Страница 7 из 10
– Уф, так и знал, – Драгомир решительно зашагал к печи. Подхватив мышь за подмышки, бесцеремонно спустил вниз, – одевайся, я займусь завтраком.
Чутко прислушиваясь к шумящему посудой волхву, Лера, ежась, как можно быстрее оделась во вчерашнее. Вязанная туника и лосины согрели разморенное сном тело. После подогрева печи и мехового одеяла в комнате, казалось, ощутимо холоднее. Осторожно высунула голову в… как он назвал эту комнату? – горницу. Драгомир был занят тем, что что-то травяное заваривал в чайник.
– Доброе утро! – стесняясь, она вышла из спальни и направилась к своим сапогам. То немногое, что осталось от прошлой жизни.
– Ты куда?
– Мне… мне туда. В лес, – смутилась Лера.
– Носик попудрить? – усмехнулся волхв, наблюдая как забавно девушка краснеет, – потом можешь зайти в баню и умыться. Я там воду согрел.
– Спасибо, – девушка протянула руку к ручке двери, когда ее остановило безапелляционное:
– Стоять! Плащ возьми. Там моросит.
– Но…
– Это был не вопрос, Лера, – от холода в голосе пробежал морозный озноб. Да уж! Только поверишь, что в мужчине есть что-то человеческое, как он мгновенно опровергает эти бредни. У него часом, отчество не «Айсбергович» или «Лютохолодович»?
Если бы не требования организма, Лера порассуждала на эту тему гораздо дольше. Когда придумываешь злому мужику смешные прозвища – он кажется не таким страшным. Но тело требовало привычных утренних процедур.
Пискнув благодарность, девушка исчезла за дверью. Там и правда, было более чем свежо. Мелкая морось пробиралась под одежду, кусая щеки и уши. Оставив плащ перед заветной дверью, Лера юркнула внутрь.
Как ни удивительно, в бане действительно было тепло, но пара не было, просто теплый сухой воздух. На скамейке стояла кадка с подогретой водой, которой так приятно было помыть лицо и руки. А как интересно он ее грел? Магически штуки типа теплых камней? Или это тоже сила? Интересно и страшно.
Не желая раздражать строгого хозяина, Лера как можно быстрее вернулась в дом. Там тепло, там вкусно пахнет.
Драгомир бросил нечитаемый взгляд на приплясывающую девушку. Сегодня она выглядела еще бодрее. Несмелая улыбка, янтарные глаза блестят, на мраморно-белых щеках ярче проявился румянец. Стряхнув с вьющихся волос капельки воды, девушка села на скамейку, терпеливо дожидаясь завтрака. Слишком у нее хорошее настроение, чтобы обращать внимание на язвительные реплики хозяина дома.
Сегодня ей выделил два полноценных бутерброда с черным хлебом.
– Скажи, если захочешь еще, – пододвинул мужчина тарелку, – ориентируйся на самочувствие.
– Спасибо большое. Хлеб очень вкусный. Я такого никогда не ела.
– Ну еще бы. Здесь стопроцентное – эко-хозяйство, – усмехнулся Драгомир, – никаких привычных ГМО и пестицидов.
– Вы так много про это знаете. Вам приходилось бывать в… моем мире?
– Приходилось.
– А зачем?
– Страшная военная тайна. Доедай и поехали. Путь неблизкий.
Из чувства вежливости, и чтобы хоть как-то компенсировать Драгомиру неудобства от собственного присутствия, девушка споро убрала со стола и вымыла чашки. Вновь всунула ноги в резиновые сапоги и встала у двери. Всем видом демонстрируя – мол готова.
Драгомир переоделся в спальне. Не особо заморачиваясь, натянул черные брюки, белую рубашку. Поверх – темно-синий скромно расшитый золотой нитью камзол с высоким воротом-стойкой. Высокие сапоги, чтоб не заляпаться в осенней распутице. Побриться успел несколько раньше, поэтому перед зеркалом лишь пригладил стянутые в хвост волосы.
