- Объявить нам войну? - на красивом лице нового старшего короля светлых магов появилось изумленное выражение. - С какой это стати?
- В нашей войне с лордами драконов светлые маги не могут отсидеться в стороне, - Дарэм резким движением встал из своего кресла и налил себе в бокал вина. - Ты или с нами или против нас. Если ты с нами, светлые маги получат вселенные лордов белых драконов после того, как мы покончим с ними. Если ты не поможешь нам, светлые маги станут первыми, кого мы уничтожим в этой войне!
- Существует еще одно "если", мой друг, - Мечислав Арклайт смотрел на друга, прищурив глаза, сквозь прикрывавшие их ресницы. - Если я попрошу помощи против Черного Лорда у Мотлифера Флемма?
- В этом случае, мой друг, - Дарэм Арпад нагнулся к лицу Мечислава Арклайта, выделив интонацией последние два слова, - ты, возможно, скоро умрешь от магического истощения, как и твой отец.
- ТЫ! - Мечислав Арклайт вскочил со своего места, в гневе уставившись в лицо Дарэма Арпада. - Если я узнаю, что ты причастен с смерти моего отца!
- Ты прекрасно знаешь, что это не я! - Дарэм Арпад силой усадил светлого мага назад в его кресло, нажав ему на плечи. - Но Черный Лорд - могущественный колдун и он не пощадит того, кто осмелится выступить против него!
- Значит, смерть моего отца - это все-таки происки этого проклятого Черного Лорда! - Мечислав Арклайт откинул руку Дарэма, прижимающую его к креслу и вырвался из его захвата.
- Лорды драконов уже проиграли ему, Меч! - Дарэм Арпад, пытаясь выровнять дыхание от борьбы со светлым магом, почти с ненавистью смотрел на своего друга по Академии. - Ты думаешь, я хочу подчиняться этому Черному Спруту?! Он, между прочим, повинен в смерти моего собственного отца! Но что я сейчас могу сделать?! У него Висвэрина Ариэ! - Дарэм сделал трагическую паузу, после чего проникновенно обратился к другу, взывая к нему о помощи: - Помоги мне, Меч! Я получу эту девчонку и тогда вместе с тобой мы отомстим Черному Лорду за все то, что он сделал с нашими отцами! Помоги мне, Меч! Я не прошу светлых сражаться. Я прошу только заявления о том, что вы объявляете лордам драконов войну. Поверь мне, она не продлится долго. После того, как я получу Висвэрину Ариэ, это будет делом нескольких недель!
- Что такого в этой девчонке Ариэ, что все так носятся вокруг нее? - недоуменно спросил Мечислав Арклайт, хмурясь и не понимая горячности Дарэма. - Она всего лишь сильный маг-создатель миров!
- Соединив с ее силой мою магию смерти, я получу под свою власть все миры! - Дарэм Арпад блеснул глазами. - А тех, кто не подчинится мне, я просто уничтожу. Ты не представляешь, Меч, какой разрушительной силой может стать магия Ариэ при правильном ее использовании! Обратная сторона создания - это, по твоему, что? Правильно, разрушение! Если Ариэ могут создавать вселенные практически из ничего, значит, они могут и разрушать вселенные до состояния "ничего"! Главное, направить их силу в нужное русло. Не забывай, что эта девчонка Ариэ, как ты ее называешь, кроме своей собственной силы, собрала в себе силы умертвленных Черным Лордом королей Ариэ! Ну же, Мечислав, решайся!
На лице светлого мага отразилось сомнение.
- Если сила Ариэ такова, как ты описываешь, возможно, что с твоей помощью некроманта вы совместными усилиями сможете вернуть к жизни моего отца? - несколько нерешительно, словно размышляя о вероятности подобного, спросил Мечислав Арклайт.
"Что за идиотская идея! Он что, вообще ничего не понимает в темной магии?!" - успел подумать Дарэм Арпад прежде чем, все более и более воодушевляясь, Мечислав Арклайт продолжал развивать свою мысль, говоря быстро и путано, словно в горячке:
- Точно! Вы с Ариэ возродите моего отца, мою погибшую в прошлом году мать и моих дядей, королей четырех Звезд светлых магов. После того, как вы вернете их к жизни, я проверю при помощи моей светлой магии, не превратились ли они в нежить. Магия Ариэ действительно магия создателей, стало быть, при воскрешении их шанс превратиться в нежить будет минимальным! Только на таких услових, Дар! И, прежде всего, я должен увидеть Висвэрину Ариэ своими глазами!
