Вселенная скорости

– Это безумие! – воскликнул штурман.

– Молчать, – осек его капитан. – Гротон, продолжайте.

– Спасибо, капитан. Мы разгонимся вокруг планеты, наберем максимальную скорость и выйдем на кромку горизонта событий, перейдем на сверхсветовую и за счет инерционных сил выйдем из гравитационного колодца.

– Инженер, наш корабль выдержит такое? – спросил капитан у сидящего позади него офицера с озадаченным выражением лица.

– Ни теоретически, ни практически такое никому не приходило в голову исполнять. Строго говоря, при прохождении подпространственного тоннеля мы испытываем перегрузки и посильнее, но электромагнитные поля выведут из строя почти все системы автокорректировки. Корабль будет на полном ручном управлении.

– Отлично, всем занять свои боевые посты, – Капитан перешел на громкую связь. – Внимание, экипаж. Говорит капитан Морин. Мы летим на сигнал бедствия от дружественной нам системы Протурия. Наш маршрут будет пролегать через горизонт событий молодой черной дыры в системе Нивида. Корабль будет на полном ручном управлении. Да поможет нам солнечный ветер.

– Поднять щиты, начать разгон для перехода в подпространство. Анализ гравитационных колодцев, расчет траектории полета.

Крейсер ожил, начал выходить на расчетный курс, Гротон знал свое дело и вел корабль легко и плавно.

– Маршрут построен, готовность к переходу в подпространство, компенсация гравитационных волн.

– Переход через три, два, один..

Буцефал, набрав необходимую скорость, провалился в подпространство. Крейсер шел заданным курсом. В подпространстве ничего не было, а, даже если и было, то скорость прохождения настолько велика, что просто невозможно разглядеть хоть что-то. Инженеры рассказывали, что иногда щиты выдавали небольшие скачки мощности, что могло свидетельствовать о столкновениях, но скачки были слишком маленькие и все списывали их на погрешность системы. Проблема подпространства была еще в том, что сохранять молекулярную целостность объектам помогали только энергетические щиты и высокая скорость. Даже просто выяснить: «почему?» не представлялось возможным, т.к. при специальном снижении скорости молекулы теряли связь, все просто рассыпалось в молекулярную пыль.

– Выход из подпространства в заданной точке через сорок минут.

Все это время, Гротон делал расчеты, перепроверял и снова делал. Ему не давала покоя мысль, что он погорячился и корабль просто не выдержит искривления гравитационного поля. Но отступать было поздно. К моменту выхода Саймон уже все рассчитал и был готов блеснуть своими летными навыками.

– Выход через три, два, один.

Корабль вышел на ставшую совсем близкой орбиту газового гиганта бывшей солнечной системы Нивида. Однако, гравитационные весы сработали не только как стабилизаторы ускорения, как рассчитывал Гротон, но и как тормоз. Корабль начал резкое торможение, оказавшись между двумя огромными по величине силами притяжения. Корабль трясло, командование мостика едва удерживалось в своих креслах. Ошибка была, скорей, не в расчетах, а в навигационных положениях звездных карт. Планета вращалась навстречу крейсеру, как и сингулярность. Магнитные потоки корабля просто бесполезно врезались во встречные потоки небесных тел.

– Гротон? – закричал капитан. – Что случилось?

– Системы начали выходить из строя, меняем план.

– У нас был план?

Но Гротон уже не слышал капитана, он перенапрявлял энергию на щиты и двигатели. Лейтенант решил провести корабль по краю горизонта событий и использовать инерцию разгона для запуска сверхсветового двигателя. Первоначальный же план заключался в выходе крейсера на инерции из подпространства по орбите газового гиганта, и только потом прохождении минимальным касательным вектором по краю горизонта событий. Запустив главную тягу, крейсер начал набирать скорость. По мере выхода из поля притяжения планеты начинала усиливаться гравитационная сила чёрной дыры. Буцефал пошел на разгон, но ему надо было еще и выйти в правильном векторе, который рассчитал Саймон. Сингулярность находилась по правому борту, Гротон развернул крейсер дном к ней и снизил нагрузку на искусственную гравитацию, также, конструктивно, судно было крепче на подобный вектор перегрузок. Запустив стартовые и посадочные двигатели на треть тяги, начал подходить к горизонту событий. Крейсер прошел часть от необходимого расстояния, для достижения нужного вектора выхода на сверхсветовую. Послышались звуки скрежета металла, скорость крейсера постепенно приближалась к необходимой скорости, двигатели шли уже на две трети.

