– Да, запрыгивай. двести рублей до них.
– Я, вообще-то, местная! – улыбаясь, ответила я.
– Ну раз так, то сто пятьдесят.
– Спасибо!
Я села на заднее сидение, чтобы моя коробка не смущала водителя. Наверняка бы начались вопросы. А ее историю я рассказывать, уж очень не хотела.
Водитель, видимо, долго стоял без клиентов, и ему очень хотелось поговорить. Он с интересом начал мне рассказывать последние новости города, а я, улыбаясь. слушала и поддакивала, пытаясь быть приятной. Но мысли мои были далеки от этого такси.
Дорога заняла около десяти минут и вот я уже стояла возле здания полицейского участка. Дело моей мамы вел молодой следователь, чуть старше меня. Звали его Сергей Вениаминович Миронов. Я уверенными шагами открыла дверь здания. На проходной меня попытались остановить. Но я уверенно сообщила: «Миронов меня ожидает».
– А это, что? – слегка морща нос, спросил дежурный, указывая на мою коробку. Хотя я ее и очистила от земли, вид у нее был неприглядный.
– Вещь док. Как раз несу следователю! – не моргнув глазом, заявила я.
Видимо моей уверенности хватило на нас двоих. Он быстро переписал сведения моего паспорта и распахнул передо мной дверь, даже не взглянув на содержимое коробки. Зря он это, конечно, а вдруг я их подорвать задумала? А он и не проверил…
Конечно, меня никто не ждал. Но я точно знала, что он мне не откажет во встрече. Два коротких стука, и я открыла дверь. В просторном кабинете стояло четыре стола – два напротив двух. Вообще, этот кабинет принадлежит трем следователям. Но сейчас в кабинете был один Сергей.
– Вот так сюрприз. – расплылся он в улыбке, – Здравствуйте, Алина Геннадьевна.
– Добрый день, Сергей Вениаминович. – улыбнулась я в ответ.
– Проходите, присаживайтесь. – он указал на стул около своего стола.
Я подошла и положила коробку ему на стол. Он с огромным интересом взглянул на нее. Потом вопросительно посмотрел на меня.
– Я принесла улики. – твердо заявила я. – Вот эту коробку с вещами моей матери я нашла закопанную в сквере. Но там не только ее вещи, нужно выяснить чьи еще.
– Почему ты решила, что это улики? Мало ли кто их там закопал? – засомневался следователь.
– Да, это верная мысль. Кто их там закопал нам и нужно выяснить!
Он взял ручку и ей приоткрыл крышку коробки. С интересом он разглядывал содержимое, не касаясь предметов руками. Потом посмотрел на меня и сказал:
– Хорошо, оставь их, я проведу дактилоскопическую экспертизу и попробую узнать, кому принадлежат эти вещи.
Я была ему благодарна. Это был уже второй следователь. Первый был абсолютно равнодушный и ему не терпелось закрыть это дело. И только, благодаря моей настойчивости, дело не закрыли и передали другому следователю. Сергею Миронову. Он как-то сразу проникся моим горем и даже постарался морально поддержать меня. Я прониклась к нему доверием. Через некоторое время было понятно, что у него появился ко мне романтический интерес. Но мне было не до амуров и довольно резко оборвала все его поползновения. И ему ничего не оставалось делать, как смириться с ситуацией.
Вдруг по коридору раздались чьи-то тяжелые шаги и дверь открыл его шеф. Еще не успев зайти в кабинет, уже озвучивал свой вопрос:
– Миронов! Есть какие-то подвижки по делу Пелихатых?
– Пока нет. Но я жду свидетеля. Возможно, будут зацепки, по этому делу. – нервно ответил Миронов.
– Очень плохо! Работайте быстрее. По горячим следам шансов найти будет гораздо больше! – высокомерно заявил начальник.
– Зато есть зацепки по моему делу. – решила вмешаться я.
Миронов почему-то смутился от моей фразы.
– По вашему делу? – переспросил начальник, – Знакомое у вас лицо, вы кто?