- Договорились! - Дарэм выпустил из своих пальцев огонек магии, подтверждающий скрепление договора с новым старшим королем светлых магов.
Про себя он подумал, что никогда еще в своей жизни не заключал более смехотворного договора. Скорбь по умершему отцу, казалось, превратила Мечислава Арклайта из сертифицированного светлого мага в дремучую бабку колдунью из дальних человеческих королевств.
Висвэрина Ариэ
Сон шестой
Этот сон был тем, который я мучительно ожидала увидеть на протяжении почти месяца, в течение которого меня неожиданно перестали колоть транквилизаторами. Меня исследовали, обстукивали, прослушивали при помощи сначала стетоскопа, потом повезли на МРТ, потом снова исследовали, а потом, очевидно, так и не придя ни к какому удовлетворительному заключению, снова вкололи транквилизаторы...
... И, словно подчиняясь моему страстному желанию, тот самый сон пришел, неясный и путаный, но все таки это был он. Я узнала его. Я уже видела этот сон. В нем я снова пыталась вспомнить о другом сне, или не сне, а смутном воспоминании, в котором я слышала слова заклинаний, срывающихся с губ матери, склонившейся надо мной, видела ее трясущиеся губы, большие и темные от отчаянья глаза, ощущала мой ужас и эхо ее торопливых слов: «Пророчество, Агарэлл, твое тагрово пророчество! Я не могу пойти против воли богов и дать ей умереть. Я уже проклята, так хоть спасу ее. И одновременно сделаю доброе дело – это тагрово отродье не должно появиться на свет!» «Это не то! – думала я во сне. – То, другое было позже, но при тех же обстоятельствах, и мама плакала, шепча заветные слова». И оно приходит, то воспоминание. Я снова словно воочию вижу, как королева Риверин склоняется надо мной и ее губы шепчут заклинание на крови, которое значит страшное – тот, кто творит это заклинание, отдает свои жизненные силы другому, но отдает на определенных условиях, которые не может нарушить ни один, ни другой. «Искра зажжет золото благополучия империи драконов. Твоя магия вернется, когда откроется твоя подлинная личность, - почти неразличимо шепчут губы матери. – Твою подлинную личность откроет тот, кто носит атауэ. Твои оковы перестанут причинять разрушение, когда сольются воедино две татуировки. Слияние должно быть добровольным и обоюдным. Подлинность слияния ознаменуется золотом атауэ. Да будет так! Да прольется к звездам золотая дорога пророчества Агарэлла Ариэ, подлинного и подкрепленного клятвой на крови и жизненной силе!»
Я продолжаю напряженно думать во сне. В зыбкой и неясной пелене сна я не совсем понимаю, что мне нужно сделать для того, чтобы вернуть себя к жизни как Висвэрину Ариэ, и как именно я могу вернуть личность Висвэрины маленькой девочке, сидящей в клетке в подвале замка Черного Лорда на планете Забытой Звезды. Даже если допустить, что боги пошлют ей чудо, и она, то есть я, смогу выбраться сначала из клетки, затем из подвала, потом из замка Черного Лорда на планете Забытой Звезды, а затем в результате другого, еще большего чуда, окажусь на планете Многоцветной Звезды, принадлежащей лорду Мотлиферу, что должно произойти дальше? Мою подлинную личность, то есть личность Висвэрины, должен был открыть тот, кто носит атауэ.
Несомненно, я все еще помню, что такое атауэ. Это – магическая брачная татуировка, подтверждающая идеальность пары дракона, которая появляется в мире раз в тысячелетие. Такую татуировку на моей памяти носили Висвэрина Ариэ из Дома лордов-создателей и лорд Мотлифер Флемм, король Дома драконов эфира.
О каких моих оковах шла речь, я тоже, кажется, знала. Это были мои браслеты-ограничители магии, которые надела и зачаровала на мне королева Риверин Ариэ. Более того, я помнила заветное слово, открывающее замки этих браслетов. Я также помнила, что королева заклинала меня никогда не открывать браслеты без ведома моей пары. Если я все-таки была Висвэриной Ариэ, а не Искрой или Аркси, это означало, что я не должна была снимать браслеты без присутствия рядом лорда Мотлифера Флемма. Мотлифер Флемм был императором драконьей империи и королем Многоцветной Звезды. Я помнила его, но помнила довольно смутно. Точнее, я помнила о том, что в той, прошлой жизни, которую я потеряла, он был лорд драконов, король драконов эфира и муж Висвэрины Ариэ. То есть, мой муж. Почему-то моя память отказывалась показывать мне его внешний облик. Но я вспомню его. Я обязательно вспомню. Я верну себе свою личность Висвэрины Ариэ и свою жизнь. Лорд Мотлифер Флемм был частью этой жизни, значит, начать стоило именно с того, чтобы вспомнить его. Если мне повезет, он поможет мне вернуть к жизни Висвэрину Ариэ.
