– Притом свежая, – кивает стражник. – Недавно судьбу получила… Интересно, какую? Да ещё и искра такая яркая, что дракон позавидует.
Я тихонько выдыхаю. Получается, этот странный синий камень не открывает текст судьбы, только считывает информацию с метки. «Она у них вроде паспорта, что ли? – думаю я. – Интересно, чем охранник недоволен? Такую мину скривил, словно я одним своим существованием ему настроение испортила».
– Мне нельзя в город? – подаю голос.
– Почему же нельзя, – криво ухмыляется охранник. – Да только подумай, надо ли тебе это? Если сейчас уйдёшь – сделаю вид, что не видел.
– Вы меня извините, – вежливо говорю, – но я и правда попаданка. И как понимаете, не знаю, чем успела вам насолить. Объясните, если не затруднит.
Стражник берётся за эфес меча, облокачивается на телегу и говорит, словно тайну доверяет:
– Таких, как ты, в Мортланде очень не любят, этого недостаточно?
– Не любят почему? Я никому ничего плохого не сделала.
– Вот въедешь и узнаешь. Рискнёшь?
– Рискну, – вздёргиваю подбородок.
– Бесстрашная, – уважительно кивает Войт.
– Ну, моё дело предупредить, – хмыкает охранник и потирает щёку с меткой судьбы, а потом снова смотрит на синий камень. – Что ещё… Проводника не получала?
– Проводника?
– Вижу, не получала. Давай ладонь.
Я медлю, и стражник сам берёт мою руку, переворачивает ладонью вверх, подносит к самым губам и что-то шепчет, обдавая кожу дыханием. Я почему-то смущаюсь… а потом замираю. Потому что под моим удивлённым взглядом на запястье появляются два символа: овал и крохотная звёздочка.
– Ой! – удивляюсь я, рассматривая запястье. – Что это за символы?
– Звезда – это твой статус попаданки. Такой же знак сейчас появился у тебя на виске, – сухо объясняет стражник.
– Ясно, спасибо.
– Не за что, – хмуро отвечает охранник. – А теперь проезжайте, – он машет рукой, но прежде чем отойти, снова хватает меня за руку, притягивает и шепчет на ухо: – Зря ты меня не послушала.
И отступает. Я испуганно хлопаю глазами. Очень уж мне не понравился тон… словно обещание беды.
Войт сочувственно хмыкает и взмахивает невидимыми поводьями.
– Прикрой знак звезды волосами, он у тебя на правом виске, – шепчет он. Я делаю, как он сказал.
«Да что такое! – мысленно негодую я. – Появиться не успела, уже всем насолила! Что у них за проблема с попаданками? Не любят «приезжих»? Или это опять связано с судьбами?»
Но едва мы въезжаем в город, я забываю о своих волнениях.
Вот это настоящий магический мир! Дома тут огромные, проспекты и улицы выложены брусчаткой. И всюду сферы с чёрным огнём.
Я вздрагиваю, когда совсем близко с повозкой проезжает мальчик на чём-то напоминающем велосипед… Вот только сделанный из дерева, педалей и цепей вовсе нет, а колёса всё равно крутятся.
В одном из окон женщина моет посуду, не прикасаясь к тарелкам. Какой-то мужчина разговаривает через зеркало, как через видеозвонок. У некоторых горожан на плечах сидят зверьки, за другими они следуют на поводке. Одежда странная, причудливое смешение платьев, корсетов и кожи.
– Там в конце улицы таверна, можешь арендовать комнату на ночь, – показывает Войт. – Плохо, конечно, что тебе на виске статус попаданки закрепили… Стражник вредный попался.
Я щупаю пальцем правый висок, но ничего не чувствую.
– Почему быть попаданкой так плохо? За что у вас их не любят?
Войт жуёт губы, отводит взгляд, говорит:
– Просто прими как факт, ладно? Лучше скажи, что ты в городе ищешь?
– Пока не уверена… Но Войт, вы, случаем, не знаете, если дракон судьбу забрал, её назад вернуть можно?
Войт задумчиво чешет бороду.
– Не слыхал о таком, но, думаю, можно. Драконы многое умеют.
– А как это можно устроить? Это надо к дракону идти?
– Ну вообще Стальной иногда принимает просителей в ратуше. Надо только посмотреть дни приёма… редко это бывает, но раз он здесь, то должны бы такое организовать.
– Спасибо, Войт, – счастливо улыбаясь, я пожимаю мужчине руку. – Вы мне так помогли!
– Ох, – мужчина смущённо поправляет бороду, – осчастливил попаданку на свою голову. Ладно уж, иди… Хотя ты же голодная? Вот, возьми хоть яблоко.
Я с благодарностью принимаю фрукт и спрыгиваю с телеги. Вытаскиваю туфли из узелка и надеваю на ноги.
– Приятно было познакомиться! – говорю напоследок.
