– Гуд сражался, как зверь! – с уважением высказался один.
– Он меня прикрыл.
– И меня.
– И меня.
– И меня.
– Меня тоже.
Они всё бормотали по очереди, что он их прикрыл, но я уже не слушал, а смотрел на брата, который лежал без сознания, с перебинтованной головой.
Во мне смешался горючий коктейль из беспомощности и ярости. Там лежала Сьюн, здесь лежит Броннан… а я ничем не могу им помочь! Проклятый замкнутый круг!
– Киро! – вдруг позвали за моей спиной. – Киро, могу я с тобой поговорить? Это важно! Можно, прямо сейчас? И лучше наедине.
Я обернулся и увидел запыхавшуюся Хио.
Она наконец догнала меня.
Я бросил отчаянный взгляд на брата и кивнул девчонке. Мы вышли из больничного чертога и зашли за угол полуразвалившегося покрытого копотью здания.
– В чём дело? – спросил я, нахмурившись: мне было сейчас не до болтовни.
Хио пронзительно посмотрела мне в глаза.
– Если ты получишь шестую высоту, ты же всех спасёшь, да? И Гудреда, и ратников, и Атлас, и школу, и магов, и даже моих друзей из Гнездовья? Ты спасёшь весь мир, да?
– Не понял… ты о чём?
– Нужна тебе шестая высота или нет?
– Нужна, но при чём тут…
Хио не дала мне договорить. Она вынула из кармана кинжал и приставила к собственному горлу.
– Убей меня и получи духовный опыт. Повысь себе ранг. Пусть видит великий Абелайо, я отдаю себя добровольно. Забери мою жизнь во имя мира, чёрный дракон. Или я смертельно раню сама себя, и тогда тебе придётся меня добить. Все умирают… Гудред… ратники… школа разрушена… Каскады уничтожены… столько убитых… война надвигается… но у нас есть шанс всё исправить. Так исправь сейчас! Забери мой духовный опыт! Это судьба, Киро!
В её голосе не было ни капли сомнения.
Лезвие плотно вжималось в кожу на шее, и я знал точно – эта девчонка резанёт себя по глотке без раздумий, лишь бы заставить меня забрать у неё духовный опыт. Она, как и все остальные, знала, что права на ошибку у нас нет. Осталось всего три недели до смерти ратников, и до войны совсем недолго.
Её слова наполнили смятением моё сознание.
«Все умирают… Гудред… ратники… школа разрушена… Каскады уничтожены… столько убитых… война надвигается… но у нас есть шанс всё исправить. Так исправь сейчас! Забери мой духовный опыт! Это судьба, Киро!».
Я даже мысли подобной не допускал, но именно в эту секунду, глядя в пронзительные чёрные глаза Хио, я впервые засомневался…
Книга 6. Эпизод 3.
Девчонка-полумаг сильнее вжала кинжал себе в шею.
Её рука не дрогнула.
– Решай, Киро.
И я решил. Дважды меня просить не пришлось.
– Да будет так, – сказал я, прищурившись, после чего облачился в доспех.
В руке появился один из моих чёрных мечей. Глядя Хио в глаза, я поднял клинок и направил острие прямо ей в грудь. Сталь коснулась кожи девчонки ниже ключиц, прочертив тонкий порез.
Один удар – и шестая высота будет получена.
Так легко, так быстро…
Хио вздрогнула, прикрыла глаза и опустила свой кинжал, готовясь к казни от моего меча.
– Это великая смерть, – прошептала она.
Мне хватило доли мгновения, чтобы убрать меч и взять Хио за шею. Ладонь, облачённая в броню Мрака, крепко ухватила девчонку под подбородком.
Я приблизил к себе её перепуганное лицо.
– Ещё раз мне такое предложишь или надоумишь Гудреда, и через минуту вылетишь из школы. Я выброшу тебя в пустошах Старого Ледана, а там можешь сдохнуть любой смертью на свой вкус.
Детские пальцы Хио вцепились в мою перчатку, проскребли её ногтями, кинжал упал на землю, по бледным щекам девчонки потекли слёзы ужаса.
– Не надо… только не так… – взмолилась она хрипло и зажмурилась. – Я больше не буду… не буду… Киро… клянусь…
Я продержал её за шею ещё несколько секунд, закрепляя результат, и только потом отпустил. Хио упала на колени и разревелась, прикрыв лицо дрожащими ладонями.
Она напугалась моих угроз больше, чем собственной смерти.
Да, это было жестоко, но иначе с ней было нельзя. Не в её характере отступать от своих фанатичных идей, а если учесть её возраст… Сколько ей там? Двенадцать? Одиннадцать? Она ведь не старше моего брата.
Я убрал доспех и, обхватив Хио подмышки, поднял её на ноги.
– У меня есть идея, – предложил я и постарался, чтобы мой голос не был таким жёстким. – Точнее, задание для тебя. Очень важное.
Хио перестала рыдать и затихла, уставившись на меня воспалёнными глазами.
– Прямо сейчас ты пойдёшь к Селене Тимо, той слепой девушке, и скажешь ей, что хочешь помочь найти способ передачи духовного опыта. Поняла? Скажешь, что я не против, чтобы она исследовала твою ауру. – Я нахмурился и добавил, ради приличия: – Если ты, конечно, сама не против.
Девчонка яростно замотала головой.
– Не против! Совсем не против! Пусть исследует, сколько хочет!
– Ну вот, – я кивнул. – Тогда иди…
Она рывком вцепилась в меня, крепко обняла и снова разрыдалась, завывая в голос:
– Прости меня, Киро. Я больше так не бу-у-уду. Прости-и-и-и…
Ещё с минуту она утыкалась зарёванным лицом мне в грудь, сопела, всхлипывала, комкала пальцами ткань моего пиджака на плечах. Когда же подняла на меня глаза, они были такими же решительными, как раньше.
