Завеса памяти

***

На следующий день Витя прислал Коле сообщение с благодарностью за поддержку, поэтому Коля провел первую половину дня в отличном настроении. На работу сегодня было не нужно. Суббота.

Свой выходной Николай планировал провести традиционно – за компьютерными играми. Но спустя три часа игры решил проверить электронную почту – вдруг написали что-то важное. Основная масса сообщений, как обычно, была от магазинов и различных сайтов. Такие письма Николая не интересовали.

Покрутив колесико мышки и спустившись вниз по списку сообщений, Коля обратил внимание на необычное письмо, озаглавленное словами «Тебе пора вспомнить». Почта отправителя была указана, но ни о чем ему не говорила. В самом письме не было ничего интересного, просто ссылка на какой-то сайт. Коля знал, что переходить по незнакомым ссылкам, тем более с незнакомых писем, очень опасно для безопасности компьютера. Немного поразмыслив, Николай отмахнулся от письма, решив, что это очередная спам-рассылка, а спустя десять минут уже смотрел сериал. Вот только зачем, непонятно.

Этот киножанр не пользовался у Коли популярностью. Основная масса сериалов портилась буквально через пару сезонов, а так как Коля привык всегда доделывать начатое до конца (такая у него была привычка, которая не всегда шла ему на пользу), бросить просмотр на середине он не мог и мучился. Поэтому выбирать надо было с умом. Витя как-то советовал ему один сериал про девушку с белыми волосами, драконов, Средневековье и прочее. Возможно, стоило остановиться именно на нем. Первая серия приятно удивила Колю. Неудивительно, что этот сериал вызвал такой ажиотаж. Теперь он и сам понял, почему.

На середине второй серии раздался звонок с незнакомого номера, но Коля старался отвечать на любые звонки. Из телефона послышался приятный женский голос.

– Алло, Николай? Добрый день, вас беспокоят из больницы, куда вы попали после аварии. Хотелось бы вам напомнить, что у вас плановый осмотр в понедельник, в десять часов утра.

– Добрый день! А я совсем забыл. Спасибо большое, что напомнили. Только вот проблема, я работаю в этот день. Может, будет возможность подойти вечером или на выходных? – озадачился Коля.

– К сожалению, такой возможности нет, пациентов много, а врачей мало, поэтому записываем в свободные окошки. Визит носит обязательный характер, так как случай у вас был непростой.

– Хорошо, я вас понял, постараюсь отпроситься у работодателя, – сказал Коля, почесывая голову, в который должен был зародиться план, как отпроситься и, желательно, успеть на работу.

– Спасибо за понимание, Николай. Ждем вас, до свидания, – сказала девушка и, не дожидаясь ответа, положила трубку.

Коля решил не звонить Анне на выходных, а просто написать сообщение, что утром в понедельник ему необходимо быть в больнице, но он постарается справиться быстро и прибыть на работу, отработав время отсутствия. На сообщение Анна ответила почти сразу. Сказала, что нет никаких проблем и причина отсутствия уважительная. Коля поблагодарил начальницу и пожелал хорошего дня, однако ответа на это сообщение уже не получил.

Проведя остаток дня за компьютером, вечером Коля приготовил лучший, по его мнению, ужин в мире – жареную картошку. Простое приготовление вкупе с божественным вкусом (если так можно выразиться) всегда поражали Колю с Витей, которые часто сходились во взглядах, и не только на еду. Иногда, конечно, Коля думал, что Витя ему просто уступает, не желая спорить, из-за чего он, собственно, иногда терял интерес к долгим дискуссиям, ведь, как известно, истина рождалась в споре, а раз спора не было, то и дискутировать тоже необходимости не было. Да и вообще, иметь с кем-то столько общего, тем более взгляды, – редкая удача.

Коля быстро прошел игру (которую оценил довольно средне, так как концовка испортила все впечатление) и решил заняться уборкой. В квартире имелась небольшая кладовка, где хранились теткины вещи, оставшиеся после переезда. На верхней полке разместились книги различных авторов и времен. Выбор пал на Достоевского, так как в школе подростки в своей основной массе совсем не читают классику и пропускают почти всю программу. Да и читать Достоевского в возрасте 15—16 лет – только время тратить, не осмыслишь и половины. У Коли, конечно, имелось собственное мнение по поводу уровня образования в стране, но заострять на этом внимание не станем, иначе это займет всю книгу.