– И мне! – улыбается Войт. – Ты самый смелый человек, какого я только встречал, правда! Заглянула в глаза Стальному дракону в зверином обличии и разума от страха не лишилась.
«Видимо, нечего было лишаться! Хоть тут повезло», – мысленно хмыкаю я, а вслух говорю:
– Спасибо за всё!
– Прощай! – машет рукой Войт – Пусть творец осветит твой путь.
Я машу в ответ, а потом поворачиваюсь в сторону таверны. Шагаю бодро. В конце концов, я прошла арку, сбежала с таможни, пережила встречу с местным драконом-злодеем и смогла попасть в город! Ещё и серёжки можно продать. Дракона выцеплю в ратуше. «Неужели фортуна повернулась ко мне лицом?» – думаю я.
Разве что живот от голода немного сводит… Но и тут повезло!
Я останавливаюсь и присаживаюсь на бортик небольшого фонтана, которым украшена улица. Вода выглядит чистой. Достаю яблоко и ополаскиваю под струями.
Уже хочу отправить его в рот, как вдруг краем глаза замечаю знакомый силуэт. В паре шагов сидит ящерка и грустно смотрит на меня печальными жёлтыми глазами.
– Ты тоже голодная? – я качаю фруктом из стороны в сторону. Малышка следит за ним взглядом, таким несчастным, что у меня сердце сжимается от жалости. Этот зверёк, как и я, здесь совсем один.
Я откусываю от яблока приличный кусок, разламываю его на несколько частей и кладу на камни. Ящерка принюхивается, вытягивая изумрудную шею с ободком, перебирает лапками, а потом одним слитным движением прыгает к фрукту, хватает кусочек и улепётывает.
Я улыбаюсь, глядя ей вслед.
– Чего расселась?! – вдруг раздаётся сверху голос. Поднимаю взгляд и вижу богато одетого мужчину с золотыми глазами и длинной тростью в руках. Похоже, он только что вышел из дома напротив.
– И вам добрый день, – я стараюсь быть вежливой. В интернате часто говорили, что вежливость – ключ к чужим сердцам. Но, видимо, в магическом мире это правило не работает.
– Проваливай, попрошайка! Здесь тебе не подадут, – кривит мужчина губы.
– Я не попрошайка!
– Тогда чего сидишь под моими окнами? Разоделась, точно под венец… Совсем отчаялась? Иди в порт, там на тебя найдётся публика, – но тут взгляд его утыкается в мой висок. Я испуганно прикрываю его ладонью.
– Попаданка, – говорит мужчина таким тоном, словно давит таракана. А потом замахивается тростью.
Я едва успеваю руками прикрыться, яблоко выпадает из пальцев, когда трость врезается в мои руки. Вскрикнув, теряю равновесие и падаю на землю.
– Вы что творите?! – кричу, едва не плача от шока. Предплечья болят, словно по ним плетью хлестнули.
Мимо проходит стражник, но даже не останавливается. Делает вид, что ему плевать. А злобный златоглазый мужчина снова заносит трость. На солнце сверкает серебряный набалдашник… Меня словно током прошибает, страх ударяет в голову. Я резко вытягиваю руки и встряхиваю ими, как это делал Войт. И в тот же миг трость выскальзывает из пальцев незнакомца и со свистом ударяет его в лоб.
– Драхт тебя дери! – рычит мужчина, отшатываясь. Его лицо искажает злоба. Из окон выглядывают любопытные лица.
Я же вскакиваю на ноги и со всех ног бегу прочь. В спину несутся ругательства, я резко поворачиваю за угол.
Вот что имел в виду стражник. «Попаданцев не любят», – слабо сказано! Прижавшись спиной к стене, я слышу, как мерзавец с тростью зовёт стражу. И они уже записывают его показания…
А до этого мимо ходили и ничего не делали! Мир новый, а несправедливость та же. Я на носочках ухожу подальше. Прикрыв висок, выскальзываю на другую улицу. Оттуда добираюсь до ратуши, где узнаю, что завтра будет встреча со Стальным драконом. А во сколько – утром скажут. Это уже хоть какие-то новости!
Вскоре темнеет, вдоль домов зажигаются магические светильники. Немного поплутав, я нахожу таверну, о которой говорил Войт. На меня там косятся с неодобрением, как будто к ним не посетитель зашёл, а таракан заполз. Служанки игнорируют, стража по пятам ходит. Я не удивляюсь, когда слышу, что за мои золотые серёжки могут предложить только сено вместо кровати и засохший хлеб вместо еды. Сквозь зубы слово «попаданка» произносят как ругательство.
Сил спорить нет. Подумаешь – сено! В общаге и похуже бывает. А тут – экзотика!
