Спустя несколько секунд Лилиана поняла, что он смеётся, подражая ей. Она стукнула его слегка кулаком по руке.
– Ладно, – сказал Макс, резко перестав смеяться, – Теперь твоя очередь дуть!
– Моя? – спросила Лилиана и от удивления стала чуть серьёзней. – Нет, спасибо, я уже не нервничаю.
– Нет, так не пойдёт! Надо дуть! Давай! – твёрдым голосом сказал Макс и в ожидании скрестил руки на груди и поставил ноги на ширине плеч. Так он решил проявить свою настойчивость, приняв позу важной статуи.
Лилиана поняла, что её отказ не принимается, и попыталась слегка подуть. Макс покачал головой, показывая, что упражнение выполнено неправильно. Тогда она набрала полные лёгкие воздуха и выдохнула, вытянув губы трубочкой. Получилось смешно. В это время мимо них проходила парочка, и парень с девушкой громко прыснули от смеха, когда Лилиана выдохнула. Лилиана тоже начала смеяться своим необычным смехом, от чего те двое, засмеялись ещё громче.
– Идём, – сказал Макс, улыбаясь и, как бы невзначай слегка обнял её за талию. Лилиана слегка отстранилась от него.
– У меня получилось? – спросила она, игнорируя попытку Макса её обнять. Макс не стал обнимать её во второй раз и просто пошёл рядом, кивнув головой.
– У тебя такой необычный и красивый смех. Я никогда не слышал ничего подобного.
– Я привыкла, что люди обращают внимание не только на мою внешность, и к их реакциям. Я не в обиде на них за это. Я радуюсь, что доставила им удовольствие, дала повод для улыбки.
Макс задумчиво посмотрел на Лилиану.
– А у тебя какой способ снять стресс? – поинтересовался он.
– Медитация, – продолжая улыбаться, ответила она.
– И как, помогает?
Лилиана задумчиво посмотрела на него и кивнула.
– Научишь? Я как-то попробовал, но не понял, что в итоге должно было получиться. Я понимаю, конечно, что внутри должно наступить спокойствие и умиротворение, но достичь этого у меня получается другим способом…
– Каким? – не удержалась она от вопроса.
– Я мечтаю, как я летаю меж звёзд! – вдохновлённо произнёс Макс.
– Хм, я думаю, что это и есть медитация, только ты изобрёл свой собственный способ.
– Да? Возможно, но я бы хотел попробовать твой. Сегодня Саныч все уши прожужжал про твою медитацию. Так ты меня научишь?
– Хорошо, – пообещала Лилиана, обречённо понимая, что одним свиданием от него не отделается.
– Так какой у нас план? Можем сходить и принести что тебе нужно, – предложил Макс, заметив, что Лилиана вновь немного напряглась.
– Что? Да нет, потом. Это не срочно. Я могу сходить завтра сама. А вот лимонада точно бы не отказалась, – сказала она глядя Максу в глаза.
– Ок, идём в магазин за лимонами, а потом на крышу, – произнёс он с нотками удовольствия в голосе.
– А на какую крышу нам надо лезть? – уточнила девушка.
– Туда! – сказал Макс и показал на крышу соседнего дома.
– Разве туда можно попасть просто так?
– Нет, но я обо всём договорился, взял ключи от чердака у старшего по дому.
– Он твой знакомый?
– Да, и мой сосед. Мы живём на одном этаже. А ты живёшь в соседнем доме? – теперь уже Макс задал вопрос.
– Ага, – ответила Лилиана.
– Странно. Я раньше тебя здесь не видел. Я живу уже здесь почти два года. Думаю, что за это время мы бы хоть раз должны были встретиться, – размышлял вслух Макс.
– Я только сегодня сюда переехала.
– Понятно. Ты шла за вещами?
Лилиана улыбнулась и вместо ответа, спросила:
– Ты детективом случайно не подрабатываешь?
– Нет, но я работаю с людьми. Я научился их читать. Не особо глубоко, но достаточно, чтобы понять с кем имею дело.
– Хороший навык, – подытожила Лилиана.
– Так у тебя много вещей? Я могу взять машину и помочь привезти.
– Три больших чемодана. Старый офис здесь не далеко, но только давай завтра утром или в понедельник, – предложила Лилиана.
– Давай завтра утром, часов в восемь. В десять я обещал матери повезти её в лес за ягодой.
– Договорились. Землянику будите собирать?
– Да, если хочешь, можем взять тебя с собой. Завтра обещают облачную погоду и жара уже должна спасть. Я вижу, что ты с солнцем немного не дружишь.
