Страница 8 из 10
Больше в пустом помещении смотреть было не на что. Драгомир быстрым шагом прошел через зал и открыл одну из нескольких дверей. Оказался учебный класс. Шестнадцать девчонок, немного младше Леры, уже сидели на своих местах, зная щепетильность преподавателя в вопросах пунктуальности. На ней мгновенно скрестились взгляды всех присутствующих. Кто-то с любопытством, кто-то с недоумением, а кто и с насмешкой. Лера мельком осмотрелась: девочки были одеты в однотипные домотканые рубахи с поясами и свободные темные штаны. Головы и лоб украшены тесемками, а волосы заплетены в аккуратные косы с зеленой лентой.
Не обращая внимания на явное смущение застывшей у дверей девушки, волхв, кивнув классу, молча прошел к своему столу, повесил подмокший плащ на личную вешалку и с равнодушным видом открыл книгу. Якобы сверяясь с прошлой темой.
Лере хотелось провалиться сквозь землю. Вот за что он с ней так? Не может не понимать, насколько это унизительно. Очередной раз ткнуть ее носом, что она тут никто и звать никак. По спине побежали уже знакомые возмущенные мурашки. Драгомир мгновенно вскинул голову и впился в нее холодными серыми глазами. Она не может опозориться! Не вот так, перед толпой незнакомых людей. В первый же день!
Стремительно открылась дверь. Вошла Яра, как всегда резкая в словах и движениях.
– Прибыли? Отлично. Девочки, знакомьтесь, – женщина мягко обняла гостью за плечи, – это моя дальняя родственница. Зовут Лера, Валерия. Прибыла погостить. Она – ученый, изучает народы, их обычаи и образ жизни. Так что, если будет спрашивать – не молчите, рассказывайте обо всем. Глядишь – книгу напишет и про вас не забудет.
Класс мгновенно ахнул. В глазах зажглось уважение. Еще бы, самой Яры-воительницы сродственница! Да еще и ученая! Не какая-то девка-чернавка со двора.
– И еще: так как племянница моя ученая – то тренировки по боевой подготовке будет посещать факультативно. Ей сейчас после тяжелой болезни восстанавливаться нужно. Потому занятия у нее будут индивидуальные. Вопросы?
– Нет, командир, – дружно произнес класс.
– Тогда на этом все. Главное – учтите: о том, кто она и чья родственница – не распространяться. Ни родным, ни слугам. Не хочу к ней повышенного внимания. Лера, займи свободное место. Вот тебе тетради и перья, чернильницы на столе.
За партой она оказалась одна. Потому как все девчонки сидели парами. И ей бы вдоволь поглазеть на чудной учебный инвентарь, но тут раздалось безапелляционное:
– Новая тема…
О, этот тон она уже хорошо знала. И похоже – не она одна. Потому что девочки, все как одна, склонили головы и заскрипели перьями. Весь урок в классе стояла оглушительная тишина, никто не шушукался, не шуршал одеждой. Максимум – ближайшие соседки изредка косили на новенькую глаза. Очевидно, давным-давно была установлена железная дисциплина, которую нельзя нарушать даже в мыслях.
Лера старалась изо всех сил, но приспособиться к чьим-то бывшим крыльям было сложно: тонкие, скрипят, чернила еще эти! С непривычки перепачкала руки, клякс наставила знатно. Да и почерк больше напоминал писанину чумной курицы.
Постаравшись взять в себя в руки, решила не писать все подряд, а конспектировать самое важное, как в институте. Тем более, что на память она никогда не жаловалась.
После первого урока, который был историей какого-то иностранного королевства, за дверью прозвенел звонок колокольчика. После кивка Драгомира девочки поднялись и дружно обступили новенькую. Познакомиться и разузнать поближе. Еще бы, такое событие! Страсть как интересно. Но в этот момент вновь заглянула воительница.
– Лера, за мной. Драг, я заберу буквально на пару минут.
– Не имею ничего против, – волхв царственно махнул рукой и углубился в чтение. Всем видом демонстрируя, что не возражал бы, если бы попаданку сдуло на дальние болота.
Подхватив девушку за руку, Яра также стремительно увела ее в ближайшую комнату, где уже ждала женщина лет сорока, в домотканом платье, повязанной поверх шерстяной юбке и платке на голове. Она почтительно склонилась перед вошедшими.
– Вот, Пава, эту красавицу мне приодеть нужно. Сама видишь, совсем без одежды приехала. Снимай по-быстрому мерки. И обувь обязательно. К сапожнику зайди, скажи, что для меня. Хоть одна пара сапог, но нужна сегодня. Ближе к вечеру, и даже раньше. Для начала пяток рубах и верхняя одежда. Еще, обязательно, полушубок или плащ. И остальное, что сама сочтешь нужным.
