– Не помнишь… – повторил за ней Даар. – Не помнишь! Ты боишься меня? – вдруг спросил он.
– Нет! – ответила Лиля. – Мне жаль тебя.
– Жаль? Жаль! – прогремел он. – Пожалей себя!
– Почему? – спросила девочка. – Почему я должна жалеть себя?
– Почему… – снова повторил он, как эхо. – Ты забыла почему! – захохотал он. – Забыла! Ты моя, моя! Скоро ты сама придёшь ко мне, твоя жизнь закончится здесь! Здесь! – и он простёр к девочке руку, рукав сполз с его запястья, и Лиля увидела отвратительную полусгнившую плоть.
Девочка брезгливо поморщилась и отодвинулась назад, замерзая тем больше, чем дальше она была от Даара.
Лиля проснулась от сильной колющей боли в сердце. Она с трудом дотянулась до кнопки в изголовье кровати. Отец, случайно оказавшийся дома в это время, быстро поднялся к девочке и принёс ей лекарство.
– Поспи, дорогая! – он погладил Лилю по голове.
– Не уходи, – попросила девочка. – Я не хочу засыпать! Пожалуйста!
– Ерунда! – возразил отец. – Во сне люди выздоравливают.
Мужчина вышел из комнаты, а девочка, посмотрев ему вслед, прошептала:
– Только не я!
Мужчина оглянулся на дверь и тяжело вздохнул, затем зашёл к родной дочери и попросил посидеть с сестрой. Эмили вошла в комнату Лили и взглянула на сестру. Выглядела та не лучшим образом.
– Как ты? – спросила сестрёнку Эмили.
– Уже лучше! – ответила та. – Только холодно очень.
– Наверное, мы зря сразу не пошли домой, – Эмили взяла руку Лили в свою, затем потрогала её лоб. – Ты вся горишь! Нужно вызвать врача.
– Потом! – ответила девочке сестра. – Наверное, завтра мне придется остаться в постели! – Лиля улыбнулась Эмили. – Расскажи мне что-нибудь, – попросила она.
– Что?
– Ты ходила в кино с Виктором? – Лиля приготовилась слушать.
– Нет! – Эмили ласково улыбнулась сестрёнке. – Пока нет.
– Это из-за меня? – догадалась Лиля. – Ты не хочешь оставлять меня одну?
– Вовсе нет! – соврала Эмили. – Просто задали слишком много уроков.
– Но ведь кино интереснее! – возразила Лиля.
– Я тебе уже вчера говорила, – рассмеялась Эми, – что пересмотрела все фильмы на свете. Второй раз смотреть не очень интересно!
Так они болтали до самого вечера, пока не пришла мама и не принесла Лиле лекарства. Она измерила девочке температуру, покачала головой и протянула какой-то порошок со стаканом воды. После того, как Лиля выпила порошок, глаза её вновь начали смыкаться. Она изо всех сил старалась не уснуть, но больше минуты борьбы не выдержала и снова очутилась в холодном пространстве внутри огненного океана…
Даар был уже там.
– Лиля, Лиля… – тихо произнёс он. – Тебе нравится твое имя?
– Не очень, – честно ответила девочка. – Но какая разница?
– Обычно людям нравятся их имена, – ответил Даар.
– Кто ты? – осмелилась спросить девочка.
– Даар, – прозвучал ответ. – Властелин Зла.
– Властелин Зла? – Лиля поглядела на Даара. – А что такое Зло?
– Зло также велико, как и добро, – впервые Лиля увидела улыбку Даара. – Люди неправильно трактуют понятия добра и зла. Они не понимают…
– Объясни мне, – попросила Лиля.
– Например, – Даар сел по-турецки, не переходя круга, внутри которого находилась девочка, и куда не проникал огонь. – Как ты считаешь, болезнь – зло или добро?
– Наверное, зло, – неуверенно ответила Лиля.
– Ты не права, – Даар снова улыбнулся.
Его улыбка была настолько кривой и безобразной, что могла отвратить от себя любого. Но Лиле показалось, что лицо Даара стало немного светлее, когда он улыбнулся.
– Тогда добро? – попыталась снова угадать девочка.
– И теперь ты не права! – ответил Даар. – Болезнь может быть как добром, так и злом. Например, твоя болезнь – зло, она несет тебе смерть. Не ту смерть, которую приносит болезнь многим людям, другую… Как только ты пересечешь эту черту, – Даар показал костлявым пальцем на границу, за которой горел огонь, – твой дух сгорит. Твоя сила будет принадлежать мне!
