Второкурсницы решили внести некоторую ясность. Хотя чужие успехи и были другим людям как бельмо на глазу, надо признать, что Тарасовы делали их универ более узнаваемым среди других учебных заведений, а от этого у самих студентов появлялись некоторые привилегии. Поэтому хочешь не хочешь, а отзываться о них будешь с гордостью, сам того не замечая.
– Вика Тарасова подающий надежды талант, претендующий на звание лучшего разыгрывающего в баскетболе среди универов. Поговаривают, что ей уже с конца второго курса поступают предложения от профессиональных команд. Но она решила, что доучится и получит диплом, а только потом уйдёт в большой спорт, – первокурсницы понимающе закивали.
Играть на мировой арене очень впечатляюще.
– А Влад Тарасов светило среди студентов. Ум и красноречие позволили ему стажироваться в качестве помощника адвоката Вязенского. Он лично подал запрос в универ, – девушка подняла палец вверх, придавая следующим словам больший вес в глазах подруг. Понизила голос и пододвинулась ближе, создавая атмосферу тайны, будто бы передавала совершенно секретную информацию. – А он вообще никого к себе не берёт, не говоря уже о студентах. Ходят слухи, что Влад участвовал в нескольких громких делах и даже способствовал раскрытию преступлений.
– О, – девушки восторженно охнули.
Помимо привлекательной внешности брат с сестрой обладали выдающимися способностями.
– Слышала, что у их родителей какой-то бизнес, связанный с недвижимостью. Вероятнее всего, кроме личных достижений каждый в своей сфере, они ещё и унаследуют семейный бизнес.
Первокурсницы синхронно закивали, взволнованно перешёптывались с подругами, с жаром выпытывая новые подробности. После такого красочного экскурса хотелось узнать больше.
Влад, довольно улыбаясь, придерживал дверь, пропуская сестру вперёд.
– Чего лыбишься? – усмехнулась Вика.
У брата последние пару минут не сходила с лица нахальная ухмылка.
– Да так, – тот пожал плечами. – Там какие-то девчонки шептались, что мы красавчики.
Ви привычно закатила глаза и под чужой смех зашла в нужный кабинет. На неё в ту же секунду налетело розовое торнадо, едва не сбивая с ног. Влад злорадно захихикал на жалкие попытки сестры выбраться из розового плена, пока маленькие ручки не схватили в тиски и его.
– Ребята, наконец-то!
Близнецов, согнувшихся в три погибели, крепко обнимала невысокая девушка, одетая в воздушное нежно-розовое платье. У Вики уже спина онемела, а у Влада вот-вот колени от неудобного положения подкосятся, однако блондинка никакого дискомфорта не испытывала, без зазрения совести тискала местную достопримечательность везде, до куда только могла достать.
Бывалые члены студсовета похожую картину лицезрели не первый раз, поэтому от дел не отрывались, лишь украдкой поглядывали в ту сторону: на Тарасовых всегда было приятно посмотреть. А вот новички, только вступившие в ряды студенческого совета, ошарашенно уставились на троицу, моментально забыв о своих задачах.
– Не обращайте внимания, – донеслось с самого дальнего стола, за которым восседал нынешний председатель студсовета. – И займитесь делами, у нас на сегодня много работы, – он выглянул из-за монитора, недовольным взглядом окинул ребят. Где бы ни появлялись близнецы, люди забывали обо всём на свете. – А ты, – обратился к блондинке, наконец, отлипшей от друзей к радости всех присутствующих, – у тебя есть пятнадцать минут, после жду в актовом зале.
Девушка ничего не ответила, но судя по её выражению лица, самое малое, что хотела, так это показать зануде язык. Но вместо этого схватила Тарасовых под руки и вылетела из кабинета, где моментально воцарилась гробовая тишина.
//
– Вот и я говорю, что не буду проводить этот идиотский опрос, пусть отправит кого-нибудь из второкурсников, а он упёрся, как и всегда, ну ты знаешь этот несносный характер. А потом…
– Кто это?
Рита проследила за заинтересованным взглядом подруги и обречённо вздохнула. Ничего не меняется.
Они сидели в кафетерии за привычным столиком и делились новостями за последние два дня с начала учёбы. Панкратова настолько занята делами студсовета, что совсем не было времени встретиться с близнецами. Приходилось выкраивать несколько перерывов между парами, чтобы увидеть лица друзей. Троица посидела вместе от силы пять минут, потом Владу позвонили с кафедры, попросили подойти к преподавателю, девушки остались одни.
