Перейти к содержанию

Тёмный ратник. Факультет. Том 6 — книга №6 серии «Темный ратник»

Автор:

5,0 200+ оценок читателей Рунета
Категория
Попаданцы
Серия
Темный ратник · книга №6
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Школа Трон-Стронг была практически разрушена. Но не сломлена. Ставки возросли до предела, война с темными отбросами приближалась, Ниманд сделал свой ход, а мне предстояло найти способ получить недосягаемую шестую высоту. Тогда никто не знал, что для этого мне придётся проститься со Сьюн и вместе с братом отправиться туда, откуда я пришёл. Но кто сказал, что я не вернусь обратно?..

Читать «Тёмный ратник. Факультет. Том 6» — А. Райро онлайн

Страница 6 из 15

– Никак не называл. Просто даритель. Больше никаких записей от Кербази Хибэя не было, но королевские писари указывали, что после того, как юноша сделал записи о дарителе, он исчез из Бар-Сабба и больше не появлялся. Никогда. Вместе с ним исчезла и реликвия королей Кронода. Книга заклинаний, грифельная доска и магический мел. Это был символ магии словесности, рождённой в Кроноде. Насколько я знаю, этот набор реликвий до сих пор не найден.

И про реликвию я тоже вспомнил.

Сначала я видел изображение книги, грифельной доски и мела в руках королевских особ на портретах во дворце Бар-Сабба, а потом о них же упоминали сами Творцы, когда рассказывали, как они одаривали людей этого мира магией.

Книгу, грифельную доску и мел Творцы вручили учёному О-Нулу из Кронода, одарив того словесной магией. И судя по тому, что реликвия оказалась у королевской семьи в Бар-Саббе, учёный О-Нул просто подарил её своим правителям, а те передавали дар из поколения в поколение, пока его не выкрал сын одного из королей и не исчез вместе с ним.

Я потёр вспотевший лоб.

Эта грёбанная загадка никак не желала разгадываться.

– А ещё что-нибудь известно о чудовище? – спросил я.

– Надеюсь, вы не обо мне говорите? – прозвучало за спиной.

Я обернулся и увидел приближающегося Буфа Такеса. Его суровая рожа никак не вязалась с попыткой пошутить и хоть немного разбавить мрачную обстановку.

– Адами Такес! – Энио, кажется, тут же забыла, что она королева. – Я так волновалась!

Сильфа не смогла сдержать влюблённой улыбки при виде него, а когда Буф подошёл, то сразу взяла его за руку и приникла к парню плечом, но, если честно, в Атласе такая пара из разных рас смотрелась необычно.

– Директор отправился обратно в Дион, – сказал Буф. – А вот тебя Волькири просит прийти на стадион Кэрулима.

У меня радостно заколотилось сердце.

Как же вовремя! Я как раз собирался его дождаться и расспросить про трофей. Про ту чешуйку дракона, которую он показывал тогда классу.

Я рванул к Волькири на стадион, добежав до него за минуту.

Стадион Кэрулима был точь-в-точь похож на стадион Рубрума: вырублен внутри скалы в виде арены с рядами кресел, а на поле покрыт толстым слоем песка.

Сначала я увидел охотничьи сапоги, шляпу и кожаный плащ Волькири – они лежали на краю поля. Сам же охотник Его Императорского Двора ждал меня на середине поля и стоял босиком, с подвёрнутыми до колен брюками.

Сплошная седина его волос и обожжённое правое ухо выдавали в нём человека, повидавшего не одного монстра.

Волькири стоял ко мне спиной, но будто имел глаза на затылке – стоило мне только зайти, как он развернулся, быстро прошептал заклинание и отправил в меня гигантскую воронку огня.

Я успел задействовать фантомный покров пятого ранга, а следом ещё и доспех – он-то меня и спас, иначе охотник сделал бы из меня кусок жареного мяса.

Воронка образовалась прямо в воздухе, раскалив всё вокруг себя, и даже через латы я почувствовал, насколько нагрелись воздух и песок. Масса огня накрыла меня с головой и опалила чудовищным уроном. Доспех загудел, завибрировал и будто завыл от такого неожиданного натиска.

– Это лишь малая часть того, что тебя ждёт! – выкрикнул мне Волькири.

Я не стал ждать, пока броня раскалится до предела и подпалит мне зад, а ударил в ответ.

Сначала погрузился во тьму, метнулся в сторону и двинул кулаком в поле, усыпанное песком. Удар гнева отправился под ноги противнику, только до него не добрался. Босые ноги Волькири неожиданно приподнялись над землёй, и охотник завис в воздухе, продолжая атаковать меня воронкой огня.

Та становилась всё мощнее и быстрее, трещала и обдувала пеклом. Ещё минуту такого жара – и стадион оплавится к чертям.