– Может не надо так много? – робко попыталась возразить Лера.
– Вот еще! Тебе что, в обносках с чужого плеча ходить? Правда вещи подгонять придется, совсем ты у меня тростинка. Да, и у кожевенника прикупи пару ремней широких, как я люблю.
– Все сделаю, госпожа. Вот токмо мерочки сниму и побегу. Сегодня на торжище купцы приехали иноземные, авось чего эдакого пригляжу.
– Особо не торгуйся. Мне время дорого. Родственница моя, как оборванец, ходить не будет. Чтоб на нас с воеводой люди косо не глядели.
– Да кто ж посмеет? – женщина ужом вилась вокруг девушки, царапая что-то на клочке бумаги. Померив босую ногу, удивленно зацокала, но ничего не сказала. Закончив, быстро откланялась.
– Мне очень о многом вас расспросить хочется.
– Я знаю, моя хорошая. Но пока у меня дела. Да и ты еще не освободилась. Поэтому, наберись терпения. Но я обещаю, что все тебе расскажу и покажу. Мне скрывать нечего.
Уроков было пять. После чего объявили короткий перекус. Выдали по пирожку и стакану ягодного настоя. Девчонки вновь подскочили к ней как стая любопытных галчат, но их тут же осадили сурового вида старухи, которые исполняли роль смотрителей по воспитательной части. Ничего не оставалось, как переглядываться глазами, молчаливо поедая полдник.
Наскоро перекусив, класс дружно побежал в спальную комнату переодеваться. А «племянницу» Яра увела к себе в кабинет. Там на стуле для посетителей уже лежала форма для занятий: нательная майка, штаны на веревке и кофта с запахом и поясом. Очень похожая на форму для восточных единоборств, только льняная.
– А что это будут за занятия? – поинтересовалась Лера, переодеваясь за ширмой.
– У девочек как обычно – рукопашка и холодное оружие. А у тебя – начнем с азов. Ты вообще чем-то занималась?
– В детстве была гимнастика и танцы. А последние два года – нет. Дедушка заболел. Я искала подработку, чтобы купить лекарства, и готовилась к поступлению в институт. Поэтому пришлось бросить.
– Понятно. У тебя «там» вообще никого не осталось?
– Нет. Дедушка умер за год до моего поступления. Соседки наши мне очень помогли. Отстояли, чтобы меня в детдом не забирали. Потом доучилась, уехала в город, где был пединститут. Поступила, заселилась в общагу – и вот, оказалась тут.
– Это хорошо, что на той стороне никого не осталось. Сердце никто рвать не будет, что ты пропала. А уж здесь мы как-нибудь выкрутимся. Поверь, мне поначалу было еще сложнее. Особенно в вопросе «что можно женщине и что нельзя». Ладно, давай вернемся к занятиям. То, что у тебя в детстве были спорт и танцы, это хорошо. Значит тело знает, что такое нагрузка и наберет мышечную массу довольно быстро. Я скажу Драгу, чтоб кормил лучше, калорийная пища из-за нагрузок тебе понадобится.
– Мне кажется, он был бы рад мне яду подсыпать, – буркнула девушка, завязывая пояс.
– Не обращай внимания, – рассмеялась Яра, – он старый холостяк. Все, что нарушает давно заведенные привычки, его бесит.
– Старый? А сколько ему лет?
– Я фигурально. Он ровесник моего мужа, а Гору – тридцать пять.
– Реально – старый, – наморщила нос Лера.
– Прекрати, а то я такими темпами сама комплексовать начну. Переоделась? Тогда пойдем.
Яра привела девушку в спортивный зал, где уже активно разминались ее рыси. Их давно не надо было понукать, каждая назубок знала, как начинать тренировки и разогревать перед нагрузкой мышцы.
– Лера, ты начни разминку, как тебе привычнее. А я посмотрю и посоветую в случае чего. Йогой никогда не занималась?
– Дома делала. Скачала с интернета занятия и повторяла. Иногда, когда время было.
– Вот и славно. По утрам перед занятиями, если будешь успевать – делай. Чтоб быстрее прийти в форму. О том, что все тело болеть будет после первых нагрузок, ты, я думаю и сама знаешь.
– Да я помню, что это такое, – улыбнулась Лера. Приятного мало, но эту боль просто нужно перетерпеть. Бывало такое в школе, после длительных пропусков тренировок из-за какого-нибудь ОРЗ. Когда голова помнит, как надо, а тело уже отвыкло и ноет, втягиваясь в нагрузки.