Эта мысль была ясной и четкой, как день, и в способность лорда Мотлифера помочь мне я почему то верила больше всего. Меня беспокоило совсем другое, о чем упоминалось в заклинании королевы Риверин. Что значили слова королевы о слиянии двух татуировок? Да еще добровольном и обоюдном?
Самым первым и очевидным вариантом для слияний атауэ был, разумеется, брак. Об этом говорилось в главе непонятного учебника магии, которая, словно по волшебству, возникла перед моим внутренним зрением, как только я вспомнила про атауэ. Однако было бы смешно предполагать, что драконий король сначала выслушает всю эту историю о магическом заклинании королевы Риверин от меня, маленькой оборванки, а потом еще и захочет жениться на ней для того, чтобы исполнить никому не известное пророчество короля Агарэлла. Впрочем, если он отчаянно желает вернуть себе свою истинную пару, свою Висвэрины Ариэ, он может и попробовать. Теоретически. Честно говоря, даже не помня лорда Мотлифера, я в это не верила. Драконий император, скорее всего, прагматичен до мозга костей, и, как многие властные мужчины, весьма недоверчиво относится к пророчествам.
Другим вариантом было подождать, пока я вырасту, и вновь предстать пред очи драконьего лорда. Но я отмела и этот вариант. Во-первых, неизвестно, вырасту ли я вообще в тех обстоятельствах, в которых я находилась. Во-вторых, также проблематично, какую внешность я буду иметь, когда я вырасту, и, в-третьих, нет никакой гарантии, что драконий король польстится на то, во что я вырасту, памятуя золотую вязь его татуировки при заключении брака с Висвэриной Ариэ. Почему-то мне все-таки казалось, что он ее любил. Любил, хотя и очень редко говорил ей о своих чувствах, представляя чувства романтической чушью, годной только для слабонервных девиц. Золотой цвет атауэ свидетельствовал о том, что этот брак был идеальным для короля лордов драконов с точки зрения вселенной, и, самое главное, то, что оба - он и его дракон - признали это. Это также означало, что он, скорее, будет ждать появления своей пары до самой смерти, чем подпустит к себе кого-либо другого в качестве даже временной замены. Откуда-то я твердо знала, что дракон, который нашел свою пару, уже не польстится ни на кого другого до тех пор, пока чувствует, что его пара жива. Я, даже в теле пятилетнего ребенка, оставалась Висвэриной Ариэ, то есть лорд Мотлифер чувствовал, что я жива. Могли ли его чувства подсказать ему, где я нахожусь и распознать меня в новой личине, я не знала. Когда я покинула эти миры, я была всего лишь студенткой первого курса Академии Магии. Кроме того, я была той, которая все время сомневалась в своей принадлежности к этим мирам и оттого всегда с опаской относилась к своей родовой магии.
Словом, даже во сне я чувствовала, что упиралась в тупик. И этим тупиком, как не прискорбно было в этом сознаваться, было признание лорда Мотлифера. Я просто не могла предположить, как можно заставить этого драконьего Иван-царевича поцеловать ту лягушку, в которую превратилась принцесса Висвэрина Ариэ.
Сон седьмой
- Ты вспомнила?
Во сне я снова увидела себя стоящей перед Черным Лордом. Теперь мне было на вид лет восемь-десять. И я действительно многое смогла вспомнить. Я уже не сомневалась, что я Висвэрина Ариэ, но вслух продолжала твердить заученное от королевы Риверин заклинание о том, что я Аркси. Я с еще большим удовольствием повторяла его, зная, что это имя бесит Черного Лорда.
В ответ на его восклицание в моем сне я отрицательно покачала головой и с упрямством осла заявила традиционное:
- Я Аркси, мой господин.
- Упрямая тварь! – Черный Лорд размахнулся и ударил меня по лицу.
