– …Вы понимаете, что у меня теперь панические атаки? Я задыхаюсь, я не выдерживаю случайное соприкосновение с мужчиной, чтобы не покрыться при этом мурашками от отвращения! Я совсем одна в этом городе! А если бы в такой же ситуации оказалась ваша девушка или сестра??
Но всё это бессмысленное сотрясение воздуха. Все решения уже давно приняты за моей спиной. Следователь – просто пешка, что он может?
Понимаю это и поднимаюсь со стула, уже не слушая его очередное «мы во всём разберёмся». Не прощаясь, перекинула свою сумку через плечо и стремительно вышла, покинув кабинет.
Хочется выть от бессилия! Воронка разочарований и отчаяния засасывает меня всё глубже, убивая внутри веру в справедливость. Стремление начать всё сначала, мирно дожидаясь суда, разбилось о горький привкус осознания продажности нашей системы правосудия.
Как оказалась, это ещё не все беды, свалившиеся на мою голову.
Последней каплей стал пожар…
Несколько дней спустя, возвращаясь вечером с очередного неудачного собеседования по устройству на работу, я увидела, как у моего дома стоят две пожарные машины.
С четвёртого этажа валит чёрный дым, а внизу стоят зеваки, снимая это на телефоны. Мне потребовалась пара минут, чтобы сообразить, что это моё окно. Горит моя комната. Точнее, не моя, – арендованная. Что в разы хуже.
Даже не удивилась. Не стала плакать, причитать, или бежать туда в попытке что-то спасти. Хорошо хоть, все документы при мне – брала на собеседование.
Только платье жалко.
Шифоновое платье в пол с открытыми плечами, яркое, летнее, дорогое. Ни разу не надела. Оно висело в шкафу, как маяк, освещающий путь в новую жизнь.
И теперь оно сгорело, вместе с надеждой на счастливый финал.
Молча сажусь на железное ограждение у тротуара, смотрю, как тушат огонь.
Вибрирует телефон. Разблокировав экран, читаю сообщение с незнакомого номера: «Это последнее предупреждение».
Нервно усмехаюсь, но по спине всё же пробегает мерзкий холодок.
Отыскала и набрала телефон Марины. Стараясь говорить спокойно, попросилась переночевать. Знаю, что обременяю – она живёт в маленькой хрущёвке с мужем-алкоголиком и малолетним сыном. Но больше мне не к кому обратиться.
– Конечно, приезжай, что за вопросы! – воскликнула подруга. – А что случилось? Голос какой-то странный!
– Всё в порядке. Скоро буду. – Если сейчас не отключу вызов, разревусь прямо в трубку.
По дороге к метро зашла в мобильный банк и посмотрела остаток средств на счёте своей дебетовой карты… На бутылку коньяка хватит. Без «анестезии» уже не обойтись.
Глава 6
– Что с ним? – Аркадий Борисович хмурился, глядя на сидящего перед ним сына.
Кирилл был эмоционально возбуждён, часто менял позу, ёрзал по дивану и шмыгал носом. На лице блуждала глупая улыбка. Глаза бегали по роскошной окружающей обстановке гостиной загородного дома Сибирских, не задерживаясь ни на чём конкретно.
На его скуле проступил свежий отёк от удара.
– Кокаин. Вытащил его из закрытого клуба на Новом Арбате. Пришлось повозиться, – сопротивлялся. – Тихо отозвался стоящий позади дивана Игнат, оправдываясь за применение силы.
Аркадий с минуту молчал, затем с размаху ударил Кирилла кулаком в челюсть. Тот упал, по-детски захныкав, катаясь по полу и изображая сильную боль. Затем неожиданно громко рассмеялся.
– Воспитатель, сука! – сплюнув кровь на сияющий чистотой паркет, пропел Кирилл. – Поздновато, пап! Мальчик вырос. Может и ответочку дать!