«Братья Карамазовы» были толщиной с две руки, но это не остановило Колю, так как он знал, каким бешеным успехом пользовалась и пользуется эта книга по сей день во всем мире. Поэтому к чтению Коля подошел целеустремленно – на одном дыхании осилил сразу пятьдесят страниц. Читать было не очень легко, однако главный посыл доходил как надо. Все же, сколько бы люди ни критиковали Достоевского, такого гениального писателя, скорее всего, не будет уже никогда. Ведь с каждым годом возможностей для новых сюжетов становится все меньше. И чем дальше, тем сложнее писателям, да и вообще любым творческим людям, придумать что-то с нуля. Два раза велосипед, как известно, изобрести не получится.

После серии абстрактных размышлений Коля решил отложить чтение и лечь спать. Глаза уже давно закрывались. Так всегда случалось, когда он читал в лежачем положении. Выключив свет, он поудобнее устроился на подушке, а затем…

…обнаружил себя, сидящим на кровати, а напротив него расположилась на стуле светловолосая девушка. Ночная тень наползала на ее лицо темной маской, из-за чего невозможно было понять, как она выглядит. И хотя зрелище было довольно жуткое, Коля, к своему удивлению, страха не ощущал – от девушки исходила знакомая аура, будто в комнате не было чужих людей.

– Долго еще? – неожиданно поинтересовалась ночная гостья.

– Долго что? – в недоумении спросил Николай.

– Долго ты будешь вспоминать?

– Простите, с памятью проблемы, мы знакомы?

– Может, ты просто не хочешь меня вспоминать? – проигнорировав вопрос, сказала девушка.

– Я действительно не могу понять, кто вы, ваш голос мне известен, но мне не вспомнить.

– Это же я, Анна. Тебе нужно меня найти, но для начала придется вспомнить, – сказала она, встав со стула и пройдя на открытый балкон.

– Анна! Но где же ты?! Я ничего не помню. Мне сказали, что ты ушла от меня и куда-то уехала, – сказал Коля, вскочив следом за ней и начиная медленно приближаться к гостье.

– Сказали ему! Тебе не кажется, что тебе много чего говорят, а ты вынужден во все верить? А если тебе расскажут, что до потери памяти ты умел летать, тоже поверишь? – фыркнула Анна, разведя руки в стороны.

– Но у меня нет другого выбора, я ничего не помню. Нет никакой информации: телефона не осталось, на компьютере тоже ничего нет. Скажи мне, как тебя найти, – взмолился Коля, внезапно понимая, что сколько бы шагов он ни делал к ней, расстояние не уменьшается. Это означало лишь одно – он во сне, просто довольно реалистичном.

– Выбора нет? Поверь, у тебя много вариантов добыть информацию. Включи голову, ты всегда обладал отличным критическим мышлением, что же с тобой стало?

– Я постараюсь, но покажи мне хотя бы свое лицо. Я ничего не помню, ничего! – воскликнул Коля, понимая, что конец фразы проорал уже в постели, только что выпрыгнув из сна.

Резко вскочив с кровати и посмотрев на пустой стул и закрытый балкон, он решил, что надо умыться, чтобы сбросить с себя остатки сна. Пока воспоминания о нем еще свежи в памяти, возможно, удастся найти в интернете какую-нибудь информацию про Анну или про него самого.

Как назло, интернет не работал. Вернее, работал, но сайты открывались не все. В социальных сетях искать человека по одному лишь имени – глупо и невозможно. Техподдержка по ночам не работала, а виртуальный помощник, отвечающий по горячей линии, открещивался бесполезным советом перезагрузить роутер.

Выйдя на застекленный балкон, Коля всмотрелся в ночной пейзаж, но не увидел ничего особенного. Луна светила тускло, и единственное, что по-настоящему завораживало, – это стрекот сверчков. О, как же Коля любил этот звук! Возня этих насекомых успокаивала, особенно после дождя, когда в воздухе стояла приятная влажность и витал запах мокрого асфальта. Что передавали сверчки друг другу этими звуками, Коле было неизвестно, да он и не хотел знать. Лучше романтизировать что-то неведомое, чем знать правду, которая может оказаться не такой уж приятной.

Открыв окно, Коля залез под одеяло и все же попытался уснуть. К счастью, ждать пришлось недолго. Стрекот сверчков сделал свое дело, Николай почти моментально погрузился в сон.

***

Утром понедельника Колю услужливо разбудил будильник. Пора было собираться на работу. Странный субботний сон не выходил из головы все воскресенье и изрядно портил настроение, из-за чего впервые за все время ему не хотелось выходить в офис, но надо было, поскольку питаться воздухом он пока не научился и отринуть другие потребительские радости тоже был не готов.