Я покачнулась, но устояла. Мне было не привыкать сносить побои от Черного Лорда, все более и более разочаровывающегося в своих планах завоевать миры лордов драконов. Мне казалось, что за последние два года мое лицо превратилось в сплошной кровоподтек, так часто и с таким удовольствием потчевал меня оплеухами этот отступник, срывающий на мне свое зло за неудавшуюся войну. От своего серебряного дракона, который вернулся ко мне, но был еще слишком слаб для того, чтобы противостоять Черному Лорду, я знала, что лорды драконов побеждали в этой продолжавшейся уже почти десять лет войне с Черным Лордом и человеческими магами-отступниками. И я знала, что Черный Лорд тоже об этом знал.
- Если ты перестанешь упрямиться, Висвэрина, - вкрадчивым тоном сказал он. – Я помогу тебе справиться с твоей магией.
- И мы завоюем весь мир? – насмешливо спросила я, заработав еще одну оплеуху.
- Может быть. А может быть, за это я позволю тебе остаться в живых?
- Вы не можете убить меня, - сказала я то очевидное, что вбивала мне в голову на протяжении нескольких лет королева Риверин. – Моя жизнь завязана на вашей. Вы сами сделали это, связав свою жизнь с жизнью ребенка королевы Риверин.
- Это так. Но я могу кое-что другое.
Улыбка Черного Лорда походила на оскал.
- Я могу наложить на тебя еще одно заклятие. Мое. Это заклятие запечатает твой рот навеки. Даже моя смерть не освободит тебя от него.
- И какое же это заклятие? – скептически спросила я. – На мне уже их столько, как звезд в небе.
- Это будет особенным. Оно не позволит тебе рассказать кому-либо, кто ты такая. Пока не сбудется условие заклятия, наложенного Риверин. Думаешь, я не знаю, что именно она вложила в него? Слияние с носителем атауэ. По условию моего заклятия проклятый дракон никогда не узнает тебя! Никогда. Ведь ты совсем не похожа на ту прежнюю Висвэрину Ариэ. И никогда не станешь на нее похожа, пока не откроешь дракону, кто ты такая, и вы оба не выполните условия заговора Риверин. Проклятая предательница думала, что делает тебе одолжение, накладывая свое заклятие! На самом деле оно убьет твоего дракона и заставит тебя до самой смерти мучиться от невозможности обратить его самой. Не так ли? Ведь ты помнишь то, что она нашептала тебе в ночи?
- У вас нет сил на такое заклятье! – шепчу я, побледнев, отчего Черный Лорд раскатисто смеется и, глядя мне в глаза, начитает произносить первые строки своего страшного заклятия.
Мне страшно и жутко оттого, что я знаю, что он прав и это заклятье сильно уменьшит шансы на счастливый исход моего заточения в теле маленькой девочки до скончания веков, но в то же время я четко понимаю, что в случае моего открытия магии Висвэрины Ариэ сейчас и под руководством Черного Лорда, война между драконами и Черным Лордом возобновится с прежней силой, и исход этой войны может быть неясен. И я уступаю своей судьбе. Я смиряюсь с ней. Я закрываю глаза и использую все имеющиеся на данный момент в моем распоряжении силы Ариэ для того, чтобы уменьшить действие этого страшного заклятия.
- Ну вот и все, маленькая дурочка! – говорит Черный Лорд, устало смахивая выступивший на его лбу пот. – Теперь молись своей настоящей матери, чтобы она осталась жива. Потому что, кроме твоего дракона, только у нее будет сила для того, чтобы снять с тебя это заклятие. Но я могу гарантировать тебе, что она до этого момента не доживет.
Он на секунду задумывается, а потом снова обращается ко мне:
- Хочешь, я расскажу тебе, как умрет Амиэра? ...
... Я думала о том, что он мне рассказал, проснувшись в палате частной клиники. Я была такой тихой и задумчивой, что мне еще несколько дней не кололи транквилизаторов. Я ела, ходила в туалет, гуляла по палате, молча слушала, что говорил мне врач и думала. И не находила выхода из создавшейся ситуации, которую я увидела в моих снах. В этом мире было легче. В этом мире я скоро умру...
... А потом мне приснился мой серебряный дракон. Это было так странно, что я удивилась и сказала ему об этом, ведь в ту ночь мне не кололи транквилизаторов.
