Работник старых богов

– Ну добро пожаловать в отделение разгильдяев. Меня Паша зовут.– говорит он.

– Пётр.– представился я.

– Это наши Саши, различаются по номерам от первого до четвёртого, Иван, Стёпа, Кирилл, Роман, Василий.– представил он мне всех.

– Моё почтения господа.– говорю я.

– Петь, мы друг друга товарищами зовём не смотря на чины. Все мы сироты и разгильдяи. Строевую не знаем, балетом на спортгородке не занимаемся, воевать учимся по настоящему.– говорит Саша второй.

– Тогда я среди своих.– улыбаюсь я.

Ребята оказались отличными, мы быстро сдружились. Оказалось, что я лучше в рукопашной схватке. Иван был просто снайпер. Саша первый настоящий следопыт. Мы старались помогать друг другу в с предметами которые у друзей не шли. Периодически мы устраивали различные каверзы другим кадетам. Преподаватели наше отделение любили, мы были более собранными и подготовленными, за это нам прощали многое. На соревнование где надо было победить выставляли нас. От гимнастики или как называли мои друзья “балета” нас освободили. Зато стрельба, джигитовка, фехтование нам давали в большем обьёме.

На лето начальник училища договорился и мы кочевали по лагерям юнкеров. Там нас принимали по разному. В некоторых мы становились любимцами, в других приходилось и драться.

В 1912 мы выпустились из кадетского училища и поступили в юнкерские училища. Я поступил в Иркутское, куда меня звали со времён лагерей. Там я изучал положенные дисциплины. В 1914 началась война. Выпустился я подпоручиком и был направлен в 109 дивизию на западный фронт, командиром взвода. Мой полк находился на переформирование.

Прибыв во взвод я застал удручающую картину. Подразделение напоминало толпу оборванцев.

– Фельдфебель, ко мне.-рыкнул я.

– Ваше благородие, Фельдфебель Рыков.– подошёл ко мне мужчина под 40.

– Что у нас по людям и почему они в таком виде? И не тянись, не на плацу.– спрашиваю я.

– Интенданты форму не выдают, говорят без командира не дадут.– доложил он.

– Строй взвод и пошли получать. Оружие взять патроны в подсумки. Штыки примкнуть.– командую я. Я веду строй.

Глава 19

К складу мы пришли достаточно нормальным строем. Оставив взвод на фельдфебеля захожу в контору.

– Мне одежду и снаряжение на взвод получить.– говорю я.

– Ты подпоручик, офонарел? Склад пустой, хочешь сам проверь.– говорит конторщик.

– Пойдём посмотрим.– говорю я и высунувшись за дверь кричу. – Федфебель, отделение и потолковей ко мне пришли.

Подходит десяток солдат, идём на склад. Там пусто, подхожу к вагон, приказываю открыть дверь. Мой солдат откатывает дверь и мы видим тюки формы, шинелей и сапог.

– Любезный, выдавайте или я вас сейчас арестую, за саботаж. По законам военного времени к стенке пройдёте.-говорю я спокойным голосом, побледневшиму конторщику.

Тот суетясь начинает выдавать, под контролем Фельдфебеля. Когда мы получили всё что положено идём в распоряжении.

– Фельдфебель, вас как по батюшке? – спрашиваю я.

– Фролыч, ваше превосходительство. – тянется он.

– Фролыч, не тянись, не на плацу. Надо парням баньку организовать. Если магарыч нужен дам. – говорю я.

– Баньку, без проблем, там мой знакомый командует. За пол литру сделает.-говорит он.

– В распоряжение выдам.-успокоил я.

Баня тут была знатная. Попарился и я с солдатами. Фельдфебель смотрел на это не одобрительно.

– Не злись Фролыч, нам в бой вместе идти. Как я могу вам доверять если в бане не видел.– смеюсь я.

– Ну как же так, вы же офицер?-уделяет я он.

– Я на заставе вырос. Там это обычная практика. Ты лучше повоевавших собери после баньки. Будем думать как врага бить, да самим в живых оставаться. На пулемёты в полный рост не погоню.– говорю я.

Собрались мы после ужина. Опытных набралось 20 человек. Порадовало, что командиры отделений были воевавшие. Гадали, прикидывали, спорили, но примерно чему учить решили. Перетряхнули и штатное расписание.

На следующее утро подняли взвод и стали гонять. Старослужащие работали вместе со всеми, как и я. Стоим на учебном рубеж, отрабатываем атаку, слышу сзади говорок.

– У сатрап, все другие вон бока мнут, а этот бегать заставляет. Прав я Кузмич?

Слышу звук подзатыльника.

– Ты, дубина, в ножки подпоручику поклонился должен, что он не с остальными господами пьянствует, а в тебя дубину науку воинскую выбивает. То чему тебя учат кровью понято. Правильный у нас командир, хоть и молодой, а правильный.– отвечает молодому более старый голос.

