— В этом и проблема. Тебе стоит начать жить и планировать свое будущее.
Я вырвалась из объятий Славика. Не сумев сдержать нахлынувшую истерику, я начала бить кулаками в его грудь и кричать во всё горло.
— А какой в этом смысл? Даже если я начну думать о будущем и планировать свою жизнь, я буду верить в лучшее и радоваться каждому новому дню. Но что будет дальше? Придёт апокалипсис, на Землю прилетит НЛО и захватит человечество, или демон захочет высосать души из всего живого. Что-нибудь обязательно разрушит эти планы. Так какой смысл что-то планировать, если всё это не имеет смысла?
— НЛО и демонов вы с Владом легко одолеете. А насчёт остального... Тогда какой смысл жить?
— Что?
— Я серьёзно. Это не жизнь без целей, без планов и мечт, к которым мы все стремимся с рождения и до смерти. Это существование.
— У тебя даже такой жизни нет. Не тебе меня судить после твоей выходки.
— Я не для того отдал жизнь, чтобы видеть, как ты губишь себя и свою жизнь. Я хотел, чтобы ты жила полноценной жизнью, полной приключений, эмоций и смысла. Мне больно видеть, как ты проводишь время с кем-то другим, но еще больнее видеть, как ты сидишь одна и пропускаешь свою жизнь мимо.
Слова парня вызвали у меня новый приступ боли и отчаяния. Но теперь эта боль была вызвана осознанием того, что Славик всё это время видел и чувствовал меня, даже будучи мертвым. Я тяжело вздохнула и бессильно опустила голову.
— Я стараюсь жить нормально, но у меня не получается.
— Но ты должна попробовать снова и не должна отказываться от попыток наладить свою жизнь. Начни хотя бы с брата. Ему нужна твоя помощь и поддержка как единственного друга. Ты же сегодня сбежала от Влада, хотя он ничего плохого тебе не сделал.
— И ты тоже его поддерживаешь?
— Назовём это мужской солидарностью.
— Очень мило. Теперь вы ещё и действуете вместе. И что ты хочешь этим сказать?
— Сильно обидишься, если я скажу тебе правду?
— Я не буду обижаться. Честно. Поэтому говори всё, как есть.
— Я считаю, что тебе надо вернуться к Владу и посланникам. Они нуждаются в тебе, как и ты в них. Ты отдалила от себя даже свою семью после того, как они присоединились к клану. А они обычные люди, не связанные с Судьбой и нашим миром. Друзей ты тоже стараешься избегать. И не говори мне, что у тебя нет времени из-за работы. Я знаю, что ты намеренно берёшь много работы и задерживаешься даже тогда, когда это не требуется.
— И что из этого? Работа — это единственное, что имеет смысл в моей жизни.
— Лера, пойми наконец-то, что сама жизнь имеет смысл. Я бы поступил точно так же, если бы можно было вернуть время назад. Единственное, о чём я жалею, — это то, что не могу достучаться до тебя и убедить жить дальше.
— Достучаться до меня? Но мы виделись год назад, и после этого ты ни разу не пришёл ко мне и даже не стремился к этой встрече!
— Я специально избегал контактов с тобой, надеясь, что так ты быстрее забудешь меня и начнешь жить нормальной и полноценной жизнью.
— Но я не смогу забыть тебя и всё, что было между нами. Прости, но такие вещи сложно оставить без внимания.
— Если я предложу тебе кое-что, обещаешь подумать над моими словами и постараться изменить свою жизнь и отношение к ней?
— Что? О чём ты?
— Это небольшая взаимовыгодная сделка.
— Какая еще сделка?
— Мои условия таковы: ты начинаешь жить дальше и жить нормально. Работай, учись, занимайся делами, но и уделяй время друзьям и личной жизни. Особенно важно не бросать Влада одного. Ты его единственный друг за многие столетия, а сейчас ты его бросила в такой тяжелый для вас обоих момент. Это, конечно, паршиво, но своим затворничеством вы друг друга стоите. Иногда мне кажется, что вы с ним больше родственники, чем мы.
