Страница 11 из 12
А Женя не боялся, просто отдавал себе отчёт, что этот тип опасен. Но в случае чего, Слава рядом, вдвоём легко привалят этого отморозка. Взгляд выдерживал и говорил спокойно, а вот Штыку приходилось оправдываться. Псих психом, а жить хотел. Это на чужие жизни ему было плевать, а вот свою берёг.
Его нашёл Слава, обещая деньги за любую информацию. Кто-то из знакомых в итоге за 300 баксов сдал лёжку Штыка в старом общежитии, где бандит скрывался от милиции, Эдика и остальных, кому успел досадить. Вместе с ним здесь нелегально жили китайцы, работающие на стройках. От своего соседа они держались подальше.
Слава сидел у грязного окна, поигрывая картонной карточкой-визиткой, а Штык, одетый в майку-тельняшку, сидел на койке. Мощные плечи были густо покрыты татуировками.
— Отвечаю, пацаны, — басил Штык. — Не знал, кто вы такие. Эдик подставил, отвечаю. Если бы я знал…
Женя смотрел на него, думая, что, скорее всего, именно этот безбровый амбал тогда завалил случайного парня в кафе в Шахтогорске. Так что его банду разгромили вовремя, а то бы они все почувствовали вкус крови.
Банда теперь в СИЗО, а вот их главарь на воле. Пока он залёг на дно, но если ничего не сделать, соберёт новую. Пристрелить бы его хоть сейчас, как бешеную псину, да вот у Волка возникла интересная идея. А Волку Женя доверял. И то, что этот псих боится за свою жизнь, Женя видел сам. Чтобы не сдохнуть, он сделает всё возможное.
— Про Эдика я слышал кое-что, — Женя наклонился вперёд. — Что он тебя ищет, боится, что менты потом на него выйдут через тебя. И раз мы нашли, он тебя тоже найдёт. И грохнет, чтобы помалкивал.
— Замучается. На попутках выберусь и…
— Он кинет клич по всем блатным, и тебя завалят где угодно. Не знаешь, как они работают? По всей стране найти могут. Но у тебя есть выход.
Женя кивнул, и Слава бросил на кровать тяжёлый рисовый баул. Внутри — разобранный калаш, тот самый, который Женя купил после того, как вернулся домой.
Вот и настало его время, но напоследок пострелять Женя успел, пустив из засады половину рожка в белый Мерседес Черепа, и сразу скрылся. А нечего было наезжать. Даже никого из братков не ранил, но в итоге сработало: Череп засел у себя в районе, уже не помышляя ни о каких наездах. Решил, что его хотели грохнуть рыночные и лично Мишаня Дунаев.
Штык заглянул в сумку и хохотнул.
— Хотите сами от него избавиться моими руками? Он у вас как заноза, да, пацаны? Тогда у меня такие условия…
— Ты пасть закрой, — сказал Женя, нависая над ним. — И слушай, что говорят. Сделай, что требуется, и где именно, — он начал давать краткий инструктаж, борясь с искушением сломать амбалу шею. — А как закончишь…
— Позвони нам, — Слава хмыкнул и протянул визитку. — Вот по этому номеру. И не потеряй, смотри, а то я с тебя спрошу. Один раз тебя нашёл, найду во второй.
Штык кивнул и убрал визитку в кошелёк, а потом полез в сумку с широкой улыбкой.
Женя кивнул на Славу, и оба вышли. На улице стоял старый Паджеро Волка, на котором они прибыли.
— Короче, если у него каким-то чудом выйдет и он свалит, — сказал Слава, доставая сигарету. — Я его сам вальну, найду где угодно и вальну. Гад он, опасный. От него кровью несёт.
— А вот не надо, чтобы вышло, — Женя убрал руки в карманы, доставая ключи. — Зря я что ли Метлу обрабатывал столько дней? Ладно, погнал я в город, Славян.
— Чё дальше?
— Так чё, ждём. Мне надо с Димоном встретится, а то он с моей собакой гуляет, надо забрать. Любят его собаки, а он их, да и это полезно, доктор говорил. Да и дрессировщик из него! Знаешь, как он его выдрессировал? Поумнее тебя уже будет! На твоё место скоро посадим, кхе!
— Иди ты, Коваль. Тебя Серый теперь и не признаёт!
— Нет! — с воодушевлением сказал Женя. — В том-то и суть, что хозяин я, а Дима дрессирует. Овчарка же, умная, понимает всё. Тебя подбросить, Славян?
— Угу. Мне ещё надо встретиться с Мишаней, что всё как по заказу прошло. Интересно, он догадается, что это мы тот Мерс расхреначили?
— Догадается, он не дурак. Но промолчит.
Проехав через железнодорожный переезд, они заметили впереди чёрную Тойота Марк 2. Марковник моргнул фарами и резко развернулся, сев им на хвост. Слава с Женей переглянулись и достали оружие.
— Долго жить будет, — Слава присмотрелся к водителю Тойоты и убрал пистолет. — Зато не надо ехать.