– Зачем тебе моя сила? – удивилась девочка. – Ведь у меня совсем нет сил!
– То, что есть, будет моим! – ответил Даар.
– Тогда я никогда не пересеку черты! – улыбнулась Властелину Зла Лиля.
– Ты не сможешь, – улыбнулся он в ответ. – Осталось мало времени. И ты пересечёшь черту. Обычно я забираю души людей себе, а не уничтожаю их, во всяком случае, не уничтожаю их до конца… Но ты другая. – Даар взглянул пустыми глазницами в глаза Лили; девочке показалось, что Властелин Зла так глубоко проник своим взглядом в самою её суть, что перед ним открылась вся её душа. – Ты никогда не задумывалась, как умирают ангелы? – Внезапно произнёс Даар, криво усмехнувшись.
Лиля открыла глаза. Жуткий холод сковал все её члены. Было такое ощущение, что сон не кончился, а просто отступил ненадолго в тень, ожидая, когда вновь сможет захватить девочку. Лиля подняла взгляд, чувствуя, что кто-то внимательно смотрит на неё. Мама сидела возле изголовья её кровати, постоянно переворачивая холодную влажную салфетку, пахнущую уксусом, на её голове.
– Мне надо было приехать за ней в школу на машине, – отец, стоящий рядом, потрогал лоб девочки. – Это я виноват!
– Нет, папа! Нет! – Лиля улыбнулась отцу. – Учитель отпустил нас с Эмили раньше, поэтому мы пришли домой пешком.
– Скоро придёт врач, – произнесла мама, вновь переворачивая салфетку. – По-моему, это просто простуда.
– Вчера у неё болело сердце! – отец все никак не мог отделаться от мысли о своей вине в болезни приёмной дочери.
– Но это уж точно не от дождя! – попыталась поддержать его девочка, но чувствовалось, что всё это мало успокаивало его.
Пришедший через некоторое время доктор молча осмотрел девочку, вышел за дверь вместе с хозяйкой дома и о чем-то долго с ней разговаривал в другой комнате.
Лиля снова осталась одна. Несмотря на то, что девочка часто проводила часы в болезни и одиночестве, она никак не могла свыкнуться с этим. Сегодня даже любимые сказки не могли скрасить её тоску и скуку. Поэтому, когда вечером из школы пришла Эмили, как всегда радостная и возбуждённая, Лиля усадила её на свою постель и потребовала рассказать о том, что на сей раз привело Эмили в такой восторг.
– Ты ходила в кино с Виктором? – попыталась с ходу догадаться Лиля.
– Нет! – Эмили почти прыгала от возбуждения.
– Не томи! – Лиля улыбнулась, взглянув на сестру. – Что?
– К нам пришёл новенький! – расширив глаза, ответила Эмили.
– Новенький? – удивилась Лиля. – Какой он?
– Он выше меня на полголовы, – начала Эмили.
– Такой высокий! – перебила Лиля. Сама она была много меньше сестры.
Та несколько раз быстро качнула головой в знак согласия.
– У него тёмно-коричневые, чуть-чуть волнистые густые волосы и глаза… – Эмили вздохнула и подняла взгляд на потолок.
– Да? – не выдержала Лиля.
– Глаза цвета ясного неба поздней весной, такие чистые…
– И ты влюбилась! – попыталась подначить сестру Лиля.
– С ума сошла! – со смехом возмутилась та.
– Его посадили рядом со мной, – добавила Эмили. – Ну, пока ты болеешь. Я надеюсь, ты не против? – Эмили заглянула в глаза сестре. – Кстати, – задумчиво произнесла она. – У тебя глаза точно такого же цвета, как у него…
– Я не против! – рассмеялась Лиля. – А людей с таким цветом глаз, наверное, полно.
– Не говори! Я впервые такое встречаю! – очевидно, сегодня романтическое настроение овладело не той сестрой.
– Но ты же не заметила, что у меня такой же цвет глаз! – возразила Лиля. – Просто этот мальчик очень понравился тебе!
– Завтра он придёт к нам в гости! – мечтательно произнесла Эмили. – Ты не против?
– Почему я должна быть против? – удивилась Лиля. – Я лежу в своей постели, вы будете в гостиной. Он мне не сможет помешать, даже если очень сильно захочет!
– Это верно! – согласилась с сестрой Эмили. – Дай-ка, я причешу твои волосы.
Эмили взяла гребешок и стала расчесывать волосы сестры.
