– Слышь, кого ты неудачником назвал?! Да я в тысячу раз лучше тебя, – разгорячился Паша.
– Ага, вот только я тебе много подробностей не рассказал.
– Так вываливай их.
– Прости, но нет. Там приятного мало. Ладно, если хочешь, считай, что ты лучше меня. Но давай не в тысячу, а в сто раз, идет?
– Идет.
И мы дружно засмеялись. Подошел черед открывать вторую бутылку. И на кульминационном моменте щелчка пробки в дверь позвонили.
– Блин, кого там принесло? – недовольно выдохнул Паша, приподнимаясь.
Но дверь пошел открывать Егор. Через время он представил нам гостью. Настя Мальцева, родная сестра Паши.
– Я тут подумала, что вам делать нечего. Зарплату сегодня получила, вот и взяла немного выпивки… – и она уставилась на меня и Макса.
Мы уставились на нее в ответ. Кто же знал, что так карта ляжет.
– Я смотрю, у вас гости. А Паша сегодня даже без девушки.
– Да, так вышло. Кстати, поприветствуй как надо наших временных соседей. Влад Васнецов, Максим Макаров, – указал он. – Поживут с нами какое-то время.
– Что, ребят, денег на отель не хватило? – засмеялась она.
– Вы знакомы? – спросил Егор.
– Парни днем заходили к нам в отель, но когда я назвала цену, то их сразу след простыл.
– Ну уж извини, что для нас шесть тысяч за ночь большая сумма, – ответил я.
– Да ничего, я все понимаю, – сказала она и плюхнулась на диван в углу. – Видимо, моя выпивка сегодня не понадобится, – добавила она, глядя на почтенный ящик пива.
– Ты нас недооцениваешь. Ночь длинная.
– Ну и? Как вы оказались в такой ситуации, – продолжала она, глядя на меня. У них с братом много общего в стиле ведения диалога.
– Так вышло, – продолжал я отвечать в характерной для себя манере. – Мы отправились в путешествие. Блин, теперь опять рассказывать это… Первой точкой нашего маршрута стал Воронеж. Дельных предложений, где можно остановиться, мы не нашли, поэтому пошли в бар, чтобы отдохнуть. Там и повстречали ребят, которые решили нас принять на время. Сказали, что у них есть свободная комната, да и вообще, что им все равно.
– Эй, мы такого не говорили. На самом деле это неплохо, что мы встретили вас, – добавил Егор.
– Хей, Влад. А ты все-таки проиграл, – сказал Макс.
– Это когда?
– Когда мы спорили, какой у нее характер.
– Но ты даже своей теории не высказал!
– Очевидно, что она была противоположна твоей.
– Что ж, ладно. Твоя взяла.
– Эй, о чем вы? Мне неприятно, когда меня за глаза обсуждают.
– Просто… – начал было Макс, но замялся.
– Ты нас так холодно проводила из отеля. Казалось, что еще секунда –и ты вызовешь охрану или начнешь поливать нас грязью. Я подумал, что ты и в жизни такая… по некоторым причинам, – закончил я.
– И по каким же? – говорила она, только сейчас открывая бутылку пива.
– Без комментариев.
– Ну раз все поладили, то давайте продолжим вечер, – предложил Паша.
Егор вернулся на свое место на противоположном от Насти углу дивана, взял свою недопитую бутылку и сделал пару глотков. Остальные последовали его примеру. Солнечного света уже не было видно. Но луна была особенно яркой, так что благодаря широким панорамным окнам казалось, что включать свет – излишество. К тому же, экран телевизора вносил разнообразия в цветовую палитру окружающей обстановки. Когда часы прогремели одиннадцать вечера (у Паши действительно стоял будильник на это время), мы начали смотреть футбол. Как объяснил меж делом Егор, Паша – большой фанат этого спорта. Так, под лунным светом, за просмотром футбола, распитием пива в интересной и неожиданной компании прошел наш первый вечер в новом городе.