– Внимание, сильные электромагнитные смещения, – начал сигналить бортовой компьютер. – Внимание, достигнут предел нагрузки на корпус корабля. Внимание, достигнут предел нагрузки на корпус корабля, – голос становился все медленней, как приторможенная пластинка. – В-н-и-м-а-н-и-е, д-о-с-т-и-г-н-у-т п-р-е-д-е-л. П-р-е-д-е-л. П-р-е-д-е-л.

Компьютер заклинило, системы плохо реагировали на команды. Крейсер скрипел так, словно его сейчас разорвет.

– Сверхсветовая, через три, два, – кричал Гротон. – один!

Буцефал перешел на сверхсветовую скорость.

– Расчетное время пути один час, десять минут.

– Ты всех нас чуть не убил! – закричал штурман.

– Вы просто завидуете моему таланту пилота.

– Тихо, вы действительно подвергли экипаж опасности, проведя расчеты не полностью.– Вступил в дискуссию капитан.

– Если вы не способны доверять собственному экипажу, то вы зря греете это место.

– Покиньте мостик, лейтенант Гротон, я перевожу вас рядовым технической службы. Васильев, займите место пилота.

– Есть, – отозвался запасной пилот.

– Есть, – сквозь зубы ответил Саймон.

– И сколько нам лететь на субсветовой скорости? – Спросил капитан «Константинополя».

– Одиннадцать месяцев и четыре дня, – отчитался штурман.

– Что с провизией?

– Хватит, но груз придется намного уменьшить. – Ответила девушка.

– Топлива должно хватить для маневров и поддержания скорости. – Ответил пилот, предугадывая вопрос.

– Отлично, нас ждет долгое путешествие.

– Капитан, я могу послать сигнал бедствия на старой военной частоте. – Решил проявить инициативу штурман.

– Отличная идея, может быть, нам и повезет. Делай, а так – я объявляю вахту. Леха ты дежуришь первый у штурвала.

– Есть,– отозвался пилот.

– Витя, иди, отдыхай, сменишь парня через десять часов.

– Есть, – отозвался штурман.

– Оля, ты как пожелаешь, а вот я пошел отдыхать. Сменю Мишку, через десять часов. Сам сейчас к нему зайду и сообщу. Ой, чую, выслушаю не мало интересного о себе.

– Удачи, капитан. – Почти хором ответила команда.

– Ну вас в баню. – Махнув рукой, ответил капитан.

Пройдя через весь корабль, капитан оказался в машинном отделении судна. Постучав условным стуком, и не дождавшись никакой реакции, закричал, пиная дверь ногой.

– Мишка, открывай! Или я тебе…

Дверь открылась. Миша, механик с длинными седыми волосами встретил начальство, как полагается, порцией отборного русского мата. Дальнейший их диалог лучше представить в виде смысловой передачи.

– Мой, не совсем разумный, капитан, рад вас видеть. Я, конечно, старый и глупый, но даже мне известно, что без кристаллических конденсаторов нам придется очень, очень, очень долго добираться до места. Конечно, награда за уничтожение пиратского корабля покроет расходы на необходимый ремонт, но кто сказал, что мы доживем.

– Миша, мой старый друг. Мне очень приятно, что ты заботишься о экипаже, но твоя очень уставшая голова, не должна думать об этом. Это мое дело. Я сменю тебя, настолько же недооцененного, насколько и недоразвитого гения, через сложные десять часов.

– Прекрасно, иди куда шел.

– И ты иди туда же.

