Страница 3 из 5
После удара колокола студенты не ринулись в зал. Нет, они застыли в ожидании. Те, кто титулом не вышел, ждали, пока первыми войдут титулованные. Титулованные ждали, пока зашевелятся аристократы, наследный баронет и леди. А леди…
Леди Магдена подошла к окну, достала из футляра на поясе круглое зеркальце на ручке и пудреницу, стала придирчиво осматривать себя, проверяя, не потрескался ли слой белил на ее личике. Тем же занялась леди Филона.
Леди Фальма чуть отстала от них, но тоже подошла к окну. И достала меня. Мое зеркало. Стала подчеркнуто внимательно осматривать свое лицо. Даже слегка мазнула белилами по щекам.
Окружающие с интересом уставились на нее. Даже не на нее – на меня. На мое зеркало. Что что-то идет не так, я заметила, когда народ стал постепенно придвигаться ближе. Кто-то откровенно пялился на меня, кто-то бросал взгляды исподтишка.
«Меня заметили?» – испугалась я.
– Порвите меня надвое! – раздался веселый девичий голос. – Это что, настоящее дуронское зеркало?
Сказала это рыжеволосая девушка-джентри, которая до сих пор стояла в сторонке.
– Именно! – улыбнулась уголками рта леди Фальма. – А ты?..
– Джентри Травия Либек, с севера.
Сказанные фразы пробили полог молчания, студенты стали шушукаться и восторгаться. Леди Фальма решила, что ее внешность достаточно безукоризненна и опустила зеркало.
– Ой, а можно я погляжусь? – попросила Травия.
– Если тебе интересно, – леди протянула ей зеркало.
– Ой, какое оно ровное! И лицо совсем не искажает!
Девушка открыла свою пудреницу и прошлась пуховкой по щекам. Ее лицо было покрыто слоем пудры, но это была именно пудра, а не жидкие белила, как у аристократок. Видимо, допустимая косметика, как и особенности одежды, четко разделяли разные сословия. Я уже заметила, что горожане, даже богатые, не носили кафтаны с разрезами на плечах, через которые видна нижняя рубаха. А одежда джентри отличалась от аристократов отсутствием золотого шиться, и количество и размер украшений у них явно меньше, чем у баронетов и леди.
Когда Травия Либек налюбовалась на себя, тут же нашлись и другие желающие посмотреться в удивительное ровное зеркало. И даже парни любопытствовали.
В оживленно галдящую толпу вклинилась леди Магдена.
– Позволите?
Ей тут же передали зеркало. Леди придирчиво осмотрела его и посмотрелась сама.
– Действительно не искажает. Хотя обычные зеркала, сделанные из осколков расколотых стеклянных шаров, даже лучше. Они увеличивают.
– Если бы мне захотелось полюбоваться на прыщик, мне бы потребовалось увеличение, – ехидно ответила леди Фальма. – А чтобы понять, как я выгляжу в глазах других людей, зеркало должно быть плоским и ровным.
– И всё же это неразумно, тратить такие деньги на безделицу, – поджала губы леди Магдена.
– Папеньке дали его в подарок на Дуроне, когда он заказывал большое зеркало в зал приемов нашего загородного дворца. Представляете, оно такое большое, что в него видно человека целиком! И при этом – плоское!
– О! Это же безумные деньги.
– Три тысячи.
– На эти деньги можно особняк в городе купить, – опять поджала губы Магдена.
– Особняк у нас уже есть. А теперь есть и дуронское зеркало, – измывалась над более бедной аристократкой Фальма. – Даже два дуронских зеркала – большое и маленькое.
Вся эта сцена заняла несколько минут. Когда леди Фальма решила, что необходимый эффект достигнут, все присутствующие оценили, кто тут леди, а кто просто погулять вышел, она спрятала зеркало и быстрым шагом направилась в зал. За ней рванула свита, следом и другие студенты потянулись к двери.
Глава 4. Преподаватели
Лекционный зал выглядел так, как и должна выглядеть аудитория учебного заведения. Вход – внизу. Рядом с ним, на нижней площадке – длинный стол, за ним на стене широкая грифельная доска. Вверх уходят ряды парт. Каждая парта – для двух человек, с узкой наклонной откидной столешницей. Между партами – проходы-лестницы с высокими неудобными ступенями. Со стороны окон ряды парт ограничены барьером, между ним и окнами, на уровне пола первого этажа, есть еще один проход, из преподавательской комнаты, находящейся под верхними рядами. Нижняя часть зала хорошо освещена благодаря высоким окнам. Верхние ряды теряются в полутьме, им света достается намного меньше.
Леди Фальма быстро осмотрелась, бросила Травии Либек:
– Садись со мной.
