Мой будущий муж из хорошей семьи, умный, галантный, красивый. Любая мечтала бы о его внимании, но он выбрал меня – девочку без родителей, обычную студентку, что едва сводит концы с концами. Ухаживал, как аристократ из романов, окружил заботой, а месяц назад на мой двадцатый день рождения сделал предложение, от которого я не смогла отказаться.
И вот я встаю напротив. Его светлые волосы стильно уложены назад, от голубых глаз не отвести взгляд. У него идеальное лицо: прямой, точно высеченный из мрамора нос, высокие скулы, по-мужски тяжёлый подбородок. Он может быть очень суров, но если улыбнётся, то кажется, словно вышло солнце.
Сердце стучит радостно и затаённо. Я столько раз представляла этот момент! Женщина-регистратор говорит речь. Наступает момент, чтобы обменяться кольцами. Но перед этим Виктор поднимает мою фату и одним движением откидывает назад.
Я счастливо улыбаюсь ему.
Но он почему-то не улыбается мне.
Наоборот – его улыбка сползает с лица, губы сжимаются в напряжённую линию. В глазах мелькает растерянность. Что не так?! В груди нарастает тревога, раздувается, как шар.
Хмурясь, Виктор спрашивает:
– Это какая-то шутка?
– О чём ты, милый?
– Поиграли и хватит, – он оглядывается по сторонам. – Где она? Тут? Снаружи?
Гости смотрят с тревогой, регистратор непонимающе хлопает глазами. «Неужели Виктор всё-таки видел этот дурацкий поцелуй и теперь так обидно и гадко мстит?» – испуганно думаю я.
– Вить, ты чего… – пытаюсь улыбнуться, но губы дрожат.
Лицо будущего мужа становится напряжённым. Он чеканит слова:
– Она что, сбежала?
– Кто?! Ты о ком?
– Где моя невеста? – рычит Виктор, хватая меня за локоть, сжимая. – Где Алиса?!
– Ай! Мне больно! Что ты творишь?!
Гости поднимаются со своих мест, перешёптываются, показывают на меня пальцами. До ушей долетают странные, дикие слова: «Кто эта девушка? Где Алиса?»
– Что происходит? – строго спрашивает регистратор. – Вы кто такая, милочка?
– Я Алиса! – выкрикиваю в отчаянии, но никто меня не слушает. – Виктор, это из-за поцелуя? Я объясню…
– Какого к чёрту поцелуя! – рычит мой жених, его глаза сверкают от гнева. – Почему ты в её платье? Где Алиса?! Если это какая-то шутка, то весьма дурная!
– Ты прав! Шутка никуда не годится! Может, мы уже нормально поговорим?!
Сжав челюсти, Виктор отталкивает меня. Отшатнувшись, я наступаю на подол собственного платья. Ткань юбки трещит, я с грохотом падаю на пол. Боль пронзает спину. От испуга едва не плачу.
Гости шумят, выглядывают в коридор. Бросив на меня яростный взгляд, Виктор широким шагом выходит из зала. Регистратор пытается всех успокоить.
Мне хочется под землю провалиться от стыда. Я совершенно не понимаю, что происходит! Я словно попала в иррациональный кошмар, от которого невозможно проснуться.
Тут замечаю неподалёку Свету. Вот кто меня спасёт! Поднимаюсь и бегу к ней.
– Света! – зову я в отчаянии, но та смотрит на меня совершенно дикими глазами. Ни капли узнавания.
– Света, пожалуйста, дай фотоаппарат, – с мольбой прошу я.
– Откуда вы знаете моё имя? – испуганно бормочет моя соседка по общаге. Ситуация настолько нелепая, что я не понимаю, плакать или смеяться.
– Да мне только посмотреть! Тем более, это же мой фотик, – говорю я, наступая. Не знаю, что с моим лицом, но Светка бледнеет от испуга. Торопливо суёт фотоаппарат мне в руки, а сама улепётывает, словно за ней гонится призрак.
– Спасибо, – бормочу, включая фотик, начинаю перебирать файлы. Ну вот же! Вот же я! Мы вместе с Виктором! Поворачиваю фотоаппарат на себя и делаю снимок. Смотрю на результат…
Это всё ещё я! У меня прежнее лицо, никаких фантастических изменений. Значит, тут дело не в мистике… Или всё-таки в ней? Но не могу же я просто ничего не делать! Надо как-то спасать собственную свадьбу.