Закончив с разминкой, Лера, выполняя заданные прыжки и приседания, во все глаза таращилась на то, что вытворяют девчонки. Ловкие, выверенные движения, кувырки, подкаты, резкие броски. То одна из них нападала с оружием, то обе были вооружены и мерились ловкостью и умениями. Смертельные танцы с клинками завораживали. Это что за школа у них чудная?
– Лера, не отвлекайся, – прикрикнула Яра, – при должном старании и ты так сможешь.
– Я?
– А ты думаешь они сюда уже готовыми пришли? – улыбнулась воительница, подойдя ближе. – Перепуганные деревенские девчонки в лаптях, вот кто они были. То, что ты видишь – это результат за три года.
– Ого!
– Поэтому если захочешь – я тебя такой же сделаю. Но пока мне нужны мышцы на этих косточках, – Яра похлопала девушку по плечу.
– Поняла. Постараюсь не отвлекаться.
Яра отошла к своим воспитанницам, помогая, направляя и подкидывая новые задания. И хотя нагрузку новенькой она давала самую щадящую, к концу занятий Лера надсадно дышала, привалившись к стенке. Даже появилось легкое головокружение, но быстро прошло. На фоне невероятно ловких девочек, она смотрелась откровенно бледновато.
Закончив тренировку, рысята бросали на нее красноречивые взгляды, надеясь, что командир отпустит новенькую «для пообщаться», но Яра была неумолима. Выставила умирающих от любопытства подопечных в комнату отдыха, а сама увлекла ее за собой.
– Пойдем. Я сейчас тренировку с парнями закончу и пообедаем у меня дома.
– А я не помешаю?
– Если зову, значит не помешаешь. Заодно с сыном познакомлю. Ему почти три, и он страшный бабник. Так что – берегись, у него в невестах полгорода ходит, – улыбнулась Яра.
– Ого! Опасно, но я рискну, – рассмеялась Лера, которая обожала детей.
– Пойдем. Волчат сейчас немного, большая часть с дружиной и князем уехала. Так что у них небольшое послабление.
– Я, кажется, каких-то мужчин на улице видела.
– Да, там сразу и старшая, и младшая дружины. Тех, что в городе оставили. У них мечевая подготовка была с утра. А сейчас будет рукопашка. Пойдем, переоденешься. Только потеплее закутайся и посиди в уголочке. Или тебя оставить рысятам на растерзание?
– Нет-нет! Давайте не сегодня. У меня от впечатлений уже голова кругом идет.
– Понимаю. Тебя покормить или до обеда в моем доме дотерпишь?
– Дотерплю, – мужественно согласилась Лера, хотя желудок уже сводило от голода.
Хозяйка кабинета села за стол, наскоро просматривая бумаги и не обращая внимания на шуршащую за ширмой девушку.
– А что за программа у вас в школе? Никогда ничего похожего не видала.
– Мы готовим телохранительниц. Для знатных женщин этого города. Такого здесь никогда не было, всегда охранниками были мужчины. Но в этом-то наша фишка.
– Ого. Как неожиданно.
– Позже сама поговоришь с девочками и поймешь, насколько мы правы с этой идеей.
Переодевшаяся и закутанная в плащ Драгомира, Лера присела на стул для посетителей, ожидая пока Яра освободится.
– Яблоки на столе возьми, – не отрывая глаз от бумаг кивнула Яра, – сгрызи сейчас сколько хочется и парочку с собой прихвати. Таких как здесь, ты точно не ела.
– Спасибо, – не стала отнекиваться Лера и с удовольствием впилась зубами в желто-зеленое яблоко с кокетливым розовым бочком. При первом же хрустком надкусе сладкий сок брызнул во все стороны, «украсив» и лицо, и одежду.
– Ой!
– Ничего страшного. Держи полотенце, – Лера протянула небольшой рушник и вновь углубилась в чтение, – еще несколько минут и пойдем.
– Я вас совсем не тороплю.
– «Тебя». Я сама себя тороплю. Парни молодые, дури много. А воеводы нет. Без присмотра оставлять нельзя.
– Мне кажется вам… тебе секретарь нужен. Чтоб с бумагами помогать.
– Мне тоже так кажется. Но никого подходящего я пока не нашла. Или соображают медленно или работают со скрипом. Мне легче самой что-то сделать, чем за кем-то переделывать. Подожди-ка, у меня где-то в шкафу завалялась, – Яра пошуршала на верхней полке и выудила премилую шапочку, обитую темным мехом. Не задумываясь натянула ее на голову «родственницы» по самые брови, – вот так, чтоб ушки не замерзли. Да и голова может быть мокрой после тренировки. Зачем нам ненужные простуды?
