– Отпусти!
10
Настя
– Слышал, что девушка сказала? – Голос принадлежал Кириллу.
Парень подошел ближе и почти втиснулся между нами. Воздух был наэлектризован настолько, что, думаю, если бы Леманн рискнул поднять руку, то Гай тут же ввязался бы в драку.
Кирилл, наверняка, тоже это чувствовал, поэтому просто стоял и смотрел на него. Он уже успел натянуть футболку, и пот просачивался сквозь ткань, расплываясь на ней мелкими пятнышками. Оба парня тяжело дышали и выглядели не на шутку раскрасневшимися.
– С тобой мы позже поговорим. – Прорычал Гай, коротким кивком головы показывая, что ждет, когда Кирилл отойдет.
Но Леманн и не думал отступать. Стоял на широко расставленных ногах и не двигался, словно подошвы его кроссовок успели врасти в газон.
– Гай, отпусти ее. – Попросил он настойчиво.
И в этот момент пальцы Ромы разжались. Но не потому, что он решил последовать совету парня, а для того, чтобы налететь на него, грубо толкнув в грудь ладонями:
– Не лезь! – Гай так сильно сжал челюсти, что его рот искривился в гневе.
Но Кирилл не только устоял на ногах, но и тут же ответил толчком той же силы. После этого в Гаевского будто бес вселился: клянусь, мне даже показалось, что у него пар из ноздрей пошел. Наскочив на соперника, он схватил его за футболку и процедил сквозь зубы:
– Разве мы только что с тобой не выяснили всё? – Подтянул к себе и едва ли не лбом уперся в лоб не желающего сдаваться Кирилла. – Ты сейчас не в свое дело лезешь, парень.
– Пожалуйста! – Я подбежала и, не боясь, что мне может случайно попасть по лицу, затронула руку Гая. На ощупь она была твердой, точно железной, но только очень горячей. – Хватит! Не трогай его… Рома…
Он вздрогнул. На меня даже не глянул, но словно, наконец, заметил и мое присутствие, и то, что в нашу сторону уже подтягивались его друзья. Нехотя отпустил футболку Кирилла, но кулаков не разжал.
– Спокойно, Гай. – Леманн отряхнул футболку, прилипшую к телу.
Роман ухмыльнулся:
– Знакомая ситуация, да, Кир? Опять ты и я. Опять по тому же поводу сталкиваемся.
Я боялась, что они вот-вот снова набросятся друг на друга, поэтому не спешила отходить назад.
– Нет. И тогда, и сейчас. – Кирилл тяжело выдохнул. – На пустом месте, Гай. Опять на пустом месте. – Видя, как Роман нервно дернул плечом, он поднял руки, показывая, что не собирается нападать. – У меня нет к тебе претензий, и у тебя не должно быть. Я подошел, потому что мне показалось, что девушка хочет уйти, а ты ей не даешь.
Гай не отступал, всем своим видом показывая, что готов в любой момент пустить кулаки в бой.
– А тебе какая разница, что она хочет?
Кирилл бросил на меня быстрый взгляд. Пожал плечами:
– Она не из таких. Ей здесь не место. Вот и всё.
Это почему-то рассмешило Гая.
– Твое-то какое дело? – Он сплюнул на траву, продолжая играть стальными мускулами. – Ты мне проиграл, у нас был уговор. Помнишь, какой?
Леманну явно стало неуютно. Он огляделся по сторонам и выдохнул. Хотел что-то сказать, но, взглянув на меня, будто передумал.
– Держи. – Не выдержала я. Меня трясло. Сунула смятую рубашку в руки Гая. – Мне пора.
Хотела развернуться, но Роман, позабыв о противнике, вдруг снова преградил мне путь:
– Стой. – Его лоб был изрезан напряженными складками. – Не уходи, мы не договорили.
– О чем? – Непонимающе уставилась на него. – Извини, но я здесь больше ни секунды не задержусь. Играйте сами в свои странные игры, а я ни одного из вас даже толком не знаю. Так что до свидания!
– Я отвезу тебя. – Жестко и безапелляционно.
– Не нужно.
– Отвезу, сказал. – Помяв в руках рубашку, Роман расправил ее и накинул мне на плечи. – Ты замерзла. Просто скажи, куда тебя отвезти.
Сколько не вглядывалась, не видела в этом момент притворства в его глазах. Будто из-под налета снобизма и самовлюбленности опять проглянуло что-то человеческое.
– Не нужно, спасибо. Просто верни мне мои вещи, которые твой приятель отнес в дом.
Гай кивнул, глядя на меня неотрывно. Высокий, растрепанный, явно находящийся в некотором смятении, со сбивчивым дыханием и скользящими по выразительному лицу отсветами неоновых гирлянд. Смотреть в его глаза было настоящей пыткой, и у меня от этого взгляда сердце под ребрами трепыхалось, как птица в клетке.
