По сути каждый одарённый заключает контракт с демоном, и его душа становится "вратами" в другое измерение. Откуда он черпает силу.
Соответственно, чем сильнее потенциал одарённого, тем более сильный демон готов предоставить свои услуги. Если повезет, то кто-нибудь из Малого Ключа Соломона или семьи Гоетии.
Каждый демон может раскрыть истинный потенциал, склоняя к разного вида магии, будь то: стихийные элементы, металлы, ауры, духи, порча, некромантия, исцеление, оборотничество, телекинез. Вариаций дофига, но все они привязаны к Семи смертным грехам. Какой грех тебя коснется, в том ты и можешь развиваться, но с рядом нюансов. Но, ничто не мешает использовать рунную магию. Примитив, позволяющий защищать и усилять тело. На крайняк ловушки ставить.
Если раскрыть "врата" нараспашку, то прыгнешь выше собственных лимитов. А значит велик риск, что демон захватит над тобой власть, сделает одержимым, образует Эхос, и потащит своих лучших друзей в этот мир на вечеринку. Очень кровавую вечеринку. Ведь тело одаренного больше не сдерживает силу и откроет Разлом. Короче говоря, кран подачи воды сломался и затопит в итоге не только чердак одаренного, но и окружающих соседей.
А если таких магов будет несколько, то сила скверны усилится многократно. Целые, улицы, дома и их жители. Все становится частью Бездны.
И собственно, чтобы закрыть такое место, надо ликвидировать источник, то есть хранителя – сильного демона внутри Разлома. Увы, если убить только одержимого, то ослабнет лишь скверна.
Из ништяков в Разломе можно разжиться артефактами. Например, как моё новенькое сердце. Или кристаллами энергии, что прочно и уверено заменили собой почти всю энергосистему в мире.
– Понятно, – кивнул рыцарь и задумался, – а как определить свой потенциал и лимиты?
– О, ну тут всё просто. Потенциал… Все как и в обычной жизни. В качестве примера: Вот есть шестилетняя здоровая девочка с навыком атлетики, а есть сорокалетний скуф с потенциалом пить пиво. Кто из них покажет лучше результат в спортивной гимнастике через год? Ответ очевидный. Вот тут так же с предрасположенностью к определенным аспектам магии.
– Допустим.
– Одарёные делятся на ранги. Нулевой ранг: Бездарь, лох, чмоня… Или по официальной терминологии – Непосвященный. Вполне себе посвященный, вот только не приглашенный в общую тусовку. Кхм, вот, а в визуальном плане, все еще легче – я указал на свои глаза, – цвет радужки. Он отвечает за лимиты и силу.
0. Непосвященные (Серые)
1. Адепты (Карие)
2. Посвященные (Голубые)
3. Чародеи (Синие)
4. Ведьмы/ведьмаки (Зелёные)
5. Магистры (Красные)
6. Архонты (Лиловые)
7. Архимаги(Фиолетовые)
8. Вознесенные (Золотые)
9. Божественные (Оранжевые)
Некоторые кичатся своим цветом глаз и держат свечение на постоянной основе, держа покров, а кто-то приглушает, дабы не выделяться.
– Твои серые, – заметил Атари, – неужели всё так плохо?
– А твои золотые, но эт не сильно помогло, да? – огрызнулся я, – прости, давай не будем об этом, ладно?
Больная для меня тема. Как-то неприятно признаваться в собственной бездарности. Сразу настроение портится, стоит об этом подумать. Мне и так по жизни постоянно этим тыкали. Не пробудился в двенадцать. Ну ничего страшного, все благородные пробуждаются до шестнадцати, сказали родители и погладили меня по головке. Стукнуло восемнадцать. Ага, пробудился, проверяй. Ни родителей, ни дара.
– Без обид, парень. В моё время цвет глаз и силу никак не соотносили друг с другом.
– Надо б где-то перекантоваться, пока трамваи не пойдут, – прикинул я, вставая с насиженного места, – Заодно найдём где перекусить.
Рыцарь не стал спорить и встал следом за мной.
