Я со стоном прикрыла глаза.
Ах ты ж… Как чудесно и безоблачно складывается мой рабочий день, я прям в полном восторге. Знала бы, чем обернётся мое прибытие в академию, – вообще бы не просыпалась! И пусть бы там без меня разбирались с ожившими кошмарами…
Яд, кажется, начал стремительно разливаться по телу, потому что мне прямо на глазах становилось всё хуже и хуже. Еще и ожоги болели, кожа горела, я горела изнутри и снаружи, смотрела в белый потолок и была даже не в силах попытаться позвать на помощь кого-то из родственников, работающих в Штабе. Ох…
Кто-нибудь… Что-нибудь… Ну помогите же, ну хоть чем-нибудь!!
Сквозь пелену лихорадочного состояния услышала голос Рэйеса:
– Кобай, ты мне нужен. Немедленно!
И через секунду над моим ухом раздался уже знакомый тоненький голосочек морской свинки:
– Что тут у нас? Ой, что тут нас!! Это же полное катастрофэо! Где твои мозги, Рэюшка? Где твои мозги, я тебя спрашиваю? Вы где швирлялись, что ты до такого состояния довел нашу морковку?!
Я всё-таки нашла в себе силы повернуть голову и уставиться на фамильяра Рэйеса. Зверёк шустро помыл лапки в миске с жидкостью, похожей на спирт, нацепил на себя белую тряпичную салфетку, повязав ее на манер фартука, воздел лапки к верху, сделал вид, будто натягивает на них невидимые лекарские перчатки, повернулся ко мне и грозно пропищал, обращаясь к Рэйесу и выжидательно протянув к нему лапку:
– Сестра, скальпель. Будем резать!
– Какая сестра? – мой глаз нервно дернулся, я попробовала отползти в сторону, но взвыла от боли. – Какой еще, мать твою четырежды через дилмонову задницу, скальпель?!!
– И скотч, – как ни в чем не бывало продолжил Кобай. – Или изоленту. А то пациент излишне активен и болтлив.
– Знаешь, мне вдруг жутко захотелось шашлык из морской свинки, – зло процедила я сквозь зубы. – Уверена, он меня моментально вылечит.
– Кобай, давай к делу, – грубо оборвал Рэйес, он сейчас был необычайно серьезен. – Мне нужна твоя помощь.
Теперь уже он протянул руку к фамильяру и требовательно произнес:
– Дай мне твой волос.
– А чо я-то сразу? – фамильяр скрестил лапки на груди и отвернулся с высокомерным видом. – Чо меня-то швирлять? Вон у нее сколько волос – бери у нее сколько хочешь, раз тебе волосы нужны! Ей они точно не нужны, если она шашлык из морской свинки хочет!
Потом зверек хитро глянул на меня и заговорщическим голосом предложил Рэйесу:
– А давай ее налысо побреем?..
– Дай мне твой волос, – настойчиво повторил Рэйес, игнорируя мое возмущенное рычание. – Ты знаешь, зачем. И знаешь, что дать его ты должен добровольно, я силой взять не могу.
Кобай совсем по-человечески закатил глазки, проворчал что-то неразборчивое на тему «нетерпеливых людишек», а потом ущипнул себя, выдирая волосок со своего бока. И протянул его своему хозяину.
– Держи, изверг. Тебе лишь бы меня общипать!..
– Я первый раз тебя о такой услуге прошу, не утрируй, – отмахнулся Рэйес.
Он так бережно взял в руки несчастную шерстинку, будто она представляла собой чрезвычайную драгоценность.
Я обратила внимание, что волос был необычайно длинным и по цвету совсем не похожим на шерстку морской свинки. Кобай был обладателем бело-коричневой короткой шерстки, а отданный волос – очень длинным белым, переливающимся перламутром. Это еще что за магия такая? Это вообще волос, или что-то иное?
Подумала об этом – и на какое-то время провалилась в полузабытье, потому что мне стало совсем дурно. Потому я не видела, что именно делал Рэйес, меня лихорадило, я лишь краем глаза улавливала, что он склонился над кровавой раной в моем боку и как-то над ней колдовал. А рядом подначивал фамильяр, ехидно попискивая:
– Ну давай ее все-таки обреем налысо, а? Ну ты вдупляешь, как она верещать будет? Ну чего ты на меня рычишь? Ну что тебе не нравится?..
Точно на шашлык кое-кого надо пустить. Или на деликатесную шаурму из морской свинки.
***
В себя я пришла резко, будто кто-то нажал кнопку включения мозга. Не знаю, сколько времени провалялась в лихорадочном состоянии, но, когда открыла глаза, чувствовала себя почти прекрасно. Не считая дикой слабости во всем теле, но, во всяком случае, кожа больше не горела, и ощущение растекающегося внутри яда исчезло.
Холодный белый свет лаборантской мерзко слепил глаза, и я часто заморгала, пытаясь привыкнуть к яркому освещению.
Вредной морской свинки рядом не наблюдалось, надо мной все еще склонился Рэйес. Он обрабатывал ожоги, часто окуная тряпицу в миску с перламутровой водой. Такой сосредоточенный, губы сжаты в тонкую нить. Необычно было видеть его не развеселым чудаком.
– Тебе не идет к лицу серьезность, – проворчала я. – Дурная улыбка тебе больше к лицу.
Рэйес хмыкнул и улыбнулся. Наконец-то! Почему-то его улыбка меня успокаивала…
– Раз ты вновь начала огрызаться, то явно идешь на поправку, и я могу не переживать, что ты помрешь у меня на руках!
– А тебе-то чего переживать? Не тебе помирать же, – проворчала я, аккуратно пытаясь сесть на столе.
Рэйес помог мне принять вертикальное положение и серьезно ответил:
– Не хочу, чтобы ты умирала.
– Почему?
– Ты мне нравишься, – просто ответил Рэйес.
– Любовь с первого взгляда, и всё такое? – фыркнула я. – Прости, я во всю эту розовую чушь не верю. Сказки, выдуманные инфантилами, легко поддающимися чужому влиянию.
– Не веришь так же, как в существование уровней сновидений ниже третьего? – с улыбкой спросил Рэйес.
На это мне не нашлось что ответить.
– Если в твоей жизни было какое-то болезненное событие на личном фронте, это не значит, что отныне от любых мужчин стоит ожидать только негатива и закрывать свое сердце на засов для всех желающих в него постучаться, – негромко произнес Рэйес,
Я аж вздрогнула от неожиданности.
– С чего ты взял, что…
– Мне пока некогда было самому искать информацию на тебя и узнавать о твоем прошлом, но мне хватило подслушивания разговоров студентов о холодной и неприступной мисс Фил, чей характер особенно сильно и резко испортился несколько лет назад после некоего события, – продолжил Рэйес и внимательно посмотрел мне в глаза. – Тебя там что-то ранило, да? В твоем прошлом. Что-то… Или, правильнее будет сказать – кто-то. Кто-то сделал тебе больно, и с тех пор ты старательно делаешь вид, что такого чувства, как любовь, для тебя не существует вовсе, не так ли?
– Не твое дело, – огрызнулась я, отвернувшись и с преувеличенным интересом занявшись изучением своих ран, от которых уже остались лишь бледные следы.
– Ошибаешься, мое. Но я не прошу от тебя никаких ответов и объяснений. Сам всё узнаю, рано или поздно.
– На кой дилмон тебе копаться в моем прошлом?
– Знание прошлого помогает понять настоящее, – пожал плечами Рэйес. – Наше прошлое, наши воспоминания, наши чувства и эмоции – это, вообще, то, что и позволяет нам быть человеком.
Я решила не продолжать этот тяжелый для меня разговор и сменила тему:
– Чем ты там меня лечишь? Все раны удивительно быстро зажили, а от ссадин уже даже следов не осталось.
– Раствором, приготовленным из волоса моего фамильяра.
– А почему не из его помёта?
Рэйес хохотнул.
– Его «помёт», кстати, тоже лечебный, но для наших целей не подходит.
– И хвала небесам, – пробормотала я.
Спросила громче, терзаемая любопытством:
– А что еще у него лечебное?
– Всё. Кровь, шерсть, слюна… Вообще всё. Но если забрать силой, то пользы это забравшему не принесет, еще и навредит так, что на всю жизнь пожалеешь. Кобай сам должен поделиться целебным ингредиентом, он сам должен захотеть помочь. Так что за твое спасение нужно в первую очередь благодарить его, а не меня.
– В качестве благодарности могу подарить ему клетку из зачарованной геро́сской стали, при соприкосновении с прутьями которой на благородной шерстке морской свинки будут оставаться очаровательные проплешины-ожоги.
– Ты прям сама доброта, – усмехнулся Рэйес и убрал тряпицу в сторону, а оставшуюся перламутровую воду слил в стеклянный бутылек и убрал мне в карман. – Если остаточные боли еще будут беспокоить, просто смочи раны этой водой. Ну что, ты как? Можешь дальше идти?
– Вполне, – я спрыгнула на пол, чувствуя себя почти бодрой. – Эта твоя перламутровая водичка удивительным образом подняла меня на ноги. Но все-таки хорошо, что это был не помёт.
Рэйес рассмеялся и после быстрого заметания следов нашего пребывания в лаборантской направился к выходу, поманив за собой.
– Идем, на поиски твоих родственников, или кого ты там жаждешь найти в инквизиции. Мы и так с тобой тут целый час лишний проторчали.
– Рэй… Постой.
– М-м-м? – он обернулся и с удивлением глянул на мою руку, которой я схватила Рэйеса за запястье.
– Спасибо тебе, – негромко произнесла я. – Спасибо, что помогаешь, и что шустро подлечил.
– Ранение-то случилось после того, как я затянул тебя на шестой уровень сновидений, так что по моей косвенной вине, – вздохнул Рэйес. – Мне жаль, что так получилось, и что шестой уровень оставил тебе столь неприятные воспоминания. Это дивное спокойное место на самом деле, но нам сегодня не повезло.
– В этом нет твоей вины, – я пожала плечами. – Просто вмешался Темный Странник. – А он – та еще дрянь. Так что спасибо тебе, что помог.
– А как насчет поцелуя своему спасителю? – оживленно спросил Рэйес.
Я громко фыркнула и отпустила его запястье.
– Обойдешься.
– Ну хотя бы в щечку? – смешно надул губки Рэйес. – Ну хоть маленький поцелуйчик мне дашь?
– Могу тебе между ног дать! То есть… Тьфу ты, двояко прозвучало в контексте диалога, согласна, – пробормотала я, смутившись, но с гордо поднятой головой проходя мимо Рэйеса, согнувшегося пополам от смеха.
Глава 13. Кровь из глаз
– Так, ладно… Где там эти твои коллеги-родственники находятся тут в Штабе, как их найти? – спросил Рэйес, когда мы вышли из лабораторного крыла и оказались в холле первого этажа. – Позвать кого-то?
– Сами дойдем, – я кивнула на информационную стойку в противоположной стороне, прямо под большими настенными часами. – Идем туда, у администраторов следует узнать для начала, кто из нужных мне людей на месте.
Мы направились к стойке через весь просторный холл многоэтажного здания Инквизиции Генерального Штаба в самом центре Форланда. Холл в это время суток был заполнен инквизиторами в темно-фиолетовых мантиях, все куда-то спешили, спорили друг с другом, тревожно переговаривались. Холл Штаба всегда напоминал мне эдакий муравейник, где всегда кипит жизнь, особенно в послеобеденное время. А сейчас жизнь кипела еще и из-за разбредающихся ночных кошмаров, прямо на наших глазах большой боевой отряд отправлялся как раз на устранение одного такого ожившего кошмара, и шагающий впереди рыжеволосый инквизитор разговаривал по связному артефакту с лордом Туареттонгом, договариваясь о встрече с несколькими сумрачными странниками, которые должны были помочь избавиться от кошмаров.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
