небольшого роста и чересчур тощие.
– Ну вы чего, девчата? – удивился Варди. – А ну-ка бросьте это недоброе дело. Неужели старую войну вспомнили? Забыта ведь уже давно, – попробовал он примирить враждующие стороны.
Но свара продолжилась. Не видя положительной реакции на попытку установить мир, Варди открутил крышку у большого бурдюка с водой и вылил ее всю девицам на головы. Девушки завизжали с новой силой и раскатились в разные углы телеги.
– Вот так-то лучше, – кивнул тролль и допил последние капли. – А теперь рассказывайте, что тут у вас стряслось. Живо! – потребовал. Девушки тяжело дышали и молчали. – Мало мне было горных, теперь и свои за спиной мутузятся. Говорите, что не поделили! – и ругнулся грозно.
А сам боялся рассмеяться. Очень уж забавный вид был у девок. Мокрые, взъерошенные, как уличные коты весной. Глазенки бешеные, только что не шипят друг на друга.
– Она дразнится, – первой начала ябедничать Лучана. – Насмехается.
– Вовсе нет! – отозвалась Бёрк и показала рыжей язык. – Только хорошее говорила.
– Орком меня обзывала, – всхлипнула Лучана.
– И что? – оскалилась Бёрк.
– Хотела в зеленый покрасить… – Лу, прикрыв лицо руками, протяжно заревела.
Бёрк искренне удивилась ее реакции.
– Орки хорошие! Мой отец был орком, я была орком! – гордо заявила.
– Но ведь ты, – перестала всхлипывать Лу и удивленно подняла на неё глаза, – оборотень?
– Сейчас да. А раньше…
– А раньше? – заинтересовался тролль.
– Мой отец – Сфенос. Он орк. Был. Сейчас-то он помер., – принялась рассказывать Бёрк. – И я была орком, только белым. И маленьким…
– Белым орком? – недоверчиво повторила Лу.
– Ну да, альбиносом, – не упустила возможности блеснуть эрудицией Бёрк. – Потом я встретила Гелиодора.
– Гелиодор – это ее парень-оборотень, – пояснил тролль Лучане.
– Да! – радостно закивала Бёрк. – Он оборотень. Был. Сейчас-то он…
– Помер?! – догадалась Лучана.
– Мы полюбили друг друга – и вот я стала оборотнем! – торжественно закончила Бёрк свою историю и обвела слушателей довольным взглядом.
– Понятно, – тихо пробормотала Лу, многозначительно посмотрела на тролля и покрутила пальцем у виска.
– Эко тебя помотало! – восхищенно крякнул Варди, делая вид, что не замечает намеков Лучаны.
– Да-а-а… – сама себе удивляясь, согласилась Бёрк. – Зима еще эта… Чуть насмерть не замерзла.
– Но кое-что все-таки отморозила, – прошептала Лу. – И сильно.
Их приятную беседу прервало протяжное ме-е-е, донесшееся из кустов.
– Коза! – спохватилась Бёрк. – Заскучала, зовет меня. – И вихрем умчалась в лес.
– Что скажешь? – бросилась к троллю Лучана. – Она того? Совсем? Да? Опасная? Может, поехали отсюда, пока не вернулась? Оборотень же. Еще и сумасшедшая. Как бы не закрутилось почище, чем с гоблинами.
– Ну… не все так однозначно. Может, девка и странновата, но не просто так, а с поводом. Она объяснила, что одна зиму тут коротала, – растерянно пояснял тролль. – Вся стая вроде того… сгинула. И парень ейный тоже… того…
– Ага. И стая, и отец, и жених, и мозги. Они тоже того – сгинули! – истерично хихикнула Лу. – Слышал, что мелет? Была орком, маленьким. А потом полюбила и стала оборотнем. Разве такое бывает?
– Ой, девонька, в нашем мире чего только не бывает. А насчет опасности – не она на тебя с кулаками набросилась. Ты на нее. – Тролль недовольно задергал носом. – А оборотница нам жизнь спасла. А что говорит странное… Нужно приглядеться к ней.
– К этой? Хворой? Которую коза зовет?