Мы проходили вдоль глянцевых витрин бутиков, облепивших первые этажи черно-зеркальных высоток. На стекле мерцала реклама какого-то шампуня. Чуть дальше новой газировки, ну а на небоскребе, светилась реклама топовой гильдии охотников на демонов, под патронажем клана Ростовых. Эх, вот бы и мне туда.
Атари шел заметно быстрее, обогнав меня метров на двадцать, он украдкой поглядывал на витрины и шел дальше. Всякая цветастая мишура его особо не завлекала, хотя вот сейчас он что-то прилип к витрине.
– Ого! – Он остановился у одного из магазинов, – У вас артефакты продают, как овощи на базаре?
Я лениво подошел к широкой витрине с надписью "Иванофф", за которой скрывались маленькие камушки всевозможных расцветок, когти непонятных чудовищ, механизмы, переплетенные с плотью. Под каждой позицией, разумеется, красовался конский ценник.
– На очень дорогом базаре.
– Есть стоящие внимания? Кроме кристаллов энергии, разумеется. Просто не узнаю ничего. Новое время, новая магия. Всё такое… интересное.
– В основном ширпотреб, – пожал я плечами, бегло рассматривая позиции, – Кроме М.Е.Д.У.З.Ы. Без понятия, как расшифровывается, но это фотокамера, которая по щелчку вспышки обращает живой объект в камень. Хороший артефакт В-ранга, жаль зарядов на него не напасешься. В Эхосах случается, когда бытовой предмет мутирует под силой скверный и становится артефактом.
– Вы за тысячу лет не научились блокировать Разломы? Чем вы вообще занимались?
– А должны? – я остановился, заглядывая за стекло, мой спутник не отражался в окне витрины, – Эхосы сейчас используют в быту. Добыча артефактов, полезных ресурсов. Контролируемые разломы, откуда черпают энергию. Есть специально не закрытые зоны, в которых, например, работают электростанции.
– Ну хоть не для увеселений используете, – хмыкнул рыцарь и вполголоса добавил, – как некоторые.
– Для увеселений? Брось, если прорвутся – будет катастрофа. К счастью, подобного давно не случалось. Знатные дома, кланы, внимательно за этим следят. Вон, смотри, – я показал рукой на рекламу, где молодой аристократ с лиловыми глазами, стоял с родовым клинком наперевес, а на фоне сексуальная блондинка в бикини развалилась на капоте чёрного порше, – топовая гильдия по зачистке Разломов. Туда мечтает попасть каждый одаренный.
– И сколько таких гильдий?
– Хм, ну много, всех и не знаю. Самые известные выступают под знаменем родов. Если брать от слабейшего к сильнейшему, то список такой: – я принялся загибать пальцы, – Клан Зуевых, Клан Прохоровых, Клан Ржевских, Клан Соколовых, Клан Ростовых.
– И любой туда может попасть?
– Одаренный – да. Предварительно набив сольный рейтинг. Для этого целое приложени есть. Ай, будь у меня мобила, я бы тебе показал, что да как.
Вообще, вроде у меня двоюродный дед из Зуевых… но я его сто лет не видел. Надо будет как-нибудь весточку прислать, может, работенку какую мне подкинет. Ну там, принеси – подай, отойди – не мешай.
– Давай заглянем в магазин, – предложил рыцарь, – спросим насчет артефакта-сердца.
Если подумать, то почему бы и нет? Я ведь ничего не теряю. Встал на пороге и пару раз ударил костяшкой большого пальца по двери. Тишина. В целом немудрено, на улице ни свет ни заря.
– Стучи увереннее, – Атари встал на мое место, я чувствовал тепло его золотистой ауры, видел, как его рука обволакивает мою, против моей воли сжимает кулак, – Смотри как надо.
Дверь-то выстояла, а вот ударная волна дала нехилые трещины по всему стеклу.
– Оно само…
– Где-то это я уже слышал! – рассвирепел я. – Еще не хватало отлететь в кутузку через двадцать минут после выхода на поруки!
На двери появилось магическое плетение: открыто с 9 утра. Сейчас 5:23. Погуляйте, попейте кофе. Успокойтесь и НЕ ДОЛБИТЕ ПО СТЕКЛУ! Вызов наряда полиции через три, две…
Замечательно. Теперь домой я вернусь суток через пятнадцать.
