Нарьяна прочитала вопрос от Клёнова и слегка удивилась такой деликатности. Чего это он вдруг? Работа есть работа. Ах да. Теперь у нее есть любовник, у Кленова – невеста, вот лейтенант и проявляет деликатность, потому что сам в любовных отношениях.
Она огляделась, прислушалась. Одна. В этот раз Наиль не стал проявлять чудеса проникновения в закрытую квартиру и дразнить ароматами с кухни. Нарьяна вспомнила ночное расставание, весьма спорное. Уснула она с мыслью, что Илька так просто не отстанет, но с утра настроение было поганое. Вполне возможно, что они уже не пара.
Едридмадрид, что ж самое то настроение поработать: зло, окунувшись в проблемы с головой и допоздна, чтоб просто потом вырубиться, дойдя до кровати, без снов и размышлений.
«Нет» – ответила она лейтенанту и тот сразу позвонил.
– Тащ капитан, нашли труп по улице Крямзина…
– Это не наш район, – перебила Нарьяна.
– Там плюс минус пару метров, погранично, – подтвердил Кленов.
– Почему ты тогда?
– Следы, тащ капитан. Свидетель видела как из серой иномарки номер 123 выбросили труп…
– Так, – подскочила Белова, начиная собираться.
– …Я пробивал номер этой тачки, по вашей просьбе, поэтому и принял вызов. Нас это интересует?
– Еще как интересует! – подтвердила Белова. – Жди, еду.
Полчаса спустя она стояла возле тополей и слушала доклад молоденького патрульного.
– …бабка эта сумасшедшая, каждую неделю анонимки шлет… мы сразу не среагировали, а утром пошел на дежурство и всё равно мимо, вот и глянул… а тут это вот… самое… – патрульный покраснел ушами, зная, что сейчас его доклад звучит как детский лепет. Но капитан слушала и не перебивала, он продолжил: – Сразу ничего не нашел, но следы колес же подозрительные… я покопался глубже…
Нарьяна поймала себя на неловкой мысли, что примерно вот такого же возраста «мальчика» она вчера гоняла по дивану по диагонали и вертикали, пробуя позы камасутры, не доступные ранее ей с мужем. Отвела пристальный взгляд, пока патрульный не стал заикаться и окликнула лейтенанта:
– Тёма, ну что?
– Следы протектора свежие. Бабка записала время 0:45 – 1:12. Но…
– Но?
– Но труп несвежий. Неделю здесь лежит. Так что вряд ли труп выбросили этой ночью с этой машины. Следы обуви видите?
– Вижу.
– Как будто водитель вышел из машины и пересел на заднее сиденье, потом уехал. Если бы он выбрасывал тело, были бы еще следы, топтался бы рядом, глубина продавливания бы изменилась. Здесь этого нет. Но странно другое…
– Что? – хмыкнула Белова.
– Если водитель сел сзади, кто сел за руль? Как машина уехала?
– Призрак угнал? – пошутила Белова, замечая по следам, что машина, выезжая задом из проулка, двигалась рывками и зачем-то сделала странный крюк, объезжая кого-то или чего-то. Впрочем, она точно знает, у кого спросить, что здесь было, потому что Петрович увез Наиля из ее дома как раз пол первого ночи, как раз на этой машине. – Шутки в сторону. Тело, случайно, не наш маньяк поработал?
– Всё то вы знаете, тащ капитан, – скривился Кленов. – Так не интересно. Да, наш маньяк. Имеются проколы в районе груди, неопасные для жизни. Экспертов вызвал, – предупреждая следующий вопрос, добавил лейтенант. – Скоро будут.
– И Климушкина? – выгнула бровь Нарьяна.
– А его зачем?
– А затем, что в этих пустырях мы найдем еще жмуриков… К бабке не ходи, тьфу. Эй, молодой-красивый, – она окликнула патрульного. Полюбовалась, как он заливается краской смущения по самые брови и приказала: – Собери все анонимки бабки-свидетельницы за последние три месяца. И напиши-вспомни все те, что были проигнорированы, – полюбовалась как патрульный покраснел еще и выше бровей. – Первое пришли на почту сразу, – она протянула визитку. – Воспоминания – можете вспоминать всем отделом – жду в течении недели. Свободен, кругом. Арш!
Глава 9 Воскресные разговоры
Воскресное ничегонеделание перед телевизором за просмотром детективного сериала, под пледом и с кружкой кофе прервало сообщение в мессенджере.
Неизвестный спросил:
«Что купить?».
Следом прилетело уточнение:
«Из продуктов».
Яна хмыкнула и представила незадачливого подкаблучника, впервые оказавшегося в магазине без составленного женой списка покупок.
«Иду в гости» – добавил неизвестный.
Ага, незадачливый любовник, – решила Яна.
«Можно?» – прилетело новое сообщение.
Кха, незадачливый любовник уточняет дома ли муж, – фыркнула мысленно Яна. – Или вариант номер два: любовник еще совсем сопляк и неуверен в себе.
«Полусладкое и сахар взял».
У Яны закопошились подозрения насчет собственного любовника. Свою визитку она ему вручила, но его номер так и не узнала, пару раз обменивались сообщениями через Петрова-старшего. Неужели Илька таки купил себе новый телефон, взамен перегоревшего?
«Доброе день».
Ага, вспомнил о приличиях, – хохотнула Яна.
«Это Наиль».
Черт! Она подскочила и засуетилась, приводя себя в порядок. Через семь минут выбежав из ванной, она прочитала пропущенные месседжи:
«Скумбрия или селедка?».
«Взял обе».
Кто в здравом уме ходит в гости к любимой с рыбой? – зависла она секунд на десять.
«Шоколадное или ванильное?».
