Все вновь задержали дыхание и продолжали наблюдать, как руки у девушки превращаются в мощные лапы и на них появляются когти. Она начала пытаться вырваться, но Максим держал её достаточно сильно для того, чтобы у неё это не получилось.
– У неё после такого должны синяки на руках остаться, – пробормотал Костя.
Девушка вновь открыла глаза и узкие щели зрачков стали расширяться, а её лицо вытягиваться вперёд, словно превращаясь в волчью морду. Судя по видео, она выла и старалась дотянуться зубами до Макса, но тот, словно не обращая на происходящее внимания, продолжал крепко держать её.
– Там, похоже, такой вой стоял, что вся клиника слышала, – высказался Гера, не отрывая взгляд от монитора, – Почему об этом все молчат?
Судя по всему, силы у девушки закончились, и она обессиленно упала на подушку. Зрачки её округлились и приняли обычную для человека форму, через пару минут и всё её тело приняло обычные человеческие очертания.
Максим вытащил шприц и сел рядом с ней на стул, потом взял её за руку, словно прощупывая пульс, и просидел так пару часов. Когда за окном появились первые признаки рассвета, он открыл окно и выпрыгнул в него. Буквально через минуту в палату забежал Зорин и стал осматриваться, убедившись, что девушка на месте, он подбежал к окну и выглянул из него, посмотрев вниз и по сторонам. Отойдя от окна, он закрыл его и достал телефон.
– Это он мне позвонил, – прокомментировал Вадим, выключая воспроизведение. – Доложил о происшествии. Я просил его не беспокоить тебя, – обратился он к Семёнову, который недоумённо посмотрел на начальника.
– Насчёт шума… – продолжал говорить капитан, – Сергей у Голунова вроде толковый парень, да и в наши дела более-менее посвящён, попрошу отправить его. Пусть со всей ночной сменой поговорит. Наружные камеры тоже пусть посмотрит… Интересно, как Соколову удалось проникнуть в больницу… Да и с другими пациентами поговорить не мешает.
– Этот должен справиться, – согласился Ефремов.
– Так, что сидим? Гера, этого Соколова срочно сюда, разговор к нему есть, – Кириллов начал раздавать команды. – Костя, срочно в больницу, бери у нашей пострадавшей новые анализы, проводи свои исследования. Мы должны понять – что он с ней сделал.
– А я предупрежу Голунова, о возможном приезде вукул, – закончил Кириллов.
Дружно кивнув, Герман и Костя вышли из кабинета.
Глава 04
Максим возвращался домой, не изменяя себе, привычной дорогой – через парк. Небо было затянуто свинцовыми тучами, висящими низко над головой, отчего создавалось впечатление, что из них вот-вот должно хорошо ливануть. В отблесках молний, сверкающих в небе, дорожка, выглядела зловеще, словно эпизод какого-то фильма ужасов.
Максим, сделав шаг внутрь парка сразу насторожился и по его телу пробежал неприятный холодок. Внутреннее чутьё подсказывало, что за ним кто-то внимательно наблюдает. Но, пока, было непонятно, с какой целью. Он остановился и стал оглядываться по сторонам, прислушиваясь ко всем звукам. Вокруг не было ни души. Казалось, что сейчас весь мир состоит из него и молний, которые начали бить прямо в землю, сопровождаемые оглушительными раскатами грома, раздающимися прямо над головой.
Макс глубоко вдохнул и, повинуясь внутреннему позыву, шагнул к кустам, росшим вдоль тротуара. В этот же момент, прямо перед ногами в землю, сплошной стеной, ударили десятки молний. От неожиданности он оцепенел, разряды продолжали бить точно перед ним, едва не касаясь ног, словно какая-то потусторонняя сила преграждала дорогу. Отойдя в сторону, он посмотрел по сторонам: яркие вспышки проскакивали по обеим сторонам аллеи, словно ограничивая человека в выборе пути и намекая, что сворачивать с этой дорожки, ни в коем случае, нельзя.
Немного замешкавшись, Макс продолжил свой путь внутри этого коридора, наполненного яркими вспышками. Чем дальше он шёл, тем сильнее становилось чувство, что за ним непросто следят, а направляют его в нужном направлении. Максим остановился и шумно вдохнул через нос, и сразу же почувствовал запах преследователя. Зажмурившись, он продолжал глубоко дышать, словно пытаясь уловить даже мельчайший аромат, наполняющий воздух. Теперь он знал, что следящих двое. Его губы скривились в презрительной усмешке и открыв глаза, он направился вперёд.
