– Почему-то в голову лезла странная встреча с реконструкторами и их «принцессой». Причём тут они? Не знаю, но…
Кстати.
Я пошёл в прихожую и достал из сумки увесистый мешочек с «золотом» и достал из него одну монетку. Небольшой кругляш, сантиметра три в диаметре, толщиной в пару миллиметров. Нашёл на кухне весы и кинул на них монетку. Фигассе!
25 граммов. Напряг свой склероз, и присвистнул. А монетка-то реально золотая! Причём проба явно повыше 525-й. Охренеть, дорогая редакция…
Я высыпал монетки из мешочка и пересчитал. Двенадцать монет. Тааак…
Триста грамм, да при нынешней цене на золото, и текущем курсе… ого, больше полутора лямов рублей! Нормально я на лошадке покатался.
Ар ю гангстерс, гайз? Ноу, Уи ар рашен реконстракторс9…
Забавно. По всему выходило, что я реально спас принцессу. Не, я не совсем чокнутый, откуда у нас взяться принцессам. Но вот дочка какого-то олигарха, бесящаяся с жиру – запросто. Заигралась девочка, бывает. А тем более сейчас, когда с этими санкциями деньги особо потратить некуда. Вот и изгаляются, как могут.
Но я не против, у богатых свои причуды. Я и сам, когда поднял с крипты пару миллионов долларов, слегка чудил. А тут у людей миллиарды. Съедет крыша, хочешь – не хочешь…
Кстати, она говорила, что на монете отчеканен её папа. И кто у нас папа? Я пристально всмотрелся в профиль. Благолепин? Аксельберг? Нет, не похожи. Да и поскромнее себя ведут их отпрыски, в светскую хронику попадают не часто. Аронов? У него вроде сын, хотя профиль чем-то похож… Нифонтов? Тоже нет… Ладно, не важно, потом разберёмся.
Так, и что мне теперь с этим делать? Сдать монетки всегда успею, тем более, не понятно, куда. Значит, пусть пока полежат. Что у меня с наличностью? Счета и акции это хорошо, но прямо сейчас они недоступны.
Я пошёл в прихожую и открыл сейф. Пересчитал, получилось чуть менее девятисот тысяч рублей. Этого достаточно, чтобы относительно безбедно прожить три месяца даже в Сочи. На сколько затянется кризис? Не думаю, что очень надолго. Пару дней, и всё рассосётся, скорее всего. Ну, неделя, не больше. Значит, стоит закупиться самым необходимым на эту самую неделю. Часть я купил вчера, часть надо докупить сегодня. В первую очередь, надо заправить полный бак, и ещё пару канистр, точно не помешает. Насчёт остального разберёмся по ходу пьесы.
С этими мыслями я решительно встал и поехал за покупками.
Сев в машину, я снова включил радио. Пока ничего нового, и я включил музыку с флешки. Под чарующие звуки Dire Straits обдумывать ситуацию проще и приятней.
Заехал на заправку и залил полный бак. Купил две 20-литровые канистры и залил и их тоже, пригодится.
Кстати, я обратил внимание, что на улицах стало больше полицейских, а кое-где мелькали даже бойцы Росгвардии. Ясно-понятно, поддерживать порядок надо, а то мало ли что. Лично у меня возражений нет.
Прокатился по городу и набрал всякого, пока оставалось место в багажнике – вода, консервы, гигиена. На Кирова заскочил в торговый центр, и как-то так вышло, что ноги сами занесли меня в Kopis, оружейный магазин. Черт, долбанные стереотипы, в любой непонятной ситуации покупай оружие и патроны. Сразу после гречки, соли и спичек. А иногда и вместо.
Признаться, в оружии я не силён, но из того что было, продавец посоветовал мне карабин «Вепрь» со сверловкой Ланкастера10. Не нарезное, но из гладкоствола самое то. Как он мне объяснил, тут я вообще не Копенгаген. Хотя стрелять более-менее умею, уж в дверь с десяти метров точно не промажу.
До кучи докупил патронов, патронташ, пару охотничьих костюмов и большой рюкзак. А также палатку, спальник и набор походной посуды. Две пары хороших ботинок. Слегка подумав, добавил ещё полный противоэнцефалитный костюм и целую гору различных спреев.