– Руки в ноги и бегом! – крикнул Атари, находясь уже на другой стороне узенького бульвара.
Засранец! Все беды из-за этого гребанного духа! Что мне оставалось? Я дал стрекача следом за ним. Перепрыгивая через ограждения трамвайных рельс, миновал узенький бульвар, быстрым шагом прошелся по брусчатке, то и дело оглядываясь назад, и ступил, в конце концов, на бордюр противоположной улицы.
– Фууух, – дыхание перехватило с непривычки, – Хитрый говнюк, только прикидываешься благородным рыцарем, а сам накосячив тут же линяешь! – Зло втянув носом воздух, я почуял приятный аромат ванили и корицы.
– Вкусно пахнет, правда? – как ни в чем не бывало, сказал рыцарь, кивая вверх.
Над нами мигала лампочками вывеска "Доброкекс". Круглосуточная сеть кафе графа Добрынского. Кормят не важнецко, зато в любое время.
– Ладно, – фыркнул я, – тебе повезло, что я хочу есть сильнее, чем надрать тебе задницу.
***
Колокольчики над дверью приветственно зазвенели, с первым же шагом подошва приклеилась к липкой луже, разлитой на полу. Классика "Доброкекса". Обычно посетители выглядят как: папа-мама-я-нездоровая-семья. Отец берет дешевый пивасик, мать дает малому подзатыльник и идет закрашивать синяк под глазом. Сотрудники кафе выглядели чуть лучше зомби и чуть хуже трупа. Они поприветствовали меня, записывая заказ. Их даже не смутил мой внешний вид, сюда и так постоянно заглядывают куда более сомнительные личности. Я взял пару блинчиков с мясом и кофе. Ну и на десерт пирожное с киви, уж больно Атари хотел узнать, что за киви такое.
– Надеюсь, мы тут не останемся? – Рыцарь брезгливо перетаптывался с ноги на ногу, переступая все липкие пятна.
– Боже упаси.
Я попросил еду навынос.
На бульваре я нашел уютную лавочку среди вишневых деревьев. После чего высыпал сахар в одноразовый стаканчик и перемешал свое Латте. Хотя там от него одно название. Порошок из одного пакетика на все меню с кокосовым молоком бавленым водой из-под крана. Спустя момент мое горло обожгла черная жижа. Люблю её, даже такого бюджетного качества, как в сетевой кофейне.
– Ну и дрянь, – скривился Атари, подозрительно глядя в омут стаканчика, – Будто землю заварили в кипятке и подсластили.
– Знакомься, это кофе. Кофе, это Атари. Вы не обязаны друг другу нравится, но тусоваться в одной компании вам периодически придется.
– Взгляни на эти… штуки, – он ткнул в блин, – Их за тебя уже пожевали, да?
– Не оценивай книжку по обложке, а блюдо по сервировке. Сейчас протестируем.
Я сделал укус. М-м-м. Херота. Оценочка на три из десяти, порекомендовал бы только очень голодной собаке. Впрочем, голодному желудку и это в радость.
А Атари тем временем вещал, какие грандиозные пиры он закатывал, как ломились столы от харчей, как они разбрасывались этой едой с балкона на потеху нищукам.
Аппетита это не добавляло, но и не вредило особо. Так, фоновый исторический подкаст с выдумкой.
Таки дожевав одну порцию, я расслабленно растянулся на жесткой скамейке, запрокинув руки за голову. Кайф, так бы и сидел здесь, разглядывая полоску неба меж высоток. Солнце только-только подкрадывается к линии горизонта.
Просмаковав остывающий кофе и забив на второй блинчик. Мой желудок столько пенопласта вместо мяса не переживет. Я потянулся к десерту. Хорошо жить не запретишь, особенно когда у тебя есть деньги. Пусть и не твои, главное, что в твоем кармане.
Но не успел я прицениться к сомнительному пирожному, как мое внимание привлекла компания ребят, идущих по ту сторону дороги. Я бы и не обратил внимания, и продолжил есть дальше, но кое-то меня зацепило.
Трое парней в спортивных толстовках шли за рыжеволосой девушкой, сжимающей в руках зонтик, одетую в костюм… горничной? Погодите-ка. Я узнаю этот профиль. Рыжие волнистые волосы, чепчик, и я почти уверен, редкие веснушки на изящном носике. Для полноты картины не хватало очков, но даже без них я был абсолютно уверен.