– Хуеточку! – Рявкнул Аркадий, с презрением глядя сверху вниз на его неудачные попытки встать. – Мразота неблагодарная. Ты хоть знаешь, в какое дерьмо влез из-за своей девки?? А разгребать должен я, пока ты развлекаешься по притонам?!
Кирилл изменился в лице и замер, пытаясь сосредоточиться: «Полина? А что с ней?»
Аркадий едва держал себя в руках, что было заметно по его покрасневшему лицу и вздувшимся венам, а также по тому, как он сжал кулаки, словно раздумывая над очередным ударом.
Несмотря на свой почтенный возраст и серебряные виски, он был в хорошей физической форме. Игнат всерьёз опасался, что босс покалечит своего наследника, и потом сам же будет жалеть об этом.
– Твоя Полина упёрлась, как баран! На мировую идти не хочет, принципиальная, мать её! Знаешь, сколько бабла я вложил, и, судя по всему, вложу ещё, чтобы тебя отмазать?! Если моя предвыборная компания накроется из-за твоей выходки, я тебя с землёй сравняю, и девку твою заодно!! Не пойму, тебе что, баб мало?! Какого хрена на официантку залез?!
Кирилл наконец сумел подняться и сесть в кресло. Откинул голову назад, закрыв глаза и выдохнул: «Пап, я её люблю».
Аркадий поморщился, с разочарованием глядя на своё детище. Сам виноват. Слишком многое позволял ему.
Отвернулся от сына, обратился к Игнату. Голос был холоден и непреклонен: «Отвези его в наркологическую клинику, найди лучшую. Заблокируй все его банковские карты. Вопросы по оплате – через меня лично. И ещё. Узнай, кто его наркотой снабжает и отправь туда ребят, пусть разъяснительную работу проведут. Анжелику мне привези в офис, срочно. Я еду туда».
Игнат коротко кивнул.
Кирилл будто не слышал отца, продолжая купаться в своих фантазиях.
Его мысли были далеко от этой гостиной, рядом с девушкой с очаровательными ямочками на щеках, золотистыми волосами и чистым взглядом необыкновенных синих глаз. Под кайфом её образ в его сознании казался ещё ярче и притягательнее.
Да, переборщил той ночью. Но она такая красивая! Чистая и недоступная. Чем больше отталкивает его, тем больше он хочет её себе!
«Моя будешь, никуда не денешься. Только моя». – Пробормотал Кирилл.
Спустя несколько часов, в офис Аркадия Сибирского вплыла эффектная, загорелая блондинка. Немолодая, но ухоженная, в стильном брючном костюме цвета спелой сливы, с элегантным шелковым шарфиком на тонкой шее.
С её появлением кабинет наполнился ароматом дорогих духов, а также энергетикой недовольства и высокомерия.
– Какого чёрта, Аркаша! – раздражённо проговорила она, по-хозяйски кидая сумочку на кресло перед его письменным столом. Выпрямившись и уперев руки в тонкую талию, окатила бывшего мужа гневным взглядом.
Аркадий в ответ пробежался глазами по её фигуре: «Анжелика. Хорошо выглядишь».
– Твой верзила для этого оторвал меня от дел и притащил сюда? Чтобы я выслушивала твои безвкусные комплименты? – Она кивнула на стоявшего позади неё Игната, который с беспристрастным лицом смотрел на босса, ожидая дальнейших указаний.
Получив разрешительный кивок, развернулся и вышел, прикрыв за собой дверь.
– Присядь, надо поговорить.
– Я не сяду, пока ты не объяснишь, что происходит! – Голубые глаза метали молнии. Когда-то она была красива и эффектна, но время берёт своё, подумал Аркадий, откинувшись на спинку своего кресла, щупая её взглядом, подмечая паутинку морщин на лице и шее.
Он никогда её не любил, но в былые время спал с ней не без удовольствия. Она же любит его до сих пор. Знает, видит, чувствует.
В результате их фиктивного брака много лет назад произошло слияние двух мощных строительных компаний. Затем смерть его отца, потом её родителей, бракоразводный процесс, её бесконечные истерики… В итоге теперь Аркадий Сибирский является президентом строительной корпорации, одним из богатейших бизнесменов столицы. А Анжелика весьма припеваючи существует на дивиденды от своих акций.