Позавтракав яичницей, Николай решил выйти немного раньше и опять пройтись пешком до работы, как уже делал до этого. По пути не произошло ничего особенного, разве что какая-то машина, проезжавшая мимо Коли, обрызгала его кроссовки из лужи. В очень грубой форме высказав про себя все, что он думает о водителе, Коля сделал пару глубоких вдохов и вернулся в стабильное состояние.

Иногда ему действительно были свойственны мимолетные порывы гнева. Когда он злился, в ушах слышались удары сердца, глаза прищуривались, к груди подступал жар. Колю пугали такие моменты. Конечно, у агрессии всегда была причина, но он хотел быть взрослым и уравновешенным человеком, поэтому пытался избавиться от этого чувства, пока безрезультатно.

Придя на работу, Коля решил сначала зайти к начальству, узнать, какие задания полагаются ему сегодня. Анна была на месте. Коля постучал, получил разрешение войти, открыл дверь и впервые увидел кабинет Ани. Помещение напомнило ему приемную врача: кушетка, рабочий стол, парочка прозрачных шкафов с папками. Сама Анна отчего-то выглядела недовольной, поэтому Коля решил действовать аккуратно – лучше лишний раз не провоцировать начальство, а то нарвешься на сверхурочные.

– Доброе утро, – поздоровался он, делая пару шагов вглубь кабинета. – Могу я попросить вас дать мне задания на сегодняшний день или сразу на всю неделю? Все прошлые задачи я выполнил.

– Доброе утро, – буркнула Анна, подняв на него взгляд, и, помолчав несколько секунд, встала и подошла к шкафу.

Порывшись в нем буквально пару минут, она выдала Коле довольно увесистую стопку папок.

– Вот это будет вашей работой на ближайшее время. Все эти данные необходимо перевести в электронный формат. Раньше у нас не было такой возможности, поэтому сейчас надо наверстать упущенное, – предвещая Колин вопрос, пояснила она.

– Хорошо, сделаю в самые кратчайшие сроки.

– Отлично, можете приступать, – сказала Анна, подходя к Коле и лишая его возможности долее осматривать кабинет.

Все ее движения явно намекали ему на необходимость покинуть помещение. Коля вышел, дверь за ним закрылась… на ключ. Видимо, момент для визита был не самый подходящий. Ну да ладно, зато у него теперь есть работа, и он покажет, на что способен.

Половину стопки спустя Николай заметил, что солнце уже село. Ну надо же! А казалось, что прошло буквально два часа.

Обнаружив, что в здании уже никого нет, в том числе и девушки с ресепшена, которая, видимо, вообще редко появлялась на работе, Коля ушел, ни с кем не попрощавшись, но отметившись на выходе, что вышел не раньше положенного срока.

Путь домой предполагал испытание переполненным автобусом. Коля терпеть не мог общественный транспорт в час пик. (А кому, собственно, такое понравится?) Пройдя данный квест и чудом оказавшись дома в хорошем расположении духа, Коля сразу же уселся за компьютер, решив, что прием пищи подождет. Нужно было срочно продолжить поиски Анны в интернете. Последний, как и ранее, открывал сайты выборочно. Разозлившись и даже не дав себе времени успокоиться, Коля набрал номер интернет-провайдера. Провисев на линии двадцать минут, он наконец услышал голос девушки-оператора.

– Добрый вечер! Оператор Екатерина. Подскажите, как я могу к вам обращаться? – вежливо спросила она.

– Здравствуйте, меня Николай зовут. У меня открываются не все страницы, я не могу понять, в чем дело, – с претензией поведал Коля.

– Мне показывает, что подключение у вас стабильное, все должно работать, – не согласилась девушка.

– Вам, должно быть, виднее, – произнес Коля с несвойственным ему сарказмом. – Пришлите мне своего специалиста, пусть проверит.

– Хорошо… Ближайшее свободное время – среда, вечер. Будет удобно? – Девушка пропускала мимо ушей все грубости Коли. Такова уж участь всех работников кол-центров.

– Да любой день подойдет! Я хочу уже наконец решить эту проблему.

– Хорошо, тогда мастер будет у вас в среду в семь вечера.

– Спасибо. До свидания.

– Всего хорошего, отличного вам вечера, – добродушно произнесла Екатерина.

