– Я просто туда…не…
– Слишком много лишней информации. Цену за час знаешь. Либо ты, либо другая.
Следующие два дня я загружаю себя работой, нахожу дыры в финансах в казино. А значит и тут есть крыса. Не хватало ещё здесь разгребать.
Звонок напрямую от охраны вводит в недоумение. Такую наглость могут себе позволить только при форс-мажорах.
– Какого хера ты звонишь?
– Извините за беспокойство, Мистер Морелло, но вы давали приказ отвозить на занятия Мисс Реброву, однако она не вышла к машине и в комнате её нет.
Нехорошее предчувствие зарождается внутри. Если она смогла сбежать, ей же хуже.
– Когда вы видели её последний раз?
– Позавчера.
– И какого лешего мне никто не сообщил? Где Роб? Где Джей? Видео с камер мне пришли быстро! Ищи её!
Я закуриваю сигарету и гипнотизирую экран смартфона в ожидании видео. Наконец мне присылают файл, и открыв запись, я швыряю пепельницу в стену.
Алиса
Кошмары меня доконают окончательно. Это невозможно. Я просыпаюсь уставшей, плохо соображаю. Вот и сейчас проснувшись от собственного крика, я умываюсь холодной водой и пытаюсь вспомнить, что позволяло мне спать без них. И ответ мне совсем не нравится. Дерек грёбаный мафиози. А может не он сам, а что-то в его спальне? Белый шум там, аромапалочки? Накидываю глупые идеи, лишь бы не признаваться себе в его необходимости. Не придумав ничего лучше, я прямо в пижаме иду к нему в спальню. Осматриваюсь, принюхиваюсь, но ничего кроме его парфюма не витает в воздухе. Захожу в гардеробную, где этот аромат ещё более концентрирован. Может у него одежда успокоительными пропитана? В конце концов, без них ни один человек не сможет спокойно спать после убийства.
– От одной рубашки не обеднеет. А мне выспаться надо, – бубню себе под нос.
Раз что-то есть успокаивающее в его духах или одежде, значит будем это использовать. Стягиваю рубашку с плечиков и иду на выход. Я почти зашла к себе в комнату, когда рука ложится на моё плечо.
– Воровка значит?
Не успеваю я ответить, как мне зажимают рот, и поднимают. Я выпускаю рубашку и пытаюсь вырваться, но всё бестолку.
– Давай быстрее, Эм! – раздаётся голос Роберта над моих ухом.
Я успеваю увидеть блондинку за спиной Роба, а затем тряпка ложится на лицо, и я погружаюсь в пугающую темноту.
Прихожу в себя я в тёмном помещении. В этой черноте не могу даже понять, где я и насколько оно большое. Ноги затекли, я пытаюсь встать, но они совершенно не слушаются и … они связаны! Ублюдки! Я на ощупь ищу узел, но он оказывается так сильно затянут. Паника безысходности зарождается в животе. Дыхание начинает учащаться, на лбу выступает испарина. Я пытаюсь стянуть верёвки, но только болезненно ломаю ногти на руках. Я снова не могу выбраться. Мои ноги зажаты… Мой кошмар ожил. Сознание затуманивается, я нервно дёргаю за стягивающие путы. Истерика стремительно приближается. Глаза, которые должны были уже привыкнуть к темноте, заполняются солёными слезами. Острые края сломанных ногтей царапают кожу ног. Я даже не замечаю, как начинаю кричать. Наконец мне удаётся ослабить узел, я спешно выдёргиваю ногу и отталкиваю от себя словно змею верёвку. Встаю на ослабленные ноги, царапины начинают щипать, но я стараюсь не обращать на это внимание. Прижимая ладонь к стене, я начинаю идти, пока не упираюсь в перпендикулярную стену. Так я дохожу до двери. Нащупываю ручку, проворачиваю, но она не поддаётся. Я начинаю стучать по двери со всей силы. Луплю ладонями, ногами, пока очертания двери не подсвечиваются снаружи.
– Прекрати шуметь, идиотка. Никто тебя спасать не будет. Посидишь в заточении, пока босс не приедет. А он ой как не любит воров. Интересно, прежде чем скормить тебя псам, он разрешит развлечься с твой задницей?
Голос Роберта ледяной, насмешливый и пугающий.
– Включи хотя бы свет.
– Ой, вы посмотрите-ка, клубная шлюха боится темноты?
Я оставляю без комментариев оскорбление. Но в следующее мгновение яркая вспышка лампы ослепляет меня. Сощурившись, я рассматриваю крошечное помещение с одной узенькой дверью. Это что-то типа кладовки. Открываю дверку, за ней стоит унитаз и раковина. Открываю кран, и выдыхаю, что хотя бы вода есть, хоть и ледяная. Умываюсь и обтираю влажными руками шею и руки.