Когда волхв вышел из опочивальни, Лера, спрятав руки за спиной, подпирала стену. Словно школьница. Какое же убогое резиновое изделие на ногах! Смотреть больно. Это было бы смешно, если бы не было так опасно.
Состроив гримасу недовольства, Драгомир подошел к вешалке и снял плащ, подбитый мехом лисы. Посмотрел на огневку сверху вниз. Вот же принесла нелегкая эту мелочь на его голову! Нехотя, словно раздумывая, накинул плащ на худенькие плечи. Замерзнет же тощее недоразумение. Путь неблизкий, а у нее и верхней одежды нет.
– Надо будет сказать Яре, чтобы занялась твоим гардеробом.
– Мне ничего не нужно.
– Так у тебя ничего и нет, – усмехнулся волхв, накидывая на себя второй плащ, более тяжелый. Подбитый мехом волка.
Вывел обузу из дома и зашагал к конюшне, которая располагалась с задней стороны. Теплый загон был построен на пару животных, но Драгомир держал только одного коня. Зачем лишние хлопоты?
Вороной фыркнул, здороваясь. Получив привычную морковку, радостно захрумкал. Съев лакомство, уже без капризов позволил себя оседлать. Вроде бы все, как всегда. За исключением того, что сегодня он едет в город с пассажиром.
Драгомир вывел коня на улицу, прикрыл и подпер дверь конюшни. Привычно вскочил в седло и только после этого посмотрел на кутающийся в его плащ раздражитель. Протянул ей руку:
– Запрыгивай.
– Он у вас двухэтажный что ли? – девушка стояла ни жива, ни мертва. С ужасом осматривая животное. Он казался ей страшным чудовищем, которое фыркает и нетерпеливо бьет огромными копытами.
– Конечно. Специально для тебя выращивал. Только не говори, что не умеешь ездить верхом.
– Да я первый раз лошадь живьем вижу!
– Боги, за что вы меня наказали! Во-первых, это – конь.
– А во-вторых?
– А, во-вторых, нам, оказывается, несказанно повезло с Ярой. Она сюда попала подготовленной. Не пришлось учить элементарным вещам, – мужчина недовольно поджал губы, твердой рукой придерживая гарцующее животное.
– Уж, извините. Я никуда попадать не собиралась. И я на нем не поеду!
– Поедешь. И это не обсуждается. Ставь ногу на мою и хватайся за руку.
– Мне страшно!
– Не бойся. Я удержу, – он посмотрел на нее как тогда, когда на руках вспыхнуло проснувшееся пламя. Уверенно и твердо, без усмешки. И девушка не посмела ослушаться, завороженная светом серых глаз. Неловко поставила ногу поверх его сапога и крепко уцепилась за руку. Мгновение, и она взлетела вверх, после чего всадник усадил ее впереди себя.
– Мамочки, как же высоко! – невольно вырвалось.
– Это – высоко? – звучит насмешливое над ухом.
– Для меня даже ваша печка – это высоко. Я страшно высоты боюсь.
– Настоящая мышь. Маленькая, белая и пугливая.
– А я и не говорила, что бесстрашная!
– Тяжело тебе у нас придется.
– Я в ваш мир не напрашивалась, – надулась Лера.
– Да и нам без тебя спокойно жилось. Но зачем-то вышло, как вышло.
Девушка старалась смотреть вперед, чтобы не замечать высоты, на которую ее посадили. Иначе начинало трясти от страха. А еще было страшно неудобно: седло было жестким, ноги затекли и спина быстро устала держать осанку. Она осторожно двинула бедрами, стараясь найти более удобное положение.
– Не ерзай. Нам еще далеко ехать.
– Неудобно.
– Естественно. Сидишь, как отличница на уроке, – мужская рука прижала ее к себе, вторая укрыла плащом, – я не кусаюсь. Так что расслабься.