«Ты не одна, Висвэрина, - зазвучал у меня в голове укоризненный голос Лунта. – С твоей смертью умру я, останутся бесхозными серебряные феи, которые поверили в тебя и связали с тобой свои жизни. Почувствовав твою смерть, умрет или обезумеет твой дракон. Ты должна бороться. Ты – Ариэ. В тебя в настоящий момент вкачано столько магии Ариэ, что ты можешь перевернуть миры. В тебе магия Висвэрины, магия твоего брата Риджа, магия твоего кузена Джеммэлина, магия твоего дяди Агарэлла, магия твоей тети Риверин. У тебя есть доступ к магии твоего мужа – короля Мотлифера Флемма. Борись, Висвэрина! От твоего выбора зависит окончание войны».
«Каким это образом?» – слабо удивляюсь я, впечатленная словами моего дракончика.
«Даже сейчас, из своего нынешнего положения, ты можешь помочь своей магией драконьему королю. Между вами неразрывная связь атауэ, отдай ему свою силу, помоги его дракону, дай надежду драконьему королю, покажи ему, что ты жива!»
"Я не помню своего короля, Лунт, - во сне с отчаяньем шепчу я. - Ты ошибаешься! У меня нет не только доступа к его магии, я не помню даже как он выглядит!"
"Ты все помнишь, Висвэрина! - укоризненно качает головой Лунт. - Ты слишком много думаешь. Магия Ариэ - это магия эмоций и чувств. Перестань думать, доверься своим чувствам, призови свою магию".
"Я не умею", - начинаю плакать я во сне.
"Перестань думать, - шелестит у меня в мозгу голос Лунта. - Спроси сердце. У тебя получится. Я в тебя верю. И он. Он ждет тебя."
"Кто он?"
*Твой драконий лорд" ...
... - Ей становится все хуже и хуже, - прозвучал над моей головой голос моего лечащего врача, - не думаю, что мы можем как-то изменить ситуацию, Валерий Петрович. Она перестала реагировать на транквилизаторы.
- Но она стала спокойнее, и вчера вечером она слушала меня и, мне показалось, что она даже адекватно реагировала на мои слова, - отвечает ему голос моего отца.
- У таких больных бывают временные улучшения, - в голосе врача слышатся извиняющиеся нотки. – Но после этого наступает еще больший регресс.
- Давайте все-таки подождем, прежде чем предпринимать какие-либо радикальные шаги, - настаивает мой отец.
- Хорошо, Валерий Петрович, мы подождем, - соглашается с ним мой лечащий врач. – Но мы продолжим колоть ей успокоительные.
- Делайте то, что считаете нужным, - одобряет, в свою очередь, слова врача мой отец...
Я проснулась утром следующего дня. И почувствовала, что выспалась. Потянулась, нежась в постели, как в детстве. Откуда-то до меня донесся запах хорошего свежесваренного кофе. Я встала и подошла к окну. Открыла его и выглянула наружу. За окнами шумел обычный день позднего мая. Прямо под окном цвела и пахла сирень. Я глубоко вдохнула свежий воздух наступающего лета и покачнулась от внезапно кольнувшего воспоминания. Странного, ассоциативного, и словно нездешнего. ... Такой же день. Такое же синее небо. Круглая комната со сплошными окнами, словно на вершине башни. Запах цветов, яркий, вкусный и нездешний. Гибкая сильная мужская кисть с ровными длинными пальцами с подточенными, окрашенными в черный цвет ногтями подает мне высокий бокал с синим по цвету соком... Я встряхнула головой. Закрыла и открыла глаза, стараясь придти в себя. "Висвэрина!" - я явно услышала в моей голове глубокий голос с чуть рычащими нотками в нем. Очень знакомый голос, но определенно не голос моего отца или одного из врачей в клинике. Я прислушалась к себе, почему-то желая еще раз услышать этот голос, но он молчал. Тогда я закрыла глаза, чтобы сильнее сосредоточиться и стала на все лады повторять свое имя, мысленно проговоривая его в своем мозгу, изменяя голоса и их звучание, надеясь в конце концов услышать в произношении моего имени этот отчего-то знакомый и такой, по непонятной причине, привлекательный голос, но ничего не добилась. Кроме короткой яркой вспышки памяти, словно отголоска пост-травматического синдрома. ...Темноволосый мужчина, резкие черты лица, длинный тонкий аристократический нос, высокий лоб. Наклон головы, такой знакомый жест. И в следущую секунду - неуловимо быстрое движение, поворот головы, и его темные искристые глаза с бушующими в нем всполохами магии, словно блестками звезд, уже впиваются в мое лицо. И тот самый голос повторяет мое имя: "Висвэрина!" А затем я вижу его: высокий драконий лорд, темный полувоенный китель с радужными переливами, подпоясанный синим с золотом кушаком, золотые эполеты на плечах, темные брюки, высокие сапоги-ботфорты. Иссиня-черные волосы, чуть волнистые, обрамляющие смуглое лицо, почему-то не собранные в обычный низкий хвост, а рассыпанные по плечам. И тень радужного дракона, выглядывающего из-за его плеча. Лорд Мотлифер Флемм.