Очевидно, что эти два психа на меня взъелись. Просить меня выпустить совершено бесполезно. Но когда приедет Дерек неизвестно. В следующие часы я понимаю, что вряд ли бы в моей жизни ещё была ситуация, при которой я так ждала приезда грёбанного мафиози.
Я не знаю, сколько я здесь сижу. Ноги затекли пока я дремала, облокотившись на кирпичную стену. От холодного пола замёрзли пальцы ног. Увы, придётся терпеть. Царапины на ногах воспалились и припухлые красные линии требуют обработки. Задрав ногу на раковину, я смачиваю руки в ледяной воде и промываю ранки. В и без того прохладном помещении, такая вода делает руки просто деревянными. В попытке разогнать кровь по телу, я встаю и делаю приседания, растираю ноги и руки. Желудок недовольно урчит.
Меня ни разу больше навещали, и не реагировали на мой стук и зов. Я засыпала уже три раза, но даже примерно не могу сказать, был ли это ночной сон или я просто дремала пару часов. А ещё меня ни разу не кормили. Неужели даже тётя Бини не побеспокоится обо мне? А ещё этот зуд…Разодранную кожу ног я периодически промываю, но она всё равно воспалилась и чешется.
Отчаяние подкидывает меня, я встаю и пытаюсь выбить дверь, но только сильно ударяюсь плечом. Я пробую снова и снова. Окончательно потратив все силы, я забиваюсь в угол и засыпаю в очередной раз.
«А что, если я здесь умру?» – моя последняя обессиленная мысль.
Дерек Морелло
Я не замечаю кровь на костяшках, слежу только за алой каплей, которая стекает по виску моего младшего брата Роберта. Хватаю его за левую руку, и выгибаю его мизинец и безымянный палец.
– Дерек, она пробралась к тебе в комнату, явно, чтобы что-то украсть. Я же просто проявил бдительность. Она чужачка, – начинает тараторить Роб, только больше зля меня.
– Ты мог позвонить. Ты обязан был позвонить. Я твой босс, в первую очередь. И я предупреждал. Никаких фокусов.
Я дожимаю его пальцы до характерного хруста и тут же отпускаю. Для Роберта эта боль уже привычна, но это всё равно боль. Я говорил, что сломаю пальцы, я это сделал.
– Чего ты так завёлся из-за этой шлюхи?
Роб размазывает кровь по лицу и встаёт с пола, морщась и стараясь не опираться на левую руку.
– Не твоё дело! Ещё раз ты к ней прикоснёшься, отрублю руку. Уяснил?
Роб молча смотрит на меня гневным взглядом.
– Я не слышу утвердительного ответа, капо!
Моё сердце бьётся в ярости.
– Уяснил, босс.
– Где она?
– В чулане в подвале.
Этот чулан весьма мерзкое место, а если вспомнить, как кукла реагировала на закрытые двери авто, то могу представить как ей там несладко. Но может от того и посговорчивее будет? Спускаюсь в подвал, перепрыгивая ступеньки. О ключах от замка я даже не вспомнил. Достаю пистолет и одним выстрелом выбиваю замок. Распахиваю дверь и обнаруживаю Алису, забившуюся в угол. Вся трясётся, но взгляд по-прежнему воинственный. Удивительная девушка. Не у каждой есть столько духу, чтобы не забиться в истерике от всего, что она встретила в этом доме. Осматриваю её голые участки тела. Она бледная, под глазами синяки, и будто стала меньше. На ногах воспалённые ссадины, на плече уже начал проявляться фиолетовый синяк.
– Если бы ты не выпендривалась и спокойно раздвинула ноги, тебя бы никто не посмел тронуть.
Алиса разлепляет пересохшие губы.
– Если бы ты меня не похитил, меня никто бы и не тронул. Не надо обвинять меня в том, что вы все больные на голову! – её голос хриплый и слабый.
Я делаю глубокий вдох. Хочется наказать её за грязный рот, но сначала, надо её привести в божеский вид.
– Идти сможешь?
Девушка встаёт, но тут же её ноги подгибаются. Я успеваю нырнуть внутрь и подхватить её, беру на руки и кое-как выхожу из этой каморки. Отношу её в уборную в её комнате и сажаю на край ванной.
– Я вызову врача, дашь ему осмотреть свои ноги и плечо. Откуда синяки и раны?
– Твой родственничек связал мне ноги. Будто собирался подвесить над костром. И я пыталась выбить дверь, – её взгляд напоминает диких детей.
– Глянь-ка, может не всё так плохо, раз есть силы острить?
– Да пошёл ты!
– Сюда? – я дёргаю её за руку к себе и запускаю руку в её пижамные шорты, сжимаю ягодицы, – пожалуй, не сегодня, хочу, чтобы ты скакала сверху, так что наберись сил. И помойся. Анна скоро придёт, поможет тебе и принесёт еду.
Я уже почти вышел из комнаты, когда решаю спросить.
– Зачем ты ходила в мою спальню?