– Твой вкус на парней всегда удивляет, а мы дружим со средних классов, на минуточку.
– Заканчивай, Ри, – хмыкнула Вика, делая ещё один глоток кофе.
Та брезгливо поморщилась в ответ, пробурчав под нос что-то привычное вроде «как ты эту бурду вообще пьёшь и остаёшься жива и здорова?». Порылась в сумке и выудила оттуда знакомый розовый блокнот, Ви в шутку называла его «Записки юного ФСБшника». Панкратова демонстративно пролистала несколько страниц, останавливаясь на нужной, и зачитала вслух.
– Максим Соколов, первокурсник. Поступил на факультет бизнеса и управления, у семьи своё небольшое дело. Родных сестёр и братьев нет, один ребёнок в семье, в отношениях не состоит.
– И как только ты умудряешься знать о каждом в универе?
Спортсменку удивлял этот факт каждый раз, как подруга демонстрировала свои способности. Рита лишь молча пожала плечами и захлопнула записную книжку. Что поделать, она информационный гений.
Вика сделала глоток американо и блаженно прикрыла глаза. Этот день она бы не пережила без привычной порции кофеина. Ри на это неодобрительно смотрит сквозь пальцы, надоело нудить, подруга всё равно не слушает. Поэтому она бросила ещё один недовольный взгляд на пластмассовый стаканчик, сама же сделала глоток смузи.
– Как ты можешь пить эту гадость и потом спокойно несколько часов наворачивать круги на площадке с мячом? – всё-таки не выдержала.
Баскетболистка усмехнулась и с интересом покосилась на розовую бутылку в чужих руках.
– Прости, Ри, но твоя зелёная жижа не вызывает во мне никакого желания, – Панкратова обиженно засопела, прижимая к груди «это», словно драгоценность какую прятала. Её всегда было весело дразнить. – Ой, а там что у тебя плавает? Это кусочек сельдерея или спаржи?
– Ви!
– Прости, прости, – спортсменка подняла руки вверх в знак примирения, – виновата, – виноватой совсем не выглядела, лишь мило улыбалась. Рита в курсе, что прячется за этой улыбкой, поэтому нисколечко не верила в раскаяние. – На чём я остановилась? Кхм, так вот, твоя здоровая бурда меня не привлекает, а вот тот золотистый ретривер очень даже.
– Да ты больная, – неверяще выдохнула Ри. – Если кто-нибудь услышит, то разнесёт сплетни по всему универу: прекрасная и недосягаемая Вика Тарасова, восходящая звезда женского баскетбола, слаба к красивым лицам. Серьёзно, твой интерес к хорошим мальчикам, когда сама таковой не являешься – абсурд. И как туда только затесался болван Кирилл? – поморщилась, вспоминая что-то не особо приятное. Отпила своего чудо напитка, твёрдо приняла удар поморщившегося лица подруги и невозмутимо продолжила говорить. – Он даже близко не золотистый ретривер, скорее доберман несчастный.
– Прекращай. – Вику утомляли разговоры о старых отношениях. Что было, то было, и нечего вспоминать о прошлом. – Это ошибка. Теперь-то я знаю, что на самом деле для меня привлекательно.
– Что?
Панкратова была любопытной до одури. Но зная подругу, она не должна была спрашивать. Ни за что. Однако жуть как интересно, вот и ляпнула. Ви хитро прищурилась, поманила её ближе и с энтузиазмом зашептала совершенно секретную информацию.
Не прошло и минуты, как Рита, сильно покраснев, резко вскочила со стула, чуть не скинув со стола напитки, и возмущённо воскликнула.
– Извращенка!
Голос у неё был громкий, хорошо поставлен, поэтому добрая половина студентов в кафетерии стали оборачиваться, пытаясь понять, откуда шум. В их числе был и Максим. Он сидел за столом неподалёку вместе с ещё несколькими ребятами. Они пили кофе, перекидывались редкими фразами, что-то вяло обсуждая. Каждый по большей части был занят собственным телефоном.
Но после праведного крика и они повернулись в их направлении. Ви посмотрела в сторону столика Соколова, их взгляды встретились, почему-то кровь прилила к щекам. Тарасова не могла вспомнить, когда последний раз смущалась, но чужие приподнятые брови и лёгкая, едва заметная улыбка заставили девушку почувствовать себя не в своей тарелке. Она, загадочно улыбаясь, опустила всё ещё стоящую подругу на стул рядом с собой и отвернулась к окну. Хватит уже внимание привлекать.