Ох, твою то мать…
– Алиса? – Пирожное вместе со стаканчиком упало на траву. Будет перекус муравьям сегодня, – какого черта она здесь делает?
– Твоя знакомая?
– Мягко сказано! Так, ладно, черт с ним, не время разглагольствовать. Атари, ты ведь можешь одолжить мне свою силу, верно? Ну чтоб бах и победа. Как с той дверью и наручниками.
Я вскочил с места, отряхивая липкие руки. Намусорил блин, стыдно. Интересно, как бы отреагировали сотрудники "Доброкекса" насвиняч я в кафе? Ну… наверно никак. Для них я очередной фрик пережравший кофе и разговаривающий сам с собой.
– В теории, – протянул призрак, – могу управлять твоим телом, если не будешь противиться.
– Отлично, вот и проверим заодно, – я двинул быстрым шагом во дворы за кафе.
– Вот это я понимаю юношеский задор! Как в романтических историях, спешим на помощь даме в беде, – Атари аж засиял пуще прежнего, – Ух, мне бы верного коня. Впрочем, это обычная шпана, отметелим и так.
– Боюсь, в беде не дама, – обреченно вздохнул я, – а эти идиоты. Атари, молю, выруби их побыстрее. Пока Алиса не поняла, что происходит.
– Хочешь покрасоваться перед девушкой? Не могу судить тебя, сам такой же. Ради столь благого дела пользуйся моей силой, сколько пожелаешь.
– Отнюдь. Считаю, что выбитые зубы обойдутся дешевле, чем гробы, – фыркнул я, – Атари, ты меня вообще слушаешь?
– Я не собираюсь терять зубы и тем более помирать, парень, – возмутился рыцарь, – не стоит меня недооценивать.
– А я и не про нас говорю, – я промчался мимо отсыревших плакатов о розыске на кирпичной стене забора, – Если мы не поторопимся, она их прикончит.
Я собрался с силами, заправил рубашку в брюки, закатал рукава, насупил брови. Прям чувствовал вот этот прилив энергии, пыл адреналина, прожигающего кровь. Бояться мне нечего. Раз уж Атари скальпель расплавил, а раны на мне заживают как на… ну не знаю, просто быстро заживают, я че, блин, мастер метафор?
– Как на лернейской гидре, – пришел на помощь Атари. – только голова новая не вырастает.
– Если вытащить сердце, то вырастает. Очень болтливая.
– Туше.
В подворотне оказался маленький дворик с детской площадкой. Ржавые качельки, пошарканная скамейка с облупленной краской. Перевернутая помойка, да брошенные по периметру окурки. Восхитительный пейзаж.
Посреди площадки стояла Алиса и отстраненно теребила в руках зонтик, будто ей совершенно не было дела до тех, кто к ней пристает. Впрочем, без очков-то она нихрена и не видит. Заблудилась наверно, пока меня искала. А эти гиены решили, что нашли лань себе на завтрак.
От моего внимания не ускользнуло, что неугомонные в своей похоти ендовочники, одеты почти как я. Не как заляпанные бомжи в смысле, а цвета и герб "Белый лебедь на синем фоне" на спортивной форме. Нижеградская академия для одаренных. Сокращенно: НАДО. Ткань герба чуть светлее, должно быть, баронеты.
– Твои друзья? – Атари положил мне руку на плечо и сделал шаг вперед, полностью окружая аурой мое тело. Такой жар. Такая мощь!
Нет, эти со спортсекции, дружки графа Барагозина. Редкостные мудилы. Считаю такими и разговаривать не НАДО, а сразу бить в целовальник.
Но Атари уже приветственно поднял мою руку и заговорил моим голосом:
– Эй… ребятишки! – Боже, ну какие нахрен ребятишки. Я даже не могу стыдливо прикрыть лицо, приходится переживать весь этот репутационный кошмар наяву.
Пацаны синхронно обернулись ко мне. Бухие в щи, еле на ногах держатся. Пару секунд у них ушло на осознание: меня три или это у них в глазах все плывет.