Я покачнулась и опустилась прямо на холодный пол. И перед глазами замельками картинки-воспоминания прошлой жизни Висвэрины Ариэ.
...Территория Академии. Итара Арпад, короткие до плеч волосы, небрежно стянутые в хвост, веселые карие глаза и неизменная шпага в руках, с натянутой по поверхности лезвия нитью темной магии... Ларибэлл Болл, светло-каштановые волосы развеваются на ветру, он мчится по лесу, а за ним мелькает тень непонятного животного с планеты Менарда. Миг, Ларибэлл оборачивается и сжигает его струей яркой магии лорда белого дракона, а потом оборачивается и улыбается мне ясной улыбкой красивого восемнадцатилетнего мальчика, который нравится всем... Высокий, строгий на вид Тангирр Тонн, весь в черном, принц лордов черных драконов, стоит на поле турнира масок перед своей командой... И Улли Ариэ, мой маленький любимый братец, шестилетний пацан, как всегда взъерошенный, каштановые волосы вихрами торчат в разные стороны, большие голубые глаза сияют светом вдохновения перед совершением очередной проделки со своим другом, темноволосым и темноглазым Данзором Флеммом...
Я все вспомнила! Я - Висвэрина Ариэ! И волна истерики сметает меня с ног. Я плачу и смеюсь одновременно, по моему лицу текут слезы радости и горя. Они все - там, а я здесь. На полу. В психушке. Как страшно и несправедливо!
Двери открываются и ко мне со всех сторон бегут люди. Я едва вижу их из-за застилающих мне глаза слез, я почти не слышу их из-за того, что слышу голоса тех, других, в другом мире, которых я потеряла...
Вечером того же дня мне снова вкололи транквилизаторы.
Сон восьмой
В моем новом сне я стояла рядом с лордом Мотлифером Флеммом на площадке смотровой башни на Эфере, на Многоцветной Звезде, как это уже было когда-то в далеком прошлом. Только цветущего города Эфера в стороне от замка короля лордов драконов эфира больше не существовало. Была только груда развалин, которая тянулась от одного края горизонта до другого. Не было и стройных рядов причалов космических кораблей, которыми я так восхищалась в прошлый раз. И стояли мы в напряженной тишине, наблюдая не за полетом счастливого радужного дракона, а за боем между флотилией короля Многоцветной Звезды и космического флота Черного Лорда, вторгшегося в пределы планеты. Рука драконьего короля не лежала на моей талии, хотя мне этого хотелось, а он просто стоял и смотрел на бой, безмолвно отдавая команды и, кажется, совсем не ощущал моего присутствия. Мне же казалось, что я вижу не реальный бой, а проекцию игры в космических пиратов, которой баловались в свое время принц Данзор Флемм и мой маленький брат Улли Ариэ. Только какая-то часть меня знала, что это был реальный бой, в котором погибали люди и драконы. И с ними заодно сгорали в космическом пространстве щупальца черных спрутов.
Внезапно лорд Мотлифер повернул голову в мою сторону и посмотрел мне прямо в глаза. И на какую-то долю секунды время остановилось, как это всегда случалось с нами в минуты наивысшего подъема чувств. Мне даже показалось, что он меня увидел, хотя этого не могло случиться ни в одной из наших вселенных. В моей вселенной я лежала в палате частной клиники, одурманенная приемом «колес», в его мире – он стоял на смотровой башне Эферы и руководил боем своей космической эскадры. Но даже зная это, я от всей души хотела чтобы он победил. Призывая в своем навеянном наркотиками сне все свои силы и былую магию, я помогала его флотилии сражаться, я защищала его корабли, я надела ментальный доспех на его дракона, я шептала слова ободрения и утешения ему самому, стараясь сделать его сильнее и крепче духом. Именно потому, когда он повернул ко мне голову, и мне показалось, взглянул прямо мне в глаза, я вдруг ощутила, что он почувствовал, что я рядом. Потому что на лице его отразилось изумление, а губы непроизвольно прошептали мое имя.