– Говорите как один зловредный беловолосый дядька!
– Лера, чуть больше уважения к своему преподавателю! – рассмеялась Яра. – Особенно перед директором школы.
Глава 11.
Занятия части старшей и младшей дружины решено было объединить. Почти всю дружину князь забрал с собой, оставив в городе едва ли не пятую часть.
Лера старательно отводила глаза от сражающихся мужчин, но почему-то постоянно натыкалась на яркую улыбку кудрявого парня, который назвал ее снежинкой. Тот демонстративно поводил широченными плечами, красуясь в ее сторону после особо удачного приема и атаки. Девушка смущенно отводила глаза, но не смотреть на него было невозможно – уж слишком хорош был молодой воин.
Тренировка проводилась по негласно сложившимся правилам, которые никто не оспаривал. Лера с большим интересом следила за разворачивающимися действиями и даже ее непрофессиональному взгляду было заметно, насколько тренировка у девочек отличалась от тренировки княжеской дружины. Особенно интересна была техника молодых представителей войска. Мало того, они разительно отличались ростом, едва ли не на голову превышая более возрастных представителей дружины. Так еще помимо мощи, в каждом движении у «молодых» чувствовалось техника владения собственным телом. Техника, в которую было вложено немало сил и пота.
Наиболее технически подкованным и эффектно сражающимся был тот самый улыбчивый парень – Добрыня. Несмотря на легкость в общении и шутки, которые он время от времени бросал коллегам, сражался он с полной отдачей, абсолютно не жалея себя и противника. Это было страшно и завораживающе-красиво одновременно.
Лера, закутанная в плащ, сидела в уголке, возле жаровни. И тепло, и гарантированно не попадешься под руку разгоряченных бойцов. У них же ручищи ого-го! Девушка во все глаза глядела, как Яра, будучи на голову ниже большинства молодых воинов, абсолютно бесстрашно подходила к любой из пар. Давала указания или резко осаживала тех, кто забывался в спарринге. Слушались ее беспрекословно. Субординация была выработана давно, каждая из сторон строго ее придерживалась. Казалось никому и в голову не приходило перечить хрупкой на фоне могучих бойцов женщине. Каждый из них признавал ее авторитет.
Мужчины и парни выкладывались так, что Лера невольно запыхалась просто смотреть на их тренировку. Вслед за ними захотелось научиться делать что-то этакое, кровожадное. Чтобы никого не бояться и уметь постоять за себя.
Закончив отработку приемов и спарринги, Ярослава напоследок задала еще какое-то немыслимое количество отжиманий, прыжков и приседаний. Однако, ни у одного из бойцов это не вызвало даже гримасы недовольства. Словно идет нормальная рутинная работа. Вот же зверюги выносливые!
Закончив с мужчинами, Яра подошла к закутанной по самый нос девушке.
– Я закончила, можем ехать.
– Ехать? Это получается, на лошади? – с кислой миной спросила Лера.
– А что за отсутствие энтузиазма? – поинтересовалась Яра.
– Как оказалось, я страшно боюсь ездить на лошади.
– Ты что, раньше никогда не ездила верхом?
– Если, честно, я только сегодня утром лошадь живьем и увидела. Они огромные, страшные еще и фыркают.
– Ребенок, ну ты даешь! – усмехнулась Яра, – даже не буду думать, как Драгомир тебя убедил залезть в седло.
– Как-как? Угрозами и шантажом. Мне кажется, это его любимые способы.
– Вот тут не могу с тобой не согласиться. Драгомир обычно не церемонится с людьми, так что ты – не исключение. Можем сделать так: либо пойдем до дома пешком, здесь в принципе недалеко. Либо все-таки поедем, потому что тебе следует преодолевать страх. Здесь кроме верховых лошадей никакого транспорта нет и в ближайшее время не предвидится. А со мной все же не так страшно, как с Драгом. Тебе будет немного легче.
– Наверное, лучше второе. Но, пожалуйста, не смейтесь надо мной. Я ужасно боюсь высоты. Любой. А здесь не лошади – это какие-то лестницы в небо.
– Они – самые обыкновенные, это у твоего страха глаза велики. Единственное, мне нужно выловить собственного сына. Тут у него два основных места дислокации: либо на кухне, где его кормят чем-то вкусным. Либо ошивается на женской половине и строит глазки всем девочкам от пяти до пятидесяти.