Девушка на секунду замерла от столько бесцеремонного поведения, но не признать правоту мужчины было бы глупо. Поэтому ничего не оставалось, как откинуться назад и сделать вид, что совершенно не пугает ощущать спиной крепкую мужскую грудь и м-м-м… ноги. Никогда раньше Лера не прижималась к мужчине так близко, чтобы можно было услышать мерный стук сердца. В отличие от ее, несущегося испуганным галопом.
Страшно, волнительно и снова – страшно. Но тепло. Сильные руки, которые она почувствовала мельком, когда Драгомир перехватил поводья, надежным щитом огораживали от мира.
Завернутая в кокон плаща, под мерную конскую поступь, Лера беспечно задремала. Доверчиво прижавшись к мужчине, который собирался ее убить.
Глава 10.
– Просыпайся, мышь. Проспишь все самое интересное.
Леру ощутимо тряхнуло. Она сонно захлопала ресницами и нехотя высунула нос из теплой норы.
– Что слу… ох! – сам собой изумленно открылся рот, созерцая город. Как в фильмах про ранее средневековье: высокая каменная кладка стен, с бойницами и башнями, а кругом и всюду сплошь деревянные постройки. Избушки ремесленников, крытые тесом или соломой. Тропы там, где поуже, и деревяные настилы вместо широких дорог. Всюду снуют люди, и в основном – пешком. Реже – груженные телеги с возницами. А еще, даже отсюда, издалека, видно, что женщины одеты в длиннополую невзрачную одежду, а мужчины по большей части – в зипунах и лаптях. Слышен гвалт и звуки скотины. И запахи – дыма, железа, кожи и еды.
– Так это правда …, – со смесью восхищения и горечи прошептала Лера.
– Думала, мы с Ярой тебя разыгрываем?
– А вы бы поверили, если бы вам сказали про другой мир?
– Как минимум – засомневался. А знаешь что, мышка? Спрячься-ка обратно в норку.
– Что?
– Внешность у тебя приметная. По городу слухи поползут. А чем меньше народу о тебе знает – тем лучше.
– Для кого – лучше?
– Для тебя. Люд здесь простой, могут и зашибить ненароком.
– Как зашибить? Фигурально?
– Натурально. Всегда боятся неизвестного или непонятного. Поэтому, сиди тихо. Вылезешь – когда я разрешу.
Драгомир запахнул плащ на болтливой пассажирке, пресекая новые расспросы. Миновав ворота, по краю объехал Торжище – главную торговую площадку. Вот уже где шум, смех и крики были оглушительными. На то и торжище, чтобы перекричать да переспорить друг друга. Хорошо, что не пошли пешком – дородные мамаши или торговцы вразнос затоптали бы мышку за первые несколько метров.
На всякий случай волхв выбирал менее оживленные улицы, чтобы не привлекать особого внимания. Пассажирка сидела под плащом тихо, прижавшись к нему еще крепче. И, кажется, даже дышала через раз.
Въехав в детинец – район высшей знати, Драгомир прибавил ходу. В ворота княжьей резиденции охрана пропустила не задумываясь, уважительно кивнув. Здесь тоже было шумно. Дождь прекратился и часть дружины – старшей и младшей, занималась на открытом воздухе. Были слышны звон оружия, ударов и тяжелого дыхания. Дубасили друг друга особо не жалея, благо дело оружие затупленное. Но без синяков и ссадин редко кто ходил, ни словом не жалуясь. На то они и мужчины, чтоб уметь за себя постоять и не стыдиться шрамов.
Драгомир по дуге объехал сражающихся дружинников, сделав вид, что не замечает высунувшийся любопытный нос. Пусть глазеет, здесь уже можно.
Сам слез с коня, после чего протянул руки:
– Давай помогу. Ты же просила «подъемник».