Его глаза покраснели и теперь горели словно тлеющие угольки, зрачок из узкой вертикальной щёлки моментально расширился, приспосабливаясь к сумраку, и уже занимал почти весь глаз. Очертания окружающих предметом моментально стали чёткими, практически как днём, но их цвета стали едва неразличимыми.
Преследователи, видимо, почуяли изменения, происходящие в нём, так как Максим моментально почувствовал, как они начали проявлять беспокойство, уловив едва уловимую перемену окружающих его ароматов. Он начал улыбаться оттого, что ощущал их страх и то, что они сейчас находятся в смятении и с трудом подавляют в себе желание бежать от него. Но в то же время его это и беспокоило, было здесь ещё что-то неуловимое, мешающее загонщикам бежать прочь, повинуясь своим инстинктам, а заставляющее, повинуясь чужой воле, гнать его вперёд.
«Где-то здесь находится и третий, но он пока скрывается от меня…, если это так, то его надо уничтожать в первую очередь, – проскочила мысль, в голове Максима. – А эти загонщики, похоже, больше боятся его чем меня. Скорее всего, они находятся под его контролем, и если его убрать, то и загонщики сразу сбегут… – он остановился и посмотрел на кусты, из которых раздался шелест листьев, а спустя секунду оттуда взлетел голубь и вновь наступила тишина, – «Гончие псы», – Макса улыбнулся своей очередной мысли и, сверкнув зубами в очередном проблеске молнии, провёл по ним языком, словно проверяя их остроту, – Гонят меня на охотника. Это даже интересно. Главное, успеть перехватить инициативу, – наконец сделал он вывод из своих наблюдений». Макс сжал кулаки и из его пальцев появились острые когти. До выхода из парка оставалось метров десять, и уже видны очертания «зебры» ведущей через дорогу, к его дому.
В очередной вспышке молнии, которая ударила прямо в одну из полос «зебры», Максим отчётливо увидел силуэт, стоящий на противоположной стороне улицы. Незнакомец был одет во что-то напоминающее плащ, его голова скрывалась под капюшоном, из-под которого едва проглядывали черты лица. Он находился прямо около дома, в котором жил Максим, и стоял с закрытыми глазами, прислонившись к стене. Сначала Максу показалось, что это человек, но дующий в лицо ветер, заставил отказаться от этой мысли и он, сделав глубокий вдох, почувствовал, что там нечто другое – это и есть та сущность, на которую его гнали загонщики. Максим ощутил на себе всю злобу, которая исходит от этого существа, чувствуя, что оно в любой момент может обратиться в монстра, показав свой истинный облик, и который может оказаться совсем непростым противником.
Выйдя из парка, Максим продолжал прислушиваться к своим чувствам – присутствие гончих, всё ещё ощущалось, но они остались позади, словно преследовать его дальше не собирались. Но и уходить они тоже не собирались, продолжая оставаться незримыми свидетелями происходящего.
«Подозреваю, что они выполнили свою миссию, выведя меня именно сюда», – подумал Макс.
Существо на противоположной стороне, сложив руки в замок перед грудью и, похоже, тщательно скрывало своё присутствие. Максиму даже показалось, что оно не подозревает, что его кто-то может увидеть. «Это даже к лучшему, – проскочила у него мысль. – Раз оно уверено в своей маскировке, значит, есть шанс атаковать первым, а если удастся захватить его живым, то и побеседовать».
Приготовившись к атаке, Макс шагнул на «зебру» и в этот момент перед ним остановился Lifan X60. Окно опустилось и из салона выглянул Ефремов.
– Максим Викторович? – произнёс он. – Садитесь, надо поговорить.
«Опять этот ментал, что ему надо? – проскочила в голове Максима мысль, следом за которой задал свой вопрос и внутренний голос, – Почему ментал?». Макс мельком, стараясь скрыть свои глаза и прорезавшиеся во рту клыки, бросил взгляд на лейтенанта, а затем вновь уставился на существо, на той стороне дороги.