– Какого дьявола ты здесь шумишь? – шикнула на Ри, та обиженно засопела.
– Возможно, это потому, что ты иногда свою речь не фильтруешь?! – яростно зашипела в ответ девушка, возмущённо откинула светлые волосы за плечо. Она ещё и виноватой осталась, нормально вообще?! Она тут жертва! – Хочу стереть себе память за последние пять минут, – неловко улыбнулась ребятам, всё ещё наблюдающим за их столиком, последовала примеру подруги и отвернулась от любопытных лиц. Вид из окна просто потрясающий.
– Королева драмы, честное слово, – спортсменка закатила глаза, собирая вещи.
Пристальное внимание ей никогда не нравилось в отличие от брата. Тот был рождён всегда быть среди людей, в самой гуще событий, излучая ауру «в центре Вселенной». Вике подобные вещи не были по душе. Она предпочитала находиться в тени, управлять всем оттуда. Влад в шутку зовёт её Серым кардиналом, та не возмущается, ведь так в семье их и прозвали Солнцем и Луной.
– Извращенка.
– Извращенке пора на пару, – баскетболистка усмехнулась, нежно потрепала чужую макушку и поднялась с места. – И тебе тоже, между прочим.
– Иду я, – Ри наспех собирала вещи в сумку в попытках нагнать лучшую подругу. Попробуй потом ещё догнать эти модельные ноги. – Нет, серьёзно, больше ни с кем таким не делись, ладно?
– Как скажешь.
3.
Библиотека закрывалась в шесть вечера, а Тарасовой позарез нужно туда попасть, чтобы забрать методичку по менеджменту. Преподавательница была очень строгой, поэтому все у неё по струнке ходили, а экзамен являлся болезненной темой всего потока. Из-за этого баскетболистка летела по коридору, на ходу запихивая кроссовки в спортивную сумку. Никто не хотел впасть в немилость к Калининой.
«Пантеры» только что закончили с тренировкой, и у Вики ровно двадцать минут, чтобы забрать нужный материал. Завтра по расписанию семинар, без методички можно было и не мечтать там появиться. Препод её съест. И каким образом получилось, что книг не хватило только её группе? Администрация просила подождать неделю, преподавательница злилась на студентов. Ситуация была неприятная.
Спортсменка минула ещё один коридор, уже переходя с быстрого шага на бег, наконец, добираясь до нужной двери. В запасе ещё десять минут, как раз успевает. Дёрнув ручку двери на себя, Ви неуклюже спотыкается на пороге, зависает в полёте на пару секунд, успевает зажмуриться и болезненно поморщить нос, но не падает. Врезается лбом в чью-то твёрдую грудь и замирает на мгновение.
Теплая сильная рука мягко поддерживает за поясницу, не давая упасть. А лоб девушки методично двигается вместе с размеренным дыханием человека напротив.
«Господи, ну что за день»
Ужасно стыдно и неловко, взгляд поднимать совсем не хотелось. Тарасовой и на чужой груди неплохо. Всяко лучше этих скомканных извинений и смущённого лица. Она обречённо вздохнула.
– Ты в порядке? – послышалось чуть выше, по лбу прошлась лёгкая вибрация от глубокого мужского голоса.
«А ты в порядке, обладатель шикарного баритона?»
– Да, спасибо, – неловко отодвинулась. Рука с поясницы тоже исчезла, оставляя после себя приятный отпечаток тепла. Ви подняла голову, рассматривая своего спасителя.
«Ага, ну здравствуйте»
Это был тот самый человек, который был в кафетерии. Мистер «Хороший мальчик».
Парень обеспокоенно осматривал Вику с ног до головы. Она была уверена, если бы у него была возможность покрутить её в разные стороны, то он бы это сделал.
Они несколько секунд переглядывались, а когда Ви отвела взгляд, то наткнулась на повреждённую руку спасителя.
Пластиковый стаканчик, зажатый в руке, весь мокрый, на полу растеклась небольшая коричневая лужица, а запястье парня покраснело. Значит напиток был горячим. Она буквально облила его горячим кофе, а он и бровью не повёл?
Баскетболистка недовольно нахмурила брови.
– Пойдём, – схватила Максима за другую руку и потащила несопротивляющегося пострадавшего в первый попавшийся туалет.
– Это мужской, – попытался возразить Соколов, но Ви уверенно распахнула дверь уборной, направляясь к стене, вдоль которой стояли раковины. В помещении никого кроме них не было.