Их с Анжеликой связывает только сын, Кира. Кстати, о нём…
– Наш сын под коксом изнасиловал девушку, на него заведено уголовное дело. Киру пытаюсь отмазать, но девка больно упрямая. Но если об этом инциденте прознает пресса, моей избирательной кампании конец. – С ходу произнёс он. – Думаю, ты понимаешь, чем это грозит. Люди, что вкладывались в меня, захотят компенсации. Это очень серьёзные люди, Анжелика. Мы можем потерять бизнес.
Анжелика побледнела, гнев испарился, сменившись на растерянность, а затем страх. Но тут же собралась и довольно быстро взяла себя в руки.
Она сделала глубокий вдох, затем развернулась и села в кресло, положив ногу на ногу: «Заплати ей за молчание. Сейчас всё покупается, вопрос в цене».
Аркадий усмехнулся: «Ты думаешь, что самая умная? Я пытался, девка не ведётся. Нам необходимо подстраховаться».
– Что ты имеешь ввиду?
– Она сейчас живёт у подруги. Прессанём подругу. Заявление официантка с испугу сразу заберёт, я уверен. Но остаётся риск, что новости просочатся в прессу. Предлагаю перевести все активы компании на Киру, как на стороннее лицо, не входящее в совет директоров. Якобы, мы продали ему бизнес. В этом случае если предвыборная кампания накроется, наши спонсоры не смогут ничего у меня отжать, кроме денег со счетов.
– Хорошо, конечно. Я тоже переведу свою долю на сына, если это поможет уберечь бизнес. Кира в курсе?
– Ему сейчас не до этого, я отправил его на реабилитацию. Сообщу, когда сможет мыслить здраво. Документы можем подписать и без него, медлить нельзя. Мы не можем рисковать компанией, ты же понимаешь.
Повисла пауза. Аркадий задумчиво посмотрел сквозь Анжелику и поразмыслил вслух: «Я бы с удовольствием перевёл фирму на Богдана, если бы не наш многолетний конфликт. Вот кто умеет думать, руководить людьми! В отличие от нашего избалованного сына».
Анжелика незамедлительно вспыхнула: «Только через мой труп! Твой незаконнорожденный сын опасен и непредсказуем, ему нельзя доверять…».
– Довольно рецензий! – Рявкнул Аркадий в ответ, закрывая болезненную для себя тему. – Давай ближе к делу.
Спустя полчаса расстроенная Анжелика выходила из кабинета бывшего мужа, в своей задумчивости не заметив, что ей преградил дорогу высокий, широкоплечий мужчина. В тёмно-сером деловом костюме и чёрной рубашке, распахнутой у ворота. Уверенно двигаясь к цели, он и не думал посторониться.
Едва не налетев на него, Анжела раздражённо вздёрнула подбородок: «Прочь с дороги!»
– Даже страшно подумать, иначе что. – Дерзко ответил Богдан, не сдвинувшись с места. – Здравствуй, мачеха.
Анжелика изменилась в лице. Они стояли так несколько секунд, буравя друг друга ненавидящими взглядами.
Всё изменилось.
Теперь это уже не та влиятельная жена Сибирского и его мачеха, которая всячески издевалась над ним. А он больше не тот неуверенный в себе подросток, приехавший в чужую страну в поисках родного отца и плохо знающий русский.
Проиграв в схватке взглядов, Анжелика сжалась от его бешеной энергетики и вынужденно отступила в сторону. Богдан прошёл в кабинет и демонстративно захлопнул дверь, не обернувшись.
За всей этой сценой наблюдала Оля, сидя за своим секретарским столом и плохо скрывая злорадство. Наблюдать за моральным падением этой высокомерной стервы – ни с чем несравнимое удовольствие. Её Богдан великолепен!
