Зачем? К чему? Чтоб не был путь ваш ровным?
И чем же оправдаешь ты обман?
Сюда, сюда смотри, гляди глаза в глаза!
Не отводи очей ты в небеса,
К чему тебе от Аполлона дар был дан?!
К чему сейчас ты шёл, и где твой брод?
Лавина чувств не пощадила никого…
Везде ты внёс разлад, раскол, разброд,
Семью ты потерял, хоть думал лишь о нём…
Ты спас детей? Двух сыновей и дочь?
Каким путём – убив свою любовь?
И просишь оправдания, отмщения,
Да, сударь, вы – подлец!
И нет тебе прощения…
Да, малых было трое, это верно –
И долг тебе предписывал разрушить ваш союз.
Тебя отринули от сына – это скверно,
Не станет радостным и счастливым бутуз…
Теперь же все останутся несчастными –
Малыш доволен, если счастливы родные.
А коль родители–то, к счастью, не согласны–
То и ребёнку радости кривые…
Май / 24.03.90
Ни к кому
Ф.Л.А.
(песенный вариант)
И не вымолить век у судьбы никакого прощения,
И для моря недруг – враг ты стал,
И достоин лишь мщения…
Как тебе не пылать, у неё уж все угли потухли,
Как тебе не любить, у неё уж все травы пожухли…
Возвращаются серые будни на круги своя,
Монотонностью стылой в жилах кровь холодя…
А она журавлём в каре окую даль унесётся…
И уже никуда…
И уже ни к кому…
И уже ни к тебе…
Ни к нему…
Ни в себя…
Не вернётся…
Май / Час быка / 24.03.90
Мольба
Ф.Л.А.
Боже мой, ну какой ты глупый,
Боже мой, ну какой ты гордый…
Ну, верните мне этот вечер,
Ведь не сердцем там рек, а долгом!
Ну, верните мне эту ночь!
Где я лгал, а глаза молили…
И когда разорваться не в силах,
Очи скрыл, чтобы слёзы не лили…
Обманул ведь тебя, родная,
Струсив, бабочку смял неловко…
Не сумеешь простить, ведь знаю,
И понять не старайся уловки…
Вспоминать себе не разрешаю
Наш Коктебель, и море, и отпуск…
Как сижу сейчас, сердцем рыдая,
С кровью, с болью творя, сей опус…
Май /Час быка /24.03.90
Всё равно…
Ф.Л.А.
Но море роптало, и чайки кричали
Как месяц назад,
И в пене причала нам мир возвращали
В наш палисад.
Всё равно ведь люблю твои руки,
Твои речи, глаза и улыбку,
Всё равно ведь мечтаю о муке,
И мне сниться всё та же голубка…
Секунда каждая оставила зарубку,
И каждый жест, и каждый тихий взор,
И то, как снизу надеваешь юбку,
И в Судаке с собакой и старушкой двор…
И в Ялте дождь холодный, проливной,
И джаза плач в прокуренной кофейне,
И Севастопольская диорама,
И боль утраты подлой – mama mia…
Ведь так и не смогу тебя забыть,
Возрадуйся, иль возгордись, как знаешь…
И даже как в графин воды налить,
Всё помню – что ж, тем горше усмехнись…
И даже кто – то будет впредь со мной,
Всех буду сравнивать с тобою, с эталоном.
Слова, поступки, звёзды ночью,