В следующее мгновение Коля услышал голос робота с просьбой оценить поддержку. Оценку он, естественно, поставил максимально высокую – девушка оказалась стрессоустойчивой и вежливой.

Оставив на время попытки наладить работу интернета, Коля решил заняться приготовлением еды. Это дело он любил и всегда подходил к готовке старательно – будь то обычная яичница или что посложнее, например лазанья. Все приготовленные блюда Коля всегда оценивал высоко и считал, что главный ингредиент на его кухне – это любовь. Так он часто подшучивал в компании с Витей, однако это не было шуткой на все сто процентов. Николай действительно считал, что в таких творческих делах (а приготовление еды – это творческое занятие, если, конечно, не нужно готовить для сотни людей на потоке) любовь очень важна.

Сегодня по плану было куриное филе с приправами и гречкой, обильно заправленной сливочным маслом. Готовка обычно проходила под сериал или музыку – так веселее. А иногда процесс приготовления пищи был всего лишь дополнением к игре в компьютер.

После еды Коля решил позвонить Вите. Тот не поднял трубку, но тут же написал, что не может говорить, так как он на работе, и потом перезвонит. Это было странно. Насколько помнил Коля, у Виктора сегодня был выходной.

В их общении вообще имелось много пробелов. Возможно, потому, что Коле было неудобно постоянно задавать вопросы, да и друг не очень-то активно отвечал. Но больше всего Колю удивляло, почему у них было так мало совместных фото. Правда, и последний-то год, когда у Коли было все в порядке с памятью, их было не особенно много, но до потери памяти у Вити ведь должны были сохраниться архивы, разве нет? Коля решил, что непременно уточнит у него этот момент, если друг, конечно, как всегда, не переведет разговор в другое русло.

Вообще Коля корил себя за отсутствие наглости и слабое критическое мышление. Но каждый раз, когда он пытался окунуться в прошлое и наконец понять, каким он был человеком, это приводило к дикой усталости. Буквально полчаса разговоров о прошлом вызывали у Коли отторжение и желание прекратить любые выяснения. Но теперь он решил, что станет структурировать все воспоминания, которые будут переданы ему Витей или всплывут в его снах, и записывать.

В тот день Витя так и не перезвонил. Коля не держал на него обиды. По словам друга, тому иногда приходилось трудиться сутками: нагрузка была очень большая, а сотрудников не хватало.

Утром, проснувшись в убитом моральном состоянии, Коля, как обычно, выполнил привычную рутину на автомате. Чистка зубов, поход в туалет, завтрак, одежда, дорога на работу. Последнюю он даже не помнил. Полупустой автобус, пара минут пешком, и вот он – офис.

Сотрудница ресепшена была на месте. Коля хотел с ней заговорить, но, судя по скорости ее печати и очень увлеченному взгляду в экран, время для разговора было неподходящее. Пройдя в свой кабинет, Николай обнаружил на столе записку. (Видимо, от Анны. Почерк у нее был плавный, почти без наклона.) В записке говорилось, что все задания на день у Николая на почте.

Включив компьютер и обнаружив письмо, Коля удивился: объем задач по сравнению с предыдущими днями был явно больше. Но точные сроки выполнения не оговаривались, хотя казалось по умолчанию, что работу следовало выполнить как можно скорее. Ничего интересного задание не содержало – просто просмотр анкет пользователей с их характеристиками, полученными от исследовательского отдела. Требовалось высылать их клиентам на указанные почты. Фотографий в анкетах не было, ФИО тоже были скрыты. Подобная конфиденциальность удивляла и одновременно мешала. Ведь он решил проявлять больше любопытства и впитывать побольше информации.

Это нельзя было сравнить с экспериментом над Элджерноном, так как интеллектуальные показатели Коли были довольно высоки, однако моральная составляющая была притуплена. Об этической стороне своей работы он не задумывался на данный момент. Коле понравилось сравнивать себя с героем одного из своих любимых фильмов (книгу он уже пообещал себе прочитать, но с фильмом дела обстояли проще).

Расправившись с работой, Коля отправился домой. Уже в автобусе у него зазвонил телефон. Звонил, естественно, Витя, но брать трубку Николай не стал – он считал дурным тоном разговаривать в общественном транспорте, если, конечно, разговор не носил срочный характер. Коля поступил с Виктором так же, как он сам поступил с ним вчера, – написал СМС с обещанием перезвонить через десять минут. Но, в отличие от Вити, действительно сделал это. В трубке раздался веселый голос друга:

– Коля, привет! Извини, что вчера не перезвонил, умотался на работе, пришлось оставаться во вторую смену.