Захожу в местный хлев. Добираюсь до укромного уголка и заваливаюсь в кучу сухой травы, сворачиваюсь калачиком. Прокручиваю в уме весь сегодняшний день… Если так пойдёт и дальше, то совсем скоро мне и правда придётся побираться. Может, найти Войта и попроситься помощницей? А ещё лучше создать банду из попаданок и совершать набеги на этот клятый город! Хотя бы будет понятно, за что они нас ненавидят.
Мечты о том, что вернусь к Виктору, кажутся далёкими и несбыточными. Я вспоминаю его красивое, словно у принца, лицо, голубые глаза… и не чувствую ничего. Словно из меня выскребли все хорошие эмоции. Зато, когда вспоминаю дракона, наполняюсь праведным гневом, даже зубами скриплю от злости. Вот кто виноват в моих бедах! Вот кого надо как следует натаскать за чешуйчатый хвост!
Вдруг чувствую холодное прикосновение к локтю. Оказывается, ко мне подошла ящерка. Я отламываю ей кусочек хлеба, и она с аппетитом съедает. Позже забирается мне на грудь, крутится и укладывается, довольно вздохнув. Протянув руку, нежно глажу её по пупырчатой голове. Малышка немного напрягается, но не сбегает.
– Спокойной ночи, ящерка… – говорю я ей, прежде чем закрыть глаза. – Знай, завтра мы что-нибудь придумаем. И всё будет хорошо…
Полночи мне снится, словно я дёргаю за хвост огромного дракона, приговаривая: «Верни судьбу, вор рогатый! Хуже будет!»
Утром просыпаюсь от странной тяжести на боку, словно меня кто-то обнимает…
– Витя? – бормочу я спросонья, поворачивая голову. А потом до меня доходит, что жениха тут быть не может.
Я испуганно распахиваю глаза и резко сажусь. С ужасом смотрю на совершенно голого незнакомого мужика, который лежит рядом. Накачанный, с волосатой грудью, загорелый, он даже не думает прикрыться.
Я немею от шока, краска заливает лицо.
Мужчина поднимается на локте, подмигивает и говорит:
– Доброе утро, родная. После этой ночи мы обязаны пожениться.
Глава 8
Обязаны пожениться?!
После этой ночи?!
– Что, извините? – выдыхаю я, отползая к стене. Испуганно осматриваю себя – платье на месте, никаких следов «бурной ночи».
Всё тот же хлев, пахнущий пылью и затхлым сеном. Лошади за стеной лениво переступают копытами. На моём плече сидит ящерка, шипя на незнакомца беззубой пастью.
Мужчина, ничуть не смущаясь наготы, вальяжно потягивается, ерошит свои длинные волосы, будто в рекламе шампуня, явно демонстрируя, какой он красавчик. Сено прилипло к его животу (ну ладно, довольно рельефному), к волосатым ногам и к…
Зажмуриваюсь. Щёки вспыхивают от стыда. Хотя вообще-то… это ему должно быть стыдно! Нет, ну почему нормальные попаданки просыпаются рядом с принцами, а я рядом с… этим волосатым!
Надо бежать! Пытаюсь подняться, но мужчина молниеносно хватает меня за запястье, притягивает к своему горячему телу и жарко шепчет:
– Куда ты, куколка? Я же ради нашего будущего стараюсь!
– Отстань! Я тебя впервые вижу! – вырываюсь я, упираясь ладонью в его твердую грудь. Толкаю изо всех сил, но он держит железной хваткой, томно щурит глаза.
Внезапно снаружи раздаётся сухой, раскатистый треск, будто ломаются ветки. Дверь в хлев распахивается. У меня перехватывает дыхание.
В проёме, залитый утренним светом, стоит златоглазый аристократ. Очень знакомый… С той самой тростью в руке, от которой на моих руках до сих пор горят синяки.
Он-то зачем тут?! Что, блин, происходит?! Я принца, конечно, заказывала, но не принца БДСМ, который палками лупит.
– О нет, нас застукали! – сокрушённо вздыхает голый мужик, закрывая меня собой. – Теперь уж точно придётся обручиться, дорогая. Отступать некуда.
– Прочь от неё! – рычит аристократ, его золотые глаза вспыхивают огнём. Он стремительно пересекает хлев и замахивается тростью.
– Ой! – вжимаюсь в сено. Раздаётся глухой удар и душераздирающий вопль.
Золотоглазый лупит голого мужика тростью, а тот катается по полу и вопит. Даже если он может вступить в бой, явно не рискует напасть на аристократа.
– В какой же цирк я попала, – бормочу я, прикрывая голову руками.
Голый мужик, ловя момент, вскакивает на ноги и сверкая пятками, уносится прочь.
– Не причинил ли вам вреда этот безродный негодяй, милейшая дева? – осведомляется золотоглазый, протягивая руку.
Меня пробирает нервный смешок. Слишком уж это похоже на скетч из дешёвого спектакля.
– Дурдом, – бормочу я.