Женя затормозил, Тойота остановилась рядом. Из неё вышел Мишаня, захлопнул дверь и быстрым шагом отправился к ним.
— Вы чё меня подставляете, пацаны? — закричал он. — Вы совсем там уже?
— Ты про чё? — Женя опустил стекло и выглянул.
— Кто в Черепа стрелял? На меня Эдик из-за этого орал!
— Думаешь, это мы?
— Коваль, да у тебя даже куртка такая же есть, как у меня, я тебя видел в ней зимой! — Мишаня заглянул в тачку и зашептал: — Он же на вас наезжал, вот и ответка. Вы до конца пойдёте? Если поедете его гасить, пацаны… возьмите меня, я…
— Ты, Мишаня, пил, что ли? — Женя принюхался и выпихнул его назад. — Проспись, а не за руль садись. У тебя работа серьёзная.
— И какая?
— Эдика охранять, — добавил Слава. — Смотри в оба, и по сторонам поглядывай. Дело такое, мало ли что случиться может.
— Угрожаешь? — тихо спросил Мишаня.
— Я никогда не угрожаю, я всегда делаю, наверняка. А ты посматривай внимательно за своим клиентом, у него врагов нынче много. Погнали, Коваль, пусть сам разбирается.
Женя закрыл окно, и они поехали, оставив Мишаню позади. Тот вскоре вернулся в свою Тойоту и поехал дальше.
— Ну, раз он сам к нам приехал, тогда я к Волку, — сказал Слава. — Присмотрю за ним, сегодня моя очередь.
— Тачку тогда оставлю себе, — Женя кивнул. — Сам погоняю.
— Ты и за собой присматривай, — Слава повернулся к нему. — Если чё начнётся, тебя тоже гасить будут.
— Я-то кому нужен? — Женя хмыкнул.
* * *
Кафе «Альгамбра»
Метла, одетый в серый свитер крупной вязки, медленно вошёл в зал и сел напротив Эдика. К нему тут же поднесли крепко заваренный чай, но он даже на него не посмотрел.
— Сколько лет, сколько зим, Павел, — сказал Эдик. — Хотел тебя навестить, да здоровье не позволяет. Холодно у тебя в Краснозаводске.
— Здесь тоже погода дрянь, — Метла кашлянул в кулак. — Ветра эти.
Он замолчал, будто о чём-то раздумывал, а хозяин пытался понять, в чём цель визита. Эдик был на вершине криминальной иерархии, он вор в законе, а Метла положенец в посёлке, назначенный туда ещё предшественником Захара. Тем не менее, Метла пользовался авторитетом среди блатных по всему району, поэтому Эдик к его мнению прислушивался.
— Ты меня знаешь, — глухо произнёс гость.
— Конечно, знаю, — Эдик удивлённо приподнял одну бровь. — Ты — Метла, бродяга, уважением пользуешься, зону знаешь, жизнь повидал.
— А ты, Эдик, вор авторитетный, уважаемый всеми. Поэтому я к тебе сначала пришёл, чтобы прояснить всё. Потому что люди беспокоятся, говорят, повёлся ты с чекистами.
— Кто говорит? — хриплым голосом произнёс Эдик и вскочил на ноги. — Кто это говорит, пусть ко мне лично придёт и обоснует свой базар гнилой! Если предъявить кто хочет…
Метла тем временем достал из кармана штанов с начёсом свёрнутый пополам лист, положил его на стол и расправил. Эдик посмотрел туда, и хоть слов с такого расстояния не видно, он прекрасно понял, что там написано. Хорошо помнил, что тогда писал сам.
— У меня двоюродный внук есть, — сказал Метла. — Он в Чите на компьютер учится, говорит, что угодно можно там сделать. Фото изменить, лицо вставить другому человеку. И такое наверняка тоже можно. Но этого чекиста здесь видели, и не раз.
— Ты к чему это, Метла?
— К тому, что я тебе верю и за тебя впишусь на любом сходняке. Но совет тебе дать хочу, если позволишь. Братва волнуется, Эдик, а этот чекист, говорят, накосячил, и его свои ищут. Ты уж реши вопрос, разберись с ним, если он здесь появится. Чтобы не говорил никто всякое фуфло, да и остальные тогда замолкнут.
Метла поднялся и медленно побрёл на выход. Эдик подтянул к себе бумагу, смял и убрал в карман.
— Рома! — крикнул он. — Мишаню позови, пусть меня в баню увезёт. Притомился я чего-то, отдохнуть надо.
* * *
Новозаводск, центр города
Зелёная девятка медленно ехала по улице Ленина. Сидящий на пассажирском сиденье парень-блондин с модной стрижкой задвинул антенну мобильника и убрал в красный пуховик.
— Зачастили мы в эти края, — недовольно сказала рыжая девушка, сидящая за рулём. — Тут холодно, а у меня шубы так и нет.
— Зачем тебе шуба, скоро весна, — парень пожал плечами. — А в столице работы для нас уже нет. Кто поменьше из бандюганов, уже сдохли давно, а у остальных охрана сильная, не подберёшься. Вот и приходится в провинции работать. Зато бабки видела какие здесь платят?