Капитан зашагал в свою каюту. Он надеялся поспать хотя бы половину от оговоренного времени. Пока капитан будет держать себя в руках, экипаж не упадет духом, причём находиться в хорошем настроении придется еще не один месяц.. В конце концов, у них на борту провизии на полгода на двести человек, вода в корабле циркулирует по замкнутому кругу, а система очистки воздуха была просто невероятно вовремя проверена перед самым отлётом и рассчитана на два года. В общем, грех жаловаться, хотел в отпуск, – получай.

4.

Лимес проснулся в довольно хорошем настроении. Времени на полет в систему Лира хватало с излишком. Новые детали установили ночью, и корабль был полностью готов к опасному путешествию. Даже ночное воспоминание не испортило пилоту настроение, скорее, оно напомнило, что для него просто нет невыполнимых полетов. Загрузив последние коробки с провиантом на корабль, Лимес по-английски, ни с кем не прощаясь, сел в свой истребитель и начал выход на орбиту планеты. Компьютер, следуя ставшей привычной для него последовательности действий, без указаний, совершил взлёт согласно с планетарной системой контроля полетов, набрал скорость и только на дальней орбите решил поболтать с пилотом.

– Я, конечно, всего лишь сложнейший алгоритм на кристаллических процессорах с логическим приводом, но мне кажется, что ты собирался взять перерыв.

– Подвернулась работа, хорошая.

– А меня посветить в свои планы не собираешься?

– Да там ничего особенного, просто нужно перевезти пару контейнеров светлой материи, через два спиральных рукава за пятнадцать суток.

– Моя логическая система не может определить – сарказм это или нет.

– А еще забрать надо груз с орбиты звезды.

– Очень похоже на сарказм.

– Да, я, конечно, похож на комика, такой наглый и часто шучу, но я в этот раз я серьезно. Послезавтра нам надо быть у голубого гиганта системы Лира. А потом довезти груз до системы Колибри.

– Я так понимаю, нам нужно лететь к Кариму? Надеюсь, цена за предложенную работу соответствующая.

– Да, и другого выбора просто нет. Только Карим сможет помочь нам. Но захочет ли? Вот вопрос.

– Не попробуешь, не узнаешь. Рассчитываю курс.

– Ты, как всегда, права. Гоним воронкой Фера до края системы, а там выйдем с ним на связь, и сверхсвет нам в помощь.

– Начинаю разгон до расчетной скорости.

Корабль постепенно набирал скорость, Лимес начал готовиться к переходу на тахионные потоки, запихнув капу в рот и взявшись за магнитные выравниватели диссонанса. Да, те самые штыри по краям панели. К сожалению, технология воронки Фера была не идеальной, игры с магнитными полями штука тонкая и непредсказуемая, порою даже опасная. И такие вещи, как слабые удары током и легкие судороги – отнюдь не самая дорогая плата за безопасное перемещение со скоростью три тысячи световых лет в час. Самый быстрый способ перемещения в галактике на данный момент. Синее марево в иллюминаторах и сложно объяснимые толчки, – истребитель мчался к расчетной точке в пространстве.

Намечающийся визит вряд ли можно было назвать обычным. Самое интересное, несмотря на то, что Лимес долгие годы явно избегал этой встречи, нельзя сказать, что он совсем не любил своего учителя, просто у них были сложные отношения. Карим был одним из самых первых незаконным перевозчиком в левом спиральном рукаве известной галактики; начавший свою деятельность еще во времена первой корпоративной войны, он сколотил такое огромное состояние, что купил собственную солнечную систему, терраформировал одну из принадлежавших ей планет и превратил ее в личную резиденцию. Оставив себе всего треть былого бизнеса, Карим был второй в списке крупнейших в данной сфере теневого бизнеса фигур после Тима и Мира. Однако, влияние его все ещё было гораздо могущественнее, и все самое редкое и дорогое, конечно, искали у Карима.