– Да ничего страшного, бывает. Но было бы здорово, если бы написал, чтобы я не ждал вчера твоего звонка, – не дал спуску Николай. Он действительно чувствовал, что с ним поступили неуважительно.

– Да ладно, братан, я же извинился. Давай лучше пересечемся сегодня. С меня крутые печеньки в качестве возмещения морального ущерба.

– Знаешь, Витя, разбитую кружку не склеишь печеньками! – сказал Коля и тут же посмеялся над своей шуткой, Витя в трубке поддержал его.

– Ну отлично, ты шутишь, значит, настроение у тебя что надо! Во сколько можно к тебе подъехать? Или давай, может, сходим на выставку, как раз у нас новая в центре города, интересные картины и подобные культурные вещи.

– Давай, я до этого времени быстро приберусь и отдохну немного. Отличная идея с выставкой, тогда встретимся в центре, сходим на выставку, а потом посидим у меня.

– Договор, до встречи! – сказал Витя и повесил трубку.

Коля сам удивился, как ловко он сгладил конфликт. Глубоко в душе Коле хотелось пообижаться на друга, но, скорее всего, это было бы глупо. Ну да ладно, ничего страшного. Нет времени на обиды, жизнь и так коротка. А учитывая, что первую, довольно большую часть своей жизни Коля вообще не помнил, его нынешняя жизнь казалась еще меньше.

Дорога домой, как обычно, прошла для Коли незаметно, так как он был весь в мыслях. Спустя некоторое время после легкого перекуса и получасового отдыха Коля оделся и направился в центр города, в оговоренное с Витей место, на выставку. Час пик уже прошел и людей в транспорте было немного, добрался Коля до места назначения довольно комфортно. У здания с выставкой он встретил Витю, друзья поздоровались, зашли внутрь и купили билеты. Уже в самом помещении с картинами у них завязался диалог.

– Слушай, а мне иногда нравится вот такой вот досуг, кажется, это прибавляет какой-то духовной энергии, если так можно выразиться. Вот мне сейчас очень грустно и одиноко, однако, когда созерцаю эти прекрасные творения различных людей, на душе становится легче, – поделился с другом Витя.

– Это называется катарсис, да, довольно освежающее чувство. Я, конечно, не фанат абстракций и прочего, но на этой выставке действительно хорошие картины, а не просто мазки красок по холсту, выдаваемые за гениальность, – ответил другу Коля.

– Согласен с тобой полностью, действительно очень интересная выставка, – с этими словами Витя двинулся в другой зал для продолжения прогулки.

Друзья, походив пару часов и очень подробно рассмотрев почти все картины и их описание, решили отправиться к Коле домой, попутно делясь впечатлениями о самых понравившихся увиденных ими картин. Уже оказавшись в квартире, они разделись, помыли руки, поставили завариваться чай и присели друг напротив друга.

– Колян, тут такая дилемма у меня жизненная, выслушаешь? – вопросительно взглянув на друга, спросил он.

– Не вопрос, для этого ведь и нужны друзья. Давай только чай дождемся, – сказал Коля, уходя на кухню.

Через пять минут, вручив другу большую кружку, Коля сел в кресло и мотнул головой, давая понять, что готов слушать.

– Ну так вот, начинаю свою историю. Встретился я со своей бывшей, разговор вышел крайне неприятный. Она у меня уже не вызывала ничего, кроме неприязни. На любой мой вопрос, почему она так поступала и прочее, она отвечала, что просто безумна, но в хорошем плане. Она очень любила не отвечать несколько суток подряд, иногда могла себе позволить колкие фразы или обидные высказывания, считала себя выше окружающих и в том числе меня. А мне кажется, что это полная чушь – оправдывать дурные поступки каким-то безумием или уходом в отрыв. Расклад, конечно, очень выгодный для людей такого типа. Одно только интересно – им ведь как-то нужно оправдать свои поступки, значит, внутри они понимают, что своим поведением нарушают моральные устои. Получается, что это сделка с совестью. Ты знаешь мою политику. Я считаю, что у всякого, даже самого отвратительного человека, есть совесть, просто у каждого она на своем уровне чувствительности. Кто-то, подумав плохо про другого, начнет себя корить за это, а кто-то спокойно убивает людей за деньги и почти никогда об этом не думает. Так вот, по моему мнению, даже эти вторые рано или поздно задумаются о своих поступках, если доживут до этого момента, конечно. Что думаешь? – закончив тираду, обратился к другу Витя.