Песок раскалялся подо мной, ноги вязли в нём всё больше. Таким нехитрым способом охотник лишь прощупывал мою прочность, и только мощный Незримый плен смог остановить его атаку.

Руки Волькири медленно, но верно, раздвигались в стороны, а исполинская воронка затухала, пока не исчезла совсем. Волькири крутанулся в воздухе и высвободился из моего плена, опустившись на поле. Его покрасневшая кожа задымилась после сильнейшего заклинания огня.

Он выдохнул и кивнул.

– Вот так мы и будем теперь тренироваться. С каждым ударом огня будет всё больше, пока мы не дойдём хотя бы до трети того, на что способен чёрный дракон.

Я убрал доспех и уставился на Волькири, затаив дыхание.

– Вы считаете, что он всё же существует и до сих пор жив?

Охотник многозначительно на меня посмотрел, тем же самым взглядом, каким однажды смотрел, когда показывал тот трофей. Волькири будто уже тогда догадывался, что мне придётся вернуться к вопросу о чёрном драконе и далеко не из праздного любопытства.

– Альмагор сказал, что другого варианта у тебя нет, – сказал охотник, – а если нет, значит, я расскажу тебе всё, что знаю об этом драконе. Я видел его семь лет назад, и эту встречу забыть невозможно.

– И та чешуйка…

– Помнишь её? – Волькири даже слегка улыбнулся, что было большой редкостью. – А помнишь, что я тогда сказал студентам?

Я кивнул.

– Что повстречать высшего дракона – большая удача. Но ещё больше удачи в том, чтобы уйти живым. Ещё говорили, что он хранит земли старого Ледана, как свои угодья, и эту тварь не убить ни снарядами, ни заклинаниями, ни ядами, ни истощением силы.

– Хм… отличная у тебя память.

– Такое сложно забыть, – я пожал плечами. – Не каждый день встречаешь драконью чешую и человека, который эту чешую добыл.

– А ещё что я говорил? Помнишь? Ещё я говорил, что эта тварь покорится лишь тому, кто так же силён, как он. Только нет на свете такого мага, и никогда не будет. Ни один человек не выбьет дракона из его угодий.

Он смолк, продолжая пристально смотреть мне в глаза.

– Только, возможно, я ошибся тогда. Такой маг есть, и, увы, это не я. – Охотник потёр ладони друг о друга. – Но зато я помогу тебе отыскать эту тварь. Если дракон жив, мы его отыщем, не будь я Браконьером его Величества. Ну а теперь продолжим закалять тебя огнём…

Я сжал кулаки, готовясь к новой атаке охотника Волькири, но тут на стадионе появились сёстры Нобу.

– Киро! – закричала Таби, махая рукой. – Киро! Она сделала это! Сделала!

Рин топталась рядом с сестрой и с извинением косилась на Волькири, понимая, что прервала важную тренировку двух магов пятой высоты.

– Прошу прощения, адами Волькири, – наконец произнесла она, – можно передать брату письмо?

При слове «письмо» во мне поднялась волна нетерпения.

– Да куда ж от вас денешься, забавное семейство? – вздохнул Волькири. – Вроде и мертвецы, но какие-то неубиваемые.

Он опять улыбнулся, а Рин и Таби кинулись ко мне прямо по песку. Я пошёл им навстречу.

В руке Рин держала листок бумаги, исписанные крупным старательным почерком отличницы.

– Вот… Киро… я вспомнила всё слово в слово. – Запыхавшаяся от волнения Рин сунула бумагу мне в руки. – Ты будешь рад прочитать отцовское письмо, правда? Ты же помнишь его почерк… он такой отрывистый и мелкий… но ты не обращай внимания. Представь, что это от отца.

От тревоги я закусил губу и принялся читать.

Послание было большим, его переполняло тепло к семье, но в то же время мне показалось, будто Тюдор Нобу очень торопился, сочиняя это письмо. Он писал о том, что «мама научилась выращивать помидоры», а «эвен Обри очень великодушна, но порой слишком много кудахчет, и от неё хочется сбежать, или, на крайний случай, запереть в курятнике».

Я просматривал строчку за строчкой.

Напряжение во мне росло.

«Мама немного захворала…

Мы вас очень любим…

Как дела у Киро…

Денег немного, но мы вышлем вам на следующей неделе…

Фрактат Сольвейг намного приятнее по климату, чем фрактат Армдор, и мы с мамой подумали, что неплохо было бы сюда перебраться…».

У меня заколотилось сердце, потому что следующая часть письма была такой:

«Мы присмотрели себе домик.

Он совсем небольшой, зато с плодовыми деревьями, есть загон для скота. Там мы могли бы держать свиней. Чистеньких, ухоженных свиней. И ничего, что ферма находится в заброшенном районе, на краю фрактата, зато не придётся терпеть вредных соседей.

Этот домик находится за Цветущей рекой, у западного склона горы Динсай. Ферма там одна, тихое прекрасное место. Вокруг роща и заброшенное поле. Как вам такая идея?..».