– Настя? – Наш зрительный контакт разорвал внезапно подошедший Паша. – Как хорошо, что я тебя нашел. Как раз освободился. Тебя подвезти? – Повернулся к Роману. – Гай, в общем, я закончил, по оплате, как и договаривались. Ребята соберут инструменты, нужно будет только помочь погрузить их в микроавтобус, когда все закончится. – Заметив явное напряжение между нами тремя, он оглядел всех по очереди и сдавленно кашлянул: – Ребят, а что происходит? Все нормально?
– Нормально. – Усмехнулся Кирилл. – Ну, я пойду. Кажется, моя помощь больше никому не требуется.
– Спасибо, – пискнула я ему в спину.
Гай молчал, продолжая тяжело дышать. Какой-то пьяный тип прошел мимо, хлопнув его по плечу, но он даже не обратил внимания. Нахмурив брови, буравил меня взглядом.
– Паша, нужно забрать пакет. – Проблеяла я, заметив, как Суриков с интересом разглядывает надетую на меня чужую рубашку. – Он в доме. Лежит.
На пару секунд в шуме вечеринки между нами повисла самая настоящая тишина.
– Я смотрю, ты сегодня популярна. – Наконец, с усмешкой хрипло произнес Гай. – Хочешь, чтобы он отвез тебя?
– Да. – Тихо.
Улыбнулся.
– Так, значит, вы знакомы?
– Да. – Это за меня ответил Паша.
– И ты к нему сюда пришла.
– А… Э… в общем, да.
Глаза Романа оценивающе скользнули по моей фигуре и тут же потеряли всякий интерес. Как по щелчку пальцев в его взгляде зажглась развязная беззаботность:
– Паш. – Улыбнулся парню, точно лучшему другу. Достал из кармана джинсов несколько купюр, добавил к ним еще парочку и вложил в его руку. – Спасибо, дружище. Всё было здорово. Рад, что ты поработал сегодня для нас.
– Пожалуйста. – Суриков даже немного растерялся, не понимая перемен в настроении Гая.
– Как жена? Как сын? – Будто невзначай спросил у Паши.
Гай выглядел истинным ангелом. Вот только в улыбке по-прежнему присутствовало что-то дьявольское.
– Кхм… – Парень с кольцом в носу с любопытством посмотрел на Гая. – Отлично. Я и закончил сегодня раньше, чтобы вернуться домой и успеть повидаться с Димкой до того, как он уснет.
– Рад, что у вас все хорошо. Ане передавай от меня привет.
– Обязательно. – Паша кивнул. – А вещи..
– Я принесу. – Заверил Роман, весело подмигивая мне. – Счастливо отдохнуть. Настя.
– А… – я потянула вниз ворот его рубашки.
И он тут же подошел ко мне вплотную:
– Нет. – Руки Гаевского по-хозяйски устроились на моих плечах. – Не снимай. Тебе идет. Потом отдашь.
Наклонился, забирая у меня дыхание вместе с силой воли и заставляя дрожать. Бесцеремонно скользнул ладонями к груди и… бережно застегнул верхнюю пуговицу на рубашке. А затем… просто отпустил. Вот только не взглядом. Диким, бешеным, собственническим взглядом сине-зеленых глаз, смеющихся и надменных, на дне которых, почему-то, как мне показалось, плескалась боль с оттенком разочарования. Адская смесь. От которой у меня в очередной раз сильно закружилась голова.
– Рома-а! – Недовольно и капризно.
Он даже бровью не повел. Так и продолжал стоять и раздирать меня на части своим взглядом, пока она не позвала снова.
– Ро-о-м!
Это была Лида. Длинноногая, стройная, модельной внешности Лида. В короткой кожаной юбке и со стаканом в руке. Она была выше меня на голову, всегда умело подчеркивала высокую грудь и тонкую талию одеждой от известных брендов. И такой девушке уж точно не суждено было опозориться, упав в лужу перед всем универом, чтобы ее заметил такой породистый красавчик, как Роман Гаевский. Достаточно было вот так капризно позвать, надуть губки и поманить наманикюренным пальчиком.
– Прощай, Ёжа. – Шепнул он мне, даря последнюю улыбку.
Развернулся и ленивой походкой направился к девчонке. Уж как бы мне не хотелось отвернуться и не смотреть ему вслед, но я все равно, опустив голову, осторожно покосилась на них. От моего взгляда не скрылось, как его ладонь по-хозяйски опустилась на ягодицу Лиды и крепко ее сжала.
– Что ты хотела, детка? Соскучилась? – Бархатным голосом промурлыкал он, прикасаясь губами к ее тонкой шее.