– Что вы там увидели? – спросил лейтенант, посмотрев в том же направлении и почти мгновенно повернувшись к Максиму, крикнул. – В машину, быстро!
* * *
Константин с озадаченным видом вышел из лаборатории, в его руках была папка с последними результатами крови Марины. Они оказались настолько ошеломительными, что он был вынужден взять из хранилища первые пробы и вскрыв их провести повторные исследования. Он ещё раз пролистал результаты и, всё ещё находясь в состоянии крайнего удивления, направился в кабинет, для доклада Кириллову.
– Товарищ капитан, разрешите? – Семёнов открыл дверь кабинета, предварительно постучав, и доложил – Готовы результаты анализов.
– А? Костя, заходи, – Кириллов поднял от бумаг усталый взгляд и кивнул в сторону стула. – Что у тебя?
– Результаты анализов, – повторил Семёнов, протягивая Вадиму папку. – Результаты очень любопытны…, я, такие изменения, объяснить не могу.
– Интересно, по первоначальному анализу, у неё всё-таки было сильное заражение, – капитан внимательно просматривал первые листы, подшитые в папку. – И обращение было неминуемо.
– Да, – кивнул Семёнов. – Но последний…
Кириллов пролистнул несколько листов и около минуты изучал напечатанные таблицы, выражение его лица изменилось, и он прошептал: – Абсолютно чисто, – оторвавшись от бумаг и, глядя куда-то в сторону двери, он добавил: – Может, Пашина кровь так подействовала?
– Не понимаю… – растерянно пожимая плечами проговорил Костя, – Но думаю, что она оставила бы в анализе свой след…
– Ладно. Как бы нам ни хотелось, но придётся идти к Уде. Собирайся, сейчас поедем, – проговорил Вадим и чуть слышно добавил. – Надеюсь, она в хорошем настроении.
– Я тоже на это надеюсь… – отвернувшись произнёс Костя одними губами.
* * *
– Удя, добрый день, – сказал Кириллов, обращаясь к миловидной девушке с длинными русыми волосами, открыв дверь архива.
– Вадим Ильич, и вы туда же, – обиженным тоном произнесла она. – Неужели трудно, хотя бы по имени обращаться? Оно ведь не такое и сложное – Ундина2…
– И не надо от меня взгляд отводить, – сказала она, быстро посмотрев на Костю. – Я не Медуза-Горгона, в камень никого не превращу, – Кириллов, услышав такое уточнение лишь едва заметно улыбнулся.
– Но… – начал говорить Семёнов.
– И свои чары на сослуживцах не использую, – она произнесла строгим тоном, затем, улыбнувшись, добавила, – Особенно в рабочее время.
Костя поднял взгляд от пола и посмотрел на девушку с правильными чертами лица хотя он и чувствовал, что она не использует свои способности, но отвести взгляд уже не получалось.
– Что смотрите, как будто первый раз увидели? – засмеялась она, и эхо отразило её смех от стен множеством колокольчиков, – Раз пришли, значит, дело срочное. Рассказывайте.
– Несколько дней назад кто-то порвал на части вукулу, – начал говорить Кириллов.
– Слышала об этом, но если вы ждёте от меня помощи в его поиске, то я не знаю кто мог такое сделать, – сразу ответила она. – Кстати, как там пострадавшая? Её уже поместили в изолятор?
– Ладно, раз ты о ней заговорила, то давай начнём с пострадавшей, – выдохнул Вадим и протянул ей папку.
Она взяла её в руки и, внимательно просматривая каждый лист, начала её листать и чем дальше она углублялась, тем серьёзнее становилось её лицо, а от улыбки уже не осталось и следа. На её волосах сначала появились мелкие кудряшки, но вскоре они уже скрутились в кольца и как пружины, подтянули волосы вверх, а их цвет стал тёмно-красным.
Костя, с трудом отвёл взгляд в сторону, и теперь смотрел не прямо на девушку, а чуть левее, на полку со старыми книгами.
– Вы уверены в результатах анализов? – спросила Ундина, отрываясь от документов.
– Абсолютно. Я лично брал образцы и присутствовал при их исследовании, – ответил Костя, – А повторные вообще лично провёл.
– Но мы же знаем, что исцеление в этом случае невозможно, – почти закричала она и её глаза из изумрудного превратились в чёрные. – Что вам ещё известно?