– Я позже вам всё объясню, – промямлил Миронов.
– А! Кажется, я вспомнил! Ваше дело… Да, да. Дело по вашей матери расследовали несколько лет назад. А вы до сих пор сюда ходите? Дело уже давно в архиве лежит! Ты что ей не сказал об этом? – он посмотрел на следователя, который вдавился в кресло, явно надеясь, что его не видно.
– Нет времени заниматься глухарями! – строго сказал начальник, – Какие могут быть сейчас зацепки?! Он не отказывает вам, потому что сохнет по вас! Милочка, сделайте одолжение: хватит тратить моё и его время! Хотите – занимайтесь этим в свободное от работы время. А ты – найди другой способ подобраться к ней поближе! А сейчас главное – дело Пелихатых.
Он развернулся, хлопнул дверью и ушёл. По коридору еще какое-то время разносились звуки его тяжелых шагов. А я сидела и смотрела в пустоту. Я так спешила сюда и все зря… дело уже в архиве. А он все это время мне врал. Я молча встала и пошла по направлению к двери. Мне нечего было сказать.
– Это ничего не значит. Мы дальше будем продолжать заниматься делом твоей матери. Копия дела у меня. Вот тут.
Он начал рыться в своем столе, пытаясь оправдаться. Когда я поравнялась с дверью, он соскочил с кресла и подбежал ко мне. Встав спиной к двери, не дал мне пройти:
– Послушай! Те улики, которые ты добыла это не улики, я не знаю, как с ними работать. Ты же их просто принесла. Я не могу их пришить к делу!
Я молча все это выслушала. А потом тихо, сказала:
– Ты мне врал! Всё это время! Я не хочу с тобой больше говорить.
Он сделал шаг в сторону и дал мне пройти. Мы вышли вместе.
– Алина, не пори горячку. Я не врал! Я действительно занимался твоим делом. Но по правилам, мне было необходимо передать его в архив. Неужели ты не понимаешь? Это моя работа.
Я медленно шла по коридору, слушая его оправдания. Потом остановилась и повернула голову в его сторону.
– Да? А откуда твой босс знает, что я тебе нравлюсь? И что это была лишь возможность подобраться ко мне поближе? Серьёзно? Ты этого добивался таким способом.
– Я действительно хотел тебе помочь и хочу до сих пор. Но никаких улик не было, которые бы подтверждали твои слова. А с призраками работать я не умею! – громко заявил он.
Мне стало так обидно, что я доверяла ему, а он так поступил со мной. Я ускорила шаг и ушла из полицейского управления. Он что-то еще говорил, но у меня не было больше сил его слушать. Оказавшись на улице, сделав глоток свежего воздуха, стало чуть легче. Спускаясь по лестнице, я положила руку на перила и поняла, что все еще нахожусь в перчатках. А самое главное я осознала, что коробка, найденная на перекрестке, осталась лежать у него на столе.
Глава 6. Боль.
Мне было так обидно, я ведь совсем не ожидала, такого предательства от него. Как он мог? Я грустно брела по улице по направлению к дому. А мысли словно душили меня. Конечно, он мне ничего не должен, отношений у нас никаких не было, и он мне ничего не обещал. Хотя нет, стоп. Как раз-таки он обещал помочь разобраться с делом.... Боже, какая я наивная. Меня тошнит от моей доверчивости. Что теперь делать? Больше зацепок никаких нет. Только одна – это Вадим. Может попробовать поговорить с ним еще раз? Но что он запросит в этот раз, я даже боюсь представить. Наверное, мою душу… А может, нет? Мама сейчас неизвестно где. Возможно, ее прямо сейчас мучают или издеваются. Слезы покатились у меня по щекам. Я поняла, что готова абсолютно на все, чтобы помочь ей. Все, решено, пойду искать Вадима! Только где?
