Смотря прямо в глубокие глаза человека, от которого зависит моё будущее, я начинаю медленно снимать с себя футболку.
Роняю её на пол, и оставшись в бюстгальтере, физически ощущаю, как мужчина буквально трогает меня. Странно, ведь между нами пара метров расстояния. Но что-то есть такое в его взгляде, отчего мне дышать становится трудно. Кожа искрится. Словно он ощупывает меня руками, ребра, грудь, шею.
Не думала, что будет настолько сложно. Я словно кукла, которой пришли полюбоваться, и решают купить или нет. А я очень хочу, чтобы купил.
Ложусь на пол, поднимаю ноги и широко их развожу, одновременно с этим расстегивая молнию на джинсах. Медленная музыка позволяет все это делать не спеша. Перекатываюсь, грациозно становясь на четвереньки и ползу к краю сцены.
Хищные глаза обводят моё лицо, и спускаются ниже. Приостанавливаюсь, сажусь попой на пятки, под пристальным мужским вниманием поглаживаю грудь. От того, что я сейчас делаю голова кругом. Еще никогда я не совершала подобного перед мужчиной. И не сделала бы вообще, наверное, если бы не обстоятельства.
Щеки горят от стыда, кожа покалывает, а низ живота наливается необъяснимой тяжестью.
Это из-за него. На меня так прежде ещё никто не смотрел. Даже Глеб, угрожающий затащить меня в постель. Ох и взгляд. Чёрный, как бездна.
Не прекращая смотреть на Александра, я начинаю изящно вставать, при этом спуская джинсы вниз по ногам.
Мужчина вдруг делает ленивое круговое движение пальцем, давая мне понять, чтобы я развернулась спиной.
Окей, хорошо.
Сглотнув, делаю, как велели. Мои ягодицы обтянуты дорогими кружевными трусиками. Я знаю, что выгляжу хорошо. Сколько бы я не ела, моя талия остаётся стройной, а вот над ягодицами я работала в тренажерном зале. Вообще часто туда ходила, лишь бы дома меньше бывать.
Наклоняюсь вперед, сильнее прогибаясь в пояснице и окончательно избавляясь от джинсов.
Мужской взгляд оседает на коже. Прямо там, ниже поясницы. Я чувствую это, потому что зад начинает гореть. Моё пульс рвёт вены, хочется одеться и сбежать, но я упрямо двигаю бедрами из стороны в сторону.
Это так унизительно, Господи! Как девушкам, которые идут сюда работать по собственной воле это приносит удовольствие?
Медленно поворачиваюсь передом.
– Иди сюда!
Жёсткий приказ заставляет вздрогнуть.
Сглатываю слюну и схожу со сцены. Насколько могу элегантно приближаюсь к мужчине. Останавливаюсь прямо напротив.
– Снимай лифчик!
Сердце опрометью падает вниз.
– Я хотела бы остаться в нём, если это возможно. Я видела видео, где некоторые девушки танцевали в ….
– Это не пляжная вечеринка, Лиза, – следует безоговорочное, – Если ты не готова, двери там.
Крепко стискиваю челюсти. Я надеялась, что он позволит мне танцевать в белье. В ушах так сильно гудят потоки крови, что я почти не слышу музыку.
Дышу с трудом, грудная клетка начинает часто-часто подниматься.
Завожу руки за спину и делаю то, что он говорит. Бретельки ползут по коже, оголяя мою небольшую грудь. Соски сжались в тугие комочки от напряжения. Оценивающий мужской взгляд сползает на них, а я прикрываю глаза. Чувствую себя уже не куклой, а букашкой.
– Продолжай. Я хочу приват.
Распахиваю глаза. Я изучала этот вопрос и тоже посмотрела пару фильмов, как девушки танцевали для клиентов в отдельных ВИП комнатах. Гораздо откровеннее, чем на сцене.
А факт того, что я без спасительного лифчика буквально повергает в ужас.
– Если ты будешь медлить, я встану и уйду. Пока что я не увидел ничего, что могло бы выделить тебя из остальных.
Кулаки самопроизвольно сжимаются, а внутри вспыхивает злость. Я стою перед ним практически голой, а этот бессердечный даже не может меня хотя бы как-то поддержать.
«От этого бессердечного зависит твоя дальнейшая жизнь» гаденько напоминает мне внутренний голос.
Зависит… да…
Глава 3
Лиза
Вздернув подбородок, теперь я уже танцую прямо между его широко расставленных ног.
Стараюсь выделывать такое, от чего меня отчим бы ремнем отходил не раздумывая, да что там, я сама себя им хочу отходить.