Месяц перерыва пролетел, мы едем на фронт. Сижу в теплушке, перебрался из офицерского вагона, там идёт постоянная пьянка. Офицеры, пропивать денежное довольствие. Я купил себе нормальный бинокль и карабин с приличной оптикой. Сейчас сижу учу своих снайперов, их у меня шестеро бывшие охотники.

– Ваша задача, парни, выбивать у германца, офицеров, унтеров и пулемётчиков. На простую пехоту, только после основных целей.– учу я.

– Да понятно это, ваше благородие. Тут у народа политический вотрос, почему мы в окопах, а буржуи жиреют.– говорит степенный сибиряк.

– Потому, что подряд военные осваиваю, а охранка, не доробатывает.– на автомате отвечаю я. – Ты, смотри где такое не ляпни. Вмиг в кандалах окажешься и я вместе с тобой.

– А-то я не понимаю. Вы ваше благородие, человек правильный, без гнили. Вы и порядок держите и солдата не тираните. Молодой, а с понятием. Вон остальные господа офицеры, водку пьянствует, а вы с нами возитесь.– говорит он раскуривая трубку.

Революционные идеи уже проникли в армию. У меня во взводе и анархист есть, и большевики, и меньшевики. Я держу дистанцию от их споров.

Командир роты у нас опытный, он быстро смекнул, что мой взвод лучший. И тупые наряды нас минуют. Он пытается привести в чувства остальных взводных, но тех несёт. Вчерашние юнкера, мнят себя опытным вояками. Вот и сейчас сидим в вагоне ресторане и решаем задачу, поставленную ротным. Надо захватить позицию противника, у которого три пулемёта и батарея на закрытых позициях. Поле перед позицией врага изрыто воронками, быстро не побежишь.

Максимум на, что хватило мозгов у моих коллег это артподготовка и прямой штурм. Командир качает головой.

– Вы потеряли до 70% личного состава.-говорит он.

– Ночью вывожу взвод на нейтральную полосу и скрытно выдвигаю штурмовые группы к позиции пулемётчиков. На рассвете атакую. В идеале, пулемётные позиции взять в ножи и использовать против противников.– говорю я усталым голосом.

– И многие, ваши солдаты с пулемётом справятся? – усмехается поручик командир первого взвода.

– Всё, может не так хорошо как опытные пулемётчики, но опыт обращения имею все.-пожимаю я плечами.

– Я вам говорил, учите людей, пока есть время. Вы же предпочитали по салонам ходить.-вздыхает ротный.

– Мы же не блаженные как подпоручик, это он с солдатами и ест и спит. Прям мамка им и папка, два в одном лице.-смеётся командир второго взвода.

– По крайней мере, у него шансы выжить и победить выше ваших. Посмотрите на его солдат. Подтянутые, хорошо одетые. Оружие в идеальном состоянии. Умеют им пользоваться. А у вас, солдаты оборванные, оружие грязное. Половина зарядить винтовку не умеют. Вы всё сбросили на унтеров. Прекращайте пьянку, завтра уже на фронте будем.– говорит ротный.

Мы прибыли на фронт. Выдвигаемся на позицию. Веду взвод через лес. Солдаты ворчат сначала, пока не услышали взрывы на дороге.

– Германец перемещение засек и вдарил. Правильно взводный через лес пошёл пусть и не удобно, но целее будем. – сказал опытный солдат.

К нашей позиции вышли в сумерках. Сменили потрепанный взвод. Осматриваем позицию.

– Пулемётчиков туда и туда – показываю рукой. – Окопаться, поглубже к утру надо. Не спроста они снаряды на дорогу тратили. Завтра пощупать нас попробуют.– говорю я.

– Я правый фланг займу.– говорит фельдфебель.

– Я за левым присмотрю.– говорит командир отделения два.

– Особо, не высовывайтесь. Пулемётчиков замаскировать. Митрич, ты макеты пулемётов из ящиков сладить сможешь? – спрашиваю я.

– Сделаю и на старые места поставлю.– говорит Митрич, наш завхоз и спец по сварганить или достать.

– Как пойдут, подпускаем вон до того пня, после огонь.-прикидываю я.– Мирон, ты с Васькой завтра отсыпайтесь, потом ночью к германам сходите посмотрите.

Глава 20

Наши хлопоты оказались не напрасны. Немцы полезли после завтрака. Сначала ударили из орудий, потом появились цепи. Сначала неспешно потом всё более уверенно они шли. Мы пока не стреляли. Вот они дошли до приметного пенечка. Мы открыли огонь. Противник заметался, попав под перекрёстный огонь. Назад откатились хорошо если треть. По нам снова бьют пушки. Новая атака не началась. К вечеру прибежал посыльный из штаба. Из нашей роты остались только мы. Два других взвода выбиты на 70%. Их заменили взводами из другой роты.