- Висвэрина! – пролетело над всеми вселенными и созвездиями бывшей Конфедерации и, набирая силу, звук моего имени становился все громче и четче, заставляя лордов драконов поднимать головы и воспарять духом. Потому, что воспрял духом радужный дракон лорда Мотлифера Флемма, передавая свою и одновременно мою силу моему драконьему королю.
... Длинный сноп обжигающего пламени радужного дракона ударил и несколько раз безжалостно прошелся взад-вперед по рядам вражеских кораблей Черного Лорда. После этого радужный дракон поднял голову к черному небу космоса и торжествующе заревел, празднуя победу. Одновременно с ним поднял голову к небу и король лордов драконов. В неизбывной темноте космоса мелькнула слабая серебряная искра моего дракона, еще почти неразличимого, похожего на обычную мелкую звезду, но это был он – мой серебряный дракон. Мой Лунт. Если он готов вернуться в миры конфедерации, значит, скоро вернусь и я, успела я подумать в моем сне...
Глава 4
Эфера, Многоцветная Звезда
- Ваше императорское величество!
На пороге стоял посыльный с гербом короля Каруэлла Ариэ на его потертой куртке.
Лорд Мотлифер Флемм поднял на него глаза.
- В небо взлетел серебряный дракон! – со скрытым ликованием в голосе выпалил мальчишка. – Его уже видели парящим над Янтарной и Утренней Звездой!
Лорд Мотлифер закрыл текстовое окно своего даэра, в котором он оформлял приказ космической эскадре белых драконов под командованием короля Алента Болла вернуться в главную гавань империи для того, чтобы принять участие в решающей и, как он надеялся, последней битве с черными спрутами на планете Забытой Звезды, и вышел вслед за мальчиком на смотровую площадку башни своего дворца на Эфере, где он работал.
Высоко в синем небе, над защитным куполом Эферы, парил, переливаясь ртутью в лучах солнца серебряный дракон Висвэрины. Приложив руку козырьком ко лбу, лорд драконов эфира некоторое время бездумно смотрел в небо, наблюдая за серебряным драконом, а потом снял защитный купол над планетой и послал ему зов. Дракон не откликнулся.
Лица короля Мотлифера коснулся теплый ветер летней ночи на Эфере, который на секунду напомнил ему легкое прикосновение к его щеке пальцев Висвэрины.
«Все придет тогда, когда наступит время, - прошептал ему голос Многоцветной Звезды. - Королева вернется, обязательно вернется, ведь иначе не может быть. Ты получишь назад свою своевольную дерзкую и несносную девчонку Ариэ».
Он грустно улыбнулся. Все, что угодно. Он просто хотел ее вернуть.
Висвэрина Ариэ
Сон девятый
Мне снилось, что я была серебряным драконом, взвившимся с земли в высокое небо. Дракон штопором ввинчивал свое мерцавшее ртутными переливами тело в ночное небо, перелетая с одной планеты на другую, опускаясь то ниже, почти к самой земле, то поднимаясь выше, долетая до орбит неведомых планет. Я смотрела глазами дракона, и то, что я видела, мне не нравилось Я видела войну. Я видела смерть. Я видела кровь. Я видела обугленные и обгорелые до черноты обломки космических кораблей, вращающихся по орбитам этих планет. Я видела горящие от ударов космического оружия планеты. Я видела людей и драконов, убитых на этой войне. Я видела королей человеческих магов, драконов и лордов-космоса. Я видела лордов черных спрутов, которые развязали эту войну ради захвата магии наших миров. Я видела тех, кого я знаю и люблю. Я видела тех, кто умер, умирал или еще был жив. Мой дракон плакал. Плакал и все равно смотрел на то, что происходило в этих безумных мирах. Картинки перед моими глазами сменялись, как в калейдоскопе.
Я видела, как принц темных магов Нерат, брат Итары Арпад, и ее кузен король Дарэм Арпад убивали старшего короля дома Арпадов - Ретардена, который не желал сражаться с драконами и хотел мира. Я видела принца темных магов Дарэма Арпада, короля Темной Звезды, главного соперника драконьей империи, разводящего в стороны руки, вызывая магию смерти; я видела смерть, летящую за ним по пятам. Видела эту смерть, разрывающую взрывами черной магии цветущие планеты драконов. Видела людей и лордов драконов, погибающих под руинами разрушенных зданий, выброшенные в космос мертвые тела, плавающие в безмолвной черноте и не находящие пристанища.
