Страница 8 из 9
— Меди, — завопила недовольная кучеряшка. — Ты что спятила? Носишься как шалопутный древогрыз, — от удара её шляпка съехала набок и Зойкин вид был презабавный.
— Кто это, — спросила запыхавшаяся Медея и легла на траву. Алкоголь и ощущение безопасности навалились сонной дремотой. Хотелось вот так лежать на солнышке и спать, спать…
— Темная сущность, что поселяется в деревьях и съедает их изнутри, — Зое подали руку и она поднялась, недовольно отряхивая и без того грязное платье.
Оказывается, Меди успела добежать до самой обители. Девушки собрались у калитки и внимательно рассматривали обновлённый забор. Зоя привезла из города специальную добавку для белил и выкрасила свою комнату в жутко— розовый цвет. Обычному человеку находится в её спальне теперь было противопоказанно. Берта очень точно описала причину:
— Чревато психическим расстройством.
Такая оценка не остановила Зойкину творческую сторону. К несчастью, у неё оставалось еще много розового колориума. Уговорив нескольких девушек, она принялась за забор вокруг обители. Просто побелить его в жуткий цвет, показалось не достаточным, потому красили доски через одну.
— Какая жуть, — Берта всегда отличалась прямолинейностью.
— Зато отпугнет всех хищников, — усмехнулась Медея. Ей было хорошо, вот так лежать на прохладной травке.
— Я же говорила, что она опять ходила на ту сторону. — Зоя указала на полную перхалки корзину. — А ведь Берта запретила гулять там, пока у нас нет разрешения.
— «Ну, ябеда, когда-нибудь я тебя поколочу», — мстительно решила Медея, а вслух пояснила:
— Для дела ходила, не ради прогулки.
— Вижу, — подошедшая к ней Берта, смотрела с подозрением. — А почему такой вид?
— Какой? — Меди задумалась. Рассказать?
— Больно помятый.
— Устала. — Медея хотела подняться, но у нее кажется, отказали ноги. Все силы покинули её тело. Наверно, последствия пережитого шока.
— И тут, — Берта провела себе по шее. — Оцарапалась?
Медея тронула место, на которое указала сестра. След от его укуса. Ранка превратилась в ощутимый под пальцами рубец.
— И пахнешь, — Берта наклонилась совсем близко. — Ромом? Гномьим ромом! Ты что напилась?
Тут нервы Медеи сдали, и она заревела. Да, оказывается она не герой, а слабая пьяненькая женщина. Девушки окружили её в тесный кружок и сочувственно гладили по растрёпанным волосам.
— Я пошла, как всегда, — размазывая по шекам слезы и икая говорила Меди. — Упала…
— Куда? — ахнули хором сестры.
— В воду, — уточнила Медея. — Там на мосту скользко, я шла и…
— Бултых! — кивнула головой Зоя.— Это слизнизуи виноваты. По ночам они выползают из воды и облизывают камни. Те становятся страшно скользкими…
— Хватит, — осадила её Берта. — Мешаешь. Давай после расскажешь про своих слизуниров.
— Слизнизуев, — поправила Зоя.
— Не важно. После… И? — обратилась к Медее. — Упала…?
— Но потом поднялась и перешла мост.
Девушки радостно закивали. Хорошо, что все прошло хорошо.
— Я стала собирать перхалку, — Медея указала на корзину.
— О-о-о, — похвально протянули сестры.
— Потом выскочил оборотень, — продолжила Медея и икнула.
Девушки замерли и хором охнули:
— ОБОРОТЕНЬ?!
— Да! Он был огромный! — всхлипнув пояснила Меди. — Зубы и когти. Так рычал… Укусил меня, — из глаз девушки выкатились две большие слезинки. — Здесь. — указала на шею.
— УЖАС! — у всех девушек от страха выпучились глаза.
— К-к-к-как ты выжила? — прошептала Берта.
— Не знаю, — всхлипнула Меди. — Я упала в обморок.
— Отличный план! Прикинутся мертвой! — восхитилась Зоя.
— Когда очнулась…
— Его не было?
— Оказалась в замке.
— В замке?
— Откуда замок? — Берта посмотрела на Меди с подозрением. Весь её рассказ… Может бедняжка просто ударилась головой и ей все привиделось?
— Он там, — Медея указала рукой в сторону речки. — Его видно с моста и вороны. Они там живут.
— А оборотень? Он был с тобой? В том замке? — Чаруна взяла её за руку.
— Да он был со мной…И…
— И что он сделал? — замерли в ужасе девушки.
Медея густо покраснела, вспомнив «что» сделал с ней оборотень. Про такие подробности стоит умолчать. Да и как назвать то, что делали его губы?
— Он… Он… Поцеловал меня…
— Поцеловал! — в голосе Себастины был восторг. Она было самая любвеобильная из них, и в городе заигрывала с каждым гномом.
— Да. Поцеловал, — и Медея опять заплакала. Вспомнила что больше не увидит Церуса. Но почему от этой мысли так грустно? Всего лишь мужчина. А мужчинам доверять нельзя.