Дальше я ничего не помнил. Поднялся со своей кровати, когда солнце было чуть ли не в зените. Макс еще спал в соседней койке. Я протер глаза, переоделся в новые шорты и футболку и направился на кухню. Оттуда доносилось мелодичное напевание какой-то известной песни, название которой я так и не смог вспомнить. Настя готовила у плиты, одетая в одну длинную мужскую толстовку и фартук. Благодаря этому верх было трудно разглядеть. Даже такой циник, как я, вынужден признать, что ее аккуратные ноги и миниатюрная талия производили впечатление.
– Доброе утро, – сказал я и пошел к холодильнику, не дожидаясь ответа. Достал ледяную бутылку воды и наполовину опустошил.
– Доброе.
– Что готовишь? – я подошел ближе.
– Суп. После пьянки самое то.
– А ты разбираешься, – говорил я и невольно бросал на нее недвусмысленные взгляды.
– Не то слово. Брат часто с Егором выпивает. А готовить они не любят, поэтому время от времени я прохожу сюда и подрабатываю поваром.
– Много платят?
– Ага, правда, в основном алкоголем.
– Мечта, а не работа… – замялся я, не зная, как выразить мысли. Голова еще раскалывалась, поэтому слова подбирались с трудом. – Слушай, это не мое дело, чем вы там ночью занимались, но можешь что-нибудь еще на себя накинуть?
– Я могу за себя постоять. Если начнешь приставать, я тебя в миг на лопатки уложу.
– Боже, да я не об этом. Ладно, забей.
– Нет, постой. Что у тебя на уме? Егор мне как брат, так что у тебя просто фантазия богатая.
– Богатая моя фантазия или нет, здесь дело не в этом. Егор, как и я, между прочим, обычный парень. И думаю, что ему глубоко плевать, считаешь ты его братом или нет.
– Ладно, я поняла. Доготовлю и переоденусь. Они все равно еще будут дрыхнуть пару часов, не меньше.
В это время я рыскал по ящикам и нашел аптечку, откуда взял желанную таблетку от головы. Затем пошел к холодильнику за той же бутылкой воды, присел за стол и попытался унять головную боль.
– А у вас с Пашей хорошие отношения? – решил я плавно перевести тему.
– Да, более-менее, – говорила она, пробуя с ложки бульон от супа.
– Более-менее, значит… И тебя устраивает его образ жизни?
– Чего тебя на душевные разговоры потянуло? Не протрезвел еще?
– Вроде того. Как станет лучше – из меня и слова не вытащишь.
– Ну не то чтобы я одобряла его поведение, но не могу же я вмешиваться в его жизнь.
– Конечно, я не имею права это говорить, ведь знаком с ним всего ничего. Но он хороший парень. Ему бы толчок в правильном направлении.
– Толчок, говоришь. Возможно, – отвечала она на автомате, перемешивая суп в кастрюле.
– Только никому не говори об этом.
– Почему же?
– Не говори и все.
– Хорошо, обещаю. Но и ты выполни свое вчерашнее обещание.
– Не помню…
Бутылка воды уже опустела.
– Ну как же… «жизни у нас у всех сложились по-разному, но не в этом сок. Вот понимаешь, я-то, может быть, хотел жить нормально, как и все, но у меня нет никаких шансов», – сделала она паузу. – Твои слова. Потом я спросила, почему ты такой грубый. В ответ ты выругался на меня, выпил, а потом тихо продолжил: «В следующий раз расскажу».
Нечленораздельным выкриком я прервал ее и не дал вспомнить новые подробности.
– После этого ты замялся и больше не продолжал эту тему. Так вот, обещай, что расскажешь.
Тем временем мой мозг, еще не оправившийся от спиртного, начинал давать сбой. Кровь прилила, лицо покраснело. Во мне смешались бури ярости и тоски. Прошлое, что раньше было под вечным заточением, снова просачивалось. Я сбежал.
– Нет! – я резко поднялся, накричал на Настю и ушел в свою комнату.
Резко открыл и с грохотом закрыл дверь. Вышел на балкон. Закурил. А затем закурил вторую. Неожиданно рядом оказался Макс.
– Дашь сигаретку?
– Держи, – протянул я ему пачку и зажигалку.
– Слушай, что же нам делать по итогу? Еще две недели в этом городе будем…
– Не надо загадывать. Пока у нас есть два дела: пещера и деньги. Думаю, нам хватит.
– Твоя правда. Как самочувствие?