– Вопрос очень философский, а я их, как ты знаешь, не очень люблю. Для меня есть только черное и белое, серая зона меня не интересует. Она позволяет людям оправдывать сделку с совестью, о чем ты, собственно, сейчас и говоришь. Однако я считаю, что не каждому дано достичь просветления, есть абсолютно ужасные люди, у которых никогда не бывает мук совести. Я бы привел парочку исторических примеров, но тогда разговор уйдет в другое русло, – сказал Коля, дав понять, что слово перешло к Вите.

– Согласен, мы часто отклоняемся от основной темы, но я все же хочу верить в людей, в людскую доброту. У всех должна быть совесть, все к ней рано или поздно обратятся. Мне вот иногда мысли о моих поступках не позволяют заснуть. Как в той песне, где совесть приходит – и ноги на стол, вот так и происходит в реальной жизни. Однако, несмотря на то что я верю в людей и в наличие у них совести, общаться с теми, кто еще не пришел к моральному осознанию, что есть хорошо, а что плохо, я не желаю. Естественно, я сейчас выражаю свое субъективное мнение о природе добра и зла.

– Ты сам ответил на свой вопрос. Главное слово – «субъективный». Я почти полностью поддерживаю твою точку зрения, но это не значит, что все люди должны придерживаться того же, – сказал Коля, закусывая свои мысли печенькой.

– Вот за это я тебя и ценю. У нас действительно очень схожие взгляды на жизнь, хоть в чем-то мы и не согласны. Ладно, давай лучше посмотрим фильм, утомляют такие разговоры.

Коля молча встал и включил кино из выпавшего списка, так как Витя ничего конкретного не предлагал. Обычно после философских измышлений фильмы в голове Коли не задерживались.

– Я еще хотел с тобой поделиться очень личным, что меня сильно тревожит, – сказал вдруг Витя.

– Я тебя с удовольствием выслушаю, – ответил Коля, который приготовил еще по чашке чая себе и другу.

– Знаешь, я безумно боюсь смерти. Иногда я задумываюсь о том, что будет после нее. В такие моменты меня охватывает жуткий страх, а внутри просто чернота и пустота. Вот такое у меня отношение к смерти.

Одна из моих бабушек жила очень далеко от меня. Я к ней периодически ездил летом, но когда повзрослел, не смог больше позволять себе частые поездки, так как работал. Она много болела, но держалась молодцом. А еще она невероятно вкусно готовила. Я не могу объяснить, как, но любое блюдо, за которое она бралась, получалось божественным. Например, ты знаешь, что я вообще не люблю супы, но ее уплетал за обе щеки. Ни одно блюдо в кафе или ресторане еще не смогло сравниться для меня по вкусу с бабушкиной стряпней.

Но с каждым годом она болела все больше, ей периодически делали операции, которые, увы, помогали лишь на время. Мы иногда созванивались. И вот в один из таких звонков я понял по ее голосу, что она, скорее всего, не доживет до нашей следующей встречи.

У меня было два варианта: либо приехать раньше, либо звонить чаще, но я выбрал бездействие. В итоге в один из рабочих дней мне позвонили и сообщили, что она совсем плоха. Я уже тогда понял, что она умрет, но не до конца верил, попросил дать ей трубку, но она не могла говорить. А на следующий день, когда она все-таки позвонила, я пропустил звонок. Она умерла, а я вот уже несколько лет живу с чувством вины.

Я ведь мог поговорить с ней, приехать… Да много чего мог, но мне было безумно страшно, я хотел отдалиться от нее, будто тем самым мог продлить ей жизнь. А все из-за страха, еще и попрощаться не успел, представь, как мне было больно. Я пил, мало ел, много ходил в одиночестве и не мог ничего делать. Я до сих пор не до конца себя простил, хотя вроде как ни в чем не виноват.

Есть, конечно, общая дилемма, когда ты понимаешь, что твоему близкому человеку или родственнику осталось жить недолго, и перед тобой встает выбор. Прощаться с ним или нет. Если попрощаешься, то как будто заранее похоронишь человека. Но если не попрощаешься, то будешь винить себя всю жизнь за это.

Вот с таким грузом я и живу. Может, тебе покажется, что это не так масштабно, но мне действительно больно до сих пор, просто я стараюсь об этом пореже думать и чаще просить у бабушки прощения. Надеюсь, в эти моменты она меня слышит.