– Витя! – зову, голос у меня дрожит и скачет. Поднимаюсь на ноги, бегу мимо гостей к дверям.
Жених оказывается в коридоре. Я нагоняю его и хватаю за рукав.
– Пожалуйста…
Он вырывает руку так брезгливо, точно его коснулся таракан. Красивое лицо становится надменным. Губы неприятно кривятся.
– Где Алиса? – говорит Виктор ледяным тоном.
– Посмотри, тут снимки… – я протягиваю фотоаппарат, но жених его отталкивает.
Фотоаппарат падает на пол. С хлопком разбивается объектив, и мерещится, будто вместе с ним разбиваются моя жизнь и мечты. Осколки разлетаются по полу мелким крошевом.
– Если не скажешь, где она, то я сдам тебя полиции. Хочешь переночевать в изоляторе? Связей мне хватит.
– Виктор, прошу… посмотри хотя бы мой паспорт. Не знаю, что происходит, но если это шутка…
– Где Алиса?!
– Это я и есть! Я – АЛИСА!
Хлоп! И мою щёку обжигает унизительная пощёчина. Голова дёргается в сторону. Лицо горит, слёзы жгут. В груди пульсирует и ноет, точно мне нож в сердце воткнули. Я ведь даже не знала, что Виктор способен поднять руку на девушку.
– Не смей называться её именем! – рычит он, а потом со злостью ударяет кулаком в стену, да так, что в стороны отскакивает каменная крошка. Уходит прочь.
Глотая слёзы, я смотрю в его широкую спину, на творящийся вокруг бардак. По какой-то невероятной причине ни Виктор, ни гости меня не узнают. Разве сумели бы они так притворяться? Да и зачем?
Но что делать мне?
На ватных ногах я иду к выходу – туда, откуда доносится полицейская сирена.
Глава 3
Развалившись на переднем сиденье служебной машины, полицейский изучает мой паспорт. Я сижу на заднем сиденье тихо как мышка. Я так и не переоделась – на мне свадебное платье, пусть и немного потрёпанное. В зеркале заднего вида отражается моё лицо – заплаканное, с покрасневшим носом и размазавшейся тушью.
Прислоняюсь лбом к прохладному стеклу. Мне видно кусочек здания ЗАГСа. Там не прекращается праздник: смеются молодожёны, кто-то с хлопком откупоривает шампанское, в небо выпускают белоснежных голубок.
Говорят, они приносят счастье…
Но моя «птица счастья» оказалась бракованной. Подразнила немного, подманила… а потом нагадила и улетела в свою радужную страну. А меня оставила здесь.
Виктор стоит в десяти шагах от машины и о чём-то переговаривается со своими родителями. На меня они косятся как на врага. «Чумная», – горько вспоминаю я своё детское прозвище. Похоже, мне от рока не сбежать… Мир готов перевернуться с ног на голову, лишь бы я осталась одна.
Но долго горевать я не привыкла. И пора что-то делать. Ситуация явно мистическая… Может, и решение должно быть из области фантастики? Если подумать, я видела фильмы с таким сюжетом. Героиню или героя внезапно все забывают… и как же они выпутываются?
Обычно к нуждающимся героям приходит некто мудрый и рассказывает, как быть, куда идти и что делать. Но мой «мудрец» где-то заблудился… Может, заскочил в кофейню за латте? Или завис в рилсах? А что – со всеми бывает!
Ещё у героев фэнтези-книг порой пробуждается внутреннее чутьё. Ноги как бы сами знают, куда идти.
Я с подозрением смотрю на свои, спрятанные под воздушной юбкой. Пока что они привели меня только к неприятностям. Например, к тому мужчине в переулке! А теперь делают вид, что ни при чём.
– Что-то фотография выцветшая, – бормочет тем временем офицер, крутя мой паспорт так и эдак. – Не разобрать, вы или нет?
– Я только недавно его получила и в машинке не стирала… – но полицейский поворачивает ко мне документ. И у меня глаза лезут на лоб.
Квадратик с моим фото пожелтевший, словно ему лет сто. Краски бледные, даже глаз не разглядеть. Имя и фамилия тоже выцвели. Как так?! Полицейский недовольно качает головой, но отдаёт мне паспорт.