Мокрые щёки Хио порозовели.
– Ты такой красивый, когда злой… – улыбнулась она, мечтательно вздохнула и в припрыжку понеслась в сторону Квартала Кэрулим, окрылённая на новые подвиги.
Паршивка забыла, что недавно собиралась умереть, будто это была игра.
А вот меня еле отпустило.
Мороз до сих пор катался по телу. Я прислонился плечом к закопчённой стене больничного чертога и нервно выдохнул. Хио ведь даже не догадывалась, что действительно была на волосок от смерти.
Несколько минут назад я был готов её убить.
***
Основная сильфийская конница прибыла к горам Иксидора за пару часов до полуночи. Передохнув и сменив преподавателей на дозоре, отряды королевы Энио встали на страже вокруг границ школы.
Вряд ли до этого сюда ступала хоть одна сильфа.
Появление остроухих девушек произвело эффект – выжившие студенты и преподаватели всё ещё с опаской и тревогой смотрели на них, обходили подальше, сторонились, но в то же время ощущался и взаимный интерес. Всё же отряд Энио помог отогнать от школы Ткача.
Теперь сильфы не воспринимались лютыми врагами, но и до дружеских отношений было ещё далеко. Хотя, узнав о том, что Буф Такес, которого безоговорочно уважали все студенты, создал добровольный союз с сильфийской королевой, некоторые всё же пересмотрели свои взгляды и даже перебросились с сильфами парой слов.
Ближе к утру мы обнаружили и вытащили из-под завалов всех убитых и раненых. Потери среди четырёх Факультетов были чудовищные.
После битвы в доме братьев Скендеров оставалось девяносто шесть студентов, а после сражения за Трон-Стронг – семьдесят два. В рядах преподавателей тоже имелись потери: погибла Парнилла Грид, профессор по Теории уровней, и ещё трое её коллег. Учителей и без того было немного, а теперь осталось всего одиннадцать.
Но и это было не всё.
Погиб вахтёр Эмиль.
Мне рассказали, как он до последнего вздоха защищал студентов в своём общежитии – в нём он и погиб, так и не сдав поста. Когда мёртвое тело отставного солдата вытащили из-под порушенной стены, студенты рыдали и падали рядом с ним на колени. Среди них было много тех, кого он спас.
Разрушенный Трон-Стронг окунулся в скорбь.
Казалось, всё кончено, но так только казалось.
Оставшиеся в живых сдаваться не собирались, никто не винил директора в том, что случилось – его вины тут не было, однако одному Богу было известно, что он сейчас чувствовал.
Альмагор Стронг вместе со всеми разгребал завалы, вытаскивал мёртвых и раненых. Тех, кто ещё дышал, быстро уносили в больничный чертог, а погибших директор укладывал на землю и прикрывал покрывалами сам, бережно, будто живых.
Он не говорил ни слова, лишь проводил ладонью по холодным лицам павших и целовал их в лоб. Каждого из них. И продолжал молчать.
Люче тоже была здесь.
Она успокаивала выживших, обнимала и беззвучно что-то им шептала, будто забирала себе чужую боль. Её глаза из синих превращались в белёсые, а лицо всё больше бледнело. В итоге она не удержалась на ногах, повалилась на землю и потеряла сознание, и её саму унесли в общежитие Квартала Кэрулим.
Именно там теперь сосредоточилась жизнь всей школы.
Единственный неразрушенный Квартал.
Места там хватило всем, потому что людей осталось не так уж много, меньше сотни. Сильф тоже разместили там же, они заняли отдельное общежитие, а Энио поселилась в одном из преподавательских домиков.
Ближе к полудню усталые и измученные маги разошлись по комнатам. Стронг, профессор Спиро, Буф и охотник Волькири перенесли в портал мёртвые тела, чтобы доставить их в Дион.
Перед отправкой портала я успел передать директору информацию о списке врагов королевы Калесты. Перечислил все десять фамилий, которые запомнил точно, хоть слышал их всего один раз.
Стронг слушал и молчал.
На последних фамилиях его лоб покрылся испариной, а рот искривился в презрительной и злой гримасе.
– Возможно, это и есть те, кто связан с Нимандом и крутит императором, как хочет, – добавил я. – Тем более, в список входит Атрей Мориц, а это и есть ратник Ткач.
Он взял меня за плечо и сжал его до боли.
– Сегодня же организуем захват каждого. У меня есть ещё союзники в армии, верные друзья генерала Лавана.
Когда портал отбыл, я не удержался и снова отправился к Сьюн, только Фонтей не пустил меня на порог. Да он даже дверь мне не открыл! Всё это время он находился у Белой Совы, и через дверь я слышал, как он читает заклинания, то громко, то тихо. Из-под двери порой вырывался свет и вылетали клубы белой пыли.
– Не торчи у двери, Киро! – выкрикнул Фонтей, когда я в очередной раз пришёл к комнате восемнадцать. – Ты мне мешаешь! От тебя нервные вибрации на всё общежитие!
– Дайте мне её увидеть!
– Терпение, адами! Лучше возьми успокоительных леденцов у Бакчо Барбара!
Я поморщился, уставившись на закрытую дверь.
Ещё один со своими леденцами!
Так я и метался между больничным чертогом, где без сознания лежал Броннан, и общежитием, где находилась Сьюн. Наконец, чтобы унять нервы, я уселся на ступени у входа в общежитие и уставился в одну точку перед собой.
Вместо того, чтобы обжираться успокоительными конфетами, нужно было действовать, и скорбь не имела права этому помешать. Время неумолимо утекало.
Я вскочил, как будто меня пнули, и понёсся к домам, где жили преподаватели.