Я поднял глаза на Рин и Таби.

Пульс зашкаливал, ладони вспотели, а губу я вообще себе чуть до крови не прикусил.

Потом я обернулся на Волькири и сказал тихо, но настолько веско, что охотник сразу понял, что произошло что-то важное:

– У меня появились некоторые новости…

Книга 6. Эпизод 4.

Это письмо должно было всё поменять.

Тюдор Нобу указал место, где прятался Ниманд.

По крайней мере, мне хотелось в это верить, и пока я сказал о письме только Фламеру Волькири и Буфу Такесу

Они оба были настолько ошарашены, что сначала не поверили мне. При этом каждый из них знал, какую картину видела Люче в памяти Беллы Мориц: маленькая ферма, ухоженные свиньи, плодовые деревья, глухая местность.

Пока всё сходилось.

– Для атаки на ферму нам нужны самые сильные маги, – сказал Буф, когда втроём мы собрались в одной из комнат общежития Квартала Кэрулим. – Фонтей должен участвовать обязательно. Вы заметили, что он изменился? Он стал сильнее. Я даже не представляю насколько.

Волькири кивнул.

– Он убил другого мага-джадуга. Эти люди вообще мало изучены, но, как я слышал, убийство себе подобного наделяет победителя частью силы побеждённого. Кем была эта Тильза Маглон? Откуда она появилась? При дворе императора я её вообще никогда раньше не видел.

– А в мире есть ещё маги-джадуги? – спросил я.

– Точно тебе никто не ответит, – нахмурился Волькири. – Такие маги не подчиняются никому, они сами по себе, и у каждого из них свой путь. Они могут скрывать свою силу до самой смерти, если захотят, и спокойно заниматься своими делами, чтобы их никто не донимал. Их сила не наследуется, не передаётся, никак не измеряется рангами. Они просто появляются в какой-то период времени, то есть в любой семье может родиться маг-джадуг, и остаётся непонятным, почему так случилось.

Я кивнул.

Фонтей – не просто уникальный сварщик маг-металла, не просто целитель, это кто-то вроде божественного посланника, наделённого огромной силой с самого рождения. Так что для атаки на ферму Ниманда Филат Фонтей был точно не заменим.

Он, кстати, до сих пор занимался лечением Белой Совы, и я всё чаще ловил себя на мысли, что скоро не выдержу этого грёбанного ожидания, а пойду и вынесу дверь комнаты восемнадцать.

Буф будто понял, о чём я думаю, и добавил:

– Молись, Киро. Если Фонтей действительно стал сильнее, то твоего ратника он исцелит быстро. Главное, чтобы сама Сьюн боролась.

– Бороться она умеет, – мрачно ответил я, не став продолжать эту тему.

Кроме Фонтея, нужен был и Стронг, а он ещё не вернулся из Диона.

Похоже, директор занимался тем самым списком врагов королевы Калесты и организацией их захвата. Его надо было провести быстро, неожиданно и главное – одновременно по каждому указанному человеку.

Никто не ждал Стронга раньше завтрашнего дня, поэтому обсудив информацию из письма по десятому кругу, Буф и Волькири посоветовали мне отдохнуть и пообещали прийти с утра, чтобы продолжить мою тренировку.

Сразу вдвоем.

От такого известия мне стало не по себе. Что Буф, что Волькири тренировали очень жёстко, а если их объединить, то от меня останется мокрое место.

Они переглянулись и кивнули друг другу.

– Ну что, мертвец Нобу? – очень недобро оскалился Буф, глянув на меня. – Готовься к силовой тренировке.

– И одновременно к огненной тренировке, – прищурился Волькири. – Дракон не будет спрашивать твоего разрешения, поджарить тебя или нет.

Они оба были похожи на живодёров, да и посмотрели на меня, как на дичь.

Когда они ушли, я снова отправился к Сьюн, но как только подошёл к двери, то сразу почувствовал, что вокруг комнаты выставлен защитный барьер.

– Не торчи в коридоре, Киро! – уже привычно рявкнул Фонтей из комнаты. – Ты сюда не пройдёшь, даже если соберёшься вышибить дверь!

Я ругнулся сквозь зубы и отправился в больничный чертог, к брату. Он всё ещё был без сознания, рядом с ним дежурила одна из помощниц Фонтея. Увидев меня, она кивнула с сочувствием и позволила остаться.

У изголовья брата я и провёл оставшуюся ночь.

Он лежал бледный, с перебинтованной головой, под его глазами залегли сизые тени. Я держал Броннана за прохладную руку и молился про себя всем богам, каких знал, из каждого мира.

Так я и уснул, с ладонью брата в руках, скрючившись на стуле. На утро меня разбудила медсестра. Она принесла чай и нехитрый завтрак из комковатой каши, яичницы и сыра.