Ольга прерывисто вздохнула, вспомнив, как властно он берёт её во время секса и на губах невольно заиграла чувственная улыбка. В постели ему нет равных. Ни Игнат, ни кто-либо другой и рядом не стоял с Богданом Демиром.
– Что скалишься?! Работай! – Грубо бросила ей Анжелика.
Когда она ушла, Оля тихо прошептала: «Старая сучка».
Она вернулась к работе, но все мысли невольно возвращались к мужчине в кабинете её босса. От одного его взгляда она плывёт и теряет голову.
Когда через некоторое время он вышел из кабинета, она уставилась на него кокетливым взглядом из-под пышных наращённых ресниц.
– Как дела? – Богдан не спеша подошёл к её столу.
– Хорошо. Вам что-то нужно? – прямой взгляд, откровенный флирт.
Что ему нужно, она и так прекрасно знает.
Богдан мягко улыбнулся, кивнув ей в сторону подсобки.
Несколько минут – и она перед ним на коленях.
Богдан накрыл широкой ладонью затылок девушки, фиксируя её голову и вогнал внушительных размеров член, обтянутый презервативом, до предела, достав головкой до задней стенки горла. Девушка судорожно ухватилась за его бёдра, издав сдавленный звук, но он не остановился.
Толчок. Ещё и ещё. Резче, жёстче! Остервенело врезается во влажный рот, не обращая внимания на её слабые протесты.
Вскоре она прекратила сопротивление, испытывая своё странное, извращённое удовольствие от происходящего. Даже стала тихонько постанывать в такт его движениям, периодически вздрагивая от рвотных спазмов, когда он погружался слишком глубоко.
В тишине подсобного помещения отчётливо раздаются хлюпающие звуки и усиливающиеся женские стоны. Он толкается всё быстрее, словно спринтер бежит к своему финишу, увидев красную ленту!
Богдан беспощаден, – Ольга невольно захлёбывалась слезами, тушь потекла по щекам. Осознание того, что он берёт её, как грубое, ненасытное животное, безумно возбуждало. Она вся дрожала, сжималась, предчувствуя приближение бурного оргазма.
Наконец Богдан напрягся, поджав ягодицы, и зарычал в агонии желанной кульминации.
Последний толчок.
Кончил у неё во рту, наполнив основание презерватива до отказа. Она давно хотела попробовать его на вкус. Странная, неконтролируемая прихоть. Не раз просила его об этом. Но Богдан был непреклонен, всегда используя контрацепцию. Ольга полагала, что он просто слишком честолюбив, пребывая в неведении относительно истинной причины…
Мускулистое, поджарое тело расслабилось, Богдан удовлетворённо выдохнул: «Умница».
Он посмотрел вниз, чуть потянул девушку за волосы, заставляя посмотреть на него в ответ. Без улыбки провёл рукой по её спутанным волосам:
– Живая?
– Ты зверь, Богдан Демир. – Прохрипела Ольга, вытирая слёзы и порочно улыбаясь.
Ей нравилась его грубость. Нравилось, как звучит его фамилия. Не раз примеряла её себе. Нравилось в нём всё, кроме его потребительского отношения к ней. Но она так сильно влюблена, что пока готова довольствоваться и этим…
– Спасибо. – Он отстранился и отошёл, отрывая бумажное полотенце и приводя себя в порядок. – Есть новости про Аркашу? Новые партнёры, встречи, что-то, что я должен знать?
– Если бы было что-то важное, ты бы уже знал.
– Хорошо.
Ольга поднялась с колен, беззастенчиво любуясь красотой могучего мужского тела. Загорелый, крепкий, рельефные плечи, прокаченный торс – сложен, как античный Бог. Чёрные, как вороново крыло, волосы и острый проницательный взгляд придавали ему демоническую силу, абсолютную власть над ней, делая из неё безропотную марионетку!
Как же ей хочется хоть каплю его тепла и ласки…
Специально спала с Игнатом, чтобы больше узнать об Аркадии Сибирском. Знала, что Богдан под него копает. Хотела быть полезной для Богдана, нужной для него.