Вадим, молча достал из сумки ноутбук и включил видео с камер наблюдения. Чем дальше она смотрела за происходящим, тем больше хмурилась, её волосы продолжили менять цвет вместе с настроением и сейчас, они стали практически чёрными.
– Кто этот человек? – произнесла она и, не дожидаясь ответа, продолжила задавать вопросы, – Гера с ним уже беседовал? Что он из себя представляет?
– Да, они говорили, но Герман не смог ничего ни увидеть, ни почувствовать. На него вообще ничего не повлияло, – ответил Вадим, ощущая, как ему хочется съёжиться под действием её взгляда. – Нас интересует, что он сделал? Как кровь человека могла её вылечить?
– На видео Паша? – спросила она и продолжила после того, как Костя утвердительно кивнул. – Он же не человек, а охотник, а его кровь действует по-другому, но это очень опасное действие… Нужна очень точная дозировка… Но у нас нет никаких методик по её расчёту… Даже боюсь предположить, к чему такие эксперименты могут привести, – Ундина пересмотрела ещё раз кусок видео, где Соколов делает укол кровью охотника и, ткнув в изображение Макса, сказала: – Я бы хотела увидеть его вживую, – а после того как ещё немного успокоилась, добавила, – Это очень странно, что Гера ничего не почувствовал.
– Он и меня раскусил, когда я следил за ним, спрятавшись за фантомом, – добавил Костя. – Боюсь предположить, какими возможностями он обладает.
– Он смог разглядеть твоё лицо? – Ундина перевела на него свой взгляд и сверкнула глазами.
– Этого не знаю, он встал и ушёл, хотя и хотел наброситься на меня, – пояснил Семёнов, стараясь не смотреть её в глаза.
– Вадим Ильич, срочно устройте мне встречу с ним, – обратилась девушка к Кириллову.
– Гера должен доставить его к нам, – ответил тот, и посмотрев на часы, добавил. – Думаю, что сейчас, он как раз должен подъезжать к его дому.
– Я с вами, – ответила она тоном, не принимающем возражений. – Очень хочется прощупать его способности лично. Думаю, что вас ещё и его родословная интересует, – продолжила она и очаровательно улыбнулась, – Потом займусь архивами и, постараюсь, собрать всё, что удастся накопать…
– С нами только не забудь поделиться, – произнёс Вадим, облегчённо выдохнув, наблюдая за тем, как её волосы распрямляются, приобретая русый цвет, а глаза, вновь становятся зелёными.
* * *
– Долго их ещё ждать? – сгорая от любопытства, спросила Ундина. – Как думаете, этот… как его… Соколов ваш, сопротивляться не будет? Герману ничего не угрожает?
Она сидела за столом Ефремова и, практически уткнувшись носом в экран, в очередной раз просматривала видео.
– Да, вроде не должен, – ответил Кириллов, и взяв телефон, набрал сообщение. – В прошлый раз был спокойным.
– Эх, знать бы ещё к какой стихии он относится, – произнесла Ундина, рассматривая стоп-кадр Максом.
– По нашим наблюдениям, нету у него ярко выраженной стихии, – произнёс Семёнов. – Одинаково хорошо чувствует себя и со светлыми, и с тёмными.
– На моей памяти нам ещё не встречались такие особи, – прошептала она, взяв в руки распечатанный кадр из видео. – Если он в состоянии контролировать себя, то он должен работать с нами, если нет…
– Думаешь, что изолятор его сдержит? – спросил капитан.
– Сомневаюсь, думаю, что если он выйдет из-под контроля, то остановит его только полное уничтожение, – ответила она и достала из сумки упаковку таблеток и протянула её Вадиму. – Вот, примите, по одной, на всякий случай.
– Что это? – Вадим вертел в руках безымянную картонную упаковку.
– Скажем так, это противоядие.
– Отчего?
– Я не знаю, как пойдёт разговор, может, придётся воспользоваться своими чарами в полную силу… – она на мгновение задумалась и продолжила. – Жаль, что Гера под влияние попасть может, но ему, незаметно подсунуть таблетку, наверное, уже не получится.
– Скоро приедут, минут пять ещё, – произнёс Вадим, читая входящее сообщение на телефоне. – Правда, столкнулись с какими-то проблемами, но вроде всё обошлось.