Лимеса со старым контрабандистом связывала долгая история. Карим, в своё время, избрал его в качестве своего преемника. Когда сам он отошел от дел, и, по сути, просто подарил Лимесу бизнес, то строил огромные планы по взаимной работе и монополизации бизнеса, но лучшему пилоту галактики стрельнуло стать искателем, и Лемес самоустранился в поисках лётной романтики, посадив Тима и Мира за кресло босса. Карим был старой школы и сразу ушел в контры с продвинутым мутантом, крепко обидевшись на своего ученика. Однако, на этот раз у нашего героя была сильная мотивация отправиться к своему старому учителю, и память о былом дарила ему надежду, что тот не разнесет его корабль еще на подлете.

– Выход из воронки Фера, три, два, один.

На окраине солнечной системы Каримна, (названой в честь Карима, естественно), образовался синий силуэт корабля и через мгновение появился сам истребитель, сразу начав максимальное торможение из возможного для своей технической конструкции.

– Входящий сигнал, – ожил бортовой компьютер.

– На экран.

На экране появился Карим, мужчина, явно молодившийся, с крашеной бородой и волосами, выглядел он лет на двадцать пять (сорок по земному). Но было ему пятьдесят три (восемьдесят два).

– Так, так, так, – многозначительно начал Карим. – Какие люди, и без охраны. Я так понимаю, ты чайку попить прилетел?

– Привет, Карим. У меня к тебе есть дело.

– Дело? Да ладно, а мне казалось контрабандисты не ведут дел с искателями.

– Ключевое слово в твоём ошибочном утверждении «казалось». Я искатель, который ищет редкий аппарат у самого лучшего контрабандиста в галактике.

– Даю связь и коридор на посадку, увидимся, Лимес.

– Буду с минуты на минуту, Карим.

Связь оборвалась.

– Давай посадку, по их координатам, и веди себя как обыкновенный бортовой компьютер, иначе не выберемся.

– Да, капитан. Идем заданным курсом, – отозвался корабль холодным безжизненным голосом.

Истребитель шел на нижней сверхсветовой скорости, через двадцать минут корабль вышел на орбиту планеты и начал снижение. Пройдя довольно плотные атмосферные слои под прицелом орбитальных орудий, Лимес пролетел к ангару. Плавная посадка, аккуратная и идеально четкая. Лимес вышел через открывшийся грузовой отсек, подняв руки. Навстречу к нему вышел Карим в сопровождении охраны, четыре здоровых амбала по кругу и еще один худощавый воин в плаще и с мечом на поясе.

– Лимес, – громко поприветствовал нашего героя хозяин. – Опусти руки, я знаю, что ты не носишь оружия. Тебе оно просто ни к чему.

– Карим, – опуская руки, но стоя у края грузового отсека ответил пилот. – Я очень рад тебя видеть.

– Разойдитесь, – скомандовал Карим своей охране, которая послушно отступила за его спину. Все кроме Джека. – Пройдем в мой кабинет.

– Ты уверен, может, тут поболтаем?

– Я может, и выгляжу молодо, но мне на минутку за пятьдесят. Пошли.

Лимес стоял на месте.

– Я даю слово, – громко объявил Карим.– Никто не тронет тебя, пока ты не покинешь мою звездную систему.

Лимес зашагал вслед за удаляющимся Каримом. Пройдя весь комплекс, напичканный вооруженной охраной, Лимес, Карим, плащ и амбалы попали в роскошный кабинет хозяина. Натуральное дерево, красные бархатные подушки, шелковые ковры и, конечно, огромное кресло, напоминавшее, скорее, трон. Карим все-таки хозяин солнечной системы. И вот хозяин, наконец занял свое почетное место и предложил присесть гостю.

– Итак, что тебе понадобилось? О, великий искатель, – усмехнувшись в бороду, произнёс он.

– Мне нужен ускоритель частиц Кольвина Зубинмаера. И три топливных элемента.

– Ого, ты решил заняться раритетом? Я контрабандист, а не барахольщик. Но, я могу сказать, где искать подобную рухлядь. Ты же искатель, вот и ищи.

– Что ты хочешь за эту информацию?

– Ну, я бы не прочь получить нужную мне информацию взамен.

– Что тебя интересует?