Лида взвизгнула и звонко рассмеялась.
– Гай! – Окликнул его Пашка. – Настины вещи.
– Да, точно. – Неохотно отозвался тот.
Притягивая за талию девицу, поцеловал кожу на ее плече, а затем резко отпустил. Она чуть не потеряла равновесие, провалившись тонкими шпильками в мягкий газон и взмахнув руками. Но Гая не беспокоило ни это, ни то, что на него опустились брызги пива из ее стаканчика – он поймал мой взгляд и хитро улыбнулся.
А я сморщилась. Будто мне было хоть какое-то дело до их брачных игр! Фу, совершенно никакого. Отвратительное зрелище. Мерзкое. Единственное, что мне было сейчас интересно, это то, как побыстрее свалить отсюда и добраться до больницы.
– Пойдем. – Позвал Паша. – Моя машина там.
Мы пробрались сквозь толпу и вышли за калитку. Суриков подошел к небольшому бежевому автомобильчику и открыл ключом дверцу. Залез внутрь и открыл для меня пассажирскую дверь:
– Запрыгивай.
Отечественный автопром. У нас в деревне в основном все на таких ездили, поэтому мне было комфортно садиться в эту машину. Если честно, до сих пор, никак не получалось привыкнуть к городской роскоши, все по-прежнему казалось мне здесь чужим: дорогие рестораны, модные клубы, пафосные бутики. Да что там, даже современные способы оплаты, когда покупатели просто прикладывали к терминалу свои смартфоны, мне были интересны своим удобством, как и все новое, но по большей части, конечно, пугали тем, что я никогда прежде ими не пользовалась.
– Жди. – Паша вылез из машины. – Все-таки схожу за вещами.
– Ладно.
Хлопнула дверца, и я медленно выдохнула. Все тело продолжало покалывать, чувства смешались. Неужели, это всё произошло на самом деле? Что я чувствовала? Почему так боялась этого человека и одновременно очень хотела увидеть его снова?
Посмотрела на свои ладони. Поднесла их к лицу. Закрыла глаза и медленно вдохнула. Кожа пальцев все еще хранила аромат его кожи и волос. Горьковатый, крепкий, с едва уловимой пряной ноткой. Такой не забудешь. Особенно, если ты успела практически искупаться в нем. Все это идиотское соревнование виновато! И чертова рубашка!
И я принялась лихорадочно сдирать ее со своего тела, задыхаясь. Ощущая, как горят уши и щеки, как пылает шея, как поднимается температура. А перед глазами вспышками продолжали возникать воспоминания о его сильном теле, которое, точно пушинку, поднимало меня в воздух. И опускало обратно на землю. А потом опять… О, боги, о чем только я думаю!
Петелька была настолько узкой, что пуговица, которую застегнул Гай будто нарочно никак не хотела расстегиваться, сколько я ни пыталась. Он словно специально заковал меня в это средоточие своего запаха! Поиздеваться хотел! Знал, что у меня все тело будет гореть, как от яда, после соприкосновения с ней!
– Вот и всё. – Проговорил Паша, садясь в машину. Потянулся и положил на заднее сидение пакет и переноску. – Всё забрал.
– Слушай, по поводу курсовой. – Опомнилась я.
– Пристегнись. – Посоветовал он, заводя мотор.
Бросив взгляд на заднее сидение, я улыбнулась. Теперь у меня есть Сережик. Как же он там? Спит, наверное.
– По поводу курсовой. – Напомнила. – В заключении я указала итоги проведенного анализа на примере предприятия, по которому у меня были данные.
– Насть. – Паша вырулил на дорогу.
– Что?
– Ты мне не рассказывай, ладно? Я в этом все равно ничего не понимаю. Ну, сдам, ну, наболтаю чего-нибудь. Думаешь, препод и так не понимает, что я полный ноль во всей этой теме? Понимает. Ему главное, чтобы работа была сдана.
– Э… – У меня даже в горле пересохло. – А зачем тогда ты учишься?
– Так как и все. Чтобы диплом был.
У меня это в голове не укладывалось.
– А так бывает? – Глупый вопрос, знаю.
– Конечно. – Он рассмеялся. – Ты вот зачем учишься?
– Я хочу устроиться в жизни. – Ответила гордо. – Меня так мама учила. У нее было среднее образование, а у коллеги высшее. Они работали в одном кабинете, одну работу всю жизнь выполняли, вот только мамина коллега всегда получала больше, потому что у нее образование лучше, соответственно и ставка была выше. Поэтому мне мама и говорила, что учиться надо прилежно. И деньги копила, чтобы я могла поехать в город и выучиться.
– Ого. Так ты, выходит, деревенская?