– С какими проблемами? – оживился Костя.
– Не уточняет, давай дождёмся их и они сами, во всех подробностях расскажут, что у них там стряслось, – слегка нахмурившись, ответил Кириллов.
* * *
– Появились новые вопросы, по убийству в парке? – стараясь не светить клыки, спросил Максим, запрыгнув на переднее сидение и бросив взгляд на Германа.
– И это тоже, – ответил Ефремов, трогаясь с места.
Максим заметил, как стоящий у стены человек открыл глаза, которые светились, испуская белый свет, и повернул голову вслед за машиной.
– Кого там увидели? – спросил Герман, бросив, на долю секунды, взгляд на Макса.
– Странный человек там стоял, прямо у дома, – ответил Соколов, чувствуя, что выступившие во рту клыки скрылись, и теперь он ничем не отличается от обычного человека.
– Да? Не заметил, – ответил Гера, и в очередной раз усомнился в силе своих возможностей. Он, конечно, почувствовал присутствие довольно сильного существа, которое буквально давило на мозги, но заметить его не удалось. Больше всего его расстраивало то, что и в разум этой твари залезть не удалось. Единственное, что он успел почувствовать это то, что существо смотрело на него практически в упор.
– Странно, довольно приметная личность, – произнёс Макс, и почувствовав попытку проникнуть ему в голову – заблокировал её. «Да, что же за изменения со мной происходят, – подумал Максим, глядя в окно на начинающийся дождь и, мельком посмотрев на Ефремова, продолжил размышлять, – Может, они знают что-то обо мне, раз проявляют столько интереса. А если они решат, что я представляю опасность?..».
Герман уверенно вёл машину вперёд и развернувшись в конце улицы, он направился обратно, в сторону парка. Максим, пристегнувшись ремнём безопасности, продолжал смотреть вперёд на приближающийся пешеходный переход. Странный человек, продолжал стоять возле стены дома и наблюдать за приближающимся автомобилем, всё ещё светящимися глазами.
Максим почувствовал движение, идущее со стороны парка, словно кто-то несётся, не разбирая дороги наперерез автомобилю и судя по ощущениям это был кто-то из загонщиков. По окнам автомобиля уже сплошным потоком текли струи воды, а дворники едва справлялись с поставленной на них задачей. Макс посмотрел на Германа и заметил, как тот напрягся и вцепился в руль так, что костяшки пальцев побелели. Ефремов выжал газ, желая поскорее проскочить это место и автомобиль, взвыв мотором, начал разгоняться, вдавив людей в кресла.
Неожиданно, из кустов, на дорогу выскочил крупный волк и бросился под колёса. Герман резко затормозил и, стараясь уйти от столкновения, крутанул руль. Но было уже поздно и в салоне раздался глухой звук, от удара в левое крыло, а автомобиль, подпрыгнув, переехал животное. Lifan, на мокрой дороге пошёл в занос, но Герман справился с управлением и выправив траекторию движения, остановился у тротуара.
– Надо посмотреть, что с животным, – проговорил он, всё ещё не отпуская руль, а, наоборот, сжимая его крепче.
– Валить надо отсюда, – практически закричал Максим, когда в зеркало заднего вида, сквозь потоки воды увидел, что в сторону автомобиля неспешно направляется существо со светящимися глазами. – Этот тип идёт к нам.
– Какой тип? – не понял Герман.
– На которого я смотрел, когда ты подъехал. Вон он идёт, у него ещё глаза светятся, – прокричал Максим, закипая изнутри.
– Никого не вижу, – замотал головой Ефремов, словно пытаясь стряхнуть чужое влияние. – Но, кажется, чувствую его злость и… – Герман замолк и посмотрел на Максима, – Ему нужен именно ты. Рассказывай, в какую историю ты ещё влип?
– Просто гони отсюда, пока он до нас не добрался, – продолжал закричать Максим, но Герман его не слушал, продолжая трясти головой, – внезапно глаза лейтенанта расширились, а на висках выступили вены. Герман неестественно дёрнулся и резко вдавил педаль в пол так, что голова Макса дёрнулась, ударившись в подголовник.
– Валим отсюда, он пытается взять меня под контроль, – закричал Герман, приходя в себя, пока автомобиль с пробуксовкой на мокром асфальте набирал скорость.