Ну и ещё подумав, добавил рыболовных снастей. Пару спиннингов, лески, крючки, блёсны и прочие прибамбасы для маньяка-рыбака. Что я со всем этим буду делать завтра, когда дадут свет, откроют дороги, и жизнь вернётся в нормальное русло, я не знал. Но чуйка подсказывала, что лучше пусть лежит без дела, чем когда будет нужно, а его не окажется. А своей чуйке я привык доверять.
С трудом затолкав всё это в машину, я довольный поехал домой. Часть вещей я оставил в машине, но основное сгрузил домой. Квартира сейчас напоминала склад Вайлдберриз во время ревизии – горы разного товара, хрен пойми где что, и как в этой куче что-нибудь найти.
Осмотрел эту кучу с удовлетворением, и с чувством выполненного долга пообедал, чем Бог послал. Затем вышел на лестничную клетку и отключил свои пакетники в электрощитке. Достал инверторный генератор и вынес его на балкон. Соединил удлинителем с ближайшей розеткой и завёл. Так, теперь у меня есть свет, а значит можно зарядить ноут и телефон. Ну и вообще, вновь почувствовать себя человеком.
Не особо осознавая, что делаю, включил телевизор. К моему огромному удивлению, один из каналов работал. Правда, показывали там тоже самое, что и по радио. Нет, так дело не пойдёт, мне нужна информация. Я выключил генератор и вышел на улицу. Надо поездить, потолкаться среди людей, послушать, что народ говорит. В сотне сплетен и нелепых слухов вполне можно выловить крупинки истины.
Примерно два часа я кружил по городу, останавливаясь в людных местах и прислушиваясь к разговорам людей. Да, какого только бреда я не услышал!
– Дорогу размыло, сель сошёл…
– Говорят, Москвы больше нет, ядерная война случилась, и всё…
– Инопланетяне, точно вам говорю, инопланетяне! Соседки сын в Лоо поехал, а на дороге, пока её ещё не закрыли, встретил двух инопланетян. Рожи синие, кожистые, росточком метра полтора… да не пьёт он, и вообще, за рулём был! Да идите вы…
– И все-таки ядерная война…
– Да бросьте, какая война, это учения. По линии МЧС и Минобороны. Мне зять говорил, а он при должностях…
И так далее, и тому подобное. Версий много, у всех «достоверные источники». Верить, естественно, нельзя никому. И при этом, что странно, любая из версий может быть правдой.
Пока я перемещался от толпы к толпе, мне, наконец, улыбнулась удача. На перекрёстке Ленина и Калинина я увидел знакомое лицо. Славик, а точнее, старший лейтенант полиции Афанасьев Вячеслав Анатольевич, мой приятель и коллега по картинговым гонкам.
Я припарковал машину и подошёл к гаишнику. Тот был мрачнее тучи, и было видно, что я ему сейчас как зуб в носу, но от меня так просто не отделаешься, когда надо, я могу быть прилипчивым, словно клещ. Славик с одного взгляда понял, что сейчас его будут допрашивать, и с кислой физиономией пожал мою руку.
– Привет, – поздоровался я.
– И тебе не кашлять, – буркнул он, и яростно замахал полосатой палкой – проезжей давай, чего ты тут разглядываешь!
– Нет, ну ты видал? – это уже мне – и так всё через жопу, и эти ещё…
Я сочувственно покачал головой, мол, да, ты прав, совсем народец никудышный пошёл. Славик уловил моё настроение, и пристально посмотрел мне в глаза.
– Что? – спросил он мрачно.
– Всё плохо? – в тон ему спросил я.
– Да п… дец, лучше не спрашивай.
– И всё же?
– Серёга, говорю же, лучше не спрашивай. Что положено, населению доведут. В своё время.
– Так то населению, а ты мне скажи.
Славик снова скривился.
– Да не могу я, пойми, не могу. Мне же голову оторвут.
– Да брось, колись давай. Или я больше не буду тебя учить.
Иногда я давал Славику картинговые уроки, просто так, бесплатно. И вот теперь я был вынужден пойти на шантаж.
Тот обречённо махнул рукой.
– Боюсь, твои уроки больше не понадобятся… – пробормотал он.
– В смысле?
– В коромысле. Тут жопа полная творится, а ты про картинг.
– Так ты просвети меня, я тогда тоже буду в курсе. Может уже пора место на кладбище занимать?
– Может и пора, хотя тебе не дадут. У тебя прописки местной нету.