– А это, – обернулась, кивая на покрасневшее запястье, – форс-мажор.
Включила воду, отрегулировав на холодную, небрежно обронила парню позади себя.
– Раздевайся.
– Что, прости? – в зеркале на неё уставилась удивлённо вытянутая мордашка. Вика усмехнулась.
– Снимай куртку, хочу оценить степень тяжести.
Максим молча скинул косуху, бросил её на подоконник, оставаясь в рубашке. Закатал рукава по локоть, ожидая дальнейших указаний, спортсменка удовлетворённо кивнула, подзывая парня к себе.
– Нужно подержать под холодной водой несколько минут, возможно, придётся нанести ещё и мазь, – аккуратно взяла в свои ладони повреждённое запястье, разглядывая ожог. Кожа покраснела, но осложнений в перспективе быть не должно.
Направив руку под холодную струю воды, Вика повернулась к Максу. Тот, слегка согнувшись, молча наблюдал. Непривычно было видеть, как человеку рядом с ней приходилось наклоняться. Рост Тарасовой выше среднего, поэтому обычно ей приходилось это делать, особенно с Ри. Лучшая подруга совсем дюймовочка, за что близнецы всё время над ней подшучивали. А этот парень в силу своих физических данных мог подшутить над ней точно так же, как и она над Панкратовой.
– Думаю, я уже её в принципе не чувствую, – хрипло произнёс Максим, аккуратно сжимая и разжимая левую ладонь.
Вода из крана лилась ледяная, Ви спохватилась её выключить, порылась в сумке и достала оттуда упаковку сухих салфеток. Вытащив несколько штук, стала аккуратно протирать чужое запястье.
– Ожога не будет, – придирчиво осматривала ладонь. Длинные пальцы, вены и костяшки красиво расположились в её руках, которые тоже маленькими не назвать, однако, как и с ростом, в сравнении с его – у неё лапки. – Так что просто не напрягай её, через некоторое время краснота спадёт, – Соколов кивнул, с интересом наблюдая за действиями Ви, та всё ещё возилась с салфетками. – Ну вот, теперь всё в порядке. Хочу купить тебе кофе взамен того, что пролился по моей вине.
– Как скажешь, – Макс подошёл к подоконнику за курткой, накинул её на плечи. Вика проводила взглядом широкую спину, оценив весьма крепкое телосложение. – Но разве ты не спешила в библиотеку?
Изо рта девушки раздался нечленообразный звук, что-то среднее между обречённым стоном и мольбой о помощи.
– Ага. Либо методичка по менеджменту к завтрашнему семинару, либо мной отобедают, – схватила сумку и, не прощаясь, помчалась к библиотеке, на ходу молясь всем богам, о существовании которых только знала.
//
Часы показывали 18:05, спортсменка обречённо дернула дверную ручку, которая, естественно, не поддалась. Она опоздала.
В конце концов, сделала доброе дело, успокаивала себя Вика, хотя Максим по её же вине и пострадал. Ладно, она обдумает это после.
Недавнее происшествие отошло на второй план, сейчас в приоритете было решить проблему с учебным материалом на завтра. Эта пара ещё, как назло, первая с самого утра стоит.
Ви чертыхнулась, выходя из корпуса и на ходу доставая телефон, в трубке раздались два коротких гудка.
– Да, систр, – на фоне слышались мужские голоса, смех и музыка.
– Кто-то из твоих знакомых есть на моём потоке? Я не успела взять методичку в библиотеке, а пара завтра утром, – на том конце резко стихла музыка. Можно было различить отдалённый голос брата и ещё нескольких парней.
«Если бы у меня была эта книжонка, не раздумывая бросил её к ногам твоей сестры. Я бы Феечке баскетбола не только бы её отдал. Ауч! Больно вообще-то!»
Вика улыбнулась. Несмотря на показательную ветреность брата, он ревностно охранял её честь и достоинство. Иногда и до смешного доходило. Рыцарь, блин.
Прошло ещё несколько минут, прежде чем Влад снова ответил.
– У соседа по комнате моего друга она есть, но он сейчас не в городе. Смогу добыть её только на вторую половину пары, – Ви облегчённо выдохнула, это лучше, чем ничего.
– Да, огромное спасибо, ты лучший.
– С тебя причитается, систр.
– Конечно, бестолочь. Аккуратнее там.
Она повесила трубку и с приподнятым настроением села в машину. Проблема решилась, и дышать стало гораздо легче.
4.
«Нужно пережить первые сорок пять минут, а дальше – проще»