– Да, у меня кожа мгновенно обгорает на солнце. За приглашение спасибо, но я завтра не могу, у меня свадьба.
– Свадьба? – спросил Макс и резко остановился.
– Ну, да! – ответила Лилиана серьёзно, а потом взглянула на недоумённое лицо Макса и засмеялась, от чего Макс, вообще, растерялся.
– Я немного неправильно выразилась. У меня съёмка свадьбы. Я фотограф. Завтра у меня целый рабочий день и почти вся ночь. А потом мне нужно до понедельника обработать фотки и отправить невесте. У нас такая договорённость, но за это я взяла дороже, чем обычно.
– Понятно. А спать, когда ты будешь? – спросил озабоченно Макс.
Лилиана пожала плечами.
– В понедельник высплюсь, у меня будет свободный день.
Макс вздохнул.
– Можем перенести свидание, чтобы ты выспалась, – предложил Макс.
– Нет, я хочу посмотреть затмение.
– Ну, тогда идём за лимонами!
– Идём! – сказала Лилиана и машинально взяла его под руку. Она опомнилась лишь когда Макс слегка прижал её руку к своему телу. Лилиана вздохнула, но руку выдёргивать не стала.
Они сидели в уютных походных креслах на крыше девятиэтажного дома, и пили лимонад после съеденной рыбы и салата. Между ними стоял раскладной небольшой столик, где Макс разложил тарелки с едой, кувшин с лимонадом и стаканы. Телескоп стоял между ребятами, и они по очереди наблюдали за затмением и звёздами. Их обдувал лёгкий приятный ветерок, которого не было внизу.
Ужин Лилиана с Максом съели быстро, потому что оба оказались голодными. Пока они уплетали запечённую красную рыбу, Макс рассказал Лилиане множество смешных историй, поэтому ужин показался девушке ещё вкуснее, чем был.
Тёмное небо было усыпано звёздами, а прямо перед ними висела кроваво-красная луна. Такой цвет получается, когда лунный диск начинает накрывать тень Земли. Она на время полностью загораживает от луны солнце, тогда её освещает свет от земной атмосферы. В это время солнечные лучи проходят сквозь неё по касательной и таким образом пересекают большую толщу воздуха, поэтому луна кажется красной.
Лилиана была в восторге от наблюдения за луной в телескоп. Раньше ей никогда не приходилось смотреть на небо через этот замечательный прибор. Обычно она с детства наблюдала за небесными светилами, глядя внутрь себя. Она находила в области грудной клетки яркий источник света, погружалась в него, сливалась с ним, а потом он переносил её туда, куда она хотела или туда, куда хотел он. Во всех случаях, она полностью доверялась ему, и с каждым разом он открывал для неё множество других миров и измерений. Там она всегда была в безопасности под защитой. Это Лилиана чувствовала и знала, но будучи здесь в материальном мире, ей не удавалось это ощутить в полной мере. Она понимала, почему не может это почувствовать. Этому способствовали произошедшие ранее события в её жизни. Её человеческое «я» вполне убедительными доводами обосновывало этот факт. Оно желало подтверждения того, что может довериться кому-то из людей, живущих на земле, и этот человек не предаст никогда. Подтверждения того, что она любима Богом ему было недостаточно.
Да, она видела и понимала многое происходящее не только на Земле, но как реальному живому существу ей хотелось обрести любовь здесь в материальном мире. Пока что она была убеждена только в одном – разгадав тайну, почему она оказалась в лесу одна, Лилиана получит то, что хочет, и сможет вновь доверять людям. Все подсказки были собраны. Она, наконец-то, добралась до последней, но получив её, поняла, что не понимает, как эта подсказка сможет ей помочь.
– Хочешь попробовать прямо сейчас? – задала она вопрос Максу, не отрывая глаз от луны и почувствовала, как он напрягся.
– Что попробовать? – решил уточнить Макс.
Лилиана улыбнулась, и, посмотрев ему прямо в глаза, прошептала:
– Помедитировать.
Макс был сейчас явно не готов к этому. Это было видно по его движениям, он заёрзал на стуле и не знал, что ответить.
– Я не настаиваю, просто, если надумаешь, скажи, – сказала Лилиана и вновь стала смотреть в телескоп и думать о своём. Через пару минут, она решила продолжить разговор, продолжая разглядывать необычного цвета луну, потому что Макс молчал, и это нагнетало обстановку.
– Спасибо за вкусный ужин. Для меня так вкусно никто никогда не готовил. Точнее я не помню, может и готовил, но с тех пор, как я себя помню, точно никто.