Лера с трудом разжала стиснутые на луке седла пальцы и положила их на плечи мужчине. Одно движение сильных рук и она уже на земле. Даже не успела испугаться толком. И мгновенно забыла обо всем на свете. Как зачарованная, вертела головой, рассматривая все и сразу. Затейливую деревянную резьбу княжьих хором, деловито снующих слуг в историчной одежде. И конечно же мужчин! Их тут было много: и помоложе, и постарше. Одежда домотканая, но как будто из музея.
На нее никто не обращал внимания, все были заняты делом. Кто-то, разбившись на пары упражнялся в боях с оружием, кто-то, будто разминаясь – в рукопашную. Лязг оружия не пугал, а скорее завораживал. Где еще такое услышишь? Словно ты внутри фильма. Жаль не поставить на паузу и не выйти из кинозала.
– Все Добрыня, охолони! – крикнул один из парней, – совсем загонял. Едва дышу.
– А ты пошто такой усмяглый1 сегодня? Опять девки на сеновале заездили? – рассмеялся неизвестный.
Лера повернула голову и потерянно замерла. В паре с усталым воином, спиной к ней стоял золотоволосый гигант, кудри которого сияли даже при пасмурном свете. Тогда как рост и ширина плеч внушали откровенный страх. Словно почувствовав на себе взгляд, он обернулся. Яркие синие глаза и прекрасно вылепленное лицо. Парень сначала удивленно поднял брови, потом уверенная понимающая улыбка тронула красивые губы. Привык к женскому восхищению, что поделать. Все так же улыбаясь, кудрявый подошел ближе, внимательно глядя на нее с высоты своего немалого роста. Медленно протянул руку.
– Ишь какая беленькая! – осторожно намотал прядь ее волос на палец, – Ты чьих будешь, снежинка?
– Э… – Боже как стыдно! Что за блеянье? Подумаешь, улыбнулся он! А у нее из головы все слова повылетали.
Незнакомец выжидательно посмотрел, все еще надеясь, что дар речи к ней вернется. Но поняв, что от нее внятного ответа не дождаться, вновь солнечно улыбнулся и продолжил говорить сам.
– Я – Добрыня, сотник малой дружины.
– Очень приятно.
– А ты…?
– Лера! – раздраженное рявканье волхва раздалось издалека. Оказывается, он ушел уже довольно далеко, будучи уверенным что мышь семенит следом. Что за наказанье? Только приехали, а уже начала хвостом перед парнями крутить. Ох, уж эти девки из технологичного мира. Ни на грамм у них воспитания и скромности. – Быстро сюда!
– Извините, – виновато прошептала девушка и подхватив края плаща, помчалась за Драгомиром. Вот уж кого ей злить никак нельзя.
– Еще свидимся, красавица! – весело крикнул вслед парень. Но Лера не ответила, несясь на всех парах, к раздраженно поджавшему губы волхву.
– У тебя что, под хвостом чешется?
– Под каким хвостом? – она даже обернулась назад, почти уверенная, что что-то отросло. Мало ли какие еще чудеса в этом мире?
– С парнями будешь кувыркаться в свободное время. Сейчас мы тут по делу, поэтому – соберись, – отчитал он ее словно директор школы, поймавший ученицу за курением.
– Ни с кем я не собиралась кувыркаться!
– Оно и видно. Пошли.
Следуя через двор, она исподтишка стреляла глазами, потому как столько всего интересного! Вон там женщина идет с большой плетеной корзиной. А у второй с яркими бусами и в платке ведра в руках – деревянные. А вот там…
Все бы ничего, но ее, как арестантку, сжав плечо, бесцеремонно довели до большого, деревянного, как и все вокруг, сооружения, похожего на амбар. Внутри было просторное помещение с лавками у стен и высоко, под потолком расположенными окнами. Почему-то подумалось – это спортзал. Может потому, что в углу лежали сложенные маты, так похожие на школьные, и висела боксерская груша на цепи.