У Лили были волосы почти того же цвета, что и у Эмили, но у Лили они спадали небольшими волнами, иногда закручиваясь в локоны. А ещё они у неё отливали чистым золотым цветом и сияли на солнце так ярко, как будто над её головой горел нимб. Эмили никогда никому не говорила, но она очень любила расчёсывать волосы сестры. Когда она их прочёсывала, и они становились мягкими и податливыми, девочке казалось, что более прекрасных волос не было на всём белом свете. А если бы Лиля была немного здоровее, и её лицо не имело такого пепельно-серого оттенка, то, скорее всего, она затмила бы собой самых красивых женщин на планете.
Эмили закончила расчёсывать волосы сестры и посмотрела на её спящее лицо. На лбу девочки появилась испарина.
– Странно! – пробормотала Эмили, вытирая салфеткой лоб сестры. – Когда она спит, практически всегда вода выступает на её лице. Может быть, это от какого-то из её заболеваний?
На следующий день мама принесла Лиле с десяток новых книжек, чтобы девочка не скучала во время болезни. Теперь Лиле действительно некогда было скучать. Она поглощала книги страницу за страницей, окунаясь в мир сказок и грёз. Лиля представляла себя сказочными персонажами, мечтая, что когда-нибудь сможет так же, как они, сделать что-то большое и полезное. Но затем, когда очередная книжка заканчивалась, она переносилась в действительность, в которой не было места для неё – маленькой, больной, неопрятной девочки, сердце которой может остановиться в любой момент, прервав её короткую, никому не нужную жизнь…
К вечеру Лиля услышала, как пришла её сестра. Но пришла она не одна. Вместе с её голосом в вестибюле раздавался такой звонкий и красивый мальчишеский голос, что Лиля не выдержала и, тихонько спустив ноги с постели, решила пойти посмотреть на нового друга Эмили. По рассеянности девочка даже не переодела ночную сорочку, так и выйдя в ней в коридор.
Лиля, стараясь ступать как можно тише, подошла к дверям гостиной и заглянула через стекло. Мальчик, вольготно расположившийся в кресле напротив её сестры, действительно был очень красив. Лиля улыбнулась. Эмили абсолютно правильно описала своего друга. Девочка спряталась за косяк и начала слушать.
– Эмили, – кажется, мальчику нравилось то, как звучало имя её сестры. – Э-ми-ли, – повторил он ещё раз, произнеся по складам её имя. – Мне очень нужно с тобой поговорить!
– Конечно, Эвони! – рассмеялась сестра. – Когда только захочешь!
«Эвони, – подумала Лиля. – Странное имя, но мне нравится!»
Дверь в дом начала открываться, и Лиля прошмыгнула в свою комнату.
Тем временем в гостиной продолжался разговор.
– Я серьёзно, Эмили. Серьёзно! – Эвони улыбнулся.
– Я сама серьёзность! – воскликнула девочка, сев напротив него.
Но, услышав звук открывающейся двери, Эвони почему-то резко отказался от того разговора, ради которого посетил этот дом.
– Мне кажется, пришли твои родители, – оглядываясь на дверь, тихо произнёс Эвони. – Сегодня нам, к сожалению, поговорить не удастся! То, что я хочу сказать тебе, не терпит посторонних ушей, – мальчик привстал со своего места и уверенно произнёс, словно то, что он говорил, было известно ему наверняка. – Ты ведь у родителей одна?
– Нет! У меня есть сестра, – ответила девочка.
– Сестра? – удивление Эвони было настолько искренним, что Эмили сочла это несколько странным. – А где она? – спросил Эвони, оглядываясь, словно надеясь увидеть сестру своей собеседницы в каком-то углу этой комнаты.
– У себя в комнате! – ответила Эмили, заинтригованная поведением нового друга.
– Ты уверена? – прозвучал ещё более странный вопрос.
Эмили кивнула головой в знак согласия. Девочка никак не могла взять в толк, что же удивительного в наличии у неё сестры.
– Странно! – Эвони огляделся. – Очень странно!
– Что странно? – Эмили во все глаза смотрела на своего нового друга, желая понять его экстраординарное поведение.
– Ничего! – произнёс он. – Потом как-нибудь объясню. Когда у тебя дома не будет родителей? – Эвони встал, собираясь уходить.
– Ты куда? – Эмили тоже вскочила со своего места, ей очень не хотелось так быстро отпускать нового одноклассника. – Ты же только пришёл?
– Прости, дела, – улыбнулся мальчик.
Эмили пыталась найти предлог, чтобы оставить Эвони ещё ненадолго, но, как назло, ничего не приходило в её обычно сообразительную голову.
– Так когда не будет дома родителей? – Эвони заинтриговывал девочку всё больше и больше, немного пугая необычностью своего поведения