– Вы хоть знаете, кто жених пропавшей? Опасный человек… Со связями. Зачем вы решили шутить над ним?
– Я просто юмористка по жизни, – бормочу. Мне уже кристально ясно, что доказывать что-то бесполезно. Это словно о стену головой биться: кроме головной боли ничего не получишь.
– Придётся ехать в участок. Оформляться.
– Зачем? В чём меня обвиняют?
– Как в чём? В похищении, конечно. Вы похитили невесту Виктора Покровского.
– Что? – возмущаюсь я. – Но это же бред!
– Бред, не бред, но на вас платье и украшения похищенной. Это подтвердило множество свидетелей. К тому же ваш паспорт вызывает много вопросов.
Меня прошибает холодный пот. Сначала в участок, а что потом? Посадят? Или, может, закроют в психбольнице?! Паника накатывает колючей волной.
– Но есть и другое решение, – постукивая пальцами по приборной панели, как бы между прочим сообщает полицейский.
– И какое же? – спрашиваю с надеждой.
– Вы расскажете, где находится Алиса Доронина, и мы вас отпустим.
– О боже… – бормочу я.
– Вам даже оставят украшения и платье.
– Вот это щедрость…
– Именно, – соглашается офицер, не почувствовав сарказма. – Виктор Покровский очень любит свою невесту и готов отпустить вас с миром за содействие.
Любит…
Мне вспоминается пощёчина. Лицо леденеет, а в груди начинает полыхать от стыда и унижения. Я закусываю губу, чтобы снова не расплакаться.
– Ну так что, гражданочка? Согласны? – торопит полицейский.
Я вновь нервно закусываю губу. Что мне делать? Отказаться и отправиться в тюрьму? Может, утром всё волшебным образом станет как прежде?
А если нет? Если прямо сейчас мой последний шанс поговорить с Виктором?
Я ведь могу рассказать ему что-нибудь из наших свиданий. То, что кроме меня никто не знает. Например, что он терпеть не может кукурузу и всегда выкладывает её из салата. Или что у него на спине родинка в форме звезды. Или можно припомнить, как мы гуляли в саду с фонтанами… Мы тогда много о чём говорили. Точнее, я говорила, а Виктор слушал. О себе он не любит рассказывать… Что, кстати, тоже факт не всем известный.
Может, тогда он мне поверит? Почувствует… Ведь Виктор говорил, что любит меня, а любимого человека нельзя просто взять и забыть, верно? Надо просто постараться достучаться!
– Гражданочка, вы чего зависли? Вы Алису нам вернёте?
– Хорошо, – твёрдо говорю я. – Верну!
– О! Вот так бы сразу.
– Но говорить буду только с Виктором.
– Как хотите, – не спорит офицер.
Вместе мы выходим на осеннюю улицу, вместе подходим к моему жениху.
Виктор поднимает на меня голубые глаза, в которых ни грамма прежней теплоты. Один лишь опасный холод… Такого Виктора я раньше не знала. Он словно высечен изо льда. Прекрасный далёкий принц, к которому я не смею прикоснуться.
– Вот, привёл. Готова говорить по делу, – бодро рапортует офицер.
Виктор смотрит не на меня, но словно сквозь меня…
– Вить, – зову, а у самой голос дрожит. Почему-то вдруг становится ужасно страшно, – ты можешь меня выслушать… пожалуйста.
Жених не реагирует, его взгляд заволакивает странная пелена, он оглядывается по сторонам. Резко спрашивает:
– Где эта мошенница?
– Только что тут стояла! – волнуется офицер.
Скрипнув зубами, Виктор раздражённо идёт к полицейской машине, заглядывает в окна. Офицер выругивается и спешит следом. А я стою на месте и хлопаю глазами. Что, блин, опять происходит!
– Э-эй! – осторожно зову, подходя к мужчинам со спины. Ноль реакции. Тогда, замирая от страха, дёргаю Виктора за рукав… Точнее, пытаюсь дёрнуть. Потому что внезапно мои пальцы проходят насквозь…
Я вновь зову жениха, в панике пробую снова его коснуться – бесполезно! В горле зарождается истерический смех.
«О, матерь божья! Я призрак!» – вопят мысли. Пульс разгоняется, бешено стучит в висках.