– Рад, что тебе понравилось. Я как-то неожиданно открыл в себе талант к кулинарии. Раньше, мне было в тягость готовить для себя, а потом я познакомился с одним замечательным человеком. Он открыл для меня совершенно новый мир по приготовлению пищи.
– Да? И кто он?
– Шеф-повар одного известного в городе французского ресторана. Он пришёл ко мне в зал на занятие, чтобы сбросить вес. Он тогда весил сто двадцать килограмм.
– Ого! А сколько он весит сейчас?
– С тех пор прошло больше года. Сейчас он весит восемьдесят шесть. Я составил для него план тренировок и примерное меню. Теперь он может есть всё, что захочет и при этом больше так не поправляться. А в благодарность за это он научил меня готовить, не просто готовить, а вкусно готовить.
– Классно! Передай ему от меня большое спасибо.
Макс рассмеялся, но потом стал серьёзным и спросил:
– А почему для тебя никто не готовил?
– Потому что некому было. В детдоме поваром работала тётя Люба, она неплохо готовила, иногда даже было очень вкусно. Но её муж был бабником, и когда он в очередной раз уходил в загул, приготовленную ей еду было невозможно есть, – объяснила Лилиана и поморщилась, вспоминая запах пригоревшей пищи, который разносился по всему детскому дому.
Макс молчал, размышляя над услышанным, а Лилиана продолжила:
– Правда после того, как нас выселили из детдома и отправили во взрослую жизнь, мы с девчонками по комнате готовили для себя, но это была совсем другая еда. Но ты не подумай, что было всё так плохо. Были дни, когда мы наедались нормально приготовленной пищей и даже вкусняшками.
Лилиана повернула голову, посмотрела на Макса и улыбнулась.
– Ты не похожа на человека, выросшего в детдоме ни внешностью, ни поведением, ни манерой говорить. Хотя в характере есть небольшой намёк на это, но я бы не догадался, что эта черта сформировалась у тебя в тех условиях, – сказал Макс, но это было похоже на его размышления.
– И какая же эта черта? – спросила девушка, сгорая от любопытства. Макс понял, что произнёс свои мысли вслух, но решил не увиливать, и сказал честно:
– Быть себе на уме.
– Да? И как сильно это заметно? – продолжала любопытствовать она.
Макс почесал ухо в раздумии, и при этом приподнял брови. Этот жест рассмешил Лилиану. Макс решил, что она смеётся над его выводами, но ответил:
– Я не часто это вижу в людях, я бы сказал совсем не часто. Такие люди, как ты большая редкость, в основном люди предрасположены, чтобы…ну, не в обиду, конечно, им, и не для осуждения их, что я сейчас скажу, но это так. Они предрасположены, чтобы их, мягко говоря, вели. Ну, как пастух ведёт стадо баранов.
– О-о-о, благодарю за комплемент! И как ты это понял?
Макс пожал плечами и ответил:
– Наверное, скорее почувствовал это. Ну, или можно сказать прочёл в твоих глазах…. Такие люди очень сильны духом, их мысли и действия невозможно предугадать.
– Да? Удивительно? А у тебя есть эта черта? Быть себе на уме.
– Нет, но и к баранам я себя тоже не могу отнести, – ответил Макс серьёзно. – Я скорее человек-планировщик. У меня всё распланировано, и я живу по этому плану. Я, конечно, изучаю что-то новое, но не сразу внедряю это в жизнь. Я точно не могу мгновенно поменять заранее обдуманный план и начать действовать по другой схеме.
– По-твоему, я могу это сделать? – спросила, смеясь Лилиана.
– Да! – утвердительно сказал он.
– Ты сделал этот вывод, потому что я от тебя сбежала?
– Пыталась, – уточнил Макс. – Я, если честно, думал, что ты можешь сделать тоже самое и вечером. Я прав?
– Да это можно сказать и так. Иногда мне нужно было в прошлом действовать быстро и менять планы. Я думаю, это просто привычка, чтобы выжить.
– Выжить? – переспросил Макс.
Лилиана улыбнулась и ничего не ответила. Макс решил сменить тему, чтобы от воспоминаний о прошлом она не загрустила.
– А что ты прочла в моих глазах…ну, там, в коридоре в тренажёрке?
Лилиана не ожидала вопроса, но виду не подала.
– Я же видел, как ты разглядывала мои глаза, – добавил Макс, чтобы она не смогла увильнуть от ответа. Она улыбнулась, решив сказать правду, но без объяснений.
– У тебя просто в правом глазу на радужке есть несколько тёмных пятен. Вот мне и стало интересно, почему только в одном.