Я видела лорда белых драконов Алента Болла, короля Северной Звезды, стоящим у гроба своего отца, адмирала космического флота Конфедерации короля Бэлара Второго. Видела жену Алента, юную принцессу Беллару Болл, убитую при налете космической флотилии светлого мага Ростислава Арклайта на столицу главной планеты Боллов - Аскене. Я видела разрушенную Эферу, столицу короля Мотлифера Флемма на Многоцветной Звезде, превращенную после нападения космического флота Дарэма Арпада в неприступную крепость, ощерившуюся рогатками нескончаемых портов космических кораблей. Я видела Утреннюю Звезду Флеммов и взорванный снарядом с неведомой магической начинкой прекрасный дворец королевы Элинор, увитый розами, черный пепел и прах на месте которого похоронил не только старшую королевскую чету драконов эфира, но и родителей принца Данзора Флемма и Леммы Флемм...
Я видела, как падали знамена Конфедерации, разрушенной предательством темных магов, а вместо них взмывали на флагштоках знамена с золотым драконом на кроваво-красном поле. Видела лорда драконов эфира, короля Мотлифера Флемма, отправляющего в бой эскадры космических кораблей, видела боль и смерть в его глазах. Видела его на совете миров империи драконов, принимающего пост канцлера военного времени. А затем видела, как значок с этим знаменем украшал борта каждого космического корабля империи драконов. Империи, во главе которой драконы поставили темноволосого короля со смертельной болью в глазах.
Я видела лорда черных драконов, короля Тангирра Тонна, стоявшего на причале Звезды Оникса, возле космического корабля империи. Мгновенье, и он вскидывает руку в драконьем приветствии – сначала касаясь сжатым кулаком сердца, а затем устремляя руку со сжатым кулаком вперед и вверх к звездам. Потом, пригнувшись, заходит в люк космического корабля и исчезает из виду. Я видела его во время многочисленных сражений, видела кровь на его лице, видела его раненого дракона, видела его хмурое лицо с тенями усталости, но с несокрушимым упорством в его глазах.
Я видела склонившегося над ритуальным столом лорда Каруэлла Ариэ, овеянного со всех сторон дымками пророчеств, блеском шаров будущего и шарадами гороскопов. Видела те отрывистые, неровные линии судеб, который он чертил, изменял, перечеркивал и стирал магическим ластиком.
Я видела, как прекрасный, как ангел, принц светлых магов Мечислав Арклайт вел эскадру боевых космических кораблей в бой против другой эскадры, на командном корабле которой стоял другой красавец-принц нашей Академии – лорд черных драконов Антален Тонн. Я видела, что осталось после боя от этих двух принцев – обугленное до неузнаваемости тело Мечилава Арклайта, затерявшееся где-то в космосе, и умирающий дракон Анталена Тонна, спасший ему жизнь ценой своей жизни. От потери своего дракона лорд Антален Тонн не оправится никогда.
Я видела лорда белых драконов Ларибэлла Болла, короля Кристальной Звезды, который вел в бой армии человеческих магов, оставшихся верными Конфедерации, его огромного белого дракона, который парил над головами людей, словно знамя победы.
Я видела лорда Златосура Ринна, короля Морской Звезды, его флотилию морских драконов, которые уничтожали заброшенное в воды океанов темными магами и черными спрутами подводное оружие разрушительной силы.
Я видела принцессу лордов черных драконов Эрилену Тонн, королеву Серой Звезды, которая своей магией заставляла сомкнуться небо и землю на планете Агатовой Звезды для того, чтобы спасти космические корабли принца лордов белых драконов Октавиана Болла, попавшие в ловушку короля магов теней Итарена Арпада. Я видела, как полумертвую от истощения принцессу доставил на Серую Звезду сам лорд Октавиан Болл, эскадру которого она сумела спасти.
Я видела своего отца, элегантного красавца и первого бабника Конфедерации, непобедимого лорда Джена Ариэ, умирающего от ран, полученных от ядовитой магии черных спрутов, на руках у безутешной богини Амиэры, которая, согласно пророчеству, воссоединилась с ним в час, когда рушился их мир. Видела, как она отдавала ему свою жизненную силу для того, чтобы его спасти. Но все было бесполезно. Я знала, что в яд черных спрутов была добавлена капля крови бога мёртвых из пантеона темных человеческих магов, которая убивала моего отца. Я видела, как умирала на остывающем теле моего мертвого отца, якобы, бессмертная богиня, отдавшая ему всю без остатка свою жизненную силу, без которой она не могла жить.