Ночью мои разведчики уползали к немцам. Часть солдат ползает среди побитого противника собирают ранцы и оружие, может ещё чего смарадёрят. Я не вмешиваюсь, контролирую оружие и приборы, бинокли, компасы и часы. Коронки с зубов мои рвать не будут, кольцо стянут, но тут вопрос денежного довольствия, у рядовых с этим полный провал.

– Ваше благородие, вот вещи ихнего офицера. Саблю я в землянку кинул.– протягивает мне планшетку и кобуру Лёшка, он мой ординарец, жулик и ловелас.

– Часы, компасы, бинокли собрали?– спрашиваю я.

– Так точно. Всё в землянке, собравшие там же.

– Ну пойдём осмотрим добычу, “пираты военных полей”– говорю я.

В землянке 6 человек, сразу машу, чтоб не вставали. Осматриваю добычу. Простые часы и компасы сдвигаю в сторону. Явно дорогие отодвигаю.

– Так вот эти раздать тем кто пользоваться умеет. Обычные, цена полбутылки в лучшем случаи. Эти забирайте кто нашёл, вещь дорогая при продаже не продешеви минимум 300 рублей.– говорю я.

Часы забирает степенный солдат. Обычные разобрали, компасы лежат.

– Так, дикие мои бойцы, будем учится компасом пользоваться.– говорю я и начинаю объяснять как пользоваться им.

Объяснение затянулось до полуночи. Отпускаю спать своих учеников. Сам разбираюсь в документах немца. Самым интересным была карта. На ней указаны все позиции роты противника, склады и позиции орудий. Ложусь вздремнуть.

Под утро приползли мои разведчики. Схема обороны противника у меня теперь есть, не зря этих сорвиголов тренировал. Утром меня вызывают к командиру батальона.

В штабе батальона получил втык, за то, что в штыки не пошёл.

– Вы,подпоручик, в званиях расти не хотите? Постреляли противника и успокоились. Где порыв? Почему не атаковали в ответ?– распалялся Капитан.

– Готов завтра захватить позиции противника напротив меня. Захватить смогу, удержать нет. Разрешите рейд, сделаю.– говорю я.

– Уж сделайте, голубчик, попробуйте повоевать уж.– изображает из себя клоуна командир батальона. Остальные хихикают.

– Разрешите идти. Надо всё подготовить.– спрашиваю я.

– Идите.– махнул он рукой.

Возвращаюсь во взвод.

– Лёшка, думных бояр зови. Думу думать будем.– ору я.

– Кого звать?– очумело смотрит на меня ординарец.

– Тьфу на тебя, бестолочь, унтеров и фельдфебеля зови.– ржу я.

Собрались быстро.

– Ну, что, думные бояре, пора нам к супостату в гости сходить. Смотрите диспозицию.– начинаю я совещание.

– Вот вечно, ты Пётр Сергеевич, чудишь. Вечно непонятными словами лаешься.– ворчит фельдфебель, мы уже давно общаемся без посторонних по простому.

– Ох, Фролыч, тёмный ты человек. Я князь, так в документах записано, вы мои советники. Раньше при князьях на Руси, назывались бы думные бояре.– смеюсь я.

Совещались мы не долго. Дольше людей распределяли. До ночи мы подготовились и отдохнули.

Ночка выдалась как на заказ. Безлунная и пасмурная. Ползём к позициям германцев. У всех на рукавах белые повязки.

– Вот не сидится, вам в землянке, ваше благородие. Сами не спите и нам не даёте.– ворчит Сенька, он самый молодой во взводе.

– Вот убьют меня, пришлют другого и пойдёшь, ты тут в полный рост, а германец по тебе из пулемёта палить будет.– усмехаюсь я.

Оказавшись на здешней войне, я был в ужасе. Они тут просто прут по полю, цель сойтись в рукопашную. Такое ощущение, что в 1812 год попал. Мои методы войны тут вызывают шок.

– Не убьют, вас ваше благородие, я домой отписал, так старики кто воевал за вас свечу поставили. Они когда такую свечу ставят, человека убить трудно.– говорит Сенька.

Слышу тихий свист, часовых у германцев больше нет. Мои ухари в ножи взяли. Входим в окопы противника. Пулемёты уже тащат в наше расположение.

– Все спят, парни у землянок, гранаты готовы, но пока ножами работать будут.– докладывает Мирон.

– Офицеров желательно живьём взять, но зря не рискуйте. Что по складам?

– Продуктовый уже выносят, с боеприпасом разбираются, что не заберём, взорвём. Те, что на батарее уже остывают, их там немного было. Пушки не утащим.– продолжает он доклад.

– Помнишь, на карте штаб указан? Его от батареи видно?– спрашиваю я.

– Как на ладоне. Там три пулемётных гнезда в нашу сторону.– говорит Мирон.