— Допустим, я выполню твои условия. Но что дальше?
— Взамен я буду устраивать подобные встречи. Как бы мне ни было больно, но если тебе так проще, я буду тебя навещать.
— Ты серьёзно?
— Как никогда.
— А как на это смотрит сама Судьба?
— Она не против. Наши встречи никак не отразятся на судьбе мира, но могут повлиять на твою жизнь, но в хорошую сторону. В общем, мои условия таковы.
— И когда я могу дать ответ?
— Прямо сейчас.
— Что? Ты же сказал, что дашь время подумать.
— Я и дал.
— Сколько? Десять минут?
— Хорошо. И сколько тебе надо времени на ответ?
— Хотя бы дай мне пару дней.
— Ты так говоришь, словно я тебя замуж позвал.
— Если бы это было возможно… — я отвернулась, понимая, что сказала лишнее. Мне было стыдно смотреть на Славика после этих слов, и я боялась увидеть его реакцию.
— Прости меня, слышишь? Но лучше все будет так, чем весь мир пошел бы по наклонной.
— Наверное, ты в чём-то прав. Но это так нечестно, что все, кого я люблю, уходят…
— Прекрати. У тебя есть Василиса, твой дядя, Влад и настоящие друзья. Ты не одна и никогда не была одна. Твоя мама всегда помнит о тебе и любит тебя.
— Что? Откуда ты знаешь мою маму?
— Мы все находимся в едином сознании Судьбы, и все связаны. Твою маму я сразу почувствовал. И твоя мама — очень приятная и добродушная девушка, в отличие от моей матери. — Славик вновь замолчал и выдержал долгую паузу, прежде чем продолжить. — Прости, что из-за неё ты лишилась родителей и нормальной жизни.
— Ты здесь ни при чём. Не ты убил мою семью, и ты сам не знал, кто твоя мать и кто ты такой. По сути, мы с тобой оказались в похожих ситуациях и стали жертвами обстоятельств.
Мы оба замолчали, погруженные в свои мысли и рассуждения. Через некоторое время я подошла к Славику, который стоял с поникшей фигурой, и прижалась головой к его груди. Я снова начала жадно вдыхать этот пьянящий аромат свежести с легкими нотками терпкости.
Единственное, что напоминало мне о том, что Славик был мёртв, — это отсутствие сердцебиения в его груди.
— Странно прижиматься к тебе и не слышать стук твоего сердца.
— Чего нет, того нет. За это прости. Смерть имеет свои минусы и создаёт определённые неудобства.
— Я согласна.
— С чем?
— Я говорю, что согласна на твои условия. Я постараюсь больше общаться с друзьями, не избегать Влада и налажу отношения со своей семьёй. Я постараюсь жить полноценной жизнью и идти дальше. Ты вернёшься ко мне?
— Я вернусь. Я же обещал тебе. И как только я пойму, что больше не нужен тебе, я уйду.
— Как в фильме «Привидение»?
— Да, что-то вроде того. Но мне, слава Судьбе, не нужно вселяться в Вупи Голдберг и поднимать монету силой разума.
— Я смотрю, ты уже освоился с местным жаргоном.
— Да, я год как мертв и нахожусь среди мёртвых посланников Судьбы. Здесь все так общаются. Волей-неволей начинаешь перенимать некоторые привычки.
— Мне сложно представить всё это в жизни и понять, каково тебе в таком положении.
— И не представляй. Это слишком сложно и запутанно. Так что ты точно согласна на мои условия?
— Да, я согласна.
— Отлично. Я рад это слышать.
— Как часто мы будем видеться?
— Не могу сказать точно. Не всё зависит от меня. Точнее, в основном всё зависит от тебя и твоего настроения. Ну и ещё от некоторых второстепенных факторов.
— Каких факторов?
— Сложно объяснить. Что-то вроде космических бурь и всеобщей энергии.
— Можешь не продолжать. Я всё равно ничего не пойму из твоих слов.