– Да иди ты, обойдусь, – усмехнулся я – колись давай, чего это ты помирать собрался? Выглядишь довольно бодро, вон палкой как машешь, энергично. А в свисток свистишь, так прям вообще, песня.
– Заткнись уже, умоляю… ладно, всё равно завтра всё будут знать. Долго население в неведении держать не получится.
– Тааак, я весь внимание!
– Короче, только никому, понял?
– Я могила, – искренне заверил я, жестом застегнув рот на молнию.
– В общем, не знаю как так получилось, но внешнего мира больше нет.
– В смысле? Большая война? Почему тогда по нам не жахнули, тут полно военных объектов, и правительственных тоже.
– Не в том смысле, – ответил Славик – мир как бы есть, но… это какой-то не тот мир. Не наш.
– Что ты имеешь ввиду? – не понял я.
– А то и имею. В общем, как свет вырубили, попытались мы дозвониться до энергетиков. Нихрена, связи нет. Послали гонца, узнать, что да как. А те ни сном ни духом, говорят, прекратилась подача электричества извне. Да, у нас тут есть парочка мелких станций, обещали к вечеру подключить часть города, в основном критические объекты, но сути дела не меняет, из-за пределов Большого Сочи подачи энергии нет. Связи с Краснодаром тоже нет. И с Москвой. И вообще ни с кем.
– Ну это, с общих чертах, я уже понял, новое что-то будет?
– Вот тебе новое, – хмыкнул гаишник – отправили мы нарочного в Краснодар, так он доехал только до Лоо и вернулся.
– Почему?
– А потому что дороги дальше нет.
– Смыло?
– Нет, её просто нет. Как и не было. Заезжаешь за Лоо, и асфальт просто обрывается. А дальше просто лес, безо всяких признаков дороги. И вообще разумной жизни.
Я почесал затылок.
– Как так-то? Это нарочный вам рассказал?
Славик усмехнулся и протянул мне свой телефон.
– На, смотри.
Ну я и посмотрел. Действительно, дороги нет. Асфальт отрезало, будто ножом. И не только асфальт. Вон, справа от дороги, так же отрезало участок забора, ещё чуть дальше бессильно повисли на столбе электрические провода, перерезанные той же неведомой силой. М-да… интересненько.
Я отдал телефон гаишнику и спросил:
– А с другой стороны?
– Тоже самое, – коротко бросил он – и в сторону Красной поляны тоже. Мы отрезаны со всех сторон. Я, же говорю, внешнего мира больше нет. Он исчез.
– Или исчезли мы… – пробормотал я.
– Что? – не понял Славик.
– Да так, мысли вслух.
– Ааа, ну ладно. Серёг, только никому, прошу тебя, хорошо?
– Без проблем, – заверил я приятеля – кстати, а что насчёт вояк, у них инфа есть?
– Если и есть, они с нами не сильно делятся, – скривившись ответил Славик – но говорят, что они полетали по округе на вертушке.
– И что видели?
– Да всё то же самое. Разве что очертили границы территории, которая сохранилась. И она не очень большая, от Адлера, чуть за речку, и до Лоо, это вдоль побережья, и километров от пяти до десяти в горы. Дальше чужая территория.
– А Расуловский прокат как раз примерно в этой зоне… – пробормотал я.
– И как?
– А его нет. Я кататься приехал, поседлался и ушёл в горы верхом. А когда вернулся, проката уже не было. А моя машина была, правда её утащило в балку и приложило о дерево, – я кивнул на вмятину на крыле.
– Легко отделался, мог бы вообще пешком возвращаться, – улыбнулся Славик.
– Не, верхом бы приехал. Блин! – я стукнул себя ладонью по лбу – там же Бублик один остался, привязанный к дереву. Сдохнет, бедняга…
– Или волки съедят, – предположил гаишник.
– Жалко, – ответил я – ладно, что-нибудь придумаю. Спасибо за инфу.
– Есть ещё нюанс, не знаю, связанный с этим или нет…
– Какой? – заинтересованно спросил я.
– Ты заметил, что стало жарче?
Я задумался.
– Ну вроде да, но сейчас же лето, тут всегда так…
– В июне редко такое. Скорее июль-август. Температура под сорок, куда нафиг?
– Это да. Но я жару люблю, поэтому особо внимания не обратил.
– И сутки вроде как больше стали.
– В смысле? Наоборот, как-то раньше стало темнеть.