Леди направилась по проходу вверх, заняла место за третьей снизу парте, в центральном ряду. Джентри пристроилась с другой стороны, поелозила на скамейке, потом не сдержала любопытства:
– Почему я?
– Потому что ты не из моего графства. Остальные смотрят на меня, как на правительницу, а для тебя я просто аристократка. Нужно иметь рядом человека, который может говорить свободно. Более свободно, чем прочие.
Футляр с моим зеркалом теперь лежал на скамье между девушками. Меня никто не мог заметить, но и я ничего не видела, кроме бока Травии. Сверху – столешница, сзади – дощатая спинка, спереди – спинка передней парты.
«Надо удлинить глаза!» – решила я.
Я выпустила жгутик с глазами назад, прямо сквозь деревянную спинку парты, провела его под задней партой вверх и осторожно выглянула над плечом леди Фальмы. Теперь мне стало хорошо видно нижнюю часть зала. А меня заметить не должны.
Студенты бодро рассаживались по партам. Вокруг леди Фальмы заняли места люди, попавшие в ее свиту. Леди Магдена и Филона со своими свитами сели за парты на соседних рядах, одна справа, другая – слева от нас.
* * *
Через окно донесся звон третьего колокола.
Внизу стукнула дверь, по проходу из преподавательской комнаты вышли несколько мужчин и женщин в длинных, до пят, лазурных мантиях. На шеях у них на золотых цепях висели знаки Академии. Такие здесь носят преподаватели.
Пришедшие заняли места за столом на нижней площадке зала.
Как только они расселись, поднялся толстенький мужчина средних лет. Он оказался деканом первого курса. Да-да, не факультета, а именно первого курса. Он произнес длинную речь. Поприветствовал студентов, потом объяснил, как мы будем учиться. Оказывается, на первом году обучения все занимаются вместе, без деления по специализациям. Задача этого курса – овладение основами магии, в том числе – получение практических навыков управления своей собственной силой.
– В конце года вы все пройдете оценку вашей силы и предрасположенности к разным направлениям магии. По ее результатам те, кто останутся продолжать учебу, будут распределены по факультетам и станут совершенствоваться в своей специализации. Ну а наши прекрасные студентки, которые не захотят связывать свою жизнь с магией, выйдут замуж, для семейной жизни им будет достаточно и основ.
Только сейчас я начала понимать, почему на первом курсе так много девушек, а на других их почти нет. Девицы приходили в Академию получить базовые навыки, а заодно – лично познакомиться с перспективными женихами. Показать, так сказать, товар лицом.
Звучит это цинично, но… жизнь так устроена, что девушкам и парням надо где-то знакомиться. Так почему бы не делать этого в стенах Академии? Ведь все благородные фамилии проходят через нее, они имеют потомственную склонность к магии. И даже крестьяне, которые имеют дар, скорее всего бастарды дворян или аристократов. По результатам обучения девушки смогут предъявить будущим женихам не только внешность, приданое и родословную, но и оценку собственной магической силы. Чем сильнее девушка – тем сильнее станут ее дети, это важно в мире, где правят маги.
* * *
Следующим выступил мужчина, который выглядел, как военный. Осанка прямая, как будто кол проглотил, тело мускулистое, подтянутое, лицо – суровое и уверенное, говорит кратко и без спешки. Оказалось – мастер физической подготовки.
– Магические способности определяются не только душой, он и телом. От души зависит наполненность источника энергией, но только тело определяет, как много этой энергии вы сможете забирать и насколько точно ею управлять.
«Ой! А у меня нет тела. Совсем. Значит, и магии нет?» – сделала я печальный вывод.
– Благородные мужчины обычно хорошо развиты, они с детства тренируются владению оружием. Крестьяне выносливы, но их тонкие движения нуждаются в развитии. А с девицами благородных сословий – вовсе беда. Они слабы и непривычны к любой нагрузке, кроме рукоделия. Этого для хорошего владения магией недостаточно, и я буду с вами заниматься.
Мастер обвел аудиторию взглядом, остановился по очереди на каждой из леди и заявил:
– Так как вам придется на моих занятиях бегать, прыгать и лазать, девушки должны будут заниматься в мужском платье.
Аудитория зашумела. Парни предвкушали, как увидят девиц в шоссах и коротких юбочках туник. Девицы ахали и возмущались.
– Тихо!! – повысил голос мастер.
Хлопнула крышка парты. Леди Магдена вскочила и выкрикнула:
– Не бывать такому! Я не буду приходить в мужском платье!
Мастер промолчал, только щекой дернул.
Неожиданно поднялась леди Фальма:
– Мастер, я присоединяюсь к просьбе. Думаю, все присутствующие будут только рады, если леди Магдена придет на занятия по вашему предмету без мужского платья.