Воспоминание о ненавистном отчиме придаёт смелости. Мягко свожу мужские колени вместе. Забираю из руки Александра стакан и махом допиваю алкоголь. Возможно, так мне будет легче. Инстинктивно жмурюсь и открываю рот. Боже, сколько здесь градусов? Неразбавленный виски, похоже.
Справившись с приступом, забираюсь мужчине на колени. По его взгляду нельзя понять нравится ему или нет. Он все время одинаковый – тяжелый, глубокий, властный. Провожу пальцами по его затылку, приподнимаясь и опускаясь туловищем. От собственной дерзости пульс выходит на запредельную скорость.
Веду рукой вниз, по широкому плечу, покрытому дорогой брендовой рубашкой черного цвета. Ему к лицу этот цвет, однозначно. От мужчины разит опасностью, силой, превосходством. Мышцы на руках и груди каменные. Я уверена, что в моей семье денег не меньше, чем у него, даже возможно больше, но ощущаю себя так, словно он владеет буквально всем. И сейчас мной, хотя даже не прикасается.
Склоняю голову вперед, как делала одна из актрис в просмотренном фильме, и тяну носом у него вдоль шеи. Насыщенный аромат мужского парфюма ударяет в ноздри и мгновенно пьянит. Невероятный запах. Терпкий, густой, тягучий. Он обволакивает мои легкие и тяжесть в животе становится еще ощутимее. От трения моей кожи с его брюками внутри странные ощущения рождаются.
Прикусываю губу, усиливая движения бедрами. Я обязана ему понравиться. Другого и быть не может. Я не вынесу возвращения домой. Лучше умру где-то на обочине, но терпеть всего, что уготовила мне судьба не стану.
Осмелев еще сильнее, разворачиваюсь задом и опять возвращаюсь к Александру на колени. Он слегка их разводит в стороны, и тут мне в ягодицы упирается свидетельство его возбуждения. Машинально дергаюсь вперед, но он давит на мою талию ладонью и резко возвращает обратно.
– Если собираешься хорошо зарабатывать, привыкай.
Тяжело сглатываю и стараюсь возобновить танец, но выходит плохо. Я отчетливо чувствую его твердый член.
Сердце быстро стучит, я будто перестаю себе принадлежать. Руки и ноги не слушаются, а лицо горит. Мне страшно и стыдно. От того, как его большая ладонь жжет кожу, внутри всё пылать начинает.
Когда я собираюсь снова пересесть передом, музыка вдруг останавливается. Леви выключил её с пульта и включил в зале общее освещение.
– Одевайся! – без каких-либо эмоций велит он.
В груди собирается волнение. Прикрываю грудь рукой и хватаю лифчик с пола. Отвернувшись, быстро его надеваю. Пульс загнанным зверем рвет вены. Справившись с джинсами и футболкой, наконец снова могу встретиться взглядом с владельцем клуба.
– Пока ты танцевала всё, что я чувствовал – была твоя дрожь, – говорит, не церемонясь.
– Не всё, – в одежде я чувствую себя смелее, поэтому и перечить получается. Хотя это опрометчиво конечно, с моей стороны, но я явно ощущала, что ему понравилось.
Мужские губы слегка изгибаются в ухмылке.
– Ты красивая, вызываешь желание. Но тебе не хватает уверенности. Девочки, что у меня работают, все знают точно для чего они здесь. У каждой своя цель. Не все приходят, потому что любят демонстрировать себя голодным мужикам, но все выставляют приоритеты, берут себя в руки и работают так, чтобы их хотели.
– Но Вы… разве Вы не захотели меня?
– Я вижу голые задницы и сиськи каждый день. Было бы странно если бы я не отреагировал, ведь это нормально по мужской природе. Но я не захотел тебя настолько, чтобы продлить время.
Тяжело сглатываю. Хочется наорать на него за унижение.
– Мои Вы видели впервые! А я впервые танцевала для кого-то. Но я научусь! Пожалуйста, Александр Дмитриевич, – да, я знаю как его по отчеству, изучила и это.
– Послушай, Лиза, – он встаёт и кажется, собирается уходить, – думаю, тебе лучше поискать другое место работы. Официанткой или администратором, к примеру. Эта жизнь точно не для тебя. Потом еще спасибо скажешь!
Разворачивается и действительно делает шаг от меня, но я ловлю его за руку. Крепко стискиваю горячие узловатые пальцы.
– Нет, пожалуйста! Мне нужно именно это место работы!
– Почему?
– Вы хорошо платите!
– Откуда ты знаешь?
– Слышала.
Мужчина сощуривается, а я продолжаю давить.