— Такие цены назначают, когда не собираются платить, — заметила девушка. — Дали 50 штук за каких-то лохов, а потом нас здесь и положат всех вместе.
Парень хмыкнул и полез в бардачок, чтобы вытащить оттуда пачку фоток.
— Тем хуже для них. Нас ещё никто кинуть не смог, с каждым разобрались. Короче, ещё раз инструктаж, новый, а то вор и тот лысый с мясокомбината будто соскочили. Чекист сказал, чтобы работали сами, их не ждали.
— Опять самим всё делать?
— Целей много, он сказал, лучше за один проход от всех избавиться, а не постепенно. Жопа горит у старика, торопит. Мы же ещё утром должны были закончить, прождали только. Но сейчас закроем вопрос.
Он хмыкнул и начал листать фотки.
— Давай повторим, что никого не забыли. Чекист сам всё распределил, кто кого валит. Ничего не упустил, старый хрен.
— А вдруг остальные облажаются? — спросила девушка, останавливаясь у светофора.
— У них своё дело, а у нас своё. Да и люди грамотные, мы же вместе с ними Кирьяна с его друзьями исполнили. Провинциалы, но дело знают отлично.
Парень начал перебирать снимки, слюнявя пальцы.
— Но всё равно знать полезно, кто за что отвечает, мало ли, придётся помочь за доплату. Витёк Жирный займётся ментом, он с этих краёв, даже лично цель знает, здесь будет проще всего. Чапа берёт того десантника отбитого, а Вадька и Гога будут гасить этого типа, — он ткнул пальцем в снимок Ковалёва. — Чекист подсказал, как его выманить. Он, говорит, опасный.
— А мы берём самого главного, — произнесла девушка.
— Мы же с тобой берём главного, да, и его прикормленного киллера. За один день вопрос закроем, и в Китай через границу, бабки-то всё равно на счёт придут.
— А может, нам самим к Волкову не надо? — спросила девушка. — Вдруг он узнает нас? Это же он тогда замутил, чтобы нам Кирьяна заказали?
— Да как он узнает? Мы тогда чисто сработали. Сегодня тоже будет чисто. Ладно, погнали, время!
* * *
Новозаводск, через час
Грязная шестёрка остановилась рядом со школьным стадионом. На нём никого, кроме рослого молодого парня, который играл с немецкой овчаркой, бросая ей красный мячик. Парень был так увлечён игрой с собакой, что не замечал вокруг себя ничего.
— Ну и рожа у него, — сказал Гога, глядя через бинокль на цель. — Чё ему там с ней делали? Вырезали на ней чё-то?
— Какая разница? — Вадька повернулся назад и достал две биты с заднего сиденья. — Ты этого лоха уделай, но чтобы выжил, а я шавку прибью. Ненавижу, б**, собак. А потом ждём, когда цель появится у больнички, чтобы лоха проведать, там его и грохнем.
— Да знаю я, чё ты всё повторяешь? — Гога взял биту и вышел из машины первым. — Погнали.
* * *
Денис Машуков вылез из служебной девятки и помог вылезти своей жене. Утром она выходила из магазина и упала на скользкой лестнице. Обошлось без перелома, но всё равно, пришлось вести в больницу на снимок.
— Езжай, — он махнул рукой водителю. — На такси приеду потом.
— Волк велел за тобой присматривать.
— Да я дома останусь сегодня, завтра заезжай.
— Понял.
Девятка отъехала, Машуков открыл дверь в подъезд. Его жена Света беспрерывно болтала, жалуясь на врачей, а Денис задумался о своём и не отвечал. Впрочем, молчаливый муж её никогда не смущал, она всё равно говорила, не прерываясь ни на секунду.
Они вошли в подъезд. Через полминуты рядом с дверью остановился человек в чёрной куртке и вязаной шапке, огляделся и зашёл внутрь, держа руку в кармане.
* * *
— Слушай, Лёня, — толстый мужик, раскрасневший от выпитого, поставил на стол стопку. — Ты же, говоришь, в машинах хорошо разбираешься.
— Ну есть немного, — Лёня подлил ему ещё. — А чё такое?
Он давно не общался с Витьком, хотя в школе были друзьями. Потом он пропал, долго не давал знать о себе, и, по слухам, связался с бандитами. Но тут прибыл в родной город на днях и сразу решил возобновить знакомство. Даже пригласил отметить встречу в кафе за свой счёт.
— Да вот, слушай, мне тут ваши местные тачки предлагают, — заговорщическим тоном сказал Витёк. — Тойоту Короллу. А я вот боюсь, вдруг кинут? А ты же в милиции работал, тебя побоятся кидать, да и понимаешь во всём этом.
— А чего ты раньше-то не сказал? Съездили бы, пока трезвые были.
— Да думал, сам посмотрю, а ты вот рассказываешь про себя. Вот и думаю, пока не забыл, надо попросить тебя посмотреть.