Интересно что? Мороженое, молоко, йогурт, печенье?
«Взял мятное».
Вот же болтушка, – восхитилась она, спешно разглаживая утюгом складки на шелковом халате, который они мяли недавним жарким утром.
Очень хотелось написать, как делают админы в чатах: «Не дроби!», то есть не пиши стопятьсот сообщений подряд.
«Ты дома?»
«Не занята?»
Ага, добрался до главного вопроса. А если занята и не дома? Потащишь продукты обратно?
Она завязала пояс и взяла телефон, чтобы ответить, но…
«Я пришел открывай» и звонок в дверь.
Вот ведь реактивный! – восхитилась она, открывая замок.
– Привет, – сказал он после длинной паузы, оценивая ее вид, и с широкой улыбкой котика, которому прощается всё, потому что он такой милашка.
– Проходи, котик, – улыбнулась она, прощая ему то, что Наиль это ленивое утро, запланированное на «жим лежа на диване» превратил в кросс на «я по утрам всегда так выгляжу».
Открыла широко дверь, забрала один из пакетов и поцеловала… То есть попыталась поцеловать. Котик ловко увернулся, тут же сделав вид, что занят обувью.
«Ладно, – хмыкнула она мысленно. – Вернемся к этому вопросу позже».
– Учти, котик, я готовить не умею, – слегка приврала она, унося пакет на кухню.
– Я умею, – сказал он, шагая следом. – Даже на кондитера учился полгода.
– Не люблю сладкое, – сказала она из вредности за неполученный поцелуй.
– Ага, Нарьяна Кирилловна, я понял и купил рыбу.
– Не люблю рыбу, – сказала она и с видом зрителя, не собирающегося помогать на кухне, села в кресло.
– Сварить кофе? – мило улыбнулся он.
– Валяй, – разрешила она.
Вы как хотите, но Яна считала, что мужчина хозяйничающий на кухне – это магия. На это можно смотреть долго, как на морской прибой. Особенно, когда повар так хорош собой. Рельефные мышцы, обтянутые футболкой, ловкие пальцы, уверенные движения мастера работающего с вдохновением.
Ароматы, возбуждающие аппетит поплыли по кухне.
Яна вздохнула. Для полноты картины тут не хватало только сигаретки.
– Малыш, давай начистоту, – строго сказала она, когда перед ней поставили большую чашку кофе и аккуратно положили сверху шарик мятного мороженого. Кое-что надо было выяснить до того, как она растает как это мороженое, отложив проблему на потом (Пока только занозу проблемы, но мы то знаем – плавали, не вытащишь сразу потом будет хуже).
– Давай, – кивнул он, отложив нож в сторону и сев напротив, вытирая пальцы бумажным полотенцем.
– Насчет поцелуя при встрече…
Он отвел взгляд, вздохнул и только потом опять посмотрел в глаза:
– Я ответил же честно: не люблю поцелуи.
– Малыш, я из-за тебя курить бросила, не умножай мои комплексы. Что не так?
Наиль искренне удивился:
– Зачем?
Она промолчала и он догадался сам.
– Нарьяна Константиновна, я и сам иногда курю. Вот, – он ушел в прихожую за курткой, вернулся и положил пачку на стол. – Проблема не в этом. Честно.
– Кхм, – Яна озадаченно постучала этой пачкой по столешнице, переняв привычку от мужа заполнять неловкую тишину незначительными звуками. Тонкие ментоловые женские сигареты. – Странный выбор для натурала.
– Мята успокаивает, – сказал он, вернувшись к готовке.
– Допустим, – сказала она якобы соглашаясь, но сомневаясь. То есть в натуральности любовника она не сомневалась, а сомневалась в том, что сигареты выбраны только из-за мяты. Наверняка, в этой истории целый скелет прячется в шкафу. Уверена.
Яна пила это вкуснейший кофе, так подходящий этому утру и этой компании. Смотрела на юношу, занятому приготовлением итальянских бутербродов – весьма романтично для завтрака на берегу Средиземного моря.
Как так получилось, что два таких разных человека притянуло друг к другу?
Нет, она не обманывалась: у этих отношений нет будущего. Она это знала. И опыт ей подсказал: он тоже это знает.
Но то, что нет будущего, не значит, что отношения эти и не нужны вовсе? Нет. Как раз наоборот.
Они сталкивались углами своих характеров, заглядывали друг другу в душу, как в зеркало. И видели там себя, такими, какими не видели в глазах других. Все эти странности и привычки, затертые обыденностью и повседневностью, вдруг выявляли, как лакмусовые бумажки, нечто очень важное.
Она смотрела на него и видела там свою девичью мечту. И отчетливо понимала, что эта мечта просто мечта, приятно помечтать, но жить она хочет по-другому. С другим мужчиной. Да, скупым прагматиком, да толстеньким и невысоким. Но без этой нежной чувствительности, надрывом, без этих чертовых качелей художника «я гений – я говно».
Да, молоток вместо микроскопа. И всё потому, что она по жизни гвозди заколачивает, а не цветочки собирает.
– Главное в жизни, – сказала Нарьяна тоном умудренного годами старца, – себе не врать.
– Я разве вру? – тихо спросил Наиль и поставил тарелку с рыбными брускеттами на стол. Помыл руки, налил себе зеленого чая в кружку. Сел напротив с грустным видом.
– Малыш, ты же понимаешь, что у наших отношений нет будущего?
– Ну и что? – фыркнул он насмешливо, но глаза оставались такими же грустными.
– Я видела тех девушек, которых ты приглашал на свидание в День Валентина, – сказал она тоном, будто это доказательство его вины.
Он удивленно вскинул брови:
– В них было что-то особенное?