Я так глубоко ушла в свои мысли, что сама не заметила, как оказалась у ворот церкви. Колокольный звон меня привел в чувство. Я поняла, что еще не все потеряно и наверняка есть и другое решение. Мои ноги будто бы сами зашагали в ворота церкви, к красивому центральному входу. Меня, что-то звало туда, и я подчинилась этому порыву. Удивительно, но в помещении никого не было и было тихо, спокойно, умиротворяюще. Я присела на скамеечку и начала разглядывать потолок. Он поражал своим величием и великолепием. «Свод под куполом храма символизирует небесный свод» – вдруг мне вспомнилась фраза мамы. Да, мы бывали с ней в этой церкви и не случайно. Эта церковь Святой Екатерины. Мама всегда чувствовала особую связь с ней. Наверное, и я не случайно пришла сюда. Тут я снова почувствовала себя рядом с мамой. На минуту позабыв о всех своих проблемах, я сидела и разглядывала убранство церкви. Великолепные разные иконы по стенам и в центре церкви икона Святой Екатерины. Она так по-доброму смотрела на меня, что я решила подойти поближе. Проходя мимо полочки со свечами, я на минуту остановилась. Мне захотелось зажечь свечку для мамы. Но не за упокой, а за здравие. Я всем сердцем чувствовала, что мама жива. Я взяла свечку и пошла к святой заступнице Екатерине. Думаю, я не нарушаю никаких церковных законов. Потому, что даже на кладбище закопан пустой гроб. Просто хоронить было нечего. Никаких останков в машине полиция не нашла, только обгоревший телефон. Все доказательства. Я не знала, как это могло быть, но у меня уже тогда была уверенность, что мамы в машине не было. Но тогда где?
Подойдя к алтарю перед иконой, зажгла свечу с мыслью о самом близком и дорогом мне человеке. Но. неожиданно для меня, пламя свечи задрожало, а потом сильно начало колыхаться. Я вспомнила, как повела себя свеча дома. Но я понимала, в церкви мне не стоит бояться. Все будет хорошо. Мысленно я начала просить помощи и здоровья для Екатерины. Мне показалось, что огонек начал успокаиваться. Но по сравнению с другими свечами, разница была кардинальная. Их пламя горело ровно, а мою явно, что-то беспокоило. Слезы вновь покатились у меня по щекам. Я повернулась и хотела уже пойти к выходу, но вдруг увидела, что в церкви я уже не одна. На скамеечке, где две минуты назад сидела я, уже сидела моя соседка Полина Ивановна. Так же, как и я, она глядела на фантастическую роспись свода. Я смахнула слезы с лица и подошла к соседке. Она жестом предложила мне присоединиться к ней. Я присела.
– Очень красиво здесь. – тихо сказала она.
В ответ я кивнула.
– Ты нашла, что искала в сквере? – также тихо спросила она.
Я удивленно уставилась на нее, но вновь кивнула.
– Видишь, как свеча нервничает. Значит, силой ее где-то держат.
– Что? – непонимающе переспросила я. – Откуда вы это знаете?
– Тише. – прошептала Полина Ивановна, – На вот, смотри, что я тебе принесла.
Она приоткрыла сумку и достала оттуда литровую банку. – Держи, это святая вода.
Я непонимающе уставилась на нее.
– Спасибо…
Зачем только она мне, я не понимала.
– Ты не расстраивайся так, ты все правильно делаешь. А сейчас ступай.
Я послушно взяла банку в руки и пошла домой. Но на душе стало значительно легче. Мне пришла в голову мысль, что Полина Ивановна тоже что-то знает. Или просто догадывается? А может быть, я просто медленно схожу с ума?
Глава 7. Приоткрытие завесы.
Оказавшись дома, я поставила банку с водой на обувницу и пошла на кухню. За столом сидела Инна, грустно попивая кофе.
– Ну что мне попробовать сказать тебе: «Доброе утро»? – заговорила первая я.
– Ой, лучше не надо. Наливай кофе, только сварила. – Она указала рукой на кофеварку.
Налив кружечку, я села напротив Инны. Мы молча пили кофе. Обе не знали, как начать разговор. После всего того чего мы наговорили друг другу ночью, атмосфера была напряжённой.