— О, должно быть он был страшный? Оборотень? Тебе было противно лобызаться со зверем? — предположила Агафья, глядя, как она убивается.
— Нет, — замотала головой Медея. — Оборотень изменился и стал… Высокий, стройный… ласковый.
Ее ответ вызвал изумление и повышенный интерес на лицах девушек.
— Красивый, — решила Себастина.
— Может быть, сильно старый? — допытывалась Зоя.
— Нет молодой, лет тридцать… Наверное…
— А после поцелуя? — серьезно спросила Берта.
— Он пошел за водой. В погреб. А его друзья вернули меня обратно.
— Его друзья?! То есть еще оборотни?! — выпучила глаза Берта.
— Что-то около двадцати…
— Что-о-о-о? — ахнули девушки и в растерянности стали переглядываться.
— Они заперли его, а меня отпустили. Сказали, что он напал, потому что был сильно пьян. — всхлипывая, пояснила Медея.
— О, наверное, поцелуй был ужасным? — допытывалась Себастина, ей очень хотелось знать подробности.
— Да, нет, — покачала головой Медея. — Очень приятным. — «Очень, очень приятным».
— Так чего ты ревешь? — возмутилась Себастина. — На твоем месте, я бы сначала от души помолилась небесам, чтобы он оказался неисправимым пьяницей и напивался каждый день, а затем пошла на ту сторону и бродила бы под стенами их замка до тех пор, пока не встречу его еще раз и не получу как минимум еще сотню-другую, прекрасных поцелуев.
Девочки захихикали.
— Я испугалась…
— Любой бы испугался, — поддержала ее Берта.
— И…
— И? — напряглись девушки.
— Они называли меня орчанкой.
— То есть…
— Они не поняли, что я человек.
— Ну это проблема только до приезда Бёрк. Как только получим разрешительную бумагу, закон нам будет не страшен, — беззаботно махнула рукой Себастина.
— Идемте уже, — Берта поднялась с травы и подала Медее руку. — Тебе нужно поесть и отдохнуть. И… Спасибо за живицу. Спасибо что рисковала собой. — Берта обняла ее и погладила по голове. — Значит за рекой есть замок и теперь он обитаем… Нужно держаться подальше от моста. Хотя бы пока Бёрк не вернется. Мало ли что? Хоть они не поняли кто мы, в любой момент их может посетит озарение. Безопасность превыше всего.
— Безопасность превыше всего, — хором повторили за ней девушки.
Семеня, друг за дружкой, словно маленькие утята за уткой, девушки прошли за Бертой в калитку.
— Скорей бы уже осень и мы уберемся отсюда… — вздохнула Зоя и с силой захлопнула за собой ярко-розовую дверь.
Из зарослей за девушками пристально наблюдал огромный бурый волк. Перекинувшись, Марион осторожно отодвинул, мешавшую обзору ветку.
— В шапке с васильками, моя. —донесся до него тихий голос Сардера из соседних кустов.
— Какого черта ты здесь делаешь? — прошептал Марион. — Я же велел всем оставаться в крепости.
— Моя с рябиной, — совсем рядом отозвался Улекс. — А та, что зашла первой, для Вердела.
Марион оглянулся и обнаружил под пышной листвой почти всех оборотней своей стаи. Они с азартом выбирали себе орчанок, ориентируясь на их запах и разрисованные шляпки.
— Тише, они нас услышат, и вы спугнете их, — попытался образумить братьев Мар.
Его проигнорировали и продолжили. Нет ничего важнее выбора пары. Поняв, что вот-вот останется одиночкой, Марион стал перебирать в уме все увиденные им шляпки.
— Моя с… с … — глаза Мариона забегали. Неужели все уже заняты? — С красными ягодами! — он облегченно вздохнул. Успел!
— Ягодами? — засмеялся над ним Дюморт.— С красной смородиной. Поздравляю! Это намного лучше, чем гоблиниха из кабака.
Оборотни загоготали.
— Тише, — шикнул на них довольны Марион.
Оборотни прикрыли рты.
— Почетное место: «у меня самая страшная подруга», свободно.
Глава 6
5. Парная метка
Огромный волк, рыча, разбегался по ступеням и ударялся всем своим мощным телом о толстую дверь. Снова и снова. Он царапал её и в ярости, даже пытался грызть. Дверь стойко выдержала натиск обезумевшего от злости оборотня. На железных полосах остались лишь следы от его когтей.
— Церус, — за преградой тихи позвали.
— Убью, — слово, искаженное пастью зверя, получилось нечетким, но вполне доходчивым.
— Это Ксин, — испугано пояснили из— за двери. — Если успокоишься и пообещаешь не бить.. хотя бы меня, то я отопру замок и выпушу.
Это будет сложно. Зверь вдохнул. Медленный выдох. Повторил. Зрачок расширился. Хорошо. Продолжай. Когти втянулись и Церус вернул себе привычный облик. Только клыки выпирали сильнее обычного и в груди рокотал от недовольства.
— Открывай, — в двери стукнул совсем тихо.