– Плюс чаевые. Получается неплохие деньги, они мне очень нужны. Я сделаю всё, что скажете. И если позволите, буду приходить раньше, чтобы научиться делать трюки на пилоне. Я быстро учусь, честно! Пожалуйста возьмите меня!
Только сейчас понимаю, что всё это время крепко сжимаю его пальцы. Резко отпускаю их и завожу руки за спину.
От волнения меня качает из стороны в сторону, а грудь распирает.
Мужчина размышляет кажется целую вечность.
– Две недели испытательного срока, за которые ты будешь и учиться и выступать. Я скажу девочкам, они введут тебя в курс дела. Сегодня вечером приходи посмотришь, как здесь всё происходит и, если передумаешь, можешь не искать меня, чтобы поставить в известность. Я пойму.
Глава 4
Лиза
Йес!
Быстро, чтобы он не передумал благодарю, прошу оставить здесь на время сумку, чтобы не таскать её за собой по городу. Только после того, как я демонстрирую содержимое сумки и отсутствие опасных в ней предметов, он позволяет поставить её в комнате для персонала.
Вечер начинает окутывать город, когда я выхожу из клуба. Желудок требовательно ноет, выпрашивая накормить его хотя бы чем-то. Решив, что раз уж у меня удалось устроиться, я могу и поесть нормально.
Деньгами, снятыми мной заранее с карты я не собираюсь разбрасываться. Никто не знает, что ждёт меня впереди, у меня должна быть подушка, если судьба решит усадить меня на пятую точку.
Все свои карты я оставила дома, мобильный с симкой попросту выбросила в урну, чтобы отчим меня не отследил. Уже по пути сюда купила простенький смартфон и новую симку. Жаль только, что в гостиницу не оформиться. Везде нужен паспорт, а я своими данными светить не собираюсь. В интернете на одном из сайтов путешественников нашла простенький хостел, куда вроде бы как могут поселить без паспорта. Это и будет моим ночлегом на сегодня.
А потом возможно, кто-то из девочек посоветует какое-то относительно нормальное общежитие или подскажет где можно найти недорогое жилье.
Режим максимальной экономии включён. Я боюсь остаться совсем без денег.
Поужинав в простом, но милом семейном кафе, я прогуливаюсь немного по городу. Глупо возвращаться сейчас в восемь часов вечера. Думаю, самое движение начинается в клубе ближе к ночи. Когда состоятельные избалованные судьбой члены общества позволяют себе наконец расслабиться после трудового дня и поглазеть на танцы голых девочек.
От одного представления меня снова атакует дрожь, но я справляюсь с ней. Это для моего же будущего. Уверена, меня уже ищут с собаками, перелопачивают каждую камеру видео наблюдения в городе, но я умная девочка. Запутывала след как могла. Ездила на метро в разных направлениях, пересаживалась в одинакового цвета такси, а потом меняла попутки в таких местах на трассе, где уж точно нет никаких камер.
На то, чтобы найти меня уйдёт время, за которое я стану «грязной, опозорившей имя отчима стриптизершей». Идеально.
Немного погуляв по улочкам и порассматривав попадающиеся по пути дома и магазины, я возвращаюсь в клуб.
Прихожу правда, рановато, но это ничего. Больше смогу увидеть и запомнить.
Охранник, который теперь стоит у двери, пропускает меня только после того, как связывается с боссом.
Внутри клуба уже несмотря на то, что на часах всего десять, бурлит жизнь. Только сейчас замечаю, что интерьер выполнен в красно-чёрных тонах. Днём от волнения даже ничего толком не рассмотрела.
В зале оказывается две сцены. Одна большая, на которой танцевала сегодня я, а вторая немного поодаль. Маленькая круглая, с шестом по центру. И там и там выступают сейчас танцовщицы.
Внизу, на диванах расселись те самые «состоятельные». Некоторые из них общаются, только мельком поглядывая на сцену, а некоторые поглощают эффектно двигающихся девушек голодными взглядами.
Меня снова одолевает паника. Как я не пытаюсь находить себе утешение, а страх все равно высовывает голову. От липких взглядов этих мужчин мороз идёт по коже. Кажется, тот, что сидит под сценой и засовывает девушке под трусики купюры, готов её разорвать. Настолько сумасшедший у него взгляд.
Обхватываю себя руками и отворачиваюсь. Около барной стойки всего двое мужчин, поэтому я подхожу туда и занимаю место подальше от них.
– Ты, наверное, Лиза? – тут же оказывается напротив меня бармен. – Босс предупредил, что ты придёшь.
Молодой парень лет двадцати пяти весело улыбается.
– Да, – вежливо киваю в ответ, – а ты?