– Наверное, я вчера чересчур бурно отреагировала на ваш танец. Но просто ты не видела этот танец со стороны....
– Да, я не подумала, что смогу тебя этим обидеть. Мне очень жаль. Особенно, что ты носила в себе обиду на меня со школы… Я и представить себе не могла.
– Ну не прям обиду… Я это сказала со зла. Я не хотела…
– Давай забудем?! – произнесла торжественно я и подняла кружку, как будто сказала тост.
Инна заулыбалась и тоже подняла кружку:
– Забудем!
– Хорошо. Инна! Мне вчера дали надежду на то, что моя мама – жива!
– Как жива?… – Инна опешила от такой новости. – Кто тебе сказал?
– Не спрашивай. Просто поверь и все. Но где она я пока не знаю.
– Вот это новость.... – Инна ошарашено глядела на меня.
– Здесь пока ничего не ясно. Но есть один важный вопрос.
– Слушаю?
– Ты что-нибудь знаешь о демоне-перекрёстка? – с надеждой спросила я.
– Его мы точно вызывать не будем! – испуганно проговорила она.
– Его и не надо вызывать. Просто поступила информация вчера в клубе, что возможно он водится на перекрестке.
– От кого такая информация могла быть? От Вадима? – с интересом спросила Инна.
Мне захотелось сказать «да» Но в горле опять образовался ком. Я отпила из кружки и сказала:
– Что в клубе кроме него никого не было? Пока тебя не было, я много с кем общалась…-соврала я.
– Как-то я никогда не замечала в тебе такой общительности, тем более на такую тему. Как вообще могла зайти тема?
– Тебя это правда удивляет? В клубе были все в костюмах нечисти, конечно, такая тема не могла всплыть… – саркастично заметила я.
Инна кивнула и продолжила пить кофе.
– В общем, сегодня утром со мной вот, что случилось: Я рассказала, обо всех событиях утра. Опуская подробности про помощника с лопатой. Инна была тоже шокирована, что расследование моей мамы не ведется. Но вот то, что я встретила Полину Ивановну в церкви ее не удивило. Оказывается, наша соседка работает там волонтером.
– Да, а то, что у нее была с собой святая вода для меня? – парировала я.
– Понимаешь, она могла ее набрать для себя! Но, увидев тебя, она решила отдать ее тебе! У бабуси сильно развита эмпатия! Она просто тебе очень остро сочувствует! Добрая женщина! И, вообще – это хорошо, что она тебе ее дала. Теперь можно дом освятить святой водой. А то я не знаю, кого ты могла случайно пустить в ту ночь. Прямо сейчас этим займусь. – серьезно проговорила она и встала.
– Хорошо, а дальше что делать? Где искать маму?
– Я не знаю, но я удивлена, что тебе удалось выкопать ее коробку через пять лет.
– Так, где святая вода? – серьезно спросила Инна.
– Подожди, это не шутка? Ты сейчас будешь освящать квартиру?
– Я буду очищать квартиру! – поправила меня Инна. – Скажи мне пожалуйста, как часто за все годы нашей дружбы мы с тобой ругались?
Я задумалась. Ничего не приходило в голову, кроме вчерашнего эпизода.
– Видишь, не помнишь! А я подскажу, у нас не было серьезных сор никогда! Но только после твоего странного обряда это случилось!
Я недоверчиво посмотрела на Инну.
– Ну подумай сама! – продолжала подруга, – Понимаешь, возможно через ваш диалог в дом проникла негативная энергетика. Которая вчера в момент нашей ссоры еще больше подпитывалась.
Я поняла, что спорить смысла никого не было. Хочет освещать, ой то есть чистить дом, пусть чистит. Я развела руками, показывая, что я не возражаю. Инна, одобрительно кивнув, ускользнула в свою комнату и вышла оттуда с библией.
– Так, а это тебе зачем? – непонимающе уставилась я на книгу.
