- До уголовного дела не дошло. Замаслили жертву. Откупились. Деваха заявление писать не стала. Наш пай, естественно, самый весомый был. С друзей тех, что возьмешь. Голытьба.
– Значит, обошлось?
- Ага, - подтвердил юноша с величайшей иронией в голосе. - Батя так рассвирепел, что в армию меня упек на строительство БАМа. Там за два года ни одной юбки в округе. Как в монастыре побывал в великой пустоши. После на гражданке долго, как дикий ходил.
- Что? Так и не наладилась жизнь половая?
- Вы на счет женщин? Не поверите, действительно, шарахаюсь. Если бы вот этот бизнес оправдался, что батя придумал. Сам он верит, что времена изменятся. С арендой этой отбоя не будет. Только сиди, пенки сгребай. Тогда и о женитьбе можно подумать.
Молодой мужчина, вероятно, предположил, что беседа на том закончится, но Жаров не удовлетворился. Не за таким результатом он тащился на край города.
- Вы помните, кому вы рисовали этот рисунок?
Настойчивый следователь еще раз потряс тетрадным листком перед допрашиваемым.
- Помню.
Тупота понурил голову.
– Девчонке той, что подстрелили тогда.
- Вы знаете об этом?
Жаров был сражен.
- Батя мне сказал. Тот обо всем был в курсе. Думаете, если бы предок мой был лохом, то смог бы пол части приватизировать. Я после того в театре больше не появлялся. Через день в военкомат и ту-ту! В тайгу, к мишкам косолапым.
- Понимаете, теперь, после вашего заявления, я должен подробно выяснить, как вы провели тот злополучный день, - Леонид снова нагнал на себя официоза.
- Понимаю. Было ли у меня алиби?
- Не только. Меня интересует поведение и других ваших коллег.
- Вы что, думаете ее убийство связано с работниками театра?
- Вы опять забыли о том, кто здесь задает вопросы. Итак, - Жаров раскрыл блокнот и вооружился ручкой. – Я слушаю.
- Ну, тот день в театре мне более-менее запомнился. Только не надо меня подлавливать, откуда, мол, знаешь, что это именно тот день. Может, и не тот он вовсе. Просто напрягли меня сильно с работой. Два человека рассчитались. Людей не хватало. Но это к вечеру, а с утра пришел, как обычно. Представление в субботу, но чехлы сказали снимать в пятницу, чтобы отвезти в прачечную, а к началу спектакля успеть вернуть на место. Так что я снимал их и сразу таскал во двор, в нашу машину. Польский «Жук» помните такое чудо техники с кузовом под тентом? Извините, опять я вопрос задал. Дальше сказать что-либо затрудняюсь. Столько лет прошло.
- Вы покидали театр в течение дня?
- Я же говорю, в прачечную ездил.
Жаров достал список работников.
- Как фамилия водителя?
- Да не помню я. Звали его, кажется, Вадик. Точно. Кудрявый такой, в толстых очках. Повесился он. Можете не искать. Жена изменила. Прямо в гараже, стоя на коленях и удавил себя придурок.
- Откуда информация? От бати? Ты же в армии был, - разговор уже затянулся настолько, что Лёня неожиданно перешел на ты.
- От него.
- Так. Подтвердить, что ты не отлучался от автомобиля или прачечной свидетелей нет?
- Получается.
- В театре ты еще появлялся в тот день?
- Да. Хотя мог сразу и домой свалить.
- Зачем же вернулся?
- Декоратор Нинель Эдуардовна просила на сцене помочь. Говорю же вам: людей в тот день не хватало, а театралы с декорациями размахнулись ого-го!
- А Тему ты видел в тот день?
– Это столяра? Да, заходил в конце дня в его контору. Что запомнилось: циркулярка работает, а тот сидит, размышляет, как в отключке. Я ему говорю: выключи. Он, как зомби, смотрит сквозь меня. Потом поднимается уходить. Я опять: выруби аппарат! Тёма: ага. Только возвращаться не стал. Общий рубильник дернул, обесточил всю мастерскую, дверь запер на ключ и ушел.
- А на сцене в тот день справились?
- Естественно.
- Кого-нибудь помните? Кто работал с вами тогда?
- Толика Швецова точно. Кажется, еще Вася электрик помогал. Его запомнил только потому, что на сцене тот редко появлялся. Там свои электрики: осветители, звукооператоры. А тогда, видимо, действительно аврал приключился.
- Вася это тот, которого машина задавила, - поспешил блеснуть Жаров своей осведомленностью.
- Вы в курсе? Опять вопрос.
Тупота демонстративно прикрыл ладонью свой рот, но тут же продолжил:
– Да. Сейчас вспомнилось отчетливо. В тот день напрягли меня театралы. Как будто к будущим трудовым подвигам на БАМе готовили. Еще этот хлыщ Шарапов куда-то пропал! После узнал, что уволился он.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