Славик приподнял мой подбородок мягкой и неожиданно тёплой ладонью. Он направил моё лицо на себя и коснулся губами моих губ. Я не ожидала такого действия, но была рада ощутить знакомый вкус льда и пламени на губах. Этот вкус, опьяняющий разум, был всё таким же будоражащим, и он вызвал у меня целую бурю эмоций. Я не могла сказать, сколько прошло времени, прежде чем Славик отстранился от меня, и в окружающей нас тишине раздался его мягкий голос:
— Мне пора, но у меня к тебе будет ещё одна просьба.
— Просьба? Какая?
— Мой отец. Он в ужасном состоянии и закрылся от всех хуже тебя. Ни я, и никто из предков не можем достучаться до него. Сама судьба не может связаться с ним, настолько он закрылся в себе и погряз в отчаянии и горе. Если ты не против, я попрошу тебя навестить Владимира и попробовать поговорить с ним. Может быть, так ему станет лучше, и он придёт в себя и хоть немного отпустит эту ситуацию.
— О, Господи. Бедный Владимир. Обещаю, при первой же возможности съезжу к нему и поговорю с ним об этой ситуации.
— Спасибо тебе. До скорой встречи. С нетерпением буду ожидать нашего следующего свидания.
Славик подошёл вплотную ко мне. Он прижался своими горячими губами к моему лбу, поглаживая мои волосы свободной рукой. Я закрыла глаза и погрузилась в этот чувственный момент. В глаза ударил яркий свет, а сознание стало меркнуть.
Глава 3
Где-то вдалеке раздался громкий звонок мобильного телефона. Я не сразу поняла, откуда исходит звук. Наконец, нащупав стальную поверхность телефона, я открыла рабочий экран и просмотрела все оповещения.
На дисплее значились пропущенные звонки от Влада, пара сообщений от друзей и сообщение от Василисы. Я решила прочитать сообщение от тёти и узнать, как обстоят дела у моих родителей. В сообщении говорилось, что они скоро вернутся домой с очередного задания.
Я ответила Василисе, что буду рада при первой возможности увидеть своих родных. Затем перешла к просмотру других сообщений. Сначала я хотела проигнорировать их, но вспомнила свой сон и обещание, данное Славику, и решила ответить. После этого я написала Владу. В своём сообщении я извинилась за то, что бросила его вчера вечером, и сообщила, что готова встретиться, но без нравоучений с его стороны.
После того как я отправила все ответы, я сразу же пошла в душ, чтобы проснуться. Когда я зашла на кухню, там сидел Оскар. Он сидел возле пустых мисок и жалобно мяукал. Его жёлтые глаза были широко раскрыты, а мяуканье было полно паники и мольбы.
— Ты серьёзно? Ты опять всё съел? Куда в тебя столько влезает? Не кот, а динозавр!
Я достала с полки кошачий корм и насыпала полную миску. Затем принялась готовить завтрак для себя. После сна у меня совсем не было аппетита, и я без особого энтузиазма ковырялась в тарелке, перебирая содержимое вилкой.
Дорога до дома Владимира заняла больше часа. Сначала сервис такси долго не принимал мой заказ, а потом водитель заблудился по пути к загородному дому.Чтобы окончательно прийти в себя, я выпила чашку кофе, и кофеин помог мне собраться с мыслями. После этого я вспомнила об обещании, которое дала Славику насчёт его отца. Я решила не откладывать это важное дело на потом и незамедлительно выполнить своё обещание.
Вспомнив все уроки Влада, я спокойно прошла через энергетический заслон и открыла калитку. Тревоги отпустили меня, а ощущение опасности и страха сошло на нет. Двор дома был таким же тихим и безмятежным. Везде были видны аккуратно убранные клумбы, чистые садовые дорожки и многочисленная растительность.Я попросила водителя остановиться недалеко от дома, не доезжая до нужного адреса. Он молча выполнил мою просьбу и сразу же направился обратно в город. Я подошла к закрытым воротам и почувствовала мощную энергетическую защиту. «Вокруг дома воздух слишком плотный, и это место отталкивает любого незваного гостя. Наверное, это и есть та защита от незваных гостей, о которой говорил Влад. Но он всегда говорил, что для любого посланника судьбы она легко преодолима», — подумала я.