Девчонка сжимает челюсти и опускает глаза. Не дожидаясь ответа, я выхожу. Мне и так понятно. Я даже на видео слышал её крик, а значит кошмары снова с ней. И похоже мне удалось забраться к ней в голову и в чувства, раз она искала спасения у меня.
Ладонь приятно покалывает от ощущения упругой задницы танцовщицы. Но нужно заняться работой. Испанцы не дремлют, да и проверка в клубе меня насторожила. По пути в кабинет, отдаю распоряжения Анне и Бини.
В кабинете меня уже ждёт Джей.
– Что известно по испанцам?
– Завтра вечером они планируют зайти на нашу территорию.
– Если они унесут хотя бы один патрон из моих контейнеров, я снесу голову, всем, кто облажался. Это понятно? И ещё. Роб переходит все границы, нужно усмирить парня.
– Я знаю о ситуации с русской. Дерек, ты бы с ней помягче. Она же не из нашего мира. Мне кажется, она даже не понимает, куда она попала.
– Так включи ей фильмы о Коза-Ностра и пусть конспектирует.
Джей шумно выдыхает.
– Дерек, трахни ты её уже и отпусти.
– Ты не хуже меня знаешь, что просто так отсюда не уходят.
– Значит обозначь её место. Лишние уши, которые с радостью нас ещё и сольют властям. Надо что-то решать.
– Это моя проблема, – я отмахиваюсь, – А теперь давай к делу. Во сколько сбор?
– В 23 часа в порту. Приходит 12 контейнеров. 3 пустышки.
– Поедем туда отдельно.
– Ты не доверяешь капо?
– Кто-то нас сливал, а мы до сих пор не знаем кто, так что да. Я не доверяю!
Алиса Реброва
Не смотря на плотный ужин, ближе к ночи я всё равно опять голодная. Организм будто в ускоренном режиме восстанавливает силы. Анна проговорилась, что мужчины сегодня вечером уехали по работе. Я не хочу даже думать, что это за работа, после того как они спокойно убили мужчину в собственном доме. По зову желудка, я отправляюсь на кухню, укутавшись в халат. Однако я не единственная, кто проголодался.
Глава 8
Тётя Бини с чашечкой чая сидит за столом. При виде меня её пухлые щёчки приподнимаются от улыбки.
– Не спится, девочка? Давай чаю сделаю. Составишь компанию мне.
Ещё до того, как я отвечаю она встаёт и начинает заваривать чай.
– Спасибо, я немного проголодалась. Так что, если вы не против, я бы ещё сделала себе бутерброды.
– Ой, бедная девочка, – Бини смешно цокает, – конечно, бери всё, что хочешь.
Когда мы усаживаемся за столом, я сразу же набиваю рот хлебом с мясом.
– Кушай, кушай, деточка. Ох уж этот Роберт, надеюсь, Мистер Морелло вправил ему мозги. Как рос хулиганом, так и остался.
– Хулиганом? Мне кажется, это не самое подходящее слово, – мой тон звучит слишком язвительно.
– Алиса, ты не злись на ребят. Их такими этот мир сделал. Все дети рождаются как чистый холст. А их в чёрной краске измазали, но под ней скрывается добрая душа.
Сложно представить Дерека или Роберта невинными детишками.
– Тётя Бини, вы хорошо знаете эту семью?
– Я пришла сюда работать, когда Дерек был ещё ребёнком. Его отец очень выручил меня в период безденежья, дал работу, чтобы я не стала торговать телом. Очень уважительно ко мне отнёсся.
– А где он сейчас? Может мне надо с ним поговорить, чтобы меня наконец отпустили домой?
– Боюсь, что он уже тебе не поможет. Но он очень подвёл своих сыновей, это всё, что я могу тебе рассказать. Эту историю должен рассказать тебе Дерек, если посчитает, что вы достаточно близки.
– Странная семья, если честно.
– Хах, да, родители мальчишек образовали итальяно-американскую семью. Отец им дал не только фамилию, но и итальянский темперамент. А вот от мамы достался цвет глаз и манеры. К сожалению, я не застала её, но Мистер Морелло старший много рассказывал мне о ней. Женщина была с характером. Ты на неё похожа, – Бини подмигивает мне.
– А сколько лет Дереку?
– 29, но увы, пожил он уже как старик. А тебе-то сколько?
– 22. Тётя Бини, – я перехожу на шёпот, – я видела, как они убили человека.
Женщина смотрит на меня сочувствующе, но нет и капли удивления.
– Алиса, ты должна наконец понять, куда ты попала, по своей воли или нет уже не важно. Дерек наш Босс, он бывает суров и даже жесток, но и живём мы не в поле ромашек. Вокруг много чего плохого, и он нас оберегает. Ты не представляешь, через что пришлось пройти вчерашнему мальчишке, чтобы выстоять. Он пережил предательство самого близкого человека, и встал грудью за солдат, женщин и детей. Он дал нам крышу над головой и своё имя.
– Своё имя?