– Хреново.
– Аналогично. Хреново.
Глава 3. Пещера
Утром того же дня мы отправились в место, отмеченное Викой на карте. Как только мы вошли в довольно тесную и темную пещеру, сразу же почувствовали неладное. Звуки внешнего мира улетучивались тем быстрее, чем дальше мы продвигались. В легких ощущалась тяжесть. Мы дошли до конца пещеры и увидели там на стене переливающуюся кроваво-красным светом печать с пятиконечной звездой внутри, обрамленной непонятными символами. Стоило нам взглянуть – она зажглась. В нас ударила багровая молния, под ногами возникла та же печать. Звон в ушах заглушил мысли, а тело отказывалось двигаться от страха перед кажущейся как никогда близко смертью. Пульсирующая молния шептала колыбельную, отправляя нас в царство сна. Поддавшись неземным чарам, мы упали без сознания. Наверное, какое-то время мы пролежали в пещере, пока я не проснулся.
Мое тело было парализовано, и только усилием воли я смог открыть глаза, а потом и подняться на ноги. Глаза уже привыкли к темноте, а очертания стен напомнили, где я нахожусь, и что с нами случилось. Меня окутал страх, следствием которого стал нехилый тремор. Судорожно я обернулся в ту сторону, где раньше видел странный символ, но стена была чистая, как будто все, что произошло до этого, мне привиделось.
Переведя дух, я разбудил Максима, и мы ушли из пещеры так быстро, как только могли. Через пару часов вернулись домой. Дежурно поздоровались с парнями и пошли в свою комнату. Переодевшись в домашнее, мы уселись на свои кровати и призадумались. Понятно было лишь одно ‒ пещера изменила нас. Рубикон пройден.
– Как ты думаешь, то, что мы видели, реально? – спросил Макс, до недавних пор – отъявленный материалист.
– Не попробуем ‒ не узнаем. Ты первый.
– Окей… И как активировать эту печать? – вопрошал он в пустоту.
– Придумай ей название и произнеси вслух.
– О, у меня в голове уже есть нужный образ, – сказал он, а позже с чувством произнес: – Персонаж!
– И как? – я не верил своим глазам. Его лицо оставалось таким же, но в то же время нет. Оно приобрело женственные черты. Взгляд стал более ехидным, прямо как у нее. – Это Вика, которую встретили в поезде?
– Ты и сам догадался, хвалю. Не было бы никакого интереса, если бы я с самого начала сказал, в кого хочу перевоплотиться.
– Скажи еще, что в карты хочешь сыграть, – добавил я.
– Не отказался бы. Есть такое желание где-то внутри. Но не сейчас, а как-нибудь попозже.
– Так, ладно. Макс, как ты себя чувствуешь?
– В моей голове есть образ поведения, отличающийся от моего, но такой же понятный и доступный.
– Раз уж ты так хорошо понимаешь Вику сейчас, объясни, зачем она нам дала маршрут к пещере?
– Думаю, я ее не настолько хорошо знаю, чтобы в точности воспроизвести ее ход мысли. Просто так Вика бы ничего не сделала, если в этом не замешан азарт. Значит, есть более глубокая цель, нам не понятная. Вполне вероятно, что мы встретимся вновь. План явно продуман далеко вперед, а мы ‒ лишь инструменты. Думаешь, между ней и Гильдией печати есть какая-то связь?
– Может быть. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Сперва разберемся со способностями. Можешь как-то развеять эффект?
– Попробую, – сказал он не свойственным ему мягким, бархатным голосом.
Тем временем его лицо стало менее обаятельным и вернулась прежняя напряженность вкупе с грустным и одновременно раздраженным взглядом.
– Получилось, – ответил он. – Странные ощущения, конечно, но мне нравится. Вполне полезная способность.
– Что ж, понятно. Теперь моя очередь, – я сосредоточился на увиденном сне, ища нужное название. Оно быстро всплыло из вороха воспоминаний, и тогда я произнес: – Реституция мира!
Я и Максим шли по деревне к ближайшей автобусной остановке. Еще дул легкий утренний бриз, а солнце не грело так сильно. Вдоль дороги – множество частных домов, в которых кипела жизнь. Деревенские рано начинают свой день.