Мне было неловко заявиться к старейшине без приглашения и зайти в его дом без спроса. Чтобы не создавать ещё более неловкую ситуацию, я решила просканировать энергию Владимира и понять, где он находится в этот момент. С первого раза мне не удалось уловить его присутствие в доме. Я испугалась, что с Владимиром могло случиться что-то страшное, и он мог уйти в мир иной.
Вторая попытка дала слабый результат: я уловила слабый след присутствия Владимира в саду. Я немедленно направилась в сторону источника силы, проходя мимо множества голых деревьев. Когда я выезжала из дома, на улице светило яркое солнце, но сейчас погода резко переменилась, и небо затянуло темными и тяжелыми тучами. В любую минуту мог пойти ливень, но меня это не пугало. Я была настроена решительно, и никакая сила в мире не могла остановить меня на пути к моей цели.
Пройдя вглубь сада, я заметила знакомую мне фигуру сильно постаревшего мужчины. Старейшина сидел на садовой качели в полном одиночестве. При взгляде на него я сразу поняла, в каком состоянии он находится, и о чём говорил Славик. Сейчас мужчина выглядел лет на двадцать старше по сравнению с тем, каким он был год назад. На его лице были заметны появившиеся морщины, а когда-то ухоженные волосы небрежно торчали в разные стороны. На крупном лице была заметна густая щетина, а под глазами залегли тёмные синяки. В этом потерянном и неухоженном мужчине сложно было узнать главу клана всесильных людей и посланника всего сущего во Вселенной. Сейчас это был усталый от жизни мужчина, разбитый и подавленный во всех отношениях.
Владимир вздрогнул, но мгновенно собрался с мыслями и повернулся ко мне. Его лицо смягчилось, а на губах появилась улыбка, из-за которой морщин на лице стало в разы больше.— Добрый день, — медленно подойдя к садовым качелям, я неуверенно переминалась с ноги на ногу. — Я вас не отвлекаю?
— Лера? Вот так сюрприз. Что привело тебя ко мне? У тебя что-то случилось?
— Нет-нет, у меня ничего не случилось. Вы не переживайте, — я подошла к качелям и села на противоположный край от Владимира. — За весь этот год я так и не решилась прийти к вам и поговорить обо всём произошедшем. Мне стало стыдно, и моя совесть требовала исправить эту ошибку.
— Ты ничего мне не должна. Я не вижу с твоей стороны никаких постыдных действий, и твоей вины, в том числе.
— Может, моей вины и нет, но полтора года назад вы помогли мне разобраться в себе и во всём происходящем. Вы не бросили меня и всегда были добры. Как минимум, хорошего отношения к себе с моей стороны вы заслужили.
— Я всего лишь делал то, что должен был. Это было моим долгом.
— А в чём сейчас заключается ваш долг?
— Я не знаю, — Владимир устало опустил голову и обреченно вздохнул. — Я больше тысячи лет знал, как жить и что мне делать. Но сейчас я впервые за свою долгую жизнь потерян, и я не знаю, как мне жить дальше.
— Ваша боль оправдана, и я вас прекрасно понимаю. Славик был мне очень дорог, мы были очень близки. Я сама не могу до конца смириться со всем произошедшим и принять его уход. — Мой голос снова сорвался, и я почувствовала, как дрожу. — Но я пытаюсь принять его смерть и продолжать жить.
— Я не могу с этим смириться. Это выше моих сил.
— Я и не призываю вас мириться с этим. Ваша боль — это часть вашей души, и она никуда не денется. Было бы странно, если бы мы все жили дальше, как ни в чём не бывало. И вы не исключение. Вы потеряли долгожданного сына, не успев узнать его и познакомиться с ним. Поэтому я вас прекрасно понимаю и ни в коем случае вас не осуждаю.
— Ты единственная, кто так считает. Остальные меня осуждают.