Студенты потратили мгновение на то, чтобы понять смысл двусмысленности, потом грохнули смехом.
Леди Магдена пошла красными пятнами.
Мастер позволил себе еле заметную улыбку.
Леди Фальма села.
* * *
Мое внимание привлек преподаватель, рядом с которым висел призрак.
Призрак выглядел полупрозрачным молодым парнем со скучающим выражением лица. Он стоял за плечом мужчины, который не обращал на него никакого внимания, и от скуки разглядывал студентов.
Сам преподаватель тоже разглядывал студентов, но скорее с интересом в глазах, чем со скукой. Похоже, особенно пристального внимания удостоилась леди Фальма. Этот магистр был молод. Может, лет тридцати, а может и меньше. Широкие плечи и прямая шея намекали, что он привычен к ношению доспехов, а крупные кисти рук гармонично смотрелись бы на рукояти меча или топора, хотя и перо в длинных пальцах представить было несложно. На скуле виднелся тонкий шрам.
Скоро настала его очередь выступить.
Голос у него оказался приятным, с металлической ноткой:
– Меня зовут магистр Нелес. Я веду некромантию и всё, что с ней связано. На вашем курсе я буду читать лекции об обороте душ и предосторожностях, помогающих защититься от некротических созданий.
«Красавчик!» – решила я.
От этой мысли стало грустно, потому что красавчики на меня обычно внимания не обращали. Наверное, и у этого есть или жена, или любовница, а может – и та, и другая. А сейчас я и вовсе не в форме… точнее – совсем без формы.
* * *
Остальные выступления преподавателей меня ничем не впечатлили. Разве что пышнотелая красивая женщина, которая преподает основы ведьмовства, – она предупредила, что завтра мы пойдем на кафедру ведьмовства и выберем там животных-фамильяров. В смысле, студенты пойдут и выберут, и я с ними, развлекусь, посмотрю на местный зоопарк.
В конце опять поднялся декан курса. Он объявил, что старшая по своему положению на нынешнем первом курсе – леди Фальма из Блуа. И она, как старшая, должна проследить за тем, чтобы первокурсники разбились на группы от двадцати до тридцати человек в каждой. Декан передал леди свиток со списком всех студентов курса.
На этом преподаватели откланялись.
Когда уходил некромант, я обратила внимание на то, что его призрак, до того висевший за его плечом, не стал улетать вслед за ним, а просто мгновенно исчез.
«Похоже, призраки умеют телепортироваться, – обрадовалась я. – Надо будет попробовать».
Глава 5. Общественная нагрузка и заговор невест
Преподаватели, оживленно переговариваясь, ушли. А студенты остались на местах. Начался легкий галдеж.
Леди Фальма вышла к столу, пару раз хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание.
– Соученики, вы слышали – нам надо разбиться на группы.
Все притихли.
– Пусть поднимут руки ненаследные сыновья высокородных.
В зале поднялось три руки. Одна из них – сына барона из графства Блуа, который уже вошел в свиту леди Фальмы. Его она попросила опустить руку, а остальных двоих – представиться.
Фальма предложила детям аристократов выйти к преподавательскому столу. Вдоль него разместились один наследный барон, три леди, включая саму Фальму, и два ненаследных отпрыска.
– Прекрасно. Нас как раз шесть человек. Каждый из нас может стать лидером и сформировать свою группу.
Никто не возражал. Да и как возражать? В местном обществе аристократ – это не просто породистый человек с длинной родословной, это человек, которого с детства учили править. Даже мелкопоместные дворяне находятся на ступень ниже, их учат всего лишь сражаться и управлять крестьянами и хозяйством.
Лидеры групп расселись за длинным преподавательским столом, достали из своих котомок, где были припасены письменные принадлежности, листы пергамента, чернильницы и писчие перья. В первую очередь баронет и леди занесли в списки своих групп тех людей, которых уже взяли в свои свиты. Затем стали распределять остальных. Желающие подходили к своему лидеру группы, тот их заносил в свой список, если не было возражений. Леди Фальма проследила, чтобы группы оказались примерно одинаковы по численности.
Вся эта суета заняла не меньше часа.
Потом группы собрались вокруг своих лидеров, стали знакомиться друг с другом.
* * *
За окном звякнул колокол.
Скоро в дверь зала вошел баронет Ласер.
– Леди? Я ждал вас раньше.
– Мы тут группы формируем. Уже закончили.
– Был колокол к обеду. Я проведу вас?
– Извольте, – кивнула Фальма. Повернулась к своей группе и негромко скомандовала: – За мной!
Остальные группы во главе с лидерами потянулись вслед за